Александр Логинов после гонки преследования дважды извинился – сначала перед российскими болельщиками, а потом перед Йоханнесом Бё, россиянина задел при перестроении на последнем круге. Однако поводов для извинений у него нет. Он показал великолепный результат на этапе, дважды поднялся на подиум, и упал лишь потому, что стремился к победе, не желая останавливаться на меньшем, в борьбе с идеально подготовленным младшим Бё. После финиша журналисты начали расспрашивать Логинова о падении, но вскоре сам Александр попросил их перейти к другим вопросам.
— Александр, что же всё-таки случилось на том подъёме?
— Я упал (улыбается). Безусловно, это моя вина. Я сам создал себе трудности. Передо мной стояли конкретные задачи, которые необходимо было решить до завершения, однако я не успел выполнить их полностью.
— Какой тактики вы придерживались на заключительном круге?
— Изначально планировалось начать атаку на предпоследнем подъёме, однако из-за ограниченной ширины трассы в Поклюке это оказалось невозможным. Попытка совершить рывок на заключительном подъёме также не удалась, и спортсмен упал.
— Что приходило в голову сразу после падения?
— Какие мысли могут возникнуть в такой ситуации… Вы шутите? Похоже, вам лишь хотелось поскорее закончить и добраться до финиша. Ни о чём больше не думали. Необходимо было продемонстрировать наилучший результат, учитывая сложившиеся условия.
— Текущее состояние позволяло ли ещё предпринять атаку до того, как она рухнет?
— Разумеется. Возникли ли у вас дополнительные вопросы, не связанные со снижением? (смеётся). Я, безусловно, приношу извинения, однако ситуация очевидна: произошло падение, была утрачена концентрация и упущен благоприятный момент.
— Каковы ваши впечатления от второго подряд пьедестала?
— Удовлетворён прошедшей гонкой и почти безупречной стрельбой. Неприятный промах произошёл, хотя цели находились на близком расстоянии. Если говорить откровенно, после трёх последовательных сложных гонок очень хочется передохнуть. Однако важно понимать, что потребуется приложить усилия и настроиться на этап в Хохфильцене.
— Действительно, на первой сделке было заключено пять крупных контрактов, как сообщалось ранее?
— Там речь не о габаритах, а о стрельбе, продолжавшейся восемь часов. Наблюдалось небольшое отклонение в траектории выстрелов. Я объясняю это изменением погодных условий и направлением ветра. Кроме того, солнце периодически скрывалось за облаками. Было произведено исправление, после чего всё прошло штатно.
— Вы в курсе, что Мартен Фуркад не дошёл до финиша?
— Я уверен, что медицинский персонал сборной Франции определит его состояние. Уверен, что он сможет добиться значительных успехов. Я не буду делать выводы о наличии у него слабости характера. Скорее всего, у него были веские основания для своих действий.
— Создалось впечатление, что ваши лыжи скользили эффективнее, чем у Йоханнеса. Это правда?
— Из-за структуры снежного покрова, который обеспечивал примерно одинаковое скольжение, участники, находившиеся в конце группы при спуске, получали некоторое преимущество. Это облегчало набор скорости.
— После третьего контрольного пункта вы оказались впереди основной группы. Возникали ли опасения, что спортсмены могут остаться позади вас и сохранить силы?
— Ни в коем случае. Я просто следовал своему рабочему ритму и не обращал внимания на окружающих. Мне необходимо было работать в собственном темпе, чтобы подготовиться к стрельбе наилучшим образом.
— Финальная перестрелка выдалась напряженной, поскольку сразу шесть стрелков сражались за медали. Какие у вас были ощущения в тот момент?
— Откровенно говоря, я не подозревал, что за мной наблюдают пять или шесть человек. Я видел одного или двух. Я стрелял, придерживаясь своей тактики, и не обращал внимания на окружающих. На последний круг я выходил, не зная, что лидирую.
— После завершения гонки вы недолго беседовали с Рико Гроссом. О чём это было, если не разглашать подробности?
— Ему было любопытно узнать о произошедшем на заключительном круге, он поинтересовался причиной моего падения. В ходе беседы мы обсудили и другие, не связанные с гонкой, вопросы.
— Представьте, вам сказали в начале недели, что вы станете двукратным призёром этого этапа. Поверили бы вы в такую возможность?
— Я не склонен загадывать наперед и делать прогнозы перед гонками, поэтому у меня нет никаких комментариев по этому поводу.
— Суть в том, что ряд спортсменов в составе сборной России высказывали мнение о том, что ещё не достигли пика своей физической формы. Однако вы демонстрируете превосходную готовность…
— Полагаю, стоит уделить больше внимания взаимодействию стрельбы и техники катания на лыжах. Это пока не тот уровень мастерства, которого я могу достичь. Необходимо продолжать совершенствовать свою физическую подготовку и стремиться к совершенству.
— В какой гонке вам было комфортнее выступать – в спринтерской гонке или в контактной гонке с группой преследования?
— Это совершенно разные соревнования. Возможно, условия во время спринта, который был позавчера, были мне несколько более благоприятными. Сейчас я имею в виду структуру снега. Однако необходимо быть готовым к любым обстоятельствам.
