Неожиданным стало решение Захара Бардакова о переезде в Северную Америку. Несмотря на ведущиеся переговоры со СКА относительно нового контракта, хоккеист, взвесив все «за» и «против», решил воспользоваться пунктом в соглашении и испытать себя в зарубежной лиге. К началу второго месяца сезона у него на счету 11 игр и 4 результативных балла (1 гол и 3 передачи), однако игровое время оставляет желать лучшего. Его личный антирекорд – менее девяти минут на матч. В СКА он мог проводить на льду столько же времени за один период.
Но Захар, невзирая на это, не изменился. После разговора с ним кто-то может решить, что Бардакову совершенно безразлично, и он относится к этому не всерьез. Однако это не соответствует действительности. Даже в сложный период он сохранял позитивный настрой, оставался верен себе — и, по всей видимости, ему действительно все равно, какое мнение о нем сложится.
Держусь Ничушкина, он знает, где поесть
— Как вам Северная Америка? Я спрашиваю, ведь сам родился в Северске, а затем долгое время жил в Подольске.
— Всё в порядке. Я постоянно переезжаю и меняю обстановку, поэтому сейчас чувствую себя вполне уверенно.
— Переезд из Северска в Подольск — это одно, а переезд из Санкт-Петербурга в Денвер — совсем другая ситуация.
— Центр Денвера напоминает сочетание Балашихи и Подольска, а в окрестностях ощущается атмосфера, схожая с Северском. В столице штата, безусловно, можно встретить небоскрёбы, однако преобладают частные дома, а за ними раскинулись обширные пространства.
— Я убежден, что основной трудностью для вас является недостаток обычного общения. Мне довелось встретиться с вами на интервью в Москве, после чего вы без каких-либо проблем отправились на прогулку по городу, даже без использования автомобиля.
— Действительно, различия весьма значительны. Однако я не намерен выражать недовольство или испытывать беспокойство по этому поводу. Все организовано иначе, но я уверен, что смогу адаптироваться к любым условиям. Хотя, безусловно, наиболее важный аспект – это взаимодействие с другими людьми. В Санкт-Петербурге мы могли легко увидеться, пообщаться. Здесь обстановка в раздевалке отличается. В команде, скорее, подшучивают, но я воспринимаю это без волнения.
— Пока не понимаете их шуток?
— Это непросто. На тренировках и во время матчей языковой барьер не ощущается, однако за пределами ледовой арены возникают трудности. Тем не менее, я не испытываю из-за этого дискомфорта. Я могу посетить ресторан или магазин и без проблем сделать заказ, приобрести необходимые вещи.
— Что последнее покупали?
— Кофту. Я приобрел еще несколько предметов одежды для себя, без каких-либо затруднений.
— В настоящее время приобрести что-либо под силу практически каждому, однако не у всех есть возможность самостоятельно настроить подключение к сети или оформить заказ на клининговые услуги.
— Я сам слежу за порядком и уборкой. Агент оказал помощь с подключением интернета: приехал специалист и выполнил все необходимые работы, проблем не возникло.
— Вы меня не убедите. Я полагал, что существует тоска по родному дому. Кто-то ведь может долго говорить по телефону.
— Такого нет. Я осознаю цель моего пребывания здесь. Поддерживаю связь с родителями, учитывая 14-часовая разница. Чаще всего созваниваюсь с отцом после матчей, однако он обычно рано отправляется спать.
— В составе команды присутствует лишь один российский хоккеист — Валерий Ничушкин. Не кажется ли вам это монотонным?
— Также есть белорус Илья Соловьев, которого недавно отобрали с драфта. Мне достаточно общения.
— Вы уже удостоверились, что Ничушкин демонстрирует безупречную работу?
— Да, однажды я ездил с ним и утомился от его рассказов о психологии и самодисциплине. Тем не менее, он является хорошим образцом для подражания. При внимательном прослушивании можно извлечь немало ценных знаний. Хотя порой разговоры о «важных вещах» могут показаться излишне навязчивыми.
— Каково ваше мнение о чаевых в США? Для людей, привыкших к российским реалиям, это может показаться необычным явлением.
— Теперь мне стало ясно, почему в Америке цены выше. Мы посетили ресторан — сумма в чеке показалась около 200 долларов, но к ней добавились еще 20 процентов на чаевые и налог. Причем эти чаевые, как оказалось, обязательны! И это повсеместно. Что касается меня, то я не понимаю, почему нужно платить чаевые, если я просто взял кофе на вынос?
— На терминалах также присутствует уловка: на дисплее сразу отображается информация о 25-30 процентах, и для обнаружения кнопки «без чаевых» требуется определенное усилие.
— Да, я пытаюсь ее отыскать! Но наиболее любопытное — это доставка. Если заказываешь немного, еду оставляют на первом этаже, и тогда приходится спускаться. А однажды прибавили пять процентов вместо трех — еду подняли в квартиру. Непонятно, как они смогли подняться, ведь для этого нужен пропуск с чипом. Сейчас мы больше не делаем заказы — готовим дома.
— В командах Национальной хоккейной лиги не предусмотрено организованных ужинов для игроков ни на домашней, ни на выездной площадке. Я слежу за Грицюком — у него иногда возникают трудности с поиском места, где можно поесть. Однажды он купил еду в зоне питания: пластиковая упаковка, сомнительное качество продуктов.
— Это вполне соответствует его манере поведения. Полагаю, подобные ситуации происходили с ним и в России. А я предпочитаю находиться рядом с Валерой Ничушкиным — он всегда подскажет, где можно вкусно пообедать в любом городе. В дни соревнований на столе всегда есть широкий выбор блюд.
Тафгай во время поединка рекомендовал немедленно припасть к земле
— Перейдем к хоккею. Наблюдать за вашей деятельностью непросто из-за ограниченного времени на площадке.
— Сначала было непросто. Однако, как только мне удалось заработать первое очко, стало легче, и я начал лучше понимать требования тренеров. Не стану скрывать, меня беспокоит объем игрового времени. Я уже обратился к агенту с просьбой обсудить этот вопрос с руководством клуба.
— Имеете право.
— Да. Практически не совершаю ошибок, но обычно выхожу на лед в первом периоде, а затем жду. Когда меня выпускают на несколько смен во втором периоде, возвращаюсь на скамейку, как будто провел на льду полный матч. В России я играл по 15-20 минут и без проблем выдерживал нагрузку. Понимаю, что необходим период адаптации, но сколько еще нужно ждать?
— Были поводы для претензий?
— На предсезонной подготовке я несколько раз был удалён из-за необоснованных штрафов. По моей просьбе была проведена проверка, и теперь у меня нет штрафного времени.
— Однако вы вступили в поединок во время тренировочного лагеря. Что побудило вас сразиться с опытным бойцом? Он вполне мог нанести вам серьезные травмы.
— В игре против «Юты» мой прием получился не совсем корректным. Это было не намеренно — просто совпало несколько факторов. Он выполнял маневр, я двигался на плечо, и в результате попал в его спину, после чего он упал за борт. Я получил две минуты штрафного времени. Затем он подъехал и начал наносить удары. После матча мы пообщались — он сказал, что я хороший человек. Даже посоветовал во время схватки: «Упади — и все закончится». Но я подумал: зачем мне падать? Это выглядит не очень достойно. Потом скажут, что я трус. Поэтому я остался на месте. Но разница в уровне подготовки была значительной: он пересилил меня и наносил удары. Попал по лбу, но это не стало серьезной проблемой — лишь небольшие царапины. Теперь я точно не планирую вступать в драки. Хотя, когда мы снова играли с «Ютой», я опасался повторного конфликта. Я совершил жесткое нарушение против Симашева, но меня не удалили. Затем нам сообщили, что у них есть боец, и если он захочет отомстить, будет очень жарко.
— Я знаю, о ком вы.
— Это правда, однако столкновений не происходило. Зато Симашев устроил скандал — пришлось даже услышать нецензурную лексику. А тот парень с длинными волосами преследовал меня, но не решился на действия. Ничья — он не пошёл на риск.
— Общаетесь с русскими из других команд?
— Общаюсь не так часто, поэтому редко кого вижу. На тренировках можем обменяться парой фраз. Встречался с Подколзиным и Грицюком. С Никишиным пока не удалось пообщаться, но, возможно, пересечемся в Каролине.
Я совершенно не знаю, против каких команд я выступаю в Национальной хоккейной лиге
— Вы не испытываете беспокойства по поводу первого заброшенного гола в чемпионате?
— Безусловно. Похоже, дома у меня сохранилась только первая шайба из ВХЛ. Остальные, видимо, потерялись. Говорят, её поместят в рамку, но мне это безразлично.
— В России нередко отмечали, что организация СКА во многом схожа с принципами работы клубов Национальной хоккейной лиги. Какие же существуют различия?
— Да, здесь логистика более удобная — перелеты и сборы после матчей проходят быстрее. В остальном все привычно: питание, режим. Только в СКА кофемашину не убирали до окончания игры — это считалось приметной. Однако это затягивало время сборов. Здесь подобного нет.
— Денвер вроде бы спокойный город?
— Да, здесь тише. Хотя недавно была популярна вандальская забава — разбивание стекол автомобилей, и на нашей парковке пострадало несколько машин. К счастью, моему автомобилю ничего не повредило.
— Живете далеко от арены?
— До арены — минут 15, до базы — 25. Удобно.
— Вы находитесь на борту самолета. Существует мнение, что в НБА для новичков действуют особые, неформальные правила. Им рекомендуется занимать места в автобусе первыми и садиться в самолет последними.
— Никита Прищепов предостерегал меня, советуя держаться в стороне. Однако мне 24 года, и я уже выступал за известные клубы. Поэтому я первым выхожу из автобуса и первым сажусь в самолет — и это никого не смущает.
— Где сидите?
— В заключение, на предназначенных для ветеранов местах. Рядом со мной Натан.
— О Маккиноне утверждают, что он увлечен тренировками и может отругать тех, кто проявляет лень.
— Я стараюсь выкладываться на максимум — иначе как поддерживать форму, если почти не тренируюсь? С ним никаких проблем нет. Напротив, он летом приглашал нас с Прищеповым на тренировки, и мы с удовольствием приезжали.
— Срок действия контракта составляет один год. Вы готовы к тому, что не согласитесь на продолжительность в 6-8 минут?
— Я стремлюсь получать больше игрового времени и намерен прилагать усилия для достижения этой цели.
— Вы недавно разгромили «Эдмонтон» — 9:1!
— Да, это была довольно простая игра. Я сделал две передачи и показал неплохую игру. Конечно, мне не довелось играть против игрока под номером 97, но в целом впечатления остались положительные.
— Судя по всему, вы недостаточно интересуетесь Национальной хоккейной лигой, раз не сразу узнали, кто игрок с 97-м номером?
— Честно говоря, не проявляю особого интереса. Слышу какие-то имена, например, Макдэвид, но в целом не понимаю, против кого выхожу на лед. Недавно мы играли с «Ванкувером» – я узнавал фамилии, а не игроков. Никогда особенно не изучал, не смотрел матчи. Иногда это создает определенные трудности – сложно предугадать действия соперников. Но, по сути, это обычные парни, просто быстрые и умело владеющие шайбой. А я предпочитаю придерживаться своего стиля.
