В этот день свое восьмидесятилетие отмечает Александр Ракитский – ранее занимавший пост вратарского тренера в «Локомотив», а до этого выступавший на позиции голкипера за московское «Динамо».
Воспитанником московского «Динамо» он был с юных лет; своё первое появление в основном составе датировано 3 ноября 1964 года – встреча с командой из Молдовы. В 1965 году его признали лучшим новичком сезона, вручив соответствующий приз. За время выступления за эту команду он принял участие в шестидесяти трех матчах как в первенстве страны, так и в кубковых соревнованиях. Возможно, их было бы больше – однако на позиции основного голкипера прочно стоял Лев Яшин.
В 1969 году Ракитский заключил контракт с ленинградским «Динамо», а спустя два года перешел в команду «Торпедо». После этого последовали выступления за львовские «Карпаты» и московскую «Красную Пресню».
Затем он начал тренерскую карьеру, отправившись на двенадцать лет в Африку. В Бурунди им был возглавлен клуб под названием «Интер», с которым ему удалось восемь раз стать чемпионом страны, а также тренировать национальную сборную. Вернувшись в Россию, Юрий Семин предложил ему место в тренерском штабе «Локомотива», где Ракитский на протяжении многих лет занимался подготовкой вратарей – от Овчинникова до Гильерме.
Яшин
— Вы демонстрировали выдающиеся навыки вратарской игры при невысоком росте – всего 180 сантиметров. В чем заключался ваш метод? —Обозреватели спортивного издания “СЭ” Юрий Голышак и Александр Кружков провели беседу с юбиляром. именно тогда он завоевал признание в программе «Разговоры по пятницам».
— Сейчас я бы с трудом смог добиться успеха. Но в те времена все были ниже ростом – Кавазашвили, Маслаченко и Прохоров. Яшин был высотой 189 сантиметров, поэтому казался настоящим великаном. К тому же применялись другие вратарские приемы. Сегодня, например, реже используют отбивание мяча руками. Чаще предпочитают отражать его ладонью. А я ежедневно посвящал около полутора часов тренировкам у стены с теннисным мячом, используя исключительно кулаки. И во время игры, когда в штрафную зону выполнялся прострел, я мог так далеко выбить мяч, что он пересекал центральную линию поля!
— Маслаченко заявлял о том, что иногда ощущал себя более уверенно и сильнее Яшина. Испытывали ли вы подобные чувства?
— Ни за что! Даже председатель спортивного общества «Динамо» Дерюгин обращался ко мне со словами: «Саша, ты в некоторых играх показывал мастерство не хуже, чем Лев!» Особенно сильные эмоции я испытывал на матчах в Тбилиси и Ереване. Там всегда происходило много заходов, а трибуны были переполнены.
— Бывало ли сложно морально находиться в роли запасного вратаря, осознавая, что Лев Яшин всегда будет основным?
— Затевать что-либо трудного не представлялось. Я никогда особо не стремился к признанию, хотя, конечно, жаль, что допускал больше ошибок. Вспоминаю матч с Ростовом: Понедельник едва ли выносит мяч из угла. Мяч перемещается по полю, и я раздумываю о наиболее выгодном способе завладеть им. Пока обдумывал – соперник ускользнул под моим предплечьем. Счет сравнялся! Или в Ташкенте Красницкий забил мне два мяча, после чего Яшина немедленно восстановили в основном составе.
— Вас покинул клуб «Динамо» из-за разногласий с Бесковым?
— Не приходилось. В 1969 году я получил травму и выпал из строя – заболевание поясницы. Потом пришло сообщение из Ленинграда: “Мы сможем вернуть Ракитского в строй, отпустите его”. Зимой отправился в Москву с надеждой на то, что Анатолий Бесков сделает ставку на меня. Однако услышал неожиданное заявление: “Я пригласил Пильгуя, вам предстоит бороться за место в составе”. Это произвело на меня крайне негативное впечатление. Я был глубоко разочарован.
— Вы были сильнее Пильгуя?
— Тогда, безусловно! Его еще не было на слуху. Нет, заверяю вас, я не намерен соревноваться. Лучше уж в Ленинград. Бесков лишь пожал плечами: «Делай по своему». Я присутствовал на прощальном матче Яшина в Лужниках и наблюдал за тем, как он передавал Пильгуе перчатки, тогда мне пришло на ум – а мог бы…
— Жалели о том разговоре с Бесковым?
— Нет. Мой спортивный путь сложился успешно. Позже я перешел в «Торпедо». А когда Бесков возглавил «Спартак», предложил: «Я с радостью тебя задействую. Найди возможность поговорить со Старостиным». Николай Петрович улыбнулся: «Помнишь, как я пытался убедить тебя перейти из Ленинграда в «Спартак», а ты выбрал «Торпедо»? Именно поэтому сейчас говорю – нет!»
Большой
— В ленинградском «Динамо» вы отыграли два года.
— В 1969 году мы едва не вышли в высший дивизион. Мы сами уступили место Орджоникидзе, которые имели значительные финансовые ресурсы – хватило и на них, и на арбитров. Они обеспечили себя повсюду. Нас обыграли с результатом 1:0 в Ленинграде, забивая гол со спорного одиннадцатиметрового штрафного удара. Геннадий Орлов, комментатор, когда-то выступал у нас.
— Хороший футболист?
— Вы очень сообразительны. Но немного медлительны, делаете все широкими движениями. Зато как интересно рассказываете! А тренировал нас Вячеслав Соловьев. Он был моим свидетелем на свадьбе.
— Раз уж вы подняли эту тему, поговорим о вашей свадьбе.
— Моя супруга – артистка балета Большого театра. Она прослужила там двадцать лет в основной труппе, рядом с такими выдающимися танцовщицами как Максимова и Плисецкая.
— Как познакомились?
— Родитель Марины занимал пост главы железнодорожного ведомства, а мой отец был его заместителем. Мы поддерживали тесные связи, с самого раннего возраста я знал эту девочку. В то время она казалась крохой, не воспринимался всерьез. Однажды на короткое время оказался в Москве и спросил у матери: «Как там танцовщица? Подросла ли?» Мать быстро привела ее ко мне. Мы вновь познакомились и больше не расставались.
— Разогнали ее поклонников?
— Марину замуж Григ звал…
— Кто-кто?
— Григорович. Однако вся родня была против этого союза, поэтому я вовремя появился на горизонте.
— С Плисецкой общались?
— Кажется, что-то и планировалось. Но моя будущая супруга прервала этот момент – она сразу же увела меня в сторону. Мне даже не удалось получить ее контактные данные.
— Плисецкая же гораздо старше вас.
— Все были очарованы Майей Плисецкой, но ей нравились молодые люди.
— Про конкуренцию в Большом вам жена рассказывала?
— Соперничество там невероятно высокое! Засыпать стекло в балетки – занятие несложное. Однако, это вызывало порезы на ноге. Непонятно, сколько раз ее толкали с лестницы, будто случайно…
Бурунди
— Когда вы уехали в Африку?
— В летние месяцы 1985 года. Сотрудникам Спорткомитета предоставили перечень – кто готов отправиться за границу при наличии приглашения. Я внес свою кандидатуру. Недавно поступил вызов – соберите вещи!
— Не ужаснулись, когда предложили Бурунди?
— Почувствовал настоящий шок! Первой мыслью было: Бургундия. Какое счастье, подумал я, попробую хорошее вино. И не знал о существовании такого места как Бурунди. Начал искать его на карте – но безуспешно. Страна настолько мала, что проходит под номером. Тем не менее, сделал прививки от желтой лихорадки и отправился в путь. Приобрел темный костюм, поскольку других вариантов в Советском Союзе просто не было. Вышел из самолета — температура воздуха 40 градусов! Позже я восемь раз выиграл местный «Интер», а затем мне доверили сборную.
— Крокодилов видели?
— Их особенно много в зонах военных действий. И там, где Бурунди, и в прилегающем Заире тела выбрасывают в озеро Танганьика. Именно поэтому крокодилы постоянно плавают по его поверхности. Первые семь лет мы часто купались в этом водоеме. Однако местные жители сначала стреляли в воду перед тем, как окунуться – на всякий случай. Но после одного инцидента я стал избегать Танганьику.
Однажды вечером русская семья с двумя детьми приехала на удаленный песчаный берег. Отец занимал должность водителя при посольстве, мать – была руководителем делопроизводства, женщина крупного телосложения. Вода там неглубокая и мелкий песок. Она стояла в воде у кромки пляжа, а он с детьми находился примерно в десяти метрах от нее. И вот она повествует: «Я заметила какое-то движение на поверхности воды, что-то темное мелькнуло мимо. Я услышала крик жены – и через мгновение ее уже не стало».
— Крокодил?
— Верно. Он схватил за ноги и потянул под воду. Эти создания весьма разумны и хорошо ориентируются. Напасть могла на любого человека, однако мужчина был худощавым, а дети маленькими. Ему понадобилась наиболее массивная цель.
— Кошмар.
— Обнаруженные останки были найдены спустя два часа после происшествия. Местные жители знают о местах обитания крокодилов… С тех пор мы предпочитаем плавать только в бассейне.
— Как насчет змей?
— В этих краях тоже хватает дичи. Однажды к нам на территорию забрела змея. Я попытался её нейтрализовать с помощью специального инструмента, намереваясь уничтожить, но мой сын убедил меня: «Отец, дай ей жить». Мы выпустили ее через ограду. А позже вечером она стала участником дорожно-транспортного происшествия со своими друзьями; у них были серьезные травмы конечностей, в то время как с моим сыном все обошлось! Я пришел к выводу: кто-то получил шанс на существование, а кому-то он его подарил.
Кроме того, нашу виллу с огромным садом посещал бегемот. Он обитал неподалеку, в озере за зарослями бананов и регулярно приходил к нам. Животное не боялось людей, спокойно пережевывало траву среди кустов. Мы со временем привыкли к его присутствию. А однажды я чуть не врезался на автомобиле в его заднюю часть.
— Романтично.
— Не стоит ожидать нежных чувств. Если спровоцировать бегемота, последствия могут быть неприятными для вас. Это опасное животное, способное легко разрушить плавсредство или транспортное средство. Я наблюдал, как на озере бегемот развлекался с лодкой, в которой находились люди; он подплывал и поднимал её вверх. Похоже было на забаву. К счастью, ему не пришло в голову перевернуть ее – находящиеся там успели уйти.
— Вы-то как разминулись?
— Уже темнеет, освещения нет. Я пытался въехать во двор, когда услышал крики: «Остановитесь!» В последний момент я заметил перед собой огромное тёмное пятно и экстренно затормозил. Когда я осознал, что это оказалась задняя часть бегемота, я быстро отъехал в сторону. Он неспешно повернулся, посмотрел на меня с укором и исчез среди растительности. Больше он нам не попадался на глаза. К тому же вскоре мы переехали в другой район, расположенный ближе к посольству.
— Почему?
— Противостояние между народами тутси и хуту вылилось в продолжительный вооруженный конфликт. Вблизи виллы военные рыли траншеи. Наш дом неоднократно оказывался под огнем. Как только начинались боевые действия, мы прятались; укрывались и слушали, как гильзы ударяются о крышу.
— Прозвище у вас в Бурунди было?
— Музунгу. Вскользь выяснил — о чём идёт речь. Белый мартышка!
— Забавно.
— Я привык заниматься в нейлоновой куртке, чтобы избегать тесного контакта с потеющими людьми. Постарался не приветствовать рукопожатием. Из советской дипломатической службы пригласили специалиста ветеринарного профиля для осмотра спортсменов, поскольку обычного врача найти не удалось. Я проинструктировал их о правилах поведения. Заметил, что они умываются три-четыре раза в день и чистят зубы продолжительное время. Тем не менее, от них исходит неприятный запах. А им кажется, будто несвежий аромат исходит от нас, европейцев.