Юрия Каминского признают одним из ключевых людей, внесших вклад в достижения российских лыжников, а также биатлонистов в прошлом сезоне. Внучатые воспитанники тренера показали впечатляющие результаты, однако в межсезонье… покинули команду. В распоряжении Каминского остались только молодые спортсмены Эдуард Латыпов.
Юрий Михайлович поделился своим мнением о распаде сильной команды и рассказал о трудностях, возникавших при взаимодействии с отдельными спортсменами. Кроме того, специалист обозначил планы на будущее, уточнил, какие шаги необходимы для превращения мест с третьего или четвёртого места на первые, и открыто назвал сроки возвращения российских спортсменов на международные соревнования.
«Когда конфликты в Европе и США прекратятся, ситуация нормализуется»
– Юрий Михайлович, в последнее время всё чаще высказывается мнение о возможном продлении срока нашего отстранения. Что вы думаете об этом?
– Исходное положение дел определяется ходом событий в зоне конфликта на Украине. Данное противостояние – это столкновение России с Европой и Соединёнными Штатами, а не России с Украиной. Важно отметить, что инициатива в конфликте исходит не от нас, а от них. Когда западные страны прекратят военные действия, ситуация оперативно стабилизируется.
– Могу ли я узнать, поддерживали ли вы связь с коллегами из Украины после начала конфликта? Пытались ли вы изложить свою точку зрения и узнать их позицию?
– Ранее у нас не было общения с ними, мы лишь здоровались. Иностранные коллеги также не проявляли особого желания к общению, что, впрочем, было взаимно.
– Как тренеру сборной, скажите, какие изменения произошли в связи с запретом на участие российских спортсменов в международных соревнованиях?
– Наиболее значительные изменения коснулись подхода к подготовке. Появилось больше пространства для экспериментов и возможности наблюдать за молодыми спортсменами. При этом меня удивило, что в Кубке Содружества приняли участие лишь два юниора. Возникает вопрос, почему не предоставили шанс остальным? В любом случае, ключевая задача – Олимпиада 2026 года. Однако, если есть такая возможность, необходимо опробовать новые методики и различные комбинации нагрузок, что-то ещё.
– В вашем коллективе преимущественно молодые участники, за исключением Эдуарда Латыпова. Поэтому вам особенно важно это испытать?
– Я чётко представляю, как действовать в отношении Латыпова, мы с ним детально обсудили четырёхлетний план подготовки. Что касается молодых спортсменов, необходимо работать индивидуально, чтобы привести их к Олимпийским играм в форме, позволяющей им соперничать с основным составом. Поэтому я буду готовить резерв и Эдика.
«У Карима Халили часто появлялись разнообразные желания»
– Как тяжело было переживать расформирование тренировочной группы? Ведь это был весьма сильный состав, и теперь предстоит начинать всё с нуля.
– Нет, зачем мне это переживать? Я в подобных ситуациях придерживаюсь принципа: если кто-то отступает, другим становится проще ( смеётся).
– Назвать Бабикову, Халили и Серохвостову женщинами представляется маловероятным. Вам было сложно с ними работать?
– Я привел пословицу лишь для того, чтобы описать сложившуюся ситуацию. Фактически, работа с ними не вызывала у меня никаких проблем. Однако стоит признать, что современные спортсмены стали менее покорны, чем спортсмены прошлых поколений. Одним из самых сложным в управлении был Карим Халили, у него возникало множество желаний. Перед Олимпиадой я пытался решать эти вопросы, однако сейчас действовал бы более решительно. Я уверен, что не стоило отправлять его на сбор в Пассо-ли-Лаваце перед Олимпиадой. По моему мнению, это было просчётом. Если ты стремишься к победе, то необходимо уметь отказываться от некоторых желаний, даже когда очень хочется их удовлетворить.
– Часто ли тренеру приходится отказывать себе?
– В биатлоне тренеры нередко идут на уступки, особенно учитывая уровень спортивной культуры, когда спортсмены стремятся влиять на решения наставников. Я не сторонник такого подхода, хотя иногда компромиссы необходимы. Замечаю, когда спортсмен допускает ошибку, но иногда даже побуждаю его к подобным действиям, чтобы он убедился в неправильности выбора. Если спортсмен готов проанализировать ситуацию и избежать повторения, это замечательно. В противном случае, ему лучше тренироваться в другой группе.
– В этом отношении лыжи оказались более удобными?
– Откровенно говоря, у спортсменов в лыжных гонках меньше свободы выбора. Не возникает ситуаций, когда желание заниматься есть сегодня, а завтра – нет. Я согласен с тем, что спортсмены уровня Александра Большунова или Никиты Крюкова имеют возможность прибыть на тренировочный сбор с задержкой или пропустить его, а также потренироваться с другой командой, как, например, делал Никита с норвежцами. В любом случае они выполнят весь объем работы. В лыжных гонках и биатлоне должна существовать единая концепция взаимодействия со спортсменами.
Вспомним ли мы наше известное «золотое» поколение биатлонистов, включающее Николая Круглова, Ивана Черезова, Максима Чудова, Дмитрия Ярошенко, Максима Максимова? Они были капризными? Возникали ли у них вопросы, если команда отправлялась на сбор в одно место, а они хотели в другое? Не приходило ли им в голову об этом даже подумать. Всего восемь-десять лет прошло, и многое изменилось. Уверен, сейчас любой из них негативно отнесется к подобным требованиям.
Пожалуй, Антон Шипулин был первым, кто нажал на спусковой крючок в плане своих желаний, и до сих пор мы это остановить не можем, всё только раскручивается.
– В ваших словах чувствуется обида.
– Ни в коем случае. Обида – это серьезное нарушение. Я способен испытывать обиду, но не надолго. Сейчас я лишь фиксирую существующее положение дел. Где-то встречал информацию о том, что являюсь жертвой в этой ситуации, хотя сам не воспринимаю себя таковым. Страдают всегда спортсмены, их достижения, а в конечном итоге и спортивная биатлонная держава.
«Нам нужны изменения. Не кардинальные, но важные»
– Готовы ли вы также использовать это выражение в отношении Артёма Истомина?
– Между мной и Артемом не возникало никаких разногласий. Однако его уход вызвал у меня глубокую печаль. Мне кажется, он выбрал неверное направление. Пока не буду делиться другими мыслями на этот счет, хотя они и возникают. Каждый сам определяет свою дорогу. Пусть пробует, стремится к цели. Если у него и у его коллег всё сложится успешно, я буду только рад. Артём всегда был для меня одним из самых близких людей.
– По словам Юрия Бородавко, зарубежные спортсмены будут рады отсутствию российских участников. Сокращение числа соперников позволит им претендовать на более высокие призовые места.
– Безусловно, это имеет под собой основания. Действительно, в отсутствие серьезных соперников добиться призовых мест будет легче. Однако призовые места напрямую связаны с развитием спортивной дисциплины. Чем выше конкуренция – тем выше и общий уровень, тем больше внимания, рекламы, спонсоров. Именно так происходило и раньше. В грядущем сезоне уровень состязания, особенно в лыжном спорте, снизится. Я лично не стану смотреть дистанционные гонки Кубка мира – не вижу в этом смысла, если в шестерке лидеров окажется шесть норвежцев. Чемпионат Норвегии наблюдать не представляет особого интереса. Спринтерские гонки, вероятно, посмотрю, но не все.
Я непременно посмотрю Кубок мира по биатлону. Там более серьёзная конкуренция, и с профессиональной точки зрения важно следить за соперниками. Однако зрелищности этому может быть меньше. Во всём мире люди смотрят спортивные соревнования, ориентируясь на противостояние команд. Сейчас такой явной доминанты не будет. Но в биатлоне всё равно присутствует непредсказуемость благодаря стрельбе, и интрига сохраняется до самого конца.
– Помимо изменения стратегии, каким ещё образом санкции и отстранение повлияли на положение группы?
– Повлиять на рабочий процесс могут различные, пусть и незначительные факторы. К примеру, Ильназ Мухамедзянов перед началом первой гонки упал и разбил часы. Я осведомлен о том, что подобная ситуация уже возникала. Это кажется незначительным инцидентом, однако он доставляет немало неудобств.
Возможно, это связано с санкциями, но я бы увеличил численность команды. К примеру, в нашей группе работает выдающийся кинезиотерапевт Илья Яковлев, который эффективно помогает спортсменам в вопросах восстановления мышц и развития координационных способностей. Он единственный специалист такого профиля в нашей команде, и на его услуги претендуют представители других видов спорта. При этом Илья пока не оформлен официально и работает благодаря частному финансированию. Я подготовил обращение в СБР для решения вопроса его трудоустройства и надеюсь на положительный ответ. Самое важное – не допустить, чтобы его переманили к нам. У Яковлева есть предложения от команд по плаванию и волейболу.
Я также обсуждаю с Виктором Викторовичем Майгуровым другие вопросы. Для того чтобы прогрессировать, а не занимать привычные третьи или четвёртые позиции, необходимы преобразования. Они не должны быть радикальными, но значимыми, чтобы позволить обойти нескольких самых сильных спортсменов планеты.
Необходим опытный психолог. Квалифицированный специалист, работа которого принесет ощутимые результаты, предполагает соответствующие финансовые затраты. Так, Андрей Вьюхин, например, проходил занятия с психологом, что положительно сказалось на его результатах в стрельбе. Стоимость одного занятия начинается от 80 евро. И если кто-то полагает, что спортсмены используют только государственное финансирование и не вкладываются в себя собственными средствами – он ошибается. Они делают это.
К счастью, тренер больше не совмещает обязанности физиотерапевта и врача. В определенные этапы своей тренерской карьеры я выполнял все функции самостоятельно.
– Несмотря на все высказанные замечания, вы, похоже, сохраняете оптимистичный настрой?
– Конечно. Пессимизм здесь совершенно неуместен. Мы имеем возможность проводить тренировки и отправляться в любые регионы страны. Безусловно, у нас одни из лучших, если не лучшие, тренировочные комплексы в мире. Не хватает лишь качественной горной базы, расположенной на значительной высоте, в остальном всё необходимое имеется. Если бы на Семинском перевале было обустроено приличное стрельбище, ситуация была бы идеальной. По моему мнению, этот вопрос затягивается уже больше десяти лет.
– Как вы относитесь к тому, что Антон Бабиков назвал Эдуарда Латыпова самым талантливым биатлонистом России?
– У каждого человека есть свои способности. В стрельбе мне не встречалось спортсменов, превосходящих Бабикова. Единственная психологическая трудность, с которой он сталкивается – это умение контролировать себя на соревнованиях. Когда Антону удаётся это сделать, он способен демонстрировать выдающиеся результаты в стрельбе. Если говорить о функциональных возможностях, то у Бабикова они ещё и выше. Что касается силы, то Эдик, безусловно, сильнее Антона. Любой спортсмен должен уметь эффективно использовать свои достоинства и скрывать недостатки.
Если говорить о самом талантливом, я уже упоминал его в нашей беседе. Что вам известно об Андрее Вьюхине? Скорее всего, ничего. Однако его потенциал весьма велик. Но он не в состоянии контролировать свои нервы и психическое состояние.
Начинающие биатлонисты способны составить конкуренцию ведущим спортсменам, однако остается неясным, кто из них проявит себя. У нас есть перспективные атлеты, предстоит кропотливая работа. Нам необходимо сражаться с командами Франции, Норвегии и Швеции. После начала соревнований сразу нужно демонстрировать высокий уровень. Уверен, что мы будем бороться.
