Шон Стрикленд (28-5) — новый чемпион UFC в среднем весе и самый активный социально-политический спикер организации.
Каким-то образом он умеет говорить самые взрывоопасные идеи в таком комедийно-идиотическом тоне, что никто в Америке не отменяет его и даже не осуждает. Этот тон стал такой бронебойной защитой, что Шон теперь может спокойно призывать к чему угодно и ругать всех подряд.
Если кто-то вдруг все-таки иногда решает спросить с него, он сразу же идет на попятную, и объясняет опасную болтливость тем, что он идиот и «белый мусор». Шон так наловчился лавировать между этими двумя состояниями — клоуном-комедиантом и ничего не понимающим дураком, с которого нет спроса, что теперь говорит уже все на полном серьезе. При этом, по-прежнему чудом не попадает под удар культуры отмены и даже элементарный судебный иск.
Недавно он так осмелел, что решил вдруг ударить без всякой политкорректности по больной для США теме — толстым людям и проблеме ожирения. В Америке это вопрос щекотливый, там иногда даже идут специальные митинги против фэт-шейминга, а уж самых отъявленных ругателей толстых могут так отменить, что не поздоровится.
Но Стрикленда снова никто не воспринял всерьез, хотя он на миллионную аудиторию серьезным тоном максимально жестко развил эту тему, отругав общество за то, что оно сюсюкается с толстыми людьми (на Youtube-каналах Full Send Podcast и Nina Drama).
«Есть два типа толстых людей. Один я ненавижу, другой мне нравится.
Первый. «Я толстый и я красивый». Дико ненавижу их. Дико.
Второй. «Я настолько толстый, что даже не ласкаю себя, потому что все равно никто не захочет спать с толстым». Вот эти мне нравятся, они меня смешат.
В обществе очень много лжи и лицемерия по поводу толстых. Когда я встречаю толстяка, который говорит мне: «Я жирдяй, я люблю есть. Я даже не могу помастурбировать, потому что не вижу свой хрен из-за пуза». Вот такие мне нравятся, потому что они признают проблему. И я буду первым, кто такому скажет: «Эй, почему бы тебе не прийти ко мне в зал? Ешь меньше, сжигай больше». Что у нас сейчас происходит? Корпорации и государство заставляют всех быть политкорректными, но на самом деле, они только и думают: «Эй ты, жирная свинья. Мне нравится, как часто ты закупаешься в Макдоналдсе. Покупай еще больше! Ты не толстый! Пусть у тебя будет сердечный приступ, мы оплатим трансплантацию сердца, мы примем новый закон о расходах на помощь в лечении».
Реальность же такова, что если ты толстый — ты ментально больной человек. У тебя есть проблема — ты не можешь прекратить есть. Ты не красивый, ты ни для кого не пример для подражания. Когда вы слышите, как толстые люди говорят, что они красивые и так далее… Нет блин, вы не красивые. Вы некрасивые, блин. У вас пупок выглядит, как вагина… Вы не можете увидеть свой член, если не приподнимете пузо. У вас проблемы с сердцем. Если ты толстый, это значит, что у тебя проблемы, которые нужно срочно решать. А все, что мы делаем сейчас — мы восхваляем толстых, и тем самым укорачиваем им жизнь и пропагандируем такой образ жизни. Дошло до того, что в моде появилось такое понятие как «модель сайз плюс». Как до такого могло дойти?
Мы возвращаемся к тому, с чего начинали. Корпорации хотят, чтобы потребители закрыли свою пасть и просто покупали все подряд, потребляли. И если бы я был бизнесменом в этом толерастическом мире, я бы, конечно, не говорил: «Я не хочу производить одежду для толстых, потому что быть толстым плохо». Я бы говорил другое: «Эй, жирдяи, скупайте мое дерьмо, мы любим вас!».
