Даже не думал, что уйду из «Трактора»
— Возможно ли завершить разбирательства, связанные с «Трактором»? Генеральный менеджер «Волков» оспорил твои прежние заявления. Существовало множество различных точек зрения, и установить, кто прав, а кто виноват, не удалось.
— Откровенно говоря, я не вижу здесь ни правых, ни виноватых. Обстоятельства сложились именно таким образом. Ни к кому не испытываю злости, и надеюсь, что ко мне тоже не испытывают. Желаю только удачи и успехов команде, клубу и городу. В принципе, я не планировал предавать что-либо огласке, пока не увидел эту информацию в сети. Тогда, можно сказать, возникли серьезные проблемы…
— После выступления в прошлом сезоне у тебя возникали размышления об уходе из «Трактора»?
— Нет, совсем нет. Даже не рассматривал такую возможность. Предполагал, что по мере приближения к плей-офф руководство начнет обсуждение вопроса о продлении контракта. Однако, я не получал никаких звонков, и прямых предложений мне не поступало. Возможно, переговоры велись на другом уровне, но лично со мной этот вопрос не поднимался. И, как мне представляется, дело не только в финансовой составляющей — просто не состоялся сам разговор.
— Однако, после подписания контракта, представители «Трактора» связывались со мной и интересовались, куда я планирую перейти, поскольку хотели, чтобы я остался в клубе?
— Мы заранее условились о сроках принятия решения. Однако, соглашение так и не было достигнуто. Затем последовал вопрос: «Неужели это правда?»
— У вас сложная история взаимоотношений с Северной Америкой. Вы пытались добиться успеха, возвращались. Что заставляет вас полагать, что в «Ванкувере» ситуация изменится?
— Я принял решение: что будет, то и будет. Даже если меня направят в АХЛ, я планирую провести там целый сезон, без возвращений. Готов играть за минимальную зарплату, но целый год работать над собой и совершенствоваться. Важно не метаться между разными командами, а довести начатое до завершения.
— В дебютном сезоне в Северной Америке отмечали отсутствие эмоциональной реакции на твоей игре: даже после забитых голов ты сохранял невозмутимое выражение лица. Претерпел ли ты какие-либо изменения в этом отношении как личность?
— Нет, никаких изменений не произошло. Если будет настроение, порадуюсь, если нет — значит, так. Важно не улыбки, а работа. Все определяется тем, как я себя покажу. Получив доверие тренеров, я уверен, смогу продемонстрировать достойный уровень игры.
— Однако, по мнению специалистов, нынешний наставник «Ванкувера» и общая структура клуба могут оказаться несовместимы с твоим стилем игры, который отличается креативностью и нестандартностью. Ты не опасаешься, что это может создать определенные сложности?
— Когда появился Бен, изначально тоже звучали прогнозы о сложностях. В голове возникали мысли о североамериканском тренере и о том, что будет непросто. Однако все сложилось удачно: я следовал его указаниям, и тренировки на льду приносили мне радость. Поэтому я не знаю, какие препятствия меня ожидают, но к ним готов.
Сообщения о разногласиях с Гру являются абсолютно неправдивыми
— Поговаривали, что Бенуа Гру испытывал к тебе неприязнь. Это соответствует действительности?
— Я считаю это полнейшим вымыслом. Как только появилась эта новость, я немедленно позвонил Бену и спросил: «Что это за информация? Вы же в курсе наших отношений». Он ответил, что не следует обращать на это внимание, так как сам не знает, о чем идет речь. Я выяснил, кто распространил эту информацию, и написал этому человеку: «Как можно говорить неправду?» Оказалось, что это кто-то где-то сказал. Просто нелепо.
— И еще один момент: появилась информация о том, что ты связывался с Гатиятулиным и пытался перейти в «Ак Барс».
— Нет, подобного развития событий не происходило. У меня с Анваром Рафаиловичем прекрасные отношения, мы общались. Однако просить его лично о поездке в Казань? Это было бы неправомерно. В подобных ситуациях следует связываться с его представителем.
— Невероятно, что ты покинул команду после самого успешного сезона в своей карьере.
— Откровенно говоря, такой возможности даже не рассматривалось — ни в период сезона, ни сразу после его окончания. Летний период оказался для меня временем неожиданных трудностей. Это выдалось весьма нестандартное лето. Но что случилось, то случилось. Все, кто меня окружают, это осознают.
— Я вспоминаю молодежный чемпионат мира в Ванкувере. Тогда ты выступал, получив травму?
— Да, получил травму трицепса. Боль была очень сильной, приходилось сдерживать её и продолжать игру. Сейчас, надеюсь, никаких осложнений не возникнет. Надеюсь, все имеющиеся повреждения уже зажили.
— Считаете ли вы, что Шабанов сможет проявить себя в НХЛ?
— Минимум 50 очков наберет.
— Пятьдесят? Шабанов? С чего ты взял?
— Я осведомлен о его отношении к работе. Не все еще осознают его потенциал.
— Что касается тебя: сезон оказался на удивление успешным. Ты высказывал готовность перейти в АХЛ. В каких условиях это могло бы состояться?
— Я готов к любому развитию событий. С самого начала заявил: если потребуется провести год в АХЛ, я это сделаю. Конечно, не стоит давать обещаний, но я морально подготовлен к такому повороту. Не имеет значения, каким образом это произойдет – через драфт отказов или другим способом.
— С чего начался твой стремительный взлет? Какие факторы повлияли на перемены?
— Перед началом сезона у нас состоялся разговор с Беном. Он обозначил свои ожидания, а я поделился тем, что считаю необходимым. На этом наша беседа завершилась. Основой дальнейшего взаимодействия стали доверие и усердная работа. Я помню, как в конце предсезонной подготовки он подошел ко мне после собрания и спросил: «Почему ты не попадаешь на видео?» Я ответил: «Потому что я не нахожусь в составе». Он сказал: «Будешь играть». И с этого момента все и началось. Приятно, когда доверяют важные минуты на площадке, это всегда повышает уверенность.
— В Ванкувере уже нашел жилье?
— Нет, этим вопросом занимается агентство. Мне сообщили, что они выполнят всю работу.
— Визу получил?
— В настоящее время я оформляю необходимые документы и скоро передам паспорт для проставления отметки. Я предполагал, что выеду раньше, но сейчас вынужден ждать.
— А сейчас занимаешься в Москве, чтобы сохранять физическую форму?
— Ранее я работал во Владивостоке, где мне составляли индивидуальную программу тренировок. После завершения сезона я отдохнул всего пару недель, а затем вновь приступил к занятиям. Мне было необходимо уделить внимание своим слабым местам. Затем я переехал в Москву: здесь находиться проще, чем в одиночестве, — здесь есть тренеры и люди, с которыми можно пообщаться и провести время.
— Английский не забыл?
— Нет. Да и тренер всегда говорил на английском.
