В Нью-Йорке в прошедшие выходные состоялся один из ключевых турниров года — UFC 322. Завершился он триумфом Ислама Махачева над Джеком Делла Маддаленой в бою за чемпионский пояс в полусреднем дивизионе. Это значимое событие не только для российского ММА, но и для мирового сообщества смешанных единоборств. Один из самых властных чемпионов в лёгком весе перешёл в новую для себя весовую категорию и одержал там победу над действующим чемпионом.
У победы Махачева нашлись и критики. Первым выступил Илия Топурия, который давно стремится спровоцировать конфликт с Исламом и добиться с ним поединка. Делла Маддалене Матадор посоветовал больше внимания уделять борьбе, а обращаясь к Махачеву, заявил: «Ислам, тебе необходимо то, чему невозможно подготовиться на тренировках — эмоциям. Ты — самое невыразительное, что есть в этом спорте. С каждым днем я всё больше уверен, что отправлю тебя в нокаут».
Не будем учитывать фактор трэш-тока или личной неприязни, а сосредоточимся на «скучности» Ислама. Многие фанаты полагают, что Махачев одержал победу не самым зрелищным способом: он боролся, удерживал соперника в партере, не стремился к нокауту в стойке и, в целом, избегал активных действий на ногах. Утверждение о том, что смешанные единоборства подразумевают разнообразие стилей, которое влияет на ход поединков, уже стало избитым, но всё ещё остаётся значимым. После поединка Ислам заявил, что все его оппоненты осведомлены о его тактике, но не в силах что-либо с этим предпринять. Это не является проблемой Махачева .
У противника была полная подготовка к поединку, он с мая знал, что его соперником станет Ислам, однако он терпел неудачу при каждой попытке тейкдауна и, в лучшем случае, вставал на ноги за десять секунд, остававшихся до конца раунда. Возможно, в таком случае стоит возложить ответственность за неинтересный бой на Джека Делла Маддалену? Почему он не продолжал бой в стойке? Почему он оказался не готов к борьбе? Почему он сосредотачивался исключительно на том, чтобы избежать удушения? У австралийца получались эффектные свипы с Гилбертом Бёрнсом и Белалом Мухаммадом, но разве он полагал, что этого будет достаточно против Махачева?
Анализ статистики показывает, что за 25 минут Делла Маддалена нанёс 18 сильных ударов и в общей сложности 30. Для сравнения, у Дрикуса дю Плесси, которого ранее также удерживали в партере, было 45 ударов и 13 сильных, хотя он находился под Чимаевым на две минуты дольше и даже пытался сам применить приём удушения. Ислам Махачев нанёс 30 точных ударов, а всего было зафиксировано 140 попаданий. Стоит также отметить, что Ислам Махачев при помощи трёх ударов в область корпуса ослабил ногу Делла Маддалене и вынудил его изменить стойку . Ему также удавалось наносить эффективные удары как руками, так и ногами. Это говорит о том, что у него было достаточно времени, находясь в стойке, чтобы причинить сопернику ощутимый вред, чего не получилось у ударника, боксера.
В отношении партера также неправомерны обвинения, предъявленные Исламу. За все 19 минут контроля ни на одной минуте он не находился на Делла Маддалене без активных действий: была работа в граунд-энд-паунд локтями, неоднократные попытки выхода на Д’Арс, удушение сзади, ручной треугольник и даже кимуру . Ислам Махачев предпринял множество попыток, чтобы найти способ завершить бой. В этом плане Делла Маддалена проявил себя успешно — ему не удалось его сдать удушением. Однако, соперника не удерживали на земле, над ним доминировали, и все 25 минут пытались завершить схватку.
Ещё один момент — да, в каких-то позициях Ислам мог взять на себя ещё больший риск, но надо понимать и цену этого риска. На кону стоял второй пояс, победная серия и наследие в целом, не было смысла создавать себе дополнительные трудности, но даже при этих вводных Махачев подрался не настолько прагматично, насколько мог. Да и в целом Махачева не обвинить в скучных боях. В последних шести поединках (все были титульными) у него четыре финиша, а в числе побеждённых досрочно Чарльз Оливейра, Алекс Волкановски и Дастин Порье.
Подобная ситуация произошла и с Чимаевым после боя с Дю Плесси. Безоговорочное превосходство некоторые зрители посчитали монотонным и выразили недовольство. Однако подобное «монотонное» выступление демонстрировал, к примеру, Жаилтон Алмейда в поединке с Александром Волковым. Чимаев и Махачев боролись за титулы, стремились к завершению, при этом сохраняя хладнокровие, и, безусловно, не заслуживали критики. Элитная борьба и грэпплинг, конечно, не выглядят столь зрелищно, как сокрушительные нокауты, но заслуживают большего признания, когда это превосходство столь очевидно.
Можно считать, что это лишь этап развития карьеры. Камару Усман и Алекс Волкановски также подвергались критике за якобы незрелищные бои, однако впоследствии получили признание. Похожая ситуация наблюдается и с Мерабом Двалишвили. Даже обвинения в «решенаторстве», которые ранее предъявляли Жоржу Сен-Пьеру, со временем забылись. В случае с Махачевым в истории останется только его победа и завоевание двух титулов, но это ничуть не делает критику более обоснованной.
