В случае повтотной отмены Олимпийских игр в Токио этим летом, многие спортсмены могут столкнуться с сильной фрустрацией и ощутить ее негативные последствия. Об этом изданию «СЭ» сообщила спортивный психолог Александра Хусаинова. Ранее она работала с Российским антидопинговым агентством (РУСАДА) в качестве независимого эксперта и сотрудничала со сборной Узбекистана по художественной гимнастике (команда находилась в Москве на протяжении длительного периода пандемии). Кроме того, состоялся разговор о том, какую именно помощь психолог способен оказать спортсмену, почему российские атлеты не проявляют желания получать дополнительное образование и почему тренер теннисиста Аслана Карацева служит образцом для подражания.
Спортсмены нашей команды не стремятся к получению образования
— Существует ли в настоящее время потребность в услугах спортивного психолога среди российских спортсменов?
— Запросы в основном поступают от представителей молодого поколения. Речь идет не только о молодых спортсменах, но и о тренерах. Поколение взрослых тренеров демонстрирует категорическое неприятие спортивных психологов, рассматривая их как специалистов, которые могут препятствовать тренировочному процессу. Также присутствует фактор ревности: что, если психолог сможет наладить контакт с проблемным спортсменом, с которым у самого тренера сложные отношения? Очевидно, что подобная ситуация вызывает недовольство. Я общаюсь с Евгением Левченко (бывший футболист сборной Украины, глава профсоюза футболистов Нидерландов. — Прим. «СЭ»). Он рассказывал, что когда только приехал играть в Голландию (1996 год), то и там отношение к спортивным психологам было сдержанным. В настоящее время в каждой профессиональной команде присутствует такой специалист, выступающий посредником между спортсменом и тренером. Надеюсь, что и мы скоро придем к этому.
— Специалист по спортивной психологии способен оказать поддержку спортсмену?
— Главная трудность заключается в том, что наши спортсмены не стремятся к получению образования. Не хотелось бы говорить, что это следствие советского периода, однако обучение не считается престижным. В спортсмене воспитывают культ личности. Он по сути находится в изоляции и делает акцент исключительно на спортивной карьере. С одной стороны, у него попросту не хватает времени на учебу. С другой — он уверен, что ему гарантировано место в институте физической культуры. Там он без труда получит диплом о высшем образовании. Однако необходимо осознавать, что не все заканчивают карьеру с золотыми медалями, значительным банковским счетом и рекламными контрактами. Большинство уходит из спорта с серьезными проблемами со здоровьем, не добившись значительного заработка. Такие люди заканчивают жизнь в тяжелых, стесненных обстоятельствах. Ведь они ничего не умеют, кроме спорта.
Подобная система препятствует всестороннему развитию спортсменов. Государству они нужны до тридцати пяти лет, пока способны приносить медали, а дальнейшая их судьба не вызывает интереса. Спортсмены нередко испытывают трудности с критическим мышлением, не способны мыслить нестандартно, конструктивно формулировать свои мысли и принимать независимые решения. Зачастую у них отсутствует мотивация к какой-либо деятельности. Психолог может оказать помощь во всех этих областях. Он поможет адаптироваться к существующей структуре, предоставит инструменты для самостоятельного развития и поможет найти новые интересы.
— В североамериканских спортивных лигах многие спортсмены посещают тренинги, посвященные вопросам жизни после завершения карьеры и управлению финансами. Неужели нам этого не хватает?
— Конечно. Мы располагаем множеством примеров того, как известные спортсмены теряли все свои доходы в первые годы после завершения спортивной карьеры. Неверные инвестиции, увлечение азартными играми, злоупотребление алкоголем… И нередко они заканчивают карьеру без каких-либо сбережений. Не хватает средств, необходимых для плавного перехода от спортивной жизни к обычной. Поэтому образовательные программы, разработанные специально для спортсменов, крайне востребованы. Я полагаю, что если какая-либо спортивная организация или лига возьмет на себя подобную инициативу и разработает внутренний курс, хотя бы по основам финансовой грамотности и психологии для своих спортсменов, то это станет ценным вкладом в их репутацию.
— Когда речь идет о профессиональном спорте, важно помнить, что его фундамент создается на детско-юношеском этапе, где с детьми работают специалисты, часто получающие небольшую заработную плату. Не кажется ли вам, что именно на этом этапе возникают трудности в сфере психологического благополучия?
— Конечно. Рассмотрим ситуацию на примере воспитания ребенка. Во время занятия по художественной гимнастике девочку растягивают, и она, испытывая боль, кричит и плачет. Тренер говорит ей: «Выдержи. Тебе нечего стыдиться, другие же справляются». В результате ребенок начинает терпеть боль, и с раннего детства у него формируется убеждение, что боль – это обычное явление. Сдерживание боли также считается нормой. И если человек проявляет слезы, когда ему больно, то ему приписывают некую неполноценность, отличие от окружающих. Поэтому на всех уровнях мы нередко сталкиваемся с физическим и психологическим насилием.
В настоящее время детским тренерам, обусловленная низкой оплатой труда, привлекаются специалисты не самого высокого уровня. Однако даже те, кто искренне увлечен своей работой, из-за постоянной нехватки средств подвержены выгоранию и могут проявлять раздражение по отношению к воспитанникам. В системе отсутствуют стимулы для профессионального роста тренеров. Их побуждают демонстрировать результаты, не считаясь с методами достижения. Премиальные полагаются тренеру, если спортсмен занимает первое место на внутреннем соревновании и попадает в национальную сборную. Это приоритетная задача, для которой допустимы любые средства. В результате уже на начальных этапах жизни юных спортсменов возникает соблазн использования допинга. В Москве и Санкт-Петербурге ситуация несколько лучше, чем в регионах, где положение вещей вызывает серьезные опасения. По моему мнению, там крайне необходимы спортивные психологи. Как и врачи, они должны быть включены в систему обязательного медицинского страхования. Необходимо предусмотреть включение психолога в штатное расписание всех детско-юношеских спортивных школ. И не формально. Ведь нередко такие должности занимают родственников, которые лишь на бумаге числятся сотрудниками организации, но фактически не выполняют никакой работы.
Существует множество факторов, которые делают Олимпиаду в Токио особенно непредсказуемой
— Насколько важно для спортивного психолога разбираться в тонкостях конкретного вида спорта и следить за его развитием?
— Спортсмену проще общаться с человеком, знакомым со спортивной спецификой. Для налаживания эффективной коммуникации важно говорить с ним на понятном языке. Это касается не только тонкостей игровых моментов или технических аспектов упражнений. Например, я посещала Центр Инноваций и Технологий в О спорте. Там я наблюдала за процедурами восстановления связок и суставов. Для меня принципиально важно понимать, как выглядит разорванная связка, как выглядит поврежденный сустав. Знание психологии травмы является важным аспектом моей профессиональной деятельности. Спортсмены нередко опасаются возвращения после серьезных повреждений.
Иногда травмы возникают из-за проблем с головой. Я не имею в виду негативные мысли, которые могут привести к растяжению связок. Речь идет о травмах, вызванных напряжением тела, которое, в свою очередь, является следствием беспокойства в голове. Это приводит к повышенной нагрузке на суставы и связки.
— Отложили ли Олимпийские игры оказали негативное влияние на психологическое состояние спортсменов?
— Для многих спортсменов олимпийское золото становится главным смыслом существования. Но внезапно все может разрушиться. Я надеюсь, что Игры в Токио все же пройдут летом. В противном случае, большинство спортсменов испытают сильное разочарование. Это существенное расхождение между ожиданиями и тем, что происходит на самом деле. Ситуация вызывает серьезные опасения. Подобные обстоятельства могут спровоцировать нервные расстройства, вплоть до депрессивных состояний.
— Какова была реакция спортсменок, с которыми я сотрудничал, на изменение формата соревнований?
— Изначально была досада. Затем наступил прилив оптимизма: появилась возможность немного передохнуть и более тщательно подготовиться. Но вскоре и другие соревнования стали переноситься. Апатия вернулась. Подобные колебания эмоционального состояния сильно утомляют и требуют значительных затрат энергии. Для меня это стало ценным опытом. Я увидела, что для одних проблем служат стимулом, а для других лишают смысла жизни.
— Следует ли считать Олимпийские игры в Токио наиболее непредсказуемыми?
— Безусловно, существует множество новых факторов, которые трудно предсказать. Перенос Олимпиады, ограничения на поездки, отсутствие зрителей, особенности подготовки спортсменов, опасения по поводу положительного теста на COVID-19 непосредственно в Японии — все это создает дополнительные сложности. Не менее важным является вопрос вакцинации. Будут ли обязаны сделать прививки всех участников? В случае положительного ответа это может вызвать ряд проблем, поскольку реакция на вакцинацию у разных людей различна. У некоторых возникнут осложнения, а кто-то вообще опасается прививок.
Для Логинова, возможно, более болезненным является необходимость оправдываться, чем переживать негативные эмоции
— Перейдем к рассмотрению нескольких конкретных примеров. Президент Федерации лыжных гонок России Елена Вяльбе полагает, что на значимых соревнованиях у спортсменов следует изымать мобильные телефоны. Это необходимо для того, чтобы они не проводили вечера в социальных сетях и не просматривали негативные отзывы о себе. Является ли такая мера обоснованной?
— Здесь все похоже на ситуацию с детьми. Если пытаться ограничить и запрещать, то они будут только сильнее желать этого и протестовать. У этой истории есть и другая сторона: спортсмену конфисковали гаджет, а у него нет других увлечений. Мне нередко приходилось видеть, что у молодых спортсменов практически отсутствуют какие-либо хобби, кроме социальных сетей. Если отнять у них телефон, они начнут проявлять непокорность из-за нехватки занятий. В конечном итоге получится обиженный спортсмен. Поэтому, если вечером забирают телефоны, необходимо предложить что-то взамен. Стоит организовать досуг, который будет интересен и тренерам, и спортсменам.
— Как вы оцениваете выступление теннисиста Аслана Карацева, который в возрасте 27 лет достиг наивысшего результата в своей карьере, добившись успеха на Australian Open? Ему удалось приблизиться к топ-40 рейтинга, несмотря на то, что год назад он находился в середине третьего сотни. По словам самого Аслана, ключевую роль в его прогрессе сыграл тренер Егор Яцюк, убедивший его в возможности войти в топ-20.
— Полагают, что даже собаке приятно услышать доброе слово. Слово обладает целебной силой. Наша действительность формируется нашими мыслями. Это не фантазии о привлечении удачи, а вполне реальный процесс. Организм обладает большой пластичностью, и мы часто сами накладываем на себя необоснованные ограничения: «Я недостаточно талантлив», «У меня недостаточный рост»… Необходимо отстраниться от таких мыслей, максимально подготовиться и поверить в собственные возможности. В таком случае, весь мир будет открыт для тебя. Гораздо меньше людей становятся талантливыми самородками, чем тех, кто достиг успеха благодаря настойчивости и трудолюбию.
Тренеру Карацеву можно только выразить восхищение и еще раз акцентировать внимание на том, как важно, чтобы специалист поддерживал спортсмена. Особенно это актуально, когда спортсмен находится в зрелом спортивном возрасте. Подобных профессионалов, к сожалению, не хватает.
— Как вы оцениваете ситуацию вокруг Александра Логинова? Биатлонист отказывается комментировать свое дело о нарушении антидопинговых правил, что вызывает постоянную критику со стороны других спортсменов. Какой совет вы бы ему дали в сложившихся обстоятельствах?
— Поскольку личного общения с ним не было, я могу лишь предполагать причины его молчания. Однако главный вопрос заключается в том, что самого Логинова интересует в этой ситуации. Возможно, ему приятно, что ему не протягивают руку, сомневаются в его репутации. Ему, вероятно, стыднее оправдываться, чем испытывать давление со стороны соперников. Он понес ответственность, сделал выводы, но его конкурентов тоже можно понять. Если рассматривать законы поведения людей, то любое молчание порождает домыслы. Однако нельзя однозначно утверждать, что ему следовало бы организовать пресс-конференцию и поделиться своими переживаниями. Все мы разные, и у каждого свои представления о комфорте.
— Возвращение Алены Косторной к Этери Тутберидзе: может ли череда переходов оказать на неё негативное влияние?
— Вопрос, прежде всего, касается родителей. Как правило, в этом возрасте именно они принимают решение. И нередко, стремясь к финансовой стабильности, они допускают серьезные промахи. Таким образом, истории, связанные с переходом Косторной, должны послужить уроком для всех родителей спортсменов. Необходимо тщательно обдумывать все аргументы «за» и «против», прежде чем принимать решение, имеющее далеко идущие последствия. Если же ребенок сам настаивает на принятии решения, важно помнить, что подростковый возраст – это период серьезных потрясений, переломных моментов в физиологии и мышлении. Это может провоцировать импульсивные действия, лишенные логического обоснования. В этой ситуации требуется особая осторожность.
Алене предстоит столкнуться с немалыми трудностями. Очевидно, что ее спортивное развитие замедлилось, и теперь у нее появилось много сильных соперниц, занимающих более высокие позиции. Посмотрим, как она преодолеет эти вызовы. Я желаю ей только успехов.
