Крутейший биатлонист мира Сергей Тарасов в начале 1990-х мог отправиться на тот свет из-за ошибки врачей. Ему перелили чужую кровь, сердце было на грани. Чудом россиянин выжил и восстановился, а потом вернулся в спорт. Тренеры считали его живым мертвецом, но Тарасова это не остановило. Он выиграл множество наград на мировых первенствах и золото на Олимпиаде-1994 в норвежском Лиллехаммере. Рассказываем вам уникальную историю знаменитого спортсмена.
Воздействие допинга, ослепительный свет и голос дочери
Накануне начала зимней Олимпиады 1992 года в Альбервилле Тарасов принял решение провести рискованный эксперимент. Биатлонист, выступавший за Объединенную команду и которому на тот момент исполнилось 27 лет, дал согласие на переливание крови. Международный олимпийский комитет еще в 1987 году ввел запрет на эту опасную процедуру, признав ее допингом. Однако это не помешало команде, состоявшей из спортсменов из бывших республик СССР.
Аутогемотрансфузия, или переливание собственной крови, заключалась в сдаче крови на высоте во время физических нагрузок. После обработки на центрифуге кровь обогащали витаминами и хранили в холодильнике до начала зимних соревнований. Перед применением ее извлекали и вводили спортсмену. Данная процедура способствовала улучшению самочувствия, повышала уровень гемоглобина и увеличивала спортивные показатели в видах спорта, связанных с циклическими движениями. По сути, это был естественный заменитель эритропоэтина, поскольку тесты на допинг не могли выявить переливание собственной крови.
Для сохранения секретности кровь, предназначенная Тарасову, доставили в Альбервилль с помощью обычного дипломатического курьера. Необходимые условия хранения не были соблюдены. Эритроциты, являющиеся основным переносчиком кислорода в организме, как правило, хранятся при температуре ниже минус 20 градусов Цельсия. Вероятно, пакет с кровью Тарасова, перевезенный в дипломатической сумке, оказался непригодным. Тем не менее, переливание было проведено. Процедуру выполнял врач сборной Алексей Кузнецов. Примерно через 10 минут после переливания у спортсмена не наблюдалось каких-либо изменений, пока внезапно не участился пульс до 200 ударов в минуту. Произошел криз (отторжение крови) — биатлонист оказался на грани инфаркта или инсульта. Тарасова в почти бессознательном состоянии доставили в местную клинику на машине скорой помощи. По его словам, он пережил состояние клинической смерти.
У биатлониста выпадали волосы, ногти, и отслаивалась кожа. Французские врачи были потрясены. В течение нескольких дней частота сердечных сокращений достигала 160 ударов в минуту. Сердечно-сосудистая система могла не справиться с такой нагрузкой. По телевидению сообщили о смерти спортсмена. Вскоре появилось опровержение.
«Сейчас расскажу, и мне не по себе, — поделился Тарасов в интервью «СЭ». — Вся кровь была заражена, и требовалось ее удаление. Умирающие рассказывают о каком-то тоннеле, верно? Был свет. Очень яркий. Полагаю, в тот момент я стоял на пороге – туда или сюда. Внезапно я услышал голос дочери: «Папа! Папа!» После этих слов умереть я уже не мог. Они вернули меня к жизни. Дороже Кати у меня никого нет. Кузнецов? Сейчас я его простил, наши отношения нормализовались. Никто не хотел моей смерти. Сам виноват, что дал согласие на эксперимент».
Лейкемия у конькобежца и восстановление Тарасова
По мнению четырехкратного олимпийского чемпиона по биатлону Александра Тихонова, причиной произошедшего стало ненадлежащее хранение крови. Тихонов утверждает, что врач Кузнецов допустил ошибку, перепутав емкости: Тарасову ввели кровь конькобежца Андрея Минцева, а Минцеву – кровь биатлониста. Оба спортсмена, к счастью, остались живы, однако их дальнейшая судьба сложилась по-разному. Минцев, семикратный чемпион СССР и фаворит Игр-1992, после этого инцидента прекратил спортивную карьеру. У него была диагностирована лейкемия, и лишь спустя девять лет ему удалось вылечиться.
— Я прошел через множество курсов химиотерапии, я знаю, что значит бороться с заболеванием и размышлять о несбывшихся мечтах, — делился конькобежец. — Так продолжалось девять лет. Но я верил.
Жизнь сложилась для Тарасова по-другому. В конце февраля 1992 года он прибыл в Новосибирск к своей семье. Жена не смогла сдержать слез, увидев, в каком состоянии находится ее муж. Вызов бригады скорой помощи стал регулярным явлением в доме биатлониста. Давление скакало, началась аритмия.
В большом спорте имя Тарасова оказалось забытым. В непростой ситуации его поддерживали семья и личный тренер Александр Никифоров. Ни один из спортсменов не связался с ним, за исключением разговора с четырехкратным олимпийским чемпионом Александром Тихоновым, который предложил подать иск в суд на спортивные организации. Однако Тарасов отказался от этой идеи.
Спустя полгода после трагедии Тарасов начал тренироваться. Его организм восстанавливался, и состояние постепенно улучшалось. В начале осени 1992 года биатлонист попытался вернуться в национальную команду. «В сборной произошли изменения в тренерском штабе, пришли Хованцев и Польховский, — говорил Тарасов. — Мне ответили: «Зачем нам покойник?» Но в конечном итоге решили, что если в декабре на «Ижевской винтовке» я войду в тройку лучших, меня возьмут. Я осознавал, что это условие невыполнимо. Первый старт состоялся в ноябре в Новосибирске. Пока до финиша дополз, позеленел».
От Ижевска до Лиллехаммера
Но Тарасов все же вернулся. Его первый старт после восстановления пришелся на индивидуальную гонку на 20 км, проводимую на трассе «Ижевская винтовка». Спортсмен из Алтайского края финишировал на 24-й позиции из 70 участников. Это стало для него настоящим достижением. Через день биатлонист одержал победу в спринте. Тарасов плакал от радости, осознавая, что он по-прежнему способен бороться и выигрывать.
В 1993 году на чемпионате мира в Болгарии Тарасов завоевал три медали. В следующем году ему покорилось серебро в командной гонке на чемпионате мира в канадском Кенморе. Успехи россиянина были неожиданными, поскольку помимо последствий переливания крови его также беспокоили проблемы с ногой. В конце 1980-х годов он получил травму колена, играя в футбол. Хирургическое вмешательство было отложено, и он обратился к народным методам лечения. Он укрепил связки, а к операции прибегнул только после окончания спортивной карьеры.
На зимних Олимпийских играх 1994 года в Лиллехаммере Тарасов вошел в состав мужской сборной России, куда также вошли Валерий Кириенко, Владимир Драчев и Сергей Чепиков. Результатом стало то, что российские биатлонисты завоевали медали во всех соревнованиях. В активе Тарасова оказалось три награды: бронза в спринте, серебро в эстафете и победа в индивидуальной гонке. Он обогнал немецкого спортсмена Франка Люка на 3,4 секунды. Это была первая олимпийская золотая медаль в биатлоне для новой России.
Вернувшись на родину, Тарасов был встречен как герой и любимец публики. Несомненно, для многих мальчиков его путь стал стимулом для занятия спортом. История двукратного чемпиона мира также подчеркивает важность заботы о собственном здоровье. Необходимо осознавать применяемые методы и возможные последствия.
«Я расплатился своим здоровьем, но осознал, что существуют вещи, которые недопустимы. Допинг? Мне хватило лишь одного раза. Это не имеет значения, поскольку я не принимал участие в соревнованиях. Соответственно, все мои награды — честные. Порой я размышляю: возможно, хорошо, что в Альбервилле я получил суровый урок. Если бы все получилось, я бы всю жизнь терзался чувством вины, что использовал допинг», — делился Тарасов.
Кумир миллионов
Использование допинга – это нарушение не перед ВАДА, а перед поклонниками. Спортсмены дарят людям моменты радости, когда достигают успеха. Для одних детей их победы становятся самыми яркими переживаниями в жизни. Но когда они вводят в заблуждение своих фанатов, то теряют звание героев в глазах миллионов людей, испытавших счастье в тот момент.
Сергей Тарасов, несомненно, допустил нарушение антидопинговых правил и, следовательно, должен был быть отстранен от соревнований. Переливание крови запрещено в профессиональном спорте и может вызвать серьезные проблемы со здоровьем. Обо всем этом нам известно, в частности, благодаря опыту велоспорта. Тарасов был на грани смерти, но впоследствии вернулся и одержал множество побед благодаря своим усилиям и честности. Отношение к нему может быть различным, однако его пример мужества и самосовершенствования побуждает к размышлениям.
Сегодня российские биатлонисты связывают свои неудачи с чрезмерной плотностью соревнований, ошибочными тренировочными планами и недостаточной работой смазчиков. Подобные оправдания наверняка вызвали бы ироничную усмешку на лице Тарасова – человека, который сначала одолел смерть, а затем и всех своих конкурентов.
