4 марта текущего года Сирил Ган продемонстрировал весьма неудачный бой за чемпионский титул в тяжелом весе UFC.
За две минуты и четыре секунды поединка против Джона Джонса (Ган был фаворитом), француз совершил только одно удачное действие — удар ногой между ног соперника. Джонс быстро оправился от неожиданности, вернулся в бой и наказал Сирила за промах – под нырнул под левый прямой панч, взял в захват и перевел на землю. На земле Ган потерялся и был задушен.
Недовольство выступлением Гана было настолько велико и повсеместно, что остается неясным, нашлось ли хоть немного поклонников, сохраняющих веру в его перспективы. Сам боец после поражения предпочел уединение – на протяжении четырех месяцев он избегал публичных заявлений. В настоящее время Сирила практически вытеснили из поля зрения, но не из-за прошедшего времени, а благодаря успехам других бойцов тяжелого веса. Страх внушает Сергей Павлович, проявился талант Алмейды, триумфально вернулся Аспинэлл. Ган перестал рассматриваться как один из лидеров, поскольку его предыдущее выступление стало для многих разочарованием.
Теперь ему пора вновь выйти на арену, ведь UFC назначил новый бой — 2 сентября Сирил сразится на турнире UFC в Париже с Сергеем Спиваком.
Спивак пользуется большой популярностью сейчас, одержав победу в 6 из 7 последних поединков. Для Гана это вызывает трудности из-за разнообразной борцовской базы Спивака: дзюдо, самбо и джиу-джитсу. Сирил обладает явным преимуществом в атлетизме, скорости и ударной технике, хорош в тайском клинче и способен нанести существенный урон Спиваку, если тот попытается перевести бой на землю.
Однако вопрос остается открытым: в каком психологическом состоянии будет Ган, учитывая давление родных трибун, которые он совсем недавно сильно разочаровал.
Этот поединок хранит еще одну загадку: соберет ли парижский ивент полный зал? Accor Arena вмещает шестнадцать тысяч человек, но захочет ли столько людей увидеть исполнителя, который в марте вызвал отвращение у всей страны — большой вопрос.
Сирил впервые за четыре месяца появился на публике, дав интервью популярному французскому YouTube-каналу La Sueur. В нём он рассказал о спартанском образе жизни после поражения Джонсу, хулиганстве болельщиков и том, как улучшил свою борьбу.
***
Сирил ГанКто-то сказал, что если ты выносишь флаг своей страны, то начинаешь принадлежать ее людям. Это странное чувство, но реальное. Ко мне подходят люди и дают советы на улицах. Это сумасшествие! Недавно ко мне подошли ребята, не знаю их в жизни. Не знаю, где они работают. Не знаю, как хорошо справляются с работой. Надеюсь, что хорошо, раз хотят посмотреть мою работу. И говорят [передает их грубый, развязный тон]: «Э, в следующий раз давай нормально сделай».
Люди подходят и критикуют меня. Некоторые сидят рядом со мной в ресторане или где-либо ещё. Подходят и говорят: «Езжай в Дагестан! Делай это и это! Я серьёзно говорю, Сирил, сделай это и это…». Это безумие. Я проявляю терпение, сношу свою боль, но представь, что было бы, если бы я хоть раз ответил грубо? Ты знаешь, что было бы потом. Все бы говорили: «О, Сирил изменился» и так далее.
Ведущий: После поединков с Франсисом и Джоном Джонсом возникло много обсуждений относительно моей борьбы. Теперь, когда ты снова будешь сражаться против борца, как ты улучшаешь этот аспект своей подготовки?
Сирил ГанМы продолжаем работу. У меня есть спарринг-партнеры, в том числе Мурад Алиев. Он сильно вырос, два года назад было легче работать с ним. Сейчас он профессионал, очень сильно превзошел себя. Три минуты мы работаем с Мурадом, потом заходит Сирил Маре и даёт борцовское давление, пытается перевести меня, лишить баланса. С ним тоже три минуты и так далее. Есть отдельные тренировки по грэпплингу, наш маленький кружок с Франусом Лореном и Стэном. Стэн грэпплером, весит 125 кг, сильный, как бык, работа с таким габаритным грэпплером важна.
Насрудин Имавов помогает мне тренировать тайминг, быстро проникая в ноги. Поднимаешь руки для блока – а он уже у тебя в ногах. Много разнообразных упражнений по борьбе, мелочей, которые можно улучшить. Фокус и концентрация – важны. С Франсисом я слишком увлёкся его боксом. С Джоном Джонсом не следовало ни при каких обстоятельствах бросать прямой удар задней рукой, но бросил – он зашёл, захватил спину и перевел меня.
Сейчас я живу, как будто семьи нет. Как будто жены и детей нет. Иду утром на тренировку, потом домой, сплю, потом снова на тренировку, потом опять домой. Кормлю кошек, меняю лоток, и снова на тренировку. Тренируюсь минимум два раза в день. Вместо того чтобы после 18.30 быть дома, вместо того, чтобы забирать девочек из садика, школы — я возвращаюсь сюда, в зал. Кроме двух походов с друзьями в ресторан всё это время [после боя с Джонсом] у меня больше не было никакой жизни. Жена всё ещё разрешает мне так жить, она понимает, что у меня бой, всё это она понимает.