Курбан Лиъматов заслуженно входит в число наиболее перспективных российских защитников. Однако его индивидуальность как молодого игрока «Каролины» определяется не только его мастерством на льду, но и необычной фамилией, в которой после гласной стоит твердый знак. В беседе со «СЭ» Курбан рассказал о своих эмоциях после выбора «Каролиной» на драфте 2025 года и высказался о своих дальнейших планах в «Динамо».
В КХЛ провел две смены
— Как развивалась твоя карьера в хоккее? С самого начала стремился играть на позиции защитника?
— В четыре года отца отвел в школу «Северная Звезда», расположенную неподалеку от дома. Как и все дети, он мечтал играть нападающим. В семь лет перешел в ЦСКА, где тренер посоветовал попробовать себя в качестве защитника.
— Неудивительно, что многих людей удивляет наличие твердого знака после гласной в моей фамилии. Не раз ли ты замечал, что твою фамилию произносят неверно?
— Понимаю, этот вопрос уже неоднократно обсуждался, и было предложено множество способов написания и произношения этой фамилии. (Смеется.) После вокального звука необычно встретить согласный звук. Я уже воспринимаю это как должное, это не вызывает беспокойства.
— А когда я отправился в Северную Америку на драфт, там тоже возникали трудности с этим?
— Это невозможно описать на английском языке без использования апострофа или другого способа транслитерации.
— Как проходит твое межсезонье? Нельзя ли утверждать, что у тебя не было отпуска, раз ты сразу после завершения сезона МХЛ отправился в Северную Америку для подготовки к драфту?
— Действительно, полноценно отдохнуть не получилось. Лишь в июне, во время подготовки к драфту, хотя и она проходила в интенсивном режиме. Тогда мы находились в Колорадо, где состоял мини-кемп с нашим агентом.
— Оцениваешь ли ты свой последний сезон как удачный? Защитнику 28 очков в МХЛ – достойное достижение.
— Сезон получился неплохим, хотя потенциал был больше. Существовало немало упущенных возможностей, в начале сезона возникали некоторые трудности с защитой, а завершение сезона было удачным, однако досадно, что не удалось преодолеть «Локо».
— В этом сезоне ты впервые вышел на лед в КХЛ. Какие чувства ты испытал, когда узнал о включении в состав основной команды? Ощущал ли ты волнение перед первым выходом на лед?
— Меня приглашали на тренировки на протяжении всего сезона, и мне намекали на возможность выхода в состав с основной командой. Однако, после нескольких занятий, волнение утихло. В день дебюта все сложилось удачно, и я чувствовал поддержку тренеров и партнеров по команде.
— Кто-то из игроков подсказывал на льду?
— Я отработал всего две смены. Одна прошла удовлетворительно, а вторая оказалась сумбурной. Соперник был удалён, и мне не позволили полноценно проявить себя в большинстве. Мы находились с Никитой Буруяном. — Прим. «СЭ»), он также принимал участие в матче, выходя на две или три смены, поэтому мы с ним посидели и пообщались на скамейке запасных.
— Вы были удивлены переходу Никиты в «Спартак»?
— Да, я был удивлен. Казалось, что сейчас наступает период, когда ему предстояло играть более активную роль, однако было принято такое решение и произошел обмен.
— Обсуждал ли ты с Алексеем Кудашовым твои шансы на попадание в основной состав?
— Мы действительно общались с ним. Он заявил, что компания предоставит нам возможности, и успех будет зависеть от наших действий, необходимо доказывать свою состоятельность.».
— Возможно, в начале сезона на тебя возлагали определенные ожидания?
— Мне сообщали, что в случае травмы или другого происшествия с участниками, ко мне обратятся.
Странные вопросы на драфте
— Я обратил внимание на твои публикации в социальных сетях, где рассказывалось о поездке по Северной Америке, совершенной тобой вместе с агентом перед драфтом. Какие чувства она вызвала?
— Это нельзя назвать полноценным путешествием. Сначала мы прибыли в Нью-Йорк, где провели несколько дней, чтобы подготовиться к предстоящим собеседованиям и физическим испытаниям. — Прим. «СЭ»). Затем последовала неделя в Баффало. После этого наступила передышка, и чтобы избежать перелета в Москву, мы остались в Колорадо у нашего агента. Там состоялся небольшой сбор. Мы отправились в горы, где появилась возможность насладиться красотой природы. После этого мы вылетели на драфт в Лос-Анджелес, а затем в Каролину, где меня выбрали.
— Что больше всего показалось необычным в повседневной жизни в Северной Америке? С какими трудностями пришлось столкнуться?
— Я очень скучал по блюдам русской кухни. В этом плане возникли значительные трудности. Что касается тренировок, то изменений не наблюдалось.
— Расскажи, пожалуйста, о твоей работе над подготовкой к написанию текста в Колорадо?
— Мы провели десять тренировочных сессий на льду, а вся остальная подготовка проходила на суше. Наше место дислокации находилось в горной местности, где затрудненное дыхание было обычным делом. Мы бегали, силовые упражнения отсутствовали. Подъемы в горы с рюкзаками, наполненными камнями, являлись единственным видом тренировок с отягощениями. Нас достаточно интенсивно нагрузили. (Улыбается.) Подъем по гору в течение двух часов оказался непростым. Мы двигались не на бегу, а просто шли пешком. Это была довольно однообразная задача.
— Ты побывал и в Нью-Йорке, и в Москве. Где лучше?
— При сравнении этих городов Москва представляется более предпочтительным вариантом. Здесь гораздо более чисто. По моему мнению, московское метро значительно удобнее, чем нью-йоркское. Я лично спустился в нью-йоркское метро, и мои впечатления оказались крайне негативными.
— Кого ты там увидел?
— Встречалось немало необычных и забавных людей.
— Я уже говорил о предварительных интервью. Расскажи, пожалуйста, как они проходили и с какими клубами велись переговоры?
— Я поговорил практически со всеми участниками, всего получилось 25 команд. Интервью были несложными, на каждую команду уходило около 20 минут. Необходимо было рассказать о себе, о собственном стиле игры, о том, как я веду себя на площадке и за её пределами.
— Были ли какие-то странные вопросы?
— Некоторые команды задавали весьма необычные вопросы. Я не припомню, какая именно команда сформулировала этот вопрос, но меня спросили: «Какое животное ты представляешь на льду? И каким животным являешься вне ледовой поверхности?» Наиболее любопытный вопрос возник в процессе общения с одним из клубов. Они предложили представить ситуацию: «Вы оказались в пустыне вместе с Иваном Рябкиным. Вас изматывает жажда, и Ваня находит бутылку с посланием, утверждающим, что выпив из нее, вы проживете еще один день и доберетесь до колодца с водой. Разделить воду невозможно, выпив по половине, оба погибнете. Необходимо выпить только одному, а рядом с бутылкой лежит бита, которая находится рядом с Ваней, а бита — рядом с тобой. Какое решение ты примешь?» Это был самый необычный вопрос.
— Что ты ответил?
— Я, разумеется, ответил, что заберу воду. По моему мнению, это было наиболее верное решение.
— А Рябкину задавали такой вопрос?
— По имеющимся у меня сведениям, процесс проходил несколько иначе. Он рассказывал, что на собеседовании на него повышали голос, проверяли его способность справляться со стрессом, то есть создавали разнообразные нестандартные ситуации. Для каждого кандидата разрабатывался индивидуальный подход.
— А как, по твоему мнению, отреагировал бы Иван, если бы столкнулся с подобной ситуацией, связанной с пустыней?
— Полагаю, что ситуация сложилась именно таким образом. В этом нет ничего предосудительного, и я осознаю это.
Выбор
— Я утверждал, что вел переговоры с представителями 25 команд Национальной хоккейной лиги. Расскажи, каким было взаимодействие с клубом «Каролина»?
— Необычно, но факт: на протяжении всего сезона мы поддерживали связь с «Каролиной». Олег Смирнов регулярно посещал наши матчи и мы с ним разговаривали, однако интервью для американских СМИ у меня так и не состоялось.
— Значит, они проявляли интерес к тебе, но не предложили пройти собеседование?
— Да, так и получилось.
— Каким было взаимодействие со Смирновым в течение сезона?
— Первая встреча с Олегом напомнила интервью в Баффало. После нескольких сыгранных матчей мы нашли общий язык, пообщались, а затем поддерживали дружеские отношения.
— Какие команды, по твоему мнению, могли бы выбрать тебя на драфте?
— После проведения этих интервью я ожидал, что наиболее вероятными вариантами будут «Оттава» и «Нэшвилл». После моего разговора с представителями «Оттавы» они еще несколько раз со мной связывались. «Филадельфия» также проявляла ко мне значительный интерес, однако моя травма привела к тому, что я оказался в более позднем раунде драфта.
— Ожидал ли ты, что будешь выбран в первом раунде драфта? Или с самого начала осознавал, что это маловероятно?
— Возможно, сейчас мне не поверят, но непосредственно в день драфта «Оттава» связалась с моим агентом и запросила подробную информацию о моей операции. Вероятно, мы предполагали, что если бы не моя травма, то они выбрали бы меня в первом раунде, ведь у них был 21-й или 22-й выбор.
— Существовала ли у тебя шанс быть выбранным в качестве одного из наиболее перспективных российских хоккеистов на драфте?
— Андреянова Петра выбрали под двадцатью вторым номером, однако, на мой взгляд, первый раунд остается гораздо более значимым. Я полагаю, что командная работа увеличила бы его шансы, хотя мы и знаем немало примеров, когда игроки, выбранные в седьмом или восьмом раунде, демонстрировали выдающиеся результаты.
— Я присутствовал на церемонии. Какие впечатления у вас остались от события, которое посещают крайне немного людей?
— Первый раунд оказался самым захватывающим. Национальная хоккейная лига умеет создавать яркие представления. На трибунах собралось множество зрителей, и мероприятие было прекрасно организовано. Однако объявления занимали продолжительное время, и первый раунд растянулся на три-четыре часа. Мы дождались, посмотрели и отправились домой.
— Тебя выбрали под 67-м номером. На твой взгляд, это высокий выбор?
— Изначально я предполагал, что сроки будут сдвинуты на конец первого и начало второго раунда, поэтому для меня это несколько преждевременно.
— Рад ли, что выбрала «Каролина»?
— Я был бы очень рад продолжить работу с любой командой. Благодарю «Каролину» за оказанное доверие и предоставленный шанс. Да, конкуренция там высока, но я не испытываю страха и готов к ней.
— Бывали ли у тебя команды, в состав которых ты не стремился попасть?
— Я не хотел ехать в Канаду.
— Из-за воздействия? Или из-за особенностей французского языка?
— Было бы неплохо перейти в один из клубов американской лиги.
Рябкин
— Некоторые хоккеисты начинают играть в командах Национальной хоккейной лиги в 20 лет, другие – в 18, а Петр Андреянов заключил контракт до 2030 года и отправится уже как опытный игрок. Существует ли у тебя стратегия выхода в НХЛ?
— Исходное развитие событий предопределено двумя предстоящими сезонами. Мой контракт с «Динамо» рассчитан еще на два года. Решения о будущем будут приниматься после их завершения, когда контракт истечет, и на основании того, как они пройдут.
— Ты планируешь завершить действие контракта в 2027 году и прибыть как подготовленный футболист?
— Да, конечно.
— Не могу ответить на этот вопрос?
— Их дружба началась еще в период выступлений за ЦСКА, когда они нередко проводили время друг у друга, оставаясь на ночевки. Они всегда были вместе на тренировках, вместе отправлялись в выездные матчи. Затем они перешли в «Динамо», где провели три сезона, а после этого один из них уехал в Америку. В этот период они продолжали общаться через интернет.
— Что произошло с ним в прошлом сезоне?
— Вероятно, ему не предоставлялось столько же свободы действий, сколько в сезоне, предшествующем предыдущему, что, вероятно, связано со сменой тренера. Иван мог допускать 2-3 автогола, но затем забивал столько же или даже больше. Он всегда демонстрировал стремление к исправлению и приносил пользу коллективу, однако при Артуре Ильшатовиче у нас не было возможности допускать столь много пропущенных мячей и совершать значительное количество ошибок. Таким образом, Ивану предоставлялось меньше свободы, и он, по сути, большую часть матчей находился на скамейке запасных.
— Тебя застигло врасплох решение Вани испытать себя на другом конце света?
— По моему мнению, это решение не выглядит неожиданным, поскольку, если возникают трудности с игрой здесь, возможно, кто-то препятствует этому, то почему бы не рассмотреть возможность переезда и попытки себя в другой лиге? Это вполне закономерно.
— А он с тобой советовался?
— Ранее у нас не было обстоятельных разговоров по этому вопросу. Он высказывал предположение о возможной отъезде. Никто не станет его удерживать. По моему мнению, у него все получилось весьма удачно. Он набирал очки в течение сезона и завоевал кубок.
Возможность выступать в одной команде с Овечкиным в «Динамо» и завоевать звание лучшего хоккеиста в НХЛ
— На одном из интервью после драфта журналист поинтересовался: «Кто, на ваш взгляд, является лучшим защитником в НХЛ?» Ваш ответ прозвучал так: «Я стану им через пять лет». Что послужило причиной такого ответа?
— Изначально я не планировал тратить на это время. Если говорить о хоккеристах НХЛ, которые мне импонируют, то это Расмус Далин, а в остальном решил написать о себе. Зачем не делать этого? Посмотрим, сбудется ли мой прогноз через пять лет.
— Является ли данный ответ отражением твоих будущих намерений?
— В дальнейшем я стремлюсь достичь значительных успехов и занять лидирующие позиции.
— В «Каролине» придерживаются достаточно сдержанного стиля игры. Насколько сложно тебе будет адаптироваться к такой командной модели?
— Моя цель – стать частью коллектива. Я без труда адаптируюсь к любой стратегии и тактике, то есть это для меня не представляет сложностей. А когда возникнет взаимное доверие, я уверен, что не возникнет проблем с подключением к атакующим действиям. Все сложится успешно.
— Ты готов отказываться от собственных атакующих действий ради интересов команды?
— Конечно, я готов. Даже если потребуется участие в АХЛ, это не вызовет у меня затруднений. Я настроен доказывать свою состоятельность и принимаю любые условия.
— Ты испытываешь опасения по поводу перспективы выступлений в АХЛ?
— Если мне будет предложено отправиться и принять участие в игре, я, безусловно, соглашусь. Предоставьте мне возможность поиграть, и я докажу свои возможности.
— Мой первый кемп для новичков оказался непростым из-за имевшейся у меня травмы?
— Я выполнил несколько тестов, но только те, которые был в состоянии пройти, учитывая состояние моей руки и плеча. Попытка выхода на лед была отклонена из-за опасений относительно возможных негативных последствий.
— Еще в начале минувшего сезона команду МХЛ представлял Александр Овечкин, неужели ты был поражен тем, что в этом году удалось превзойти рекорд Гретцки по количеству забитых шайб в НХЛ?
— Это было предсказуемо. Он готовился к этому всю свою жизнь, как будто это был главный приз, то есть он долго вынашивал эту цель, проявляя терпение. Я испытываю гордость в связи с этим событием.
— Действующий контракт у тебя рассчитан до 2027 года. Заветная мечта – выступать в одном клубе с Овечкиным, в случае его возвращения в «Динамо»?
— Было бы замечательно увидеть, как он вновь выступит в роли партнера и участника.
— Многих людей пугают броски Овечкина, они получают травмы и переломы. Попробуй представить, тебе необходимо заблокировать его бросок. Ты готов подставить себя на его пути?
— Впервые я рискну, однако дальнейшие действия неясны, поскольку нет гарантии моей безопасности. (Смеется.)
