23 августа вечером в Санкт-Петербурге прошел турнир «Наше дело 85», где в основном бою сошлись Эдуард Вартанян и Александр Грозин. Изначально планировалось, что мероприятие состоится в Челябинске, однако из-за неполадок в местном спортивном комплексе «Юность» его перенесли».
Бой Вартаняна и Грозина состоялся в весовой категории до 77 килограммов. Эдуарда считали безоговорочным фаворитом, однако Александр оказал на него серьезное сопротивление. Грозин успешно парировал попытки Вартаняна пробиться в ноги и наносил удары в стойке. Победу единогласным решением присудили Эдуарду: два судьи отдавали победу ему во всех трех раундах, а третий посчитал, что Александр смог выиграть одну из пятиминутных схваток. После окончания поединка Вартанян дал интервью «СЭ», в котором объяснил, почему недооценил своего оппонента, и прокомментировал слова вице-президента АСА Асланбека Бадаева, утверждавшего о снижении стоимости Эдуарда.
— Вы соревновались в весовой категории до 70 килограммов, предыдущий поединок состоялся в весе до 75, а сегодняшний бой проходит в категории до 77. В какой весовой категории вам наиболее комфортно выступать?
— У меня за плечами 11 поединков в весовой категории до 77 килограммов. Именно с ней я начал свой путь, я провел в ней запоминающиеся схватки, поэтому, можно сказать, я вернулся в привычную среду. Чувствую себя комфортнее в категории до 77 килограммов.
— Потому что нет весогонки, очевидно?
— Да.
— Что с ухом?
— Грозин нанёс ему удар со спины, возможно, используя бэкфист или локоть.
— На моем лице кровотечение. Какой, по вашему мнению, был самым сильным ударом от Александра?
— По моему мнению, он действительно трижды успешно поразил цель. Три раза. Дважды это причинило боль, один раз — вызвало лишь неприятные ощущения. Попадание в нос оказалось неприятным, остальные — болезненными.
— Сразу после поединка вы отмечали, что неверно оценили силу Грозина. В чем заключался разрыв между вашими ожиданиями и тем, что произошло на самом деле?
— Я предполагал, что он не выдержит напора. Я оказывал давление, и ему понравилось, что я дышал так громко. Однако этого оказалось недостаточно. Я считал, что таким образом мне удастся его сломить.
— Возникало ли у вас когда-нибудь желание во время поединка переключиться на ударную технику?
— Я не рассматривал такой вариант ни на мгновение. По моему мнению, это было бы необдуманным и, как минимум, разрушительным действием, лишенным какой-либо предварительной подготовки и, соответственно, бессмысленным.
— Сейчас вы преподнесли Александру Грозину небольшой подарок, который является его бонусом…
— Его дочке.
— Да, дочка. Я помню, что и с Артемом Резниковым произошло подобное. А почему Дамиру Исмагулову не досталось?
— Отсутствие бонуса — это, во-первых. А во-вторых, не было оснований для вручения подарка, поскольку он старался избегать конфронтации.
— Вы хотите провести с ним повторный бой?
— По смешанным единоборствам? Я же сразу сказал, он отказался, я должен был с ним сойтись в бою. Только по ММА, да? Ну, конечно. Мы оба выступаем в ММА. И после нашего поединка по правилам кикбоксинга на нас обрушилось такое количество критики, и мы не хотели бы использовать поддержку зрителей и болельщиков для повторного боя по К-1.
— По некоторым оценкам, бой получился не самым захватывающим. Как это выглядело со стороны, изнутри? Был ли этот поединок зрелищным?
— Я одержал победу. Я чувствовал уверенность в каждом раунде. Зрелищным я должен был стать, увеличив количество получаемых ударов, чтобы публика радовалась: «Смотрите, он такой! Бейте его еще!» Нет, я не сражаюсь подобным образом. У меня долгая карьера, она насчитывает 12 лет, и за мной давно следят, — очень прекрасно знают: надо думать головой, учитывая, что ты туда еще и получаешь.
—
Асланбек Бадаев наблюдал за поединком и отметил в своем Telegram-канале, что после него Вартанян потерял в цене. Забавно, но я хотел бы узнать, разделяете ли вы его мнение? По всей видимости, он считает, что бой не был особенно интересным, и ожидает, что вы перейдете в АСА.
— Именно поэтому он так говорит. Всё выглядит закономерно. То есть, с Дамиром я дрался, одержал победу, но и сам потерял в стоимости. У Александра Грозина я выиграл все раунды — и снова моя стоимость снизилась. Здесь, по всей видимости, происходит подготовка к переговорам. Фактически, я победил, и, как следствие, сохранил как минимум прежний уровень. Этот момент крайне важен. И что это говорит о потенциальных противостояниях? Асланбек Бадаев уже исключал меня из числа претендентов в 2021 году, но я вернулся, словно феникс.
— Я правильно понимаю, что Асланбек считает АСА более сильным соперником и, возможно, Вартанян должен выступать здесь, в «Нашем деле »] всех финишировать.
— Я дебютировал в Гран-при АСА в 2022 году и одержал победу, завершая все поединки досрочно. Дополнительные комментарии здесь излишни. Более того, я являюсь самым популярным бойцом в лиге АСА, несмотря на то, что там не выступаю.
— Вам хотелось бы провести бой в лиге «Наше дело»? Или вы рассматриваете этот вариант как невозможный, учитывая возможность возвращения в АСА?
— Я не готов рассматривать этот вариант. Решение зависит от размера гонорара. Не имеет значения, с кем предстоит бой.
— Вы не делаете особого акцента на такое понятие, как наследие?
— Если передача наследства создает проблемы с финансовыми вопросами, я считаю, что решение ясно. Я уже проложил путь к своей цели в UFC, соглашаясь на более скромные выплаты. Но, как я осознал, мои амбиции стали больше. Поэтому я вернулся, чтобы сейчас радовать поклонников и зрителей в России и на территории бывшего Советского Союза.
— Путь в UFC закрыт? Вы сами отказались от него?
— Я, разумеется, не принял предложенные мне условия от UFC, в частности, касающиеся Dana White’s Contender Series.
— Кстати, сейчас проходят бои в рамках DWCS. Вы когда-нибудь задумывались о том, чтобы принять в них участие?
— Совершенно не согласен, это является оскорблением. Тот, кто понимает суть, осознает, что предоставление DWCS равносильно тому, будто вас считают командой второго эшелона. Я не принимаю такие условия, у меня есть чувство собственного достоинства, богатая история и наследие, о которых вы сами упоминаете.
— Какой поединок сейчас вызывает наибольший интерес в «Нашем деле?
— Любой соперник подойдет. Удивительно, что Мариф Пираев захотел этого. Ну что ж.
— Вы полагаете, что находитесь на более высоком уровне, чем Пираев?
— Я считаю, что я могу победить любого.
— А вот, кстати, вы упомянули коллеге о предыдущей недооценке. В каком же матче это произошло?
— Второе столкновение произошло с Али Баговым, а первое — с Абдул-Азизом Абдулвахабовым.
— Считается ли поединок с Абдулвахабовым наиболее приоритетным для вас в АСА?
— Нет, мне не важно.
— У вас реваншистских настроений таких нет?
— Нет, у меня есть настроение побеждать.
— Не важно кого, да?
— Да.
