В голосовании приняли участие 35 журналистов, специализирующихся на ММА, каждый из которых предоставил свой список из трех лучших бойцов. При оценке учитывались поединки, прошедшие с 1 января по 15 декабря 2024 года, и мы попросили экспертов обращать внимание исключительно на спортивный аспект – силу соперников, уровень проведенных боев и вес достигнутых побед. За первое место в анкете бойцу присуждалось 8 баллов, за второе – 6, за третье – 4.
Мусаев завершил поединок с убедительным результатом, набрав 190 баллов. Первое место он занял в прогнозах 19 участников, второе – у трех, а третье – у пятерых.
Шамиль не относится к числу наиболее известных бойцов, однако его победа в голосовании не вызывает сомнений. В 2024 году Мусаев провел четыре успешных поединка, став чемпионом сезона PFL в полусреднем весе. В апреле он одержал нокаутом победу над американцем Логаном Сторли, который ранее не уступал соперникам досрочно. В июне Мусаев снова завершил бой нокаутом, одолев ранее непобежденного Мурада Рамазанова. В августе Мусаев вновь встретился с Рамазановым в полуфинале и на этот раз одержал убедительную победу по решению судей. В финальном поединке сезона Мусаев сразился с Магомедом Умалатовым, также не имевшим поражений, и выиграл нокаутом в третьем раунде. На счету Мусаева 20 побед в смешанных единоборствах и 1 ничья. Ему 30 лет, он является шестикратным чемпионом России по ушу-саньда, родом из дагестанского города Кизляр, представляет клуб Universal Fighters, его личным тренером является боец АСА Шамиль Абдулаев.
Став очевидным лидер по результатам голосования журналистов, Мусаев согласился на встречу в Махачкале, где мы записали с ним обширное интервью – первое в его биографии. «Я нечасто даю интервью, – отметил Шамиль. – Представь себе, сколько корреспондентов мне пишут и звонят. Ты – единственный, кому я предоставил такую возможность. Мне не хочется много говорить. Разве не так, что чем меньше интервью, тем интереснее?»
«Как защититься от тейкдаунов? Я часто сталкивался с сильными противниками, которые пытались сбить меня с ног, используя корпус. Однажды я чуть не сломал ребро»
— В отношении твоих поединков: Логан Сторли с самого начала начал оказывать давление. Предпочитаешь ли ты, когда соперник действует агрессивно, оказывая давление, чтобы перехватить его удар, или же действуешь сам?
— Когда соперник оказывает давление, это неприятно. Особенно неприятие вызывает нападение и прессинг. Я был осведомлен, что это боец, который постоянно атакует, не останавливаясь. У него очень сильная борьба, и он обладает хорошей выносливостью, что позволяет ему оказывать давление. Я могу использовать контратаки, играть вторым номером – иногда это у меня даже лучше получается. Я перехитрил его и встретил [ударом]. В целом, когда соперник настойчив, это не вызывает положительных эмоций. Приходится его сдерживать, отвечать на его действия, и появляется желание самому перейти [вперед]. С теми, кто действует безрассудно, кто обладает несгибаемой волей и уверен в своей выносливости, бессмысленно вступать в силовую борьбу.
Удары ему наносят – значения нет, он все равно продолжает движение вперед. Вероятно, он рассчитывал оказывать давление своей борьбой, чтобы навязать свою волю. Однако, ничего не получилось, я был к этому готов и завершил поединок.
— Этот удар ногой с разворота в корпус — разве это была подготовленная комбинация?
— Это можно назвать моим фирменным ударом. Он выходит спонтанно, без предварительной подготовки. Я оттачивал его с детства, и это мой самый любимый удар. Я часто использовал его против соперников разного уровня. Он приносил мне победы и в боях с профессионалами. Именно этот удар стал причиной многих моих побед. В любительских соревнованиях я выигрывал благодаря ему более 50-100 раз.
— Таким образом, это коронный прием, а не бэкфист. В смешанных единоборствах у вас две победы, одержанные благодаря бэкфистам.
— Бэкфист также одержал немало побед, я часто попадаю по цели.
— В смешанных единоборствах у тебя также есть две победы, одержанные болевым приемом — в KSW и Fight Nights.
— Мне импонирует эта роль, она мне подходит. В ней есть и сложности, и вызовы. В этой позиции я ощущаю себя комфортно.
— Следующий поединок состоялся против Мурада Рамазанова. Ему не удалось провести успешный перевод и контролировать ход схватки. В чем заключаются секреты столь эффективной защиты от борьбы и тейкдаунов?
— Специфического секрета нет. Я всегда неплохо защищался и умел постоять за себя. В случае необходимости могу и сам вступить в поединок. Важно правильно выбрать тактику и разработать план на бой. Мы с Шамилем Абдулаевым проанализировали ситуацию и выработали план. Я много времени уделял защите у борцовского ковра, в частности, защите корпуса. Я знал, что Рамазанов силен в атаках корпусом.
— Да, него же база — греко-римская борьба.
— У меня болели ребра, чуть не повредил одно из них. У меня много историй, связанных с ребрами. Меня, молодого, брали крупные, сильные ребята и пытались свалить с корпуса. Я работал над этим.
— После выступлений в KSW и до PFL у тебя было небольшое количество поединков. Возникает вопрос, не способствовал ли именно этот период, охватывающий 2022–2023 годы, твоему прогрессу?
— Вероятно, такое случалось. Да, я дрался нечасто, примерно раз в год, но регулярно тренировался и поддерживал физическую форму. У меня поступали различные варианты, я рассчитывал на выгодный контракт. Предложение от One FC было, но я его не принял. Были и другие предложения, я консультировался, и мне советовали не соглашаться. Я ожидал привлекательного контракта от престижной лиги и, наконец, получил его.
— Почему вы не заключили контракт с ONE Championship?
— По словам моего старшего брата, контракт с ONE Championship можно заключить лишь после завершения карьеры и отсутствия других возможностей для выступлений. Он считает, что после долгих лет тренировок и подписания контракта с этой организацией, она не принесет значительной пользы. Вместо этого он предложил мне попробовать себя в Америке.
— От UFC не было никаких предложений?
— Обсуждалось нечто вроде «контендера» и прочее. У меня отсутствовали визы, и в таком виде всё и осталось.
— В настоящий момент UFC придерживается стратегии, заключающейся в подписании либо выдающихся спортсменов, либо бойцов, прошедших через систему отбора».
— Их сложно понять: если они решат, могут заключить соглашение с тем, кто добивается успеха, однако эти договоренности не имеют силы. Невозможно понять, что у них на уме.
— Шамиль Абдулаев — твой основной тренер? Ведь он сам продолжает выступать в боях. А кто еще способствует твоему прогрессу в единоборствах?
— Да. Я непосредственно взаимодействую с Шамилем. Он обладает значительной силой и мощью. Благодаря тренировкам с ним я достигаю прогресса. Неизвестно, прогрессирую ли я с ним, но я ощущаю прогресс в работе с ним. Его вес составляет примерно 93-95 килограммов. Он демонстрирует высокие результаты как в борьбе, так и в стойке, во всех аспектах. Мой основной спарринг-партнер – именно он. В зале также присутствует множество других спортсменов, сейчас, если кого-то назвать… Очень много хороших ребят, и я искренне благодарен каждому, Баркалла, за помощь, за то, что провели с нами этот год, за то, что изматывали меня. Я благодарен всем. Я помню тех, кто лично мне помогал. Сейчас не хочу перечислять, чтобы никого не упустить.
— Вы являетесь представителем Universal Fighters, однако не занимаетесь в зале, где тренируется Расул Магомедалиев. Значит, в Дагестане существуют две разные секции Universal Fighters?
— У нас действует множество залов Universal Fighters. В Махачкале, к примеру, насчитывается три-четыре зала, что создает ощущение большой и дружной семьи. По всей России также функционирует обширная сеть филиалов. Если не ошибаюсь, их от 50 до 100. Я точно не помню количество залов, но это очень развитая сеть, в каждом городе России есть зал [Universal Fighters].
— Второй бой с Мурадом показал, что у тебя, вероятно, были силы для завершения поединка нокаутом, однако ты не применил их. Это соответствовало действительности?
— Сложно утверждать, что не применял… Скорее, работал осторожно, уложился в сроки.
— Если бы это был какой-то американский боец, а не Мурад…
— Возможно, стоило бы сражаться с большей напористостью. Что касается бойцов из числа соотечественников… Я знаком со всеми ими, мы вместе посещали тренировочные сборы, занимались и выступали по правилам смешанных единоборств. В такой степени решимости против них, конечно, не бывает.
— Ты же был вместе с Мурадом и на сборе в Старом Осколе?
— Мы уже не раз участвовали в подобных мероприятиях. Сборы были успешными. Команда, сборная России, была очень сильной. В Старом Осколе всё было организовано на высоком уровне. Зал был хорошим, всё соответствовало необходимым стандартам.
— Но Федора ты там не видел тогда?
— Федора видел, он приходил пару раз.
— Он также являлся лицом проекта, победа в котором досталась тебе.
— Да, M-1 Fighter.
— Какие впечатления остались от этого телешоу? Оно стало первым в России проектом, посвященным единоборствам.
— Там все было организовано безупречно, все проходило серьезно и на высоком уровне. Отсутствовали какие-либо ненужные действия. Все четко регламентировано: дисциплина, бои, питание, тренировки. Все было налажено, ничего лишнего — сражайся и демонстрируй результат. Мне тогда было всего 19 лет. Я находился в Чебоксарах на соревнованиях — спартакиаде среди студентов. Только что вернулся со спартакиады. Мой тренер, Владимир Осия, он же Вова Отарович, позвонил мне и сказал: «Ты завтра едешь на M-1 Fighter». И я отправился в Белоруссию, где это мероприятие и проходило. Попал туда, можно сказать, случайно.
«В ушу-саньда я не проиграл ни разу»
— А что послужило толчком к тому, чтобы ты начал заниматься ММА? Ведь до этого ты успешно выступал по ушу-саньда и завоевал немало титулов.
— У моего старшего брата был опыт жизни в Москве, Шарап. Он также внес свой вклад в мою карьеру — как говорят о тех, кто работает за кулисами, он всегда создает суету… своего рода серый кардинал. Он поддерживал контакты, заводил дружеские отношения. И он сказал: «У меня есть младший брат, нужно помочь ему начать карьеру в ММА, дать ему возможность проявить себя». К тому времени я уже был чемпионом — я выиграл первенство мира, стал чемпионом России, у меня были хорошие результаты, и требовалось дальнейшее развитие. Он позвонил мне и предложил: приезжай, здесь предоставят жилье, питание — все необходимое. Меня устроили на учебу, и я начал тренироваться, переехал туда.
— Как часто ты становился чемпионом России по ушу-саньда?
— Шесть раз.
— Но почему вы так и не поехали на чемпионат мира?
— Чемпионаты мира проводятся раз в два года. В 2017 году я планировал участие в таком соревновании, однако оно пришлось на чемпионат мира по союзу по смешанным единоборствам (ММА). Соревнования были назначены на одни и те же даты. Я решил поехать на чемпионат по союзу. В ушу-саньда, даже если ты становишься чемпионом России или мира, особых перспектив нет. Финансово спортсменов там не поддерживают. А в союзе, если ты становишься чемпионом мира, там предусмотрена заработная плата и другие положенные выплаты
— Сколько раз ты проигрывал в ушу-саньда?
— Я там ни разу не проиграл.
— Ни разу?!
— По мере того, как я начал заниматься профессиональным спортом, я не потерпел ни одного поражения с семнадцати лет.
— Сколько боев у тебя по ушу-саньда?
— Довольно много. В мой послужной список входят пять-шесть побед на соревнованиях в Дагестане, чемпионаты России, Кубок России и европейские турниры.
— То есть за 50 боев?
— Как минимум. После поединка [с Магомедом Умалатовым] мы с тренером по саньда сидели вместе, ведь у нас такая обычная практика — вся команда собирается, как опытные бойцы, так и новички, в кафе. Мы ужинали. И тренер заметил: «Шамиль покинул саньда с безупречным рекордом».
— Ты завершил карьеру в саньда без единого поражения, а в смешанных единоборствах на данный момент твой рекорд — 20 побед и 1 ничья. Какова твоя цель в ММА?
— Конечно, было бы неплохо провести 30-0, 35-0. Как только здоровье позволит. Если предстоит частые поединки — как в PFL, где в год четыре боя… Но никто не может предвидеть будущее.
— А сколько ты весишь между боями?
— Сегодня утром я встал на весы и показал 86,5 килограмма. Это было любопытно, так как я давно не взвешивался. Мой вес обычно колеблется в пределах 86-87 килограммов.
— Как у многих легковесов.
— Кто выступает на 70-й минуте? Многие стараются. Но я не одобряю такие спешные действия. Мне самому едва удается выполнить 77-ю.
— Какие бойцы ушу-саньда вдохновляли тебя?
— Когда я начинал, было очень шумно из-за Бозига Атаева, известного как Бозик. — Прим. «СЭ»), Муслим Салихов, Джанхуват Белетов. Школа «Пять сторон света». А мы только начинали… В своем первом турнире по саньда я соревновался в весовой категории до 28 килограммов (Улыбается.). Мне, наверное, было около семи лет. У меня были результаты: 28, 36, 40, 44, а затем резкий скачок до 70.
— Вероятно, школа «Пять сторон света» являлась конкурентом!
— В кизлярской школе саньда сложился мощный состав, состоявший преимущественно из ребят моего возраста: я, Алишка Абдулхаликов, Расул Омаров, Магомед Абдулхаликов, Шамиль Рамазанов. Мы уже соперничали друг с другом. Из нашего зала ежегодно выходило пять чемпионов Европы, а еще один занял второе место. Это поистине впечатляющий результат! Именно когда наш основной состав выступал, мы, по сути, перехватили инициативу.
— Видел, как Салихов в 40 лет победил в UFC? (23 ноября Салихов одержал победу над Сонгом Кенаном, нокаутировав его в первом раунде акробатическим ударом ногой в голову. — Прим. «СЭ»)
— Поведение Муслима вполне предсказуемо. Меня не удивляют его подобные сложные приемы и победы, так как он всегда демонстрировал высокое мастерство в их исполнении.
— Как ушу-саньда помогает тебе в ММА?
— Я полагаю, ушу-саньда — один из наиболее удачных видов спорта для ММА. В нём присутствует борьба, и такая техника борьбы, которая не раз помогала мне в сложных ситуациях. Я смог поймать ногу, выполнить подхват и бросить соперника. Иногда для этого даже не требуется больших усилий. Борцы часто испытывают трудности, а я выжидаю момент, когда кто-то совершит ошибку, чтобы воспользоваться этим. Обрати внимание на то, как много спортсменов, занимающихся саньда, успешно выступают в ММА.
«Для финального этапа была подготовлена заготовка, однако из-за бокового сбоя она была автоматически удалена. Механизм сработал»
— В решающий момент поединка с Магомедом Умалатовым ключевым стало сочетание действий: сначала ты притворился, что наносишь удар правой рукой, а затем нанес мощный левый хук. Подобный прием с финтом правой ты использовал и в бою со Сторли, а также ранее…
— Я хотел нанести удар правой, но не смог. А здесь я целился под Умалатова… Помню, Шамиль Абдулаев говорил мне: «Нужно подготовить три-четыре варианта на бой. Он сильный и хороший боец, его нужно перехитрить». У нас была комбинация на джеб: показать правый удар — и нанести левый джеб. В итоге удар правой получился спонтанным. Я обвёл его правой, а левая вылетела автоматически. Это было предусмотрено в подготовке. Изначально планировался не боковой удар, а джеб. Всё, что было отработано, в бою проявляется автоматически. Получается, всё сработало.
— В прошлой атаке ты успешно избежал удара, уклонившись от его левой руки.
— Да, он также демонстрирует удары с подскоками. Мы тренировали отработку. Для него были подготовлены эффективные комбинации, и мы знали, как уходить под его боковые удары. Двоечка хорошо парирует, нанося прямой удар задней рукой. Мы провели его тщательный анализ. Если бы бой длился дольше, в четвертом-пятом раундах мне пришлось бы активировать весь свой потенциал. В первые два раунда Мухаммед представляет опасность, он непредсказуемый боец, наносящий мощные удары, и такие необычные нокауты – любой удар может привести к неожиданному исходу.
— Второй раунд выдался у него удачным, его атака была хороша. Мне показалось, что он попал, когда ты находился у сетки.
— Нет. Он подошел ко мне, поправил прическу. Но, честно говоря, он очень сильный. Когда я вступил с ним в борьбу в стойке, ощутил его мощь, он обладает выдающейся физической силой. Я даже немного удивился. Оказалось, он очень мощный. Я не предполагал, что он настолько силен. Я думал, что в борьбе он уступает Мураду Рамазанову. Он тренируется в Америке, отлично поднимается от сетки, очень крепкий, у него хороший, разнообразный и мощный клинч. Было бы интересно увидеть их поединок, это был бы замечательный бой.
«Я стараюсь придать силу каждому удару, и если попадаю, то наношу ощутимый урон. Иначе действовать не могу»
— Замечено, что после нанесения удара правой ты немедленно переходишь к захвату, сокращая дистанцию до противника, чтобы сузить угол его возможной атаки.
— Я стараюсь вкладывать максимум усилий в каждый удар. Шамиль замечает, что я не могу бить непринужденно. На тренировочных боях он говорит: «Не бей так сильно. Попробуй научиться бить легче. Два-три удара должны быть легкими, а четвертый – сильным». Когда я бью на полную мощность, часто попадаю по цели, за что и улыбаюсь. С самого детства я бью [тяжело]. Если попадаю, то удар получается мощным.
— А чем это плохо?
— Когда вкладываешь силы в каждый удар, это может привести к более быстрой утомляемости. Кто-то наносит удары без особых усилий, как бы «пробегая» их. Я не могу так делать. Даже в спаррингах, если я бью, я вкладываюсь в каждый удар. У меня так сложилось.
— А в каком бою ты уставал вообще?
— Откровенно говоря, в этом «Гран-при» я… У меня состоялся поединок с Максимом Грабовичем в M-1 Fighter (27 сентября 2014 года, Мусаев одержал победу единогласным решением судей. — Прим. «СЭ»). Вот тогда я ощутил сильную усталость. А чтобы я уставал в последних боях — такого я не припомню. С Грабовичем же я очень сильно устал. Он – крепкий соперник. Сейчас я могу провести три раунда без проблем. Вот когда у меня должен был быть бой с Гамротом (в KSW в августе 2020 года. — Прим. «СЭ»), я готовился на пять раундов. С тех пор в моей голове постоянно звучит вопрос: «А что, всего три раунда?»
— Много ли внимания ты уделяешь качке?
— Я совершенно не уделяю этому внимания. Случается лишь, когда случайно оказываюсь с кем-то в тренажерном зале. В этом сезоне у нас не было занятий на тренажерах. В нашем зале нет необходимого оборудования, в частности, тренажеров. Есть турник. Турник и брусья – это упражнения, которые мы выполняем регулярно. Турник, брусья и статические упражнения — это то, чем занимается Абдулаев.
Когда я начал сотрудничество с Шамилем, он поделился со мной множеством ценных советов, о которых я ранее не подозревал. Он обладает обширными знаниями. Сейчас мне тридцать лет. Я посвятил всю жизнь тренировкам и не знал, что не обязательно проводить две тренировки в день. «Две тренировки в день тебе противопоказаны», – сразу же сказал он. Это считается обычным подходом, однако я чувствовал, что такой режим мне не подходит. Он посоветовал: «Две тренировки в день тебе не нужны. Порой оптимальнее проводить три-четыре тренировки в неделю». Сейчас, готовясь к боям, я редко позволяю себе две тренировки в день. Такой режим мне подходит. Когда я проводил две-три тренировки в день и выходил на бой, результата не получалось. Было много нюансов. Иногда он смотрит на меня и говорит: «Сегодня нужен отдых». Он интересуется, как я себя чувствую, испытываю ли волнение. Не хочу сейчас раскрывать все секреты, но он также является сильным психологом.
— Занимаясь в Америке, ты тренируешься в зале Fight Syndicate, расположенном в Биг-Бэре.
— Там высота составляет 2000 метров над уровнем моря. Это горнолыжный курорт, расположенный неподалеку от Лос-Анджелеса. Я брал с собой команду, там спокойно тренировался и жил. Ничто не отвлекает и не мешает, когда тренируешься на высоте и насыщаешь организм кислородом. Мне сообщили, что бой с Мурадом состоится в горной местности, поэтому я начал искать подходящие места для подготовки. Обратился к друзьям, и они посоветовали это место. Мне там понравилось. Если в будущем у меня еще будут бои в Америке, я обязательно туда вернусь.
— А как насчет крупных залов ММА? Или это не представляет интереса?
— Нет, это не вызывает интереса. Что происходит в огромных залах? Я приезжаю в Америку за 20 дней до поединка. У меня остается только необходимость взвешивания. Я там не бываю по несколько месяцев.
— А спарринг-партнеры?
— Зачем они мне нужны? Какова их цель? Я уверен в себе и знаю, что способен одолеть любого соперника. Разве для самоутверждения нужно хвастаться тем, что с кем-то занимался? Я не придерживаюсь такого подхода. Я тренируюсь с начинающими бойцами. Есть те, кто не участвует в соревнованиях по смешанным единоборствам. Моими основными спарринг-партнерами были те, у кого за плечами всего несколько поединков.
«Я вышел на три поединка в течение одного вечера. Сразился, отправился в раздевалку, а мне сообщили, что мне нужно выйти на ринг через семь минут»
— Одним из самых непростых поединков за последние годы для тебя оказался бой против Мовсара Баймасханова на турнире «Битва чемпионов» в 2022 году. У этого соперника было немного боёв в смешанных единоборствах.
— Я уже сталкивался с ним в поединке пять лет назад, и тогда наш бой выдался не менее напряжённым. И тогда, как и сейчас, Мусаев одержал победу по очкам. — Прим. «СЭ»). Он занимает первое место в рукопашном бою, демонстрируя выдающуюся силу. На соревнованиях собрались лидеры в различных видах спорта, чтобы определить, какая школа является лучшей. Вначале мне противостоял Шамидхан Магомедов, затем Баймасханов, а третий бой пришелся на поединок с тайцем Али Алиевым. Эти спортсмены – лучшие в своих дисциплинах, обладающие заслуженным мастерством. Правила были адаптированы под каждого участника. Известно, что Баймасханов неизменно занимает первое место в рукопашном бою. Динамовская рукопашка отличается высокой конкуренцией, где побеждают исключительно техничные бойцы.
— Ты провел все три поединка в течение одного вечера. Такой формат, как в боях 90-х, является довольно редким.
— Я подрался с Баймасхановым, едва успел войти в раздевалку, как ко мне подошли организаторы и сообщили, что мне предстоит выход через семь минут. Турнир длился около полутора-двух часов, и мы, представители нашей команды, сражались между собой. Победу одержали сильнейшие. Мне понравилось. Было непросто. Но кто сейчас говорит, что у него все легко? На кону стоял значительный денежный приз. И тренер решил выставить меня в соревнованиях по саньда. У меня был период бездействия, не было боев, а тут возник такой интересный турнир, и я подумал: «Почему бы и нет?»
— Победа в «Гран-при» привела к автоматическому продлению контракта. Планируется ли твое участие в следующем «Гран-при», или тебя ждут рейтинговые или чемпионские поединки?
— Вероятно, там же, в «Гран-при». Я завоевал титул чемпиона, и чемпион автоматически обязуется выступать еще один год. Я приму участие в «Гран-при». Это хорошо — чтобы вам не было скучно, чтобы я часто выходил на ринг. Чтобы у журналистов была тема (Улыбается.). Мне нравилось часто вступать в конфликты. В других структурах один бой случается, а до следующего проходит полгода или год, и вот так и проходит жизнь. Время неумолимо идет. А здесь — все происходит очень быстро. Здесь можно наверстать упущенное!
— Чемпион Bellator в полусреднем весе, Рамазан Курамагомедов, также родом из Дагестана. Было бы любопытно наблюдать за вашим поединком.
— Безусловно, это было бы любопытно. Однако в прошлом году состоялся турнир, где чемпионы PFL сражались с чемпионами Bellator, а в этом году подобных предложений нет, ничего не происходило. Я сказал Тиму Валиеву: «Я устал драться с твоими подопечными». В ответ он заявил, что у него есть еще один боец для меня. Речь шла о Рамазане Курамагомедове.
«Позвольте нам перейти из PFL в UFC – мы покажем там свою мощь!»
— После окончания поединка вы отмечали, что бойцы полусреднего веса PFL не уступают, а превосходят полусредневесов UFC.
— Позвольте нам, Мураду, Магомеду Умалатову и Сторли, выйти на UFC, я уверен, мы там добьемся значительных успехов.
— Какова ваша позиция? UFC — это, несомненно, высокий уровень соревнований. Белал Мухаммад, Шавкат Рахмонов…
— Они, как и все, обычные люди. Просто это UFC, и организация таким образом продвигает своих бойцов. Я не отрицаю их мастерство, но уверен, что мы там стали бы либо чемпионами, либо вошли бы в топ-5.
— Сравнивать вас с Шавкатом сейчас практически невозможно избежать.
— Да, я в курсе, видел, что его сравнивают. Но какой смысл в этих сравнениях? Он находится там, а я здесь.
— Как тебе его бой с Иэном Гэрри?
— Я смотрел его последний бой. Видел его выступление среди любителей против Хирамагомедова Хаджимурада. Больше его боев не видел. Сейчас возник интерес, и я посмотрел его бой – он выиграл, но с трудом. В спорте всякое бывает, не всегда победы приходят легко. Соперник был также высокого и крупного телосложения. Попался ему достойный противник, как он сам отметил. Похоже, ему было непривычно сражаться с таким соперником. Говорят, он болел, была травма. Я не знаю. Главное – он одержал победу.
— В этот раз он не зацепился за удушку крепкую.
— Да, все его поединки заканчивались досрочно [до боя с Гэрри]. Однако, получилось весьма любопытно. Иногда все складывается не так, как планируется.
— Полагаю, в ближайшие годы тебя неоднократно будут спрашивать о Шавкате. Все ожидают каких-то резких высказываний, но, насколько я понимаю, ты не намерен говорить, что обязательно победишь его».
— Я не согласен с подобным высказыванием. Неприемлемо использовать такую формулировку. За каждое произнесенное слово необходимо нести ответственность.
«В KSW я встретил самого мощного физически соперника. Он обнял меня, как настоящий КАМАЗ!»
— Что касается твоей карьеры в KSW, то в ней есть ничья — с Михалом Петржаком. Я не смог найти видеозапись этого поединка в интернете, вероятно, мне позже пришлют ссылку в комментариях. Ты сам утверждал, что проиграл в первом раунде, почему не удалось одержать победу.
— Я не проиграл ни одного раунда, во всех я оказался сильнее. В первом раунде мне вынесли предупреждение, и судьи присудили этот раунд сопернику, вероятно, со счетом 10-8 или 10-9. Я не потерпел поражения, я доминировал. Во втором и третьем раундах я также одержал победу. Честно говоря, мне не позволили одержать победу. Любой, кто наблюдал за боем, подтвердит: я выиграл его на все сто процентов. Возможно, я не доминировал настолько явно, но второй и третий раунды остались за мной, хотя первый раунд и был отдан сопернику. Видимо, ему присудили счет 10-8… К счастью, назначили ничью, поскольку они могли принять любое решение.
— То есть там такое судейство?
— Нет, я бы не назвал судейство предвзятым, но вполне возможно, что победа могла быть присуждена ему. Я вполне удовлетворен и ничьей, это приемлемый результат.
— Почему не получилось одержать победу с подавляющим преимуществом?
— Если честно, я не знаю, что это за камень был… Он был очень крепкий! Оказывается, это классика, базовая модель. Мне говорили, что он мощный. Когда он меня поднял с корпуса, это было похоже на объятия КАМАЗа! Он невероятно сильный, такого мощного бойца я еще не встречал.
— Там же химичиться можно?
— Там можно было действовать по своему усмотрению. Когда он попытался захватить меня за спину, я осознал, что если не поймаю сетку, он попытается меня прижать. Автоматически моя рука вытянулась, и я поймал сетку. Судья развёл соперников, и я не позволил ему продолжить борьбу. Я понял, что нет смысла позволять ему сближаться и бороться. Я начал применять технику саньда и не дал ему возможности зацепиться.
— В PFL действует система допинг-контроля. Сколько тестов у вас уже было взято?
— Я уже не знаю, сколько раз это происходило. Они приезжали в Дагестан, в Москву. Неважно, где я нахожусь, они приезжают туда. Когда я был в Осетии, они посетили Осетию, а затем приехали в Москву.
— В 2021 году в KSW состоялся твой бой со словенским спортсменом Урошем Юришечем, который завершился стычкой в ринге.
— Перед боем с ним наблюдались напряженные отношения. Он сам по себе неприятный человек, если быть откровенным. Оказалось, у него был конфликт с моим менеджером, о чем я не был осведомлен. Наши отношения с ним были натянутыми, и постоянно возникало ощущение, что достаточно малейшего повода, чтобы мы подрались. На взвешивании, в гостинице — слово за слово, возникли претензии к моему менеджеру. Я увидел, что начинается перебранка, и как-то не понял, как это произошло, но так и случилось.
— Во время интервью с Абусом он упомянул, что этот словенец, якобы, придерживается нацистских взглядов или нечто подобное.
— Сейчас я не готов обсуждать, является он нацистом или нет. Я знаю о его взглядах, меня проинформировали об этом. И я был в курсе, какой он человек. Он недавно написал мне: «Я стану единственным, кто тебя побьет», что-то вроде этого, «Я вернусь».
— В директ прямо написал?
— Да, в директ.
— А ты ему ответил что-нибудь или проигнорировал?
— Что ему теперь говорить? Он находится где-то в Словении — но где именно? Нет, я ему уже ответил! Нужно найти телефон… Он оставил там свой телефон. Как его записан, я даже не помню. Я ему уже ответил, потом сделаю скриншот и отправлю тебе. [Он ответил] «Давай, в любое время», что ли. Я ему сказал: «Я тебя жду». Ну, тогда он шёл без поражений, у него был рекорд 11-0.
— В России фанаты отмечают внушительную посещаемость турниров KSW — до 50 тысяч зрителей. Но насколько комфортно бойцам выступать на подобных мероприятиях? Какие условия им предоставляются? Что касается питания, проживания, трансфера, своевременны ли выплаты гонораров?
— Все там обстоит замечательно. Организационные вопросы решены на высшем уровне. Они проводят турниры так, будто это Олимпийские игры. Каждый турнир проходит как настоящая Олимпиада. Шоу-программа впечатляет, на соревнования собирается очень много зрителей. К бойцам относятся с уважением, гонорары выплачиваются в полном объеме. Это серьезная организация, действующая в Европе. И Мамед Халидов, например, является для европейцев легендой.
— Я лично сомневаюсь, что все эти 50 тысяч зрителей на трибунах регулярно интересуются ММА и смотрят все поединки. Как часто тебя узнавали поляки? Если на трибунах присутствует 50 тысяч человек, то ожидаешь увидеть настоящий ажиотаж.
— Я не сражался на арене, вмещающей пятьдесят тысяч зрителей, а на площадке, рассчитанной на двадцать пять тысяч. Я провел там четыре боя и больше туда не возвращался. Я только начинал прогрессировать, и тогда они обратили на меня особое внимание, и это было вс.
— Вообще говоря, не зафиксировано, чтобы они выстраивались в очередь ради возможности сфотографироваться?
— И где же я смогу появиться на их виду? Я приеду на поединок и сразу же покину место проведения.
— Возможно, вы знаете, есть ли дежурные в отеле?
— Нет, они не дежурят. Я не был такой знаменитостью на этом месте. К Мамеду подбегают и просят сфотографироваться. Его очень хорошо знают.
— Ты покинул KSW до начала специальной военной операции. На тот момент ты был единственным российским бойцом в организации, и твой контракт был расторгнут.
— В Польше были расторгнуты все соглашения с российскими спортсменами, включая футболистов и других россиян, находившихся там. (Мартин Левандовский, глава KSW. — Прим. «СЭ») я позвонил своему менеджеру и сообщил: «Приношу свои извинения, я не смогу вам помочь в данном случае. Мне поступил звонок от мэра Варшавы с распоряжением исключить вас из списка участников». До боя оставалось две недели, и это было связано с политическими обстоятельствами.
— Отступные заплатили?
— Ничего не заплатили.
— У тебя кто менеджер сейчас?
— Гена Колесников и Аджай — это один человек, англичанин.
— Али Абдель-Азиз не пытался переманить?
— Я не предпринимал подобных попыток. Однако, до того как заключить соглашение с PFL через их агентство, я общался с Ризваном Магомедовым. Он предложил мне возможность участия в PFL, но не смог реализовать это, так как не довел процесс до завершения. В итоге, я решил сотрудничать с этим агентством, и они предоставили мне контракт.
«Мое полноценное имя — Имам Шамиль»
— Тебя зовут Шамиль? У тебя дома есть портрет Имама Шамиля?
— Конечно, есть. Меня зовут Имам Шамиль. Это мое полное имя, данное в его честь. Возможно, часть его храбрости, мужества и отваги помогает мне. Он был очень сильным, мужественным, верующим и справедливым человеком. Я рад и горд носить имя такого выдающегося деятеля. Когда я начал понимать, как меня зовут Шамиль, я заинтересовался, в честь кого мне дали это имя. Я стал изучать историю имама Шамиля. Первая книга, которую я прочитал, была посвящена ему. Я перечитал ее дважды. Это очень увлекательное чтение. Такие люди появляются крайне редко. Он пережил множество сражений и испытаний. Он был непревзойденным во всем.
— Какую роль играет религия в жизни дагестанских спортсменов сегодня?
— Прежде всего, религия играет ключевую роль. Без нее мы, вероятно, были бы людьми не самыми лучшими. Религия сдерживает нас. Что удерживает меня от недобрых поступков? Религия. Потому что я знаю, что ислам запрещает определенные действия. Это грех, и за это нужно отвечать. Я этого не делаю. Если бы я не знал этого и не придерживался бы этих принципов, я бы совершал любые поступки. И не нес бы ответственности перед кем-либо. Без веры человек внутренне опустошен. А я знаю, что за каждый мой поступок предстоит ответ перед Всевышним. Я верю, и эта вера удерживает меня от всего, что может принести вред.
— Значит, если бы население Дагестана не отличалось такой глубокой религиозностью, уровень преступности был бы выше, скажем?
— Безусловно. Что удерживает меня от того, чтобы причинить тебе вред? Я осознаю, что ты – такой же человек, которого нельзя обижать, нельзя трогать. Недопустимо даже портить человеку настроение. Зная это, я стараюсь избегать подобных действий, проявляя сдержанность. Сабр, терпение – качества, которые мы демонстрируем часто. Я встречал немало сильных людей, исповедующих веру. Если причинить им боль, они простят тебя ради Аллаха. Что же творили бы люди, если бы в них не было веры?
— Какие люди должны служить примером для современных жителей Дагестана?
— Имам Шамиль. В настоящее время для меня эталоном является муфтий Дагестана — шейх Ахмад Афанди. Он уже два десятилетия занимает должность муфтия республики. Его назначили в непростой период. Он переживает за людей и проделал огромную работу. Ведёт работу с обществом, начиная со школьников и заканчивая всеми желающими. Стремится к тому, чтобы у людей сформировалось правильное понимание, чтобы они стали достойными людьми, верующими. Это мудрый и сильный человек.
