В Минске 2 сентября на 86-м году жизни ушел из жизни Александр Медведь, самый титулованный спортсмен в истории вольной борьбы. Он был 3-кратным олимпийским чемпионом, 7-кратным чемпионом мира, 3-кратным чемпионом Европы и 9-кратным чемпионом СССР. В этой статье собраны высказывания Медведя о спорте и жизненном пути.
Бабушку звали Медведихой, и ее рост составлял 192 сантиметра. Дедушка, в свою очередь, оказался заметно выше нее. По имеющимся сведениям, они мигрировали из России на Украину, приблизительно на рубеже веков. В районе Белой Церкви. Я родом из Белой Церкви — в Белоруссию меня призвали на службу. Свое прозвище они привезли из мест своего происхождения.
Я вырос без особого надзора, поэтому не испытывал страха перед кем-либо. В юные годы случались стычки, в том числе и с представителями цыганских групп. Мы – люди, выросшие после войны. Мы бродили с улицы на улицу. Начал работать в раннем возрасте. Прыгали на поездах, собирали колоски – то были очень трудные времена. Я помню подсолнухи: когда выжимаешь масло, остается жмых. Мать собирала его для поросят, а мы у нее воровали, чтобы съесть этот жмых. Постоянно хотелось есть, особенно сахара.
Внутренний голос побуждал меня к действию. Я ощущал зов, давящий на одного, другого, третьего человека. В итоге я оказался в танковом подразделении, несмотря на мой рост, составляющий 193 сантиметра.
Нас выгрузили в Уручье и распределили по местам. Старший лейтенант спросил, есть ли среди нас те, кто имел хоть какой-то опыт. Я ответил, что немного занимался борьбой. Он предложил мне пойти на тренировку с ним. В процессе борьбы я повалил его головой на ковер, после чего он, схватившись за шею, стал просить отпустить. Оказалось, он был чемпионом Минской области. С этого момента я начал посещать занятия по греко-римской борьбе.
Я пробовал различные виды спорта. В школе, к примеру, я посещал занятия по гимнастике . Сначала я занимался этим, потом тренер обратился ко мне и сказал: «Гусь, тебе пора уходить. Я не собираюсь постоянно помогать тебе подниматься на перекладину». Так я был отстранен. Я интересовался баскетболом, волейболом и легкой атлетикой. Эти занятия способствовали моему всестороннему развитию. Кроме того, я помогал по хозяйству: пахал, сеял, косил, чтобы обеспечить себя пропитанием.
Наибольшие трудности представляла подготовка дров к зиме, в частности, раскалывание дубового пня . Это настоящее искусство. Именно поэтому у меня были такие кисти. Они были приобретены благодаря упорному труду. Когда я работал после школы на заводе, мои коллеги посещали спортивные секции. Я тоже начал заниматься борьбой, мы отдыхали на реке. Начали бороться — и я победил всех.
Мне не нравилось заниматься со штангой и гирями, я выполнял упражнения лишь формально, поднимая вес кончиками пальцев. Возможно, я появился на свет, чтобы… Обнаружил свое призвание именно в большом спорте — в вольной борьбе. Занимался самбо и греко-римской борьбой, но эти виды не приносили мне удовольствия. Греко-римская борьба казалась скованной, а в самбо допуски были за куртки. В вольной борьбе же я чувствовал себя полноправным хозяином ковра.
Я испытывал удовольствие от того, что изнурял их соперников настолько, что они говорили: «Возьми балл, но не трогай меня». Мне нравились быстрые и точные движения, которые я довел до совершенства. Я многократно повторял их, и они, словно под действием невидимой силы, сбивали противника с ног, а я легко перехватывал его.
В Тбилиси произошел один случай. Командный чемпионат СССР, спортивный дворец заполнен полностью — 10 тысяч зрителей. Чтобы «Буревестник» стал чемпионом, мне необходимо было чисто победить динамовца. Однако для тяжелой весовой категории они выставили дзюдоиста Анзора Кикнадзе. Он был замечательным борцом, но вольная борьба была не его сильной стороной. На второй минуте я выполнил бросок. Анзор упал на живот, его голова оказалась под ковром. Я потянул его за ногу на ковер. Он понял: если я его затащу, то положу. И он ухватился руками за обкладные маты. Я тянул, он не отпускал. Маты начали отрываться от пола. Публика по-грузински кричала ему: «Ты не мужчина!» Он спросил меня: «Саша, ты мне друг?» «Друг», — ответил я. «Отпусти, прошу!» Я отпустил его. Он встал, вышел в центр ковра, оттолкнул судью и сам поднял мне руку. Затем он потребовал тишины и обратился к зрителям: «Ну, кто тут мужчина? Пусть выйдет и с Медведем поборется!»
В Мехико, на Олимпиаде, в условиях горной местности, я ощущал себя совершенно измотанным. Тренеры утверждали, что всё зависит от моей решимости. В начале поединка он несколько раз пытался схватить меня за кисть, и вдруг — хрясь! Я увидел, что большой палец на руке неестественно изогнут под прямым углом. Это был вывих. Вольф остановился и спросил: «Доктор, Александр?» Я ответил: «Ноу доктор». Я сам поправил палец, вставив его на место. У Дитриха и у судьи глаза расширились от удивления. «Давай, говорим, продолжай бороться». После этого я осознал, что немец мой соперник. Он уже опасался смотреть мне в глаза. Через полминуты схватка завершилась.
Тэйлор, весом 200 килограммов, представляет собой необычное явление. У меня не было возможности отдохнуть с ним. И я все же застал его за нечестным поступком (во время схватки на Олимпиаде-1972. — Прим. «СЭ»). Он имел вес 200 килограммов и постоянно переходил в наступление, а я немного уклонялся в сторону — и выбил его переднюю ногу, после чего мы полетели вместе. В тот момент у меня возникла мысль: «Нужно быстрее вытащить ногу из-под него, иначе…». Попробуйте поставить 100-килограммовую бочку на ногу и вытащить ее, а тут 200 килограммов — и еще живой, оказывает сопротивление. Пытался поднять его за ногу, и это привело к тяжелейшему радикулиту, который… В Мюнхене меня кололи. Давали лекарство, которое пришлось доставать с трудом. Оно не влияло на допинг, и наутро я опять выступил. Всю ночь делали уколы — и выпустили снова на ковер. Тогда помогла Зоя Миронова, наш замечательный хирург. Она сказала, что у парней из ГДР есть эффективное обезболивающее средство. Но меняют они его только на икру. Ребята из команды насобирали 2 килограмма.
Мой преподаватель в институте физической культуры ежегодно предсказывал мне, что я закончу жизнь на ковре. Выжил, как видите. А если говорить серьезно, то значительную помощь оказали нарзановые ванны в Кисловодске. Сердечные проблемы начались еще в 1959 году. Я проходил срочную службу в армии. Заболел тяжелым гриппом и попал в госпиталь. Там я пролежал две недели, а прямо из госпиталя меня отправили на чемпионат Вооруженных сил. Мне следовало бы просто уступить, то есть проиграть. Но я не способен на это, я боролся во всех схватках до тех пор, пока не потемнело в глазах, и занял второе место. С тех пор у меня стали возникать приступы сердечных проблем.
В 1972 году, после моего ухода, мне предлагали переехать в Соединенные Штаты Америки. Машеров вызвал меня в Центральный комитет партии и дал указание продолжать работу в Минске. Сразу же четверо молодых людей стали чемпионами мира. Я рад, что после моей работы остался положительный результат. Необходимо постоянно искать новые возможности и двигаться вперед. Даже сейчас, в моем возрасте, я продолжаю появляться на совещаниях.
Мужчина, как правило, должен создавать благополучную семью. Я всегда поддерживал семью, даже отправлял цветы из Алушты. Мне очень жаль, что у меня всего двое детей.
В жизни необходимо постоянно двигаться вперед и преодолевать трудности. Возможно, мне посчастливилось. Я встречал прекрасных друзей, тренеров, у которых получал знания. Позже уже они перенимали опыт у меня. Сейчас я также веду борьбу за жизнь, стремясь продлить ее. Я многое отдал, и теперь сражаюсь за нее. Благодарен Богу – я жив. Продолжаю борьбу за жизнь. Вся жизнь – это постоянное преодоление.
В данной работе для иллюстрации позиции автора использованы высказывания Александра Медведя, взятые из интервью «Спорт-Экспрессу» (май 1993 года), видео на Youtube-канале Team BY (март 2022 года), телепередаче на канале ТРО (апрель 2012 года), ресурсе CTVBY (сентябрь 2017 года), SportoBello (сентябрь 2014 года), а также из беседы с Максимом Царенко (сентябрь 2012 года).
