Завершается третий год, в течение которого российские биатлонисты не участвуют в международных соревнованиях. И, как оказалось, за это время интерес к российскому биатлону заметно снизился.
Несмотря на то, что ситуация изначально сложилась по-другому. В начале, после введения международного запрета, в наших соревнованиях наблюдалась напряженная борьба. Почти в каждой гонке происходила ожесточенная конкуренция: представители сборной постоянно соперничали с неизвестными гонщиками из регионов. На каждом новом этапе мы выявляли новые таланты. Некоторые из этих спортсменов со временем прочно вошли в состав сборной.
Теперь ситуация кажется менее увлекательной. На это есть несколько объяснений.
В последнее время сенсационные открытия происходят всё менее часто, поскольку зрители уже хорошо знакомы с сильными биатлонистами из разных регионов. Неожиданности эпизодически возникают благодаря молодым спортсменам, только что перешедшим из юниорской категории.
Второй проблемой является недостаточная значимость соревнований. Несмотря на все усилия по созданию новых турниров и форматов, все они выглядят практически идентично. Часто единственное отличие заключается в том, что на одних соревнованиях биатлонисты выступают за регионы, а на других – за Россию и Беларусь. Исходя из этого, Кубок Содружества должен был бы превосходить по статусу Кубок России, однако этого не наблюдается. Для зрителя все эти соревнования становятся неразличимыми. Даже главные старты сезона, такие как Спартакиада, Кубок сильнейших или чемпионат России, не имеют какой-либо особой заметности. На мировой арене ситуация более простая и понятная: существует всего два турнира, и между ними прослеживается явная разница.
Третья причина заключается в уровне конкуренции. К сожалению, выяснение отношений на российских турнирах заметно проигрывает аналогичным событиям на международной арене, несмотря на нашу поддержку отечественных спортсменов. Это становится очевидным, если сравнить гонки Кубка России и Кубка мира в один день. В международных соревнованиях ощущается дух настоящей борьбы, присутствует серьёзная конкуренция. В России же, к сожалению, лишь отдельные противостояния могут вызвать подлинный интерес к гонке.
Несомненно, ключевым фактором стало появление ярко выраженных лидеров, значительно превосходящих по уровню подготовки остальных участников. Наблюдать за соревнованиями становится неинтересно, когда всего два или три человека постоянно борются за лидерство.
Проблема не уникальна для российского биатлона, поскольку и в Кубке мира в последние годы наблюдалось отсутствие серьёзной конкуренции из-за доминирования норвежской команды. Однако в случае Кубка мира ситуация изменилась, чего нельзя сказать о российском биатлоне.
К счастью, в российском биатлоне есть и позитивный момент – это Даниил Серохвостов. Похоже, он – единственный, кто проявляет интерес к нашему биатлону. Серохвостов, безусловно, лидирует в мужских соревнованиях. Он уверенно побеждает в каждой гонке, невзирая на внешние факторы: будь то недомогание, неточности стрельбы или неблагоприятные погодные условия. Несомненно, Даниил – один из немногих спортсменов, способных успешно выступать и на Кубке мира.
Даже если Серохвостов вынужден пропускать состязания по состоянию здоровья, он продолжает оставаться в центре внимания. Это, без сомнения, свидетельствует о важности этого спортсмена для российского биатлона.
Причиной повышенного интереса к Даниилу является не его спортивные достижения, а его яркая харизма. Биатлонист постоянно стремится к нестандартным решениям: то изобретает новую игру, то устраивает неожиданные перформансы на трассе, то поднимает настроение всем участникам забавной игрой «цу-е-фа» после финиша. Это напоминает то, что в последние годы происходило Йоханнес Бё. Все были уверены в его победе в очередной гонке, но с нетерпением предвкушали, какой сюрприз он преподнесет в этот раз.
Для Серохвостова становится всё труднее поддерживать интерес к российскому биатлону. Надеется, что ему удастся найти единомышленников.
Ну или надеяться на возвращение на Кубок мира.
