Летняя трансферная политика «Ак Барса» подверглась резкой критике. Некоторые потенциальные новички приняли предложения от других команд. Игроки, которые всё же перешли в Казань, вызвали сомнения не только у специалистов и поклонников других клубов, но и у приверженцев казанского клуба, трёхкратного обладателя Кубка Гагарина.
Один из таких «доехавших» – Брэндон Биро. Марат Валиуллин привлек нападающего, показатели которого не отличаются выдающимися достижениями, в АХЛ, практически без опыта игры в НХЛ, изначально его рассматривали как игрока «Витязя». «Чемпионат» провёл обстоятельный разговор с канадцем, который стал вторым лучшим снайпером команды на предсезонной подготовке, чтобы предоставить ему возможность ответить на сомнения тех, кто не верит в его способности, и подробнее узнать о дебютанте КХЛ.
Внутри – много интересного:
- как хоккеист, никогда не выезжавший за пределы Северной Америки, решился на переезд в Европу;
- из какой страны родом бабушка и дедушка Биро
- в чём плюсы, когда тебя не выбрали на драфте;
- как проходит учёба хоккеиста в университете Пенсильвании;
- чего не хватает «Эдмонтону» для победы в Кубке Стэнли и что делать команде с контрактом Коннора Макдэвида;
- может ли «Питтсбург» решиться на обмен Сидни Кросби;
- что он думает об уровне КХЛ в сравнении с НХЛ и АХЛ.
«Я надеюсь когда-нибудь посетить Венгрию, где родились мои бабушка и дедушка»
– Вы уже полностью адаптировались в новой команде?
– Да, всё в порядке. Команда встретила меня очень радушно, тренерский штаб оказал помощь в освоении в новом коллективе. В первые дни решал организационные вопросы, касающиеся банковских карт, мобильной связи, жилья и прочих моментов. Теперь, когда все эти вопросы решены, я могу сосредоточиться на хоккее и с предвкушением жду старта сезона.
– Значит, самые трудные дни пришлись на начало?
– Разумеется! Вам только предстоит адаптироваться к новой временной зоне, после продолжительного перелёта вы почти не спите, а на вас оказывается целый ряд задач. Отсутствует доступ к интернету и сотовой связи, нет местной валюты. И вы не владеете языком!
Потребовалось время, чтобы восстановиться и адаптироваться, но эти несколько дней оказались довольно утомительными. Затем стало легче – формируется рабочий порядок, появляется привыкание к новым условиям. Я доволен, что период адаптации завершился.
– Что вас больше всего удивило в России?
– По прилёте я не испытал настоящего удивления. У меня были знакомые, игравшие в России, и они рассказывали обо всём положительные вещи, поэтому я ожидал от поездки многого. И, знаете, пока всё вокруг соответствует этим ожиданиям.
– Вы посетили предсезонный турнир в Санкт-Петербурге, одном из красивейших городов Европы. Вас поразила архитектура? Вы совершили прогулку по городу?
– Поездка оказалась замечательной, поскольку я впервые посетил Европу и с интересом изучаю окружающую среду, отмечая существенные различия от привычных пейзажей Канады. Заметно много отличий, и радует тот факт, что практически всё находится в непосредственной близости.
Радостно осознавать, что можно увидеть немало интересного, не покидая пределов города, совершая обычную прогулку по нескольким улицам. Разнообразие мест для прогулок, а также люди, проходящие мимо, формируют неповторимую атмосферу оживленного и энергичного города. Это действительно впечатляет, очень красиво, и я в целом ожидал именно этого.
– Что вы думаете о Казани? У вас была возможность прогуляться по городу? Возможно, какое-то место произвело на вас впечатление?
– Я посетил несколько ресторанов. Центр города мне пока не удалось изучить полностью. Практически весь тренировочный цикл мы провели на ледовой арене, расположенной в некотором удалении от оживлённых мест.
Как только мы переберемся на наш игровой каток, ближе к началу сезона, я смогу подробнее ознакомиться с Казанью. Всё, что мне известно о городе и те места, что мне удалось посетить, вызывают исключительно положительные впечатления.
– Вы еще не посетили основные достопримечательности? Кремль, набережная Казанки, улица Баумана.
– Нет, я просто проходил мимо. Отсутствие банковской карты и доступа к интернету не позволяло мне свободно перемещаться. Тем не менее, у меня есть определенные планы.
– Если судить по российским городам, которые вам довелось посетить, то они более привлекательны, чем города Канады и Соединенных Штатов?
– Скорее, они непохожи друг на друга, каждый обладает своей привлекательностью. В Соединенных Штатах и Канаде также можно найти очень интересные и приятные города. Москва и Санкт-Петербург произвели на меня тоже хорошее впечатление, хотя они и отличаются. Петербург, безусловно, сильно отличается от Америки, а в Москве я в некоторых местах замечал знакомые черты.
В Москве заметно, что некоторые строения значительно старше, чем в Петербурге, и царит особая атмосфера. На обоих континентах есть множество живописных уголков, однако Россия пока вызывает у меня наибольший интерес.
– По-прежнему сложно поверить, что вы никогда не посещали Европу, ни на соревнованиях, ни в качестве туриста. Не возникало ли у вас когда-либо желания совершить путешествие?
– Нет, напротив, я, конечно, хотел поехать в Европу. Мы с родителями говорили об этом, обсуждали такую возможность, но в детстве я занимался сразу двумя видами спорта и был очень занят, даже летом не было полноценных каникул. Затем поступил в колледж, и летом у нас были учебные занятия, подготовка к учёбе и к хоккейному сезону – опять не получалось уехать в отпуск.
С началом профессиональной карьеры первые годы в межсезонье приходилось самостоятельно решать проблемы, связанные с травмами, и переносить несколько операций. В результате каждое межсезонье оказывалось весьма загруженным – настолько, что не хватало времени и сил для полноценного отдыха. К сожалению.
– Я читал о ваших венгерских корнях. Задумывались ли вы о поездке в Венгрию, на родину ваших бабушки и дедушки?
– Безусловно, я мечтаю побывать там когда-нибудь. Мой дедушка часто рассказывал о Венгрии, а мои родители уже несколько раз посещали эту страну. Жаль, что мои бабушка и дедушка ушли из жизни, поэтому совместная поездка невозможна.
Я надеюсь однажды посетить их родные места и увидеть те уголки, где они выросли и жили. Кроме того, мне известно, что Будапешт – весьма живописный город.
– В первом интервью я признавался, что не до конца понимаю особенности российской кухни. Появилась ли ясность в этом вопросе?
– Я постепенно привыкаю, поскольку многие блюда довольно близки к тем, что я пробовал в Канаде и Америке, поэтому всё хорошо. Мне нравится местная кухня.
– А именно, при наличии альтернативы, ваш выбор падет на американскую или канадскую кухню?
– Я так думаю. Я пробовал некоторые блюда русской кухни, однако в личном рационе предпочитаю то, что мне хорошо знакомо.
– Какие традиции были сильнее в доме ваших родителей: венгерские или канадские?
– В большинстве своем они были канадскими. Когда мои бабушка и дедушка были ещё живы, они часто готовили для нас венгерские блюда, которые отличались прекрасным вкусом, но в целом моё детство прошло в условиях типичной канадской культуры.
«Я рассчитывал выступать за «Витязь», однако сейчас счастлив быть частью команды, нацеленной на победу в чемпионате»
– Учитывая, что у вас не было опыта поездок в Европу, что побудило вас к переезду в Россию? Это предложение исходило от агента?
– Да, мне предложил подумать о КХЛ агент. Недавно он спросил меня, не хочу ли я попробовать поехать за границу, и я ответил, что если будет хорошая возможность, то рассмотрю её. Мне было интересно. То есть я не был ни против, ни за переезд в Россию, просто держал все двери открытыми. Хотел посмотреть, есть ли хорошие варианты, и практически сразу получил интересные предложения.
После этого я обсудил ситуацию со своими друзьями, которые играли в КХЛ, благодаря им я смог разобраться в особенностях лиги, узнать о жизни в этой стране и условиях проживания в России. Они способствовали моему решению о том, чтобы совершить этот шаг.
– То есть вы считаете, что это было для вас несложное решение, и вы не испытывали страха?
– Я бы сказал, что это было непростое решение, но я не испытывал страха. Каждое решение, будь то подписание контракта где угодно, имеет огромное значение для моего будущего, даже если бы я остался в Северной Америке.
Я не испытывал сильного волнения, поскольку был знаком с Уайаттом Калинюком, который также заключил контракт с «Ак Барсом», и мы уже ранее встречались. Переход в один клуб и совместный приезд в Казань значительно облегчили мне адаптацию в первое время. Гораздо проще осваиваться в новом месте, когда там есть товарищ.
– Родители не пытались вас переубедить? Не говорили: Брэндон, что вы делаете? Не лучше ли остаться с нами? Как вам в такой холодной России?
– Понимаю, и Канада – не самое теплое место на планете, у нас тоже бывают холода. Мне кажется, в регионе моего происхождения гораздо холоднее, чем во многих областях России, которые мне довелось посетить. Я не обнаружил ничего совершенно удивительного.
Мои родители всегда поддерживают мои решения и радуются прогрессу в моей карьере, поскольку понимают, что я лучше всех знаю, где мне выступать в хоккее. Они полны энтузиазма в связи с новым этапом в моей жизни и планируют приехать ко мне в Казань. Мы даже говорили о возможности провести отпуск в России, и они выразили желание посетить различные уголки страны.
– Возможно, тогда были знакомые, которые пытались вас переубедить?
– Сначала некоторые знакомые отреагировали на моё решение примерно так: «Это безумие – ехать туда сейчас». Однако, после того как я объяснил им причины поездки в Казань, рассказал о разговорах с друзьями, которые уже побывали там и не столкнулись с какими-либо трудностями, эти скептики замолчали и просто пожелали мне удачи.
– Действительно, первоначально в средствах массовой информации сообщалось о вашем ожидании в «Витязе». Это соответствует действительности?
– Я действительно рассматривал возможность перехода в этот клуб.
– Однако теперь, в связи с прекращением деятельности «Витязя», вы перешли в «Ак Барс». Это команда с внушительным потенциалом и значительными перспективами, и это, безусловно, позитивно для вас?
– Безусловно, это позитивный момент. Я являюсь частью команды, стремящейся к чемпионству. Мне известно об уровне игры «Ак Барса», и это одна из ключевых причин, побудивших меня проявить интерес к предложению из Казани.
Я изначально беспокоился о том, что в большой команде мое мнение не будет услышано, и я не смогу проявить себя, но после разговора с руководством понял, что в меня возлагают надежды и с нетерпением ждут моего участия.
– Попасть в команду «Ак Барс» значительно сложнее, чем стать звездой в «Витязе», где игрокам предоставляется неограниченное игровое время. Вы готовы к жесткой борьбе за место в составе?
– Безусловно! Конкуренция – это прекрасная вещь. Игра против сильных противников во время тренировок способствует росту и укреплению каждого из вас. Постоянное соревнование помогает поддерживать оптимальную форму и приносить пользу команде.
Чтобы закрепиться в основном составе и получать больше времени на поле, необходимо постоянно демонстрировать свою полезность в различных игровых моментах. Я ощущаю уверенность со стороны тренерского штаба и использую это доверие. Всё, что происходит в команде, вызывает у меня положительные эмоции.
«Ранее у меня не было особого стремления посетить Европу, но теперь я испытываю желание испытать что-то новое»
– Где вы ранее пересекались с Калинюком?
– Я встретил его в колледже. У нас были общие знакомые, но мы нечасто виделись. Я встречался с ним несколько раз, а затем он перешёл в другое учебное заведение. Тем не менее, я нередко играл против него, поэтому каждый раз, когда я его видел, мы здоровались и могли немного поговорить.
Хотя мы и не были особенно близки, нас связывает общая компания. Мы не общались уже несколько лет, но узнав, что он также едет в Казань, я немедленно вышел с ним на связь. Я рад его присутствию здесь.
– Игра Уайатта оказала значительное влияние на процесс обсуждения условий контракта с клубом «Ак Барс»?
– Он оказал мне значительную поддержку в начале пути, однако решения принимал я самостоятельно, поэтому не могу считать совместная игра с Калинюком определяющим фактором моего перехода. В то же время, это существенно упростило процесс адаптации.
– Кто вам рассказал про «Ак Барс» и КХЛ? С кем связывались?
– Мой агент помог мне установить контакт и связал меня с Дмитрием Яшкиным. Он немного рассказал о городе. Агент, который находится в России, сам играл в хоккей и поделился своим мнением о лиге, о Казани и об «Ак Барсе».
Из их рассказов стало ясно, что это очень крупный клуб. Как я и предполагал, у меня появилась возможность пообщаться с товарищами из других команд КХЛ, они также обратили внимание на профессионализм моей команды и подтвердили, что здесь я смогу рассчитывать на компетентное отношение.
– Ранее у вас были предложения сыграть в КХЛ, в европейских чемпионатах? Почему не решались?
– Нет, это был мой первый год, когда я впервые отправился в путешествие по Европе. Ранее я не проявлял никакого желания покидать привычные места, поэтому даже не задумывался о подобных поездках и ничего о них не знал.
– Почему именно сейчас? Что изменилось?
– Я решил предоставить себе возможность для развития в различных областях. Ранее я действительно не испытывал большого стремления посетить Европу, однако сейчас я ощущаю готовность попробовать что-то новое, и игра в КХЛ показалась мне лучшим из представленных вариантов.
– Вы оставили для себя мечту заиграть в НХЛ?
– Я не могу предсказать будущее. Мой подход к жизни – планировать на год вперед, это мой обычный горизонт планирования. Сейчас для меня важно максимально хорошо проявить себя в этом году, а что будет дальше, покажет время. Я не знаю, какие планы у меня будут в дальнейшем, но сейчас я очень рад быть здесь и хочу внести свой вклад в успех команды.
«В университете Пенсильвании я освобождался от хоккейных забот, изучал бизнес и финансы»
– Вас не выбрали на драфте НХЛ. Не знаете, в чём причина? Вы были расстроены?
– Безусловно, я испытал разочарование. Каждый ребенок мечтает о том, чтобы его пригласили. Я надеялся на успех. Тем не менее, я быстро начал посещать тренировки с несколькими командами НХЛ, и, полагаю, в конечном счете всё обернулось к лучшему.
Я мог спокойно сам выбрать, с какой командой НХЛ хочу подписать контракт, а не быть привязанным к одной конкретной. Так что это даже позитивно повлияло на мои карьерные возможности, но в моменте мне, разумеется, хотелось, чтобы меня выбрали.
– У вас были контакты с представителями команд НХЛ до драфта, возможно, кто-то из них звонил вам, общался с вами? Вы не заинтересовали их?
– Это случилось довольно давно, примерно 9-10 лет назад, вероятно, они контактировали с моим агентом. Я точно не помню. Похоже, мой агент вел переговоры с несколькими командами. Со мной лично никто не связывался, интервью не проводилось. Агент сообщил, что был определённый интерес, и меня могли выбрать в конце последнего раунда, но этого не случилось.
– Возможно, это послужило толчком к вашему развитию, стало дополнительным стимулом? Доказать всем, что они ошибались, и теперь увидят настоящего Брэндона Биро.
– Действительно, мы исходили из такого плана. Я не сразу проявлял себя, на протяжении долгого времени уступал в росте своим сверстникам и, откровенно говоря, переживал, что меня могут не выбрать на драфте исключительно из-за моего роста.
Я не могу утверждать, что не прохождение драфта кардинально изменило моё отношение к хоккею. Однако, я продолжал верить в себя, и моя вера была подкреплена поддержкой друзей и близких.
Я осознавал необходимость дальнейшей работы и понимал, что, прикладывая больше усилий, в конечном итоге достигну желаемого. Этот момент не оказал на меня существенного влияния, хотя и было приятно спустя несколько лет сделать свой первый выход в НХЛ, несмотря на то что я не был выбран на драфте.
– Вы довольно продолжительное время выступали в студенческой лиге. Как учёба соотносится с вашим опытом? Как выглядел ваш обычный день?
– Ежедневно мы начинали с утренней тренировки, которая стартовала около 7:45, после чего посещали занятия примерно с 9:00 до 12:00. Затем у нас оставалось немного свободного времени и вторая тренировка на льду, проходившая с 15:00 до 16:00. Два раза в неделю мы также занимались дополнительно по вечерам, с 18:00 до 21:00. Расписание было насыщенным, однако оно мне подходило.
Совмещение учебы и хоккея оказалось непростой задачей, некоторые дни были крайне насыщенными. Практически не было времени на передышку: учеба, тренировки, выполнение домашних заданий. Это было непросто, но, безусловно, ценный и необходимый опыт, и я ни о чем не сожалею.
– Вы хорошо учились?
– Я стремился к хорошим знаниям, мои школьные оценки были достаточно высоки, а диплом – с положительной аттестацией. Возможно, мне удалось бы добиться большего, если бы я не уделял столько внимания хоккею, но хоккей всё же был главным приоритетом в моей жизни. Это было то, чем я всегда мечтал заниматься.
– В нашей стране большинство хоккеистов получают образование в спортивных вузах, где учебный процесс часто носит формальный характер. Вы же получили образование в престижном университете штата Пенсильвания. Неужели для вас открылась новая перспектива, отличная от спортивной карьеры?
– Я согласен! Это положительно сказалось на моем самочувствии, позволив мне освободиться от мыслей о хоккее. Во время учебы у меня не было спортивных занятий, я сосредоточился на изучении бизнеса и финансов.
Я надеюсь, мой организм позволит мне продолжать играть в хоккей как можно дольше, и мне не придется прибегать к использованию своего диплома, хотя и рад его наличию. Важно иметь знания, не относящиеся к хоккею.
– Хоккей рано или поздно завершится, вероятно, через 8-10 лет, или даже позже, но всё же закончится. Поможет ли диплом облегчить вашу жизнь в будущем?
– Я надеюсь на это. Это еще один вариант, который может быть выбран. Но кто знает, возможно, я захочу не только продолжать карьеру хоккелиста, но и попробовать себя в другой роли, начать тренерскую деятельность. Сейчас я сосредоточен на игровой карьере и надеюсь выступать еще около десяти лет, а что будет дальше, пока не решил. Пока что рано об этом думать.
– Без драфта сложно найти место в НХЛ? Или, напротив, комфорт заключался в неограниченных возможностях?
– Для меня это стало воплощением свободы, открывающим больше перспектив, поскольку я мог сопоставлять и оценивать варианты, куда двигаться дальше. Следует отметить, что немногие из тех, кто не был выбран на драфте, получают возможность проявить себя в НХЛ, поэтому, в определенной мере, мне даже немного посчастливилось.
Мой первый тренер в АХЛ помог мне закрепиться во взрослом хоккее, мы отлично поладили, он помог мне в развитии как хоккеисту и дал мне массу возможностей, чтобы я получил шанс сыграть в НХЛ. Поэтому возможность самостоятельно определять состав команды – это замечательно, и я убедился в правильности своего решения, присоединившись к той организации, о которой мечтал.
«При наличии в составе «Эдмонтона» Макдэвида и Драйзайтля, команда неизменно будет бороться за Кубок Стэнли»
– Какая основная причина вашего выбора «Баффало»? Ведь это не самая сильная команда.
– Их нельзя считать серьезными соперниками в борьбе за Кубок Стэнли, однако в то время им были нужны игроки, поскольку в составе наблюдалась значительная смена состава – это была отличная возможность попасть в основной состав. Я обсуждал условия контракта с несколькими другими игроками, которые до сих пор выступают в НХЛ. Я осознал, что в «Баффало» у меня появится больше возможностей для игры в стартовом составе. Безусловно, привлекательно попасть в крупные клубы и бороться за чемпионский титул, выступать за «Флориду» или «Тампу», однако добиться попадания в основу было бы гораздо труднее. Таким образом, на тот момент «Баффало» представлялся отличной возможностью.
– И всё же за четыре года, проведённые в «Баффало», вы НХЛ только шесть матчей. Что пошло не так?
– В начале профессиональной карьеры возникали трудности со здоровьем, это был непростой период. Травмы также мешали, я помню, как у меня был хороший прогресс, а затем я пропустил значительную часть сезона. Именно поэтому в настоящее время я очень внимателен к своему здоровью.
Иногда, когда я находился в оптимальной форме, результаты команды оставляли желать лучшего. Тебя приглашают в основной состав, но команда проигрывает – порой случается, что просто не сошлось необходимое сочетание факторов. Естественно, я стремился сыграть в НХЛ куда больше, однако всё так, как есть.
– Переход в «Сиэтл» предоставил новый шанс? Почему не получилось воспользоваться этой возможностью?
– При адаптации к новой организации неизбежно требуется время для привыкания к новому тренерскому штабу и решения бытовых вопросов. Откровенно говоря, я не могу точно назвать причину, по которой у меня не всё сложилось так, как я ожидал, и я действительно чувствовал себя некомфортно.
Иногда происходят такие ситуации: отдельные игроки демонстрируют высокий уровень игры в составе конкретной команды, затем происходит смена команды или тренерский штаб, и по неизвестной причине эффективность резко падает. Не могу точно сказать, в чём заключалась проблема, но ясно, что моя игра оставляла желать лучшего.
– Вы являетесь поклонником «Эдмонтона», не так ли? Почему не было предпринято попыток заключения контракта с ним? Вы не хотели бы оказаться в составе «Ойлерз»?
– В детстве я, безусловно, строил такие планы. После драфта я отправился в тренировочный лагерь «Эдмонтон Ойлерз». Было замечательно познакомиться со всеми тренерами и игроками, которых клуб выбрал на драфте.
Это был весьма ценный опыт, однако я не смог заключить с ними контракт. После окончания колледжа они не сделали мне никаких предложений и даже не вышли на связь. Не стоит при этом проявлять настойчивость.
С поступлением в профессиональный хоккей и взрослением, место для фанатских чувств отпадает – теперь важно выполнять свою работу. Однако в детстве я не пропускал ни одной игры «Эдмонтона».
– Как вы думаете, у «Эдмонтона» есть возможность завоевать Кубок Стэнли?
– Пока в составе «Ойлерз» остаются Макдэвид и Драйзайтль, команда будет бороться за чемпионский титул. Наличие этих двух игроков, которые, возможно, являются лучшими нападающими в мире, обеспечивает стабильность и надежность.
– Два выдающихся игрока, однако кто следует за ними? Достаточно ли у «Ойлерз» ресурсов в составе?
– У них также присутствует несколько выдающихся игроков, однако собрать чемпионскую команду в таком городе, как Эдмонтон, непросто. Сложно привлекать талантливых свободных агентов. Это не самое привлекательное место, особенно если сравнивать с Флоридой, где более выгодные налоги и благоприятный климат. При сопоставимых условиях игроки предпочитают южные штаты.
Руководству клуба сложно сформировать команду с достаточным количеством опытных игроков, однако, как я уже отмечал, наличие двух сильнейших игроков мира даёт возможность побороться за победу.
– Но, по моему мнению, «Эдмонтону» всё равно необходим как минимум вратарь, разве нет? Два чемпионских титула «Флориде» были завоеваны во многом благодаря игре Сергея Бобровского.
– Да, согласен, сложно добиться победы в плей-офф без надежного вратаря. Крайне важно, чтобы голкипер демонстрировал уверенную игру в ключевые моменты, и Бобровский именно это и показывал. Скиннер и Пикар – вполне достойные вратари, но, похоже, не готовы к борьбе за Кубок Стэнли. У Скиннера были периоды, когда он играл на высоком уровне, но этого оказалось недостаточно.
– Какие изменения необходимы в «Эдмонтоне», чтобы добиться победы? Представьте, что вы занимаете должность генерального менеджера, какие решения вы бы приняли?
– У меня было бы ограниченное количество возможностей для серьезных преобразований, поскольку пространство под потолком незначительно, маневрировать негде. Мне кажется, руководство справилось хорошо: «Ойлерз» два года подряд выходили в финал, были в шаге от чемпионства, им не хватило совсем немного. Вероятно, им не повезло. Поэтому я не уверен, что какие-либо изменения были бы необходимы.
– Войдя в должность генерального менеджера «Эдмонтон Ойлерз», вы сразу же оказались бы перед серьезной задачей – предстояло бы решить вопрос с контрактом Макдэвида, который подходит к концу. Вы бы предложили ему новое соглашение на любых условиях, даже если бы он запрашивал очень высокую сумму?
– Конечно. Необходимо приложить максимум усилий, чтобы он остался. Других возможностей просто нет – он является сильнейшим игроком на планете. В противном случае вам будет трудно покинуть клубный офис. Город будет уничтожен, если его отпустят. Болельщики не поймут такого решения.
– Вы также упоминали о личном восхищении Райаном Ньюджент-Хопкинсом. Не могли бы вы рассказать, какую роль он играет в команде вместе с Макдэвидом и Драйзайтлем?
– Райана часто недооценивают. Он не демонстрирует такую яркую игру, как его партнеры, но при этом действует абсолютно правильно на льду. Всего несколько сезонов назад он стабильно набирал более 100 очков за сезон, и сейчас его показатели остаются на высоком уровне, поэтому его нельзя игнорировать.
Ньюджент-Хопкинс демонстрирует свою ценность не только в атакующих действиях, но и в защите, он эффективен при игре в меньшинстве и показывает себя хорошо во всех аспектах игры, поэтому я всегда отмечал его вклад. Райан – одна из ключевых причин их выхода в финал два года подряд, однако его достижения часто остаются незамеченными.
– Вы смотрели последний плей-офф?
– Да, почти все матчи. К сожалению, не получилось посмотреть вживую, я смотрел их по телевидению.
– Если говорить о другом вашем кумире, Кросби, в последние два года все чаще обсуждается вероятность его перехода в другой клуб. Каково ваше мнение на этот счет?
– Решение должно быть принято игроком, и клуб будет готов поддержать его выбор. В случае, если Кросби пожелает покинуть «Питтсбург» ради возможности ещё раз побороться за Кубок Стэнли в конце спортивной карьеры, он будет обменян. Однако, если он выразит желание остаться в «Пингвинз» до завершения карьеры, маловероятно, что кто-то решится на обмен. Это настоящая легенда клуба.
– Значит, «Питтсбург» должен будет руководствоваться решением, принятым Кросби?
– Безусловно. Спортсмен такого уровня и статуса должен пользоваться заслуженным уважением и вниманием.
«Из-за небольшого роста мне необходимо использовать скорость и создавать ситуации, приводящие к потерям шайбы»
– По результатам предсезонных матчей появилась возможность оценить уровень КХЛ? Что думаете?
– Безусловно, это был ценный опыт, позволивший мне адаптироваться к игровой структуре, освоиться с новыми одноклубниками, и попробовать установить контакт с партнёрами по команде, когда языки не совпадают – это стало для меня новым опытом.
Игровой стиль в лиге заметно отличается от того, что мне было знакомо ранее. Честно говоря, я пока не могу точно объяснить, в чем именно разница. Однако, несколько предсезонных матчей помогли мне адаптироваться к новым условиям, и это было очень полезно.
– У вас есть личный план по результативности?
– Я не формулирую для себя чётких целей, к которым необходимо в обязательном порядке стремиться, однако осознаю, что должен демонстрировать высокую результативность в работе с командой, содействовать коллегам в создании голевых моментов и самому их завершать.
Я воздержусь от обсуждения конкретных планов, но стремлюсь к максимальной эффективности в атакующих действиях и готов внести свой вклад в достижение командной цели.
– Вы уже осознаете, какую роль вам уготовано в клубе? Получилось ли найти общий язык с тренерским составом?
– Да, всё хорошо, мне ясно объяснили, какие задачи передо мной стоят, поэтому, похоже, я полностью согласуюсь с тренерами. Очень приятно сразу понимать, что от меня требуется и какие ожидания связаны с моей игрой.
– Какие роли вы предпочитаете: более активные или более пассивные?
– В первую очередь я стремлюсь показать себя в атакующих действиях. Меня привлекли именно для этого, от меня ожидают результативных передач и голов. Однако я намерен развиваться всесторонне, быть полезным в разнообразных игровых сценариях, и хочу совершенствоваться и в оборонительной игре. Это также имеет большое значение.
– Откровенно говоря, подписание вы вызвало у большей части фанатов настороженную реакцию, поскольку ваша статистика в АХЛ противоречива. Что им ответите?
– Пожалуйста, дайте мне возможность проявить себя. В предсезонных играх я только адаптировался к новым обстоятельствам, сейчас же я чувствую себя гораздо увереннее. Посмотрите, как я выступаю в регулярном сезоне, тогда мы и обсудим дальнейшее.
Сначала оцените мою работу, а затем делайте выводы о том, оправдался ли этот переход. Верю, что своей игрой смогу убедить тех, кто настроен сомневающимся.
– Вас беспокоит, когда утверждают, что Биро не подходит для «Ак Барса»? Не соответствует ли он необходимому уровню мастерства?
– Нет, это меня не сильно беспокоит. Я предпочитаю не обращать внимания на негативные отзывы и сосредотачиваюсь на выполнении своей работы на высоком уровне, демонстрируя хорошую игру. Такие замечания не могут меня задеть.
– Представим, что я ваш персональный PR-менеджер. Давайте проинформируем казанских фанатов о ваших игровых достоинствах. Какие сильные стороны вы можете выделить?
– Я считаю себя перспективным плеймейкером. Именно это является моим главным преимуществом: я уверенно владею шайбой, умею вовремя находить свободного партнёра, отдавать точный пас, действовать в подыгрыше и проявлять себя в комбинационной игре. Кроме того, я достаточно быстр и обладаю хорошим катанием.
Я не отличаюсь внушительными габаритами, поэтому мне необходимо быть быстрым и вынуждать соперника ошибаться и терять шайбу. Также я неплохо проявляю себя в обороне и могу считать себя игроком, способным действовать на обеих половинах поля. К моим сильным сторонам относятся умение отдать точный пас и высокая скорость.
– И всё-таки в АХЛ у вас была не лучшая результативность. Что не получалось?
– Несколько лет назад я, безусловно, был игроком, демонстрирующим неплохие результаты. Однако, серьёзная травма существенно повлияла на мою игру, и это стало для меня непростым периодом.
В прошлом году я перешел в новую команду, и мне потребовалось время, чтобы привыкнуть к новым условиям, поскольку игровое время предоставлялось не всегда. Это зависело от ряда факторов. Принимая во внимание все эти обстоятельства, моя статистика получилась довольно достойной.
– Каково ваше мнение о своей работе в защите? Мне кажется, у вас наблюдается снижение эффективности по показателю полезности в АХЛ.
– В предыдущем сезоне я действительно оказался в зоне отрицательных результатов, хотя ранее на протяжении нескольких сезонов демонстрировал стабильный положительный результат. Но, как я уже отмечал, прошлый сезон сложился не по плану – он оказался далек от того, каким я его представлял.
Я внимательно отслеживаю свой показатель полезности и уделяю внимание работе в защите, поэтому прошлый сезон я считаю единичным случаем неудачи.
«Лига Континентальной хоккейной лиги (КХЛ) представляет собой гибрид, объединяющий черты Американской хоккейной лиги (АХЛ) и Национальной хоккейной лиги (НХЛ»
– При оценке ваших коллег по команде НХЛ, кто из них удостоился бы звания лучшего игрока? Когда видишь, как кто-то играет, и не можешь не восхититься его мастерством!
– Если говорить о «Баффало», то, вероятно, защитник Расмус Далин и нападающий Тейдж Томпсон, эти двое были очень хороши. Они могли делать такие вещи, на которые способны единицы в мире – если кто-то вообще на такое ещё способен.
Далин, как кататель, входит в число сильнейших игроков НХЛ, этот игрок – выдающийся плеймейкер. Броски Томпсона впечатляют, вероятно, у него один из самых мощных и точных бросков в лиге. Я ранее не видел ничего подобного.
– А если говорить про партнёров из АХЛ, с какими партнерами по команде получилось установить наиболее эффективное взаимодействие как во время матчей, так и за их пределами?
– Наиболее удачный партнёр по звену – чех Лукаш Роусек, ранее игравший вместе со мной в «Рочестере». Мы два года подряд выступали в качестве партнёров по звену. Он – талантливый плеймейкер, между нами была отличная взаимозависимость, и мы прекрасно понимали действия друг друга.
В настоящее время он выступает в шведской лиге. Вероятно, мы демонстрировали схожий хоккей, поскольку обладаем аналогичными сильными сторонами, что и позволило нам успешно взаимодействовать в одной команде.
– С какими из игроков «Ак Барса» в предсезонных матчах вам было наиболее удобно играть? С кем вы ощущаете наиболее тесное взаимопонимание?
– Я наиболее часто выходил на лёд в связке с Пустозёровым и Яшкиным, мы провели вместе большую часть предсезонной подготовки. Думаю, у нас получилась сыгранная тройка, и мы, вероятно, начнём сезон в таком составе, а тренерский штаб будет принимать решение о дальнейших изменениях в зависимости от развития событий. Мне было удобно играть с этими ребятами, мы быстро нашли общий язык на площадке.
– Вне льда общаетесь в основном с Калинюком?
– Сотрудничество наиболее продуктивно получается с Уайаттом. Также это касается Яшкина, благодаря его владению английским языком. Я готов к взаимодействию со всеми участниками, но главным препятствием является языковой барьер.
– АХЛ и КХЛ сопоставимы по уровню? НХЛ однозначно выше?
– Я не считаю целесообразным выделять уровни, поскольку это совершенно разные категории. НХЛ, разумеется, более специализированная лига, порой немного менее динамичная, чем АХЛ, в этом месте юные игроки проявляют больше терпения и готовы действовать тонко, ожидая подходящего момента АХЛ быстрая игра, без раздумий, многие ребята просто мчат со скоростью 100 миль в час всех обыгрывать, во всех врезаться, постоянно идти в стык. Бей-беги.
В КХЛ нечто среднее между АХЛ и НХЛ, некоторая эклектичность присутствует, но я пока не принимал участия в официальных играх, лишь в предварительных матчах. Поэтому трудно делать окончательные заключения о лиге. Более полное представление я получу, когда сыграем несколько встреч в регулярном чемпионате. Однако мне импонирует выбранная тренерским штабом игровая модель и сам хоккей, особенно запомнилась игра с московским «Динамо».
– Вам КХЛ подходит больше, чем АХЛ?
– Я надеюсь, что эта лига соответствует моему стилю игры. Однако, всё покажет только время. Надеюсь, сезон окажется успешным как для меня лично, так и для всей команды.
– Чем вы обычно занимаетесь в свободное время?
– Летом я предпочитаю играть в гольф, читать книги и проводить время с друзьями. Это довольно обычный досуг. Иногда просто отдыхаю, наслаждаясь спокойными выходными, когда можно отвлечься от забот. Иногда выезжаю на рыбалку. Мне известно, что Волга – крупная река, где собирается множество рыбаков.
Я хотел бы заняться рыбалкой на Волге. Друзья отправлялись на реку, но в то время у меня не было доступа к мобильной связи, поэтому я был вынужден оставаться дома. Однако теперь, когда все вопросы, связанные с коммуникациями, улажены, я обязательно отправлюсь туда.
– Какую музыку предпочитаете слушать?
– Я очень люблю кантри. Это мой любимый музыкальный жанр, который, судя по всему, в России не пользуется популярностью. Я ни разу не слышал его по радио. Возможно, я кажусь необычным человеком, но именно эта музыка чаще всего звучит у меня, когда я располагаю свободное время.
– Удалось послушать местную музыку?
– Я немного послушал, что играло в раздевалке – там были популярные хиты. Что-то даже приглянулось, хотя это и не кантри, конечно. Я не понимаю текст, но ритм оказался приятным. Там были неплохие композиции, надеюсь, в них не рассказывалось о чём-то негативном.
– В одном из прошлых интервью я упоминал свою любовь к сериалу «Офис». Не могли бы вы попросить меня назвать персонажа, с которым я больше всего схож?
– Вероятнее всего, это Джим Халперт, роль которого исполнил Джон Красински. Он наиболее близок мне по духу, так как, как и я, увлечен спортом и любит пошутить. Я совершенно не похож на Майкла или Дуайта. В трудных ситуациях я всегда найду утешение в спортзале.
– Уже скучаете по дому?
– Я уже как будто привык к жизни вдали от дома, ведь это мой десятый год, когда я не живу со своими родными. Однако, я впервые оказался на таком расстоянии от родителей, в другом часовом поясе, и это создает определенные сложности.
Ранее время пробуждения обычно совпадало. Я вставал одновременно со своими друзьями и семьей, что облегчало общение. В этом году ситуация изменилась: разница во времени с моим домом составляет около девяти часов. Это сокращает возможности для связи с близкими, что иногда вызывает досаду.
Я осознавал, что меня ждет, и был полон любопытства. До этого момента я существовал в привычной для себя среде, но этим летом решил попробовать что-то абсолютно новое. И на данный момент я доволен.
