В российском биатлоне межсезонье, как обычно, насыщено событиями. Сначала удивление вызвали списки участников тренировочных групп, поскольку многие спортсмены не включены в состав команды, готовящейся централизованно. Теперь возникли вопросы относительно того, какие спортсмены будут получать зарплату от Министерства спорта, а кто лишен этой возможности.
На эти и подобные важные вопросы дал ответ главный тренер национальной команды России Юрий Каминский, который с нынешнего сезона отвечает за методическую подготовку всей мужской команды. Следует подчеркнуть, что среди тех, кто больше не будет получать зарплату от российского Минспорта, оказались и три спортсмена его группы – Ильназ Мухамедзянов, Лариса Куклина и Евгений Емерхонов, хотя на централизованной подготовке они остались.
«Вознаграждение должно определяться достигнутыми результатами, а не личными качествами»
«В ситуациях, вызывающих разногласия, окончательное решение остается за мной»
«Привлечение в биатлон лыжников, не достигших элитного уровня, не требуется»
«Главная цель Латыпова — устранить повреждение»
«По моему мнению, в этом сезоне нам не предоставят возможности участвовать в международных соревнованиях»
«Фигурное катание с Щербаковой кажется более насыщенным и ярким»
«Вознаграждение должно определяться достигнутыми результатами, а не личными качествами»
– Юрий Михайлович, в кратком комментарии на Sports.ru вы упомянули, что не получали от Минспорта никаких списков с информацией о зарплатах. Вы находитесь в тренерской группе в мессенджере WhatsApp?
– Я присутствовал. Однако в документе не содержался перечень спортсменов с указанием фамилий. Да, обсуждались возможные кандидатуры, но я не принимал участия в этом обсуждении, так как хотел ознакомиться со всем списком. В ходе беседы с Павлом Александровичем Ростовцевым мы обменялись мнениями. Он интересовался, какие критерии следует использовать для отбора спортсменов для ставок, и я ответил, что по рейтингу.
– Вы не ожидали итогового решения по делу Ларисы Куклиной, Ильназа Мухамедзянова и Евгения Емерхонова?
– Откровенно говоря, решение относительно Куклиной и Василия Томшина стало неожиданностью, учитывая, что он занимал более высокую позицию в рейтинге, чем Ильназ. Остаётся вопрос, по каким именно критериям формировался этот список? За что выплачивается заработная плата? Вероятно, она должна выплачиваться не за перспективные планы, а за конкретные результаты. Чемпион России и двукратная чемпионка России, по крайней мере, частично заслужили свои ставки в Центре спортивной подготовки. Однако я буду говорить от имени «мы», поскольку также являюсь членом тренерского совета, иначе не получится. Итоговый документ мы не видели. На сборе в Сочи, где представлены три группы, тренеры также не видели окончательного списка. Сейчас утверждают, что я не принимал участия в обсуждениях. Но что там обсуждать? Я высказал своё предложение – давайте основываться на рейтинге, составленном на основе результатов. Это всё. Я даже не знаю, кто в итоге кого включал. Это первый вопрос. А второе, насколько я понимаю, тренерский совет обладает лишь совещательным голосом, то есть даёт рекомендации, но кто подписывает окончательный документ? На сайте Министерства спорта есть подобные документы в архиве, их можно изучить. Вероятно, это делает президент СБР или, может быть, вице-президент.
– Как бы вы охарактеризовали сложившуюся ситуацию?
– Я бы назвал это несправедливым. Если оплата труда связана с проведением тренировок, то перед нами должна быть благотворительная, а не спортивная организация. В противном случае, если это спортивная организация, то вознаграждение должно выплачиваться за достигнутые результаты или за комплекс показателей, а не основываться на субъективной оценке, разделяющей хороших и плохих спортсменов.
– Когда стало известно о принятом решении касательно заработной платы? Список был передан в Центр социальной поддержки 15 мая.
– 20–22 мая, непосредственно перед отъездом на сбор. В тот момент я выяснил, что из моей группы трое не были включены в список утвержденных. Я предполагал, что на самом сборе получу какие-то объяснения. Однако Павел Александрович, когда прибыл сюда, сообщил, что все обсуждения завершены, и желающие уже внесли свои предложения. Похоже, мы с тренерами по-разному интерпретируем понятие «обсуждение», что же делать? Тренеры, которые сейчас находятся на сборе, интересовались, возможно ли внести какие-либо изменения, но получили ответ об отсутствии такой возможности. Всё.
– Каково текущее состояние спортсменов? Не возникает ли разногласий в коллективе?
– Информация о включении в состав команды и о том, кто не вошел в неё, стала известна спортсменам от руководителя группы Татьяны Петровны Аникеевой. Благодаря этому сразу стало ясно, кому необходимо оформлять документы, а для остальных подготовка не требуется, так как всё рассчитывается. Участники соревнований обратились к ней с вопросами, однако ответ был схож с тем, что было сказано в начале нашей беседы: окончательные списки пока недоступны, их предоставит Павел Александрович, к которому следует обратиться за разъяснениями.
Самочувствие спортсменов удовлетворительное. Они подшучивают друг над другом. Недавно провели испытание по стрельбе, победил Мухамедзянов. Те, кто показал невысокие результаты, пошутили о том, что выплатят Ильназу определенную сумму, чтобы компенсировать упущенную заработную плату. Взаимоотношения между ними остаются прежними. В целом, и ко мне отношение не изменилось. По крайней мере, я не заметил никаких изменений. Хотя я, как посредник, также несу ответственность за произошедшее. Мне неясны обсуждения без конкретных данных – что можно говорить без упоминания фамилий? Мы узнали окончательный список только после того, как вы его опубликовали.
В тот момент стало очевидно, что среди участников представлены спортсмены разной квалификации. Я согласен, что необходимо поддерживать юниоров. Однако в списке представлено девять юниоров, целых девять! Существует же разница между званием чемпиона России среди взрослых и седьмым местом на юниорском первенстве России. С какой целью мы выплачиваем заработную плату? Чтобы спортсмены могли готовиться к соревнованиям международного уровня, а не к первенству России.
– Буря поднялась после того, как Дмитрий Губерниев, используя все имеющиеся ресурсы, он начал в своей манере публиковать информацию. К нему обращались спортсмены?
– Откровенно говоря, я не знаю, кто это сделал. Вероятно, спортсмены были доведены до крайности. Повторюсь, на мой взгляд, ситуация неоправданная. Мы, тренеры, привыкли ко всему подобному. Особенно я. Спокойнее реагирую на происходящее, чем они. Так сложилось. Разумеется, я не одобряю то, что это стало публично известно, но, возможно, это поможет что-то исправить, если документы пока не утверждены в Министерстве спорта. Мне представляется, что если директор Центра спортивной подготовки не подписал их, он может СБР ещё раз уточнить эти списки.
Неважно, Дмитрий Губерниев или другой человек поднимал бы этот вопрос. Известно, что у Губерниева большая аудитория, поэтому эффект оказался весьма заметным. Нежелательно, если такая практика станет общепринятой и спортсмены начнут использовать её по любому случаю. Стоит отметить, что до общения с Павлом Александровичем спортсмены вели себя сдержанно. А затем внезапно выразили возмущение.
– А что за ситуация с реабилитологом Иваном Яковлевым?
– Я узнал об этом в день его увольнения. Что тут можно сказать? Теперь этот специалист планирует заняться лыжными гонками, у него, насколько мне известно, есть там предложение. Он обладает навыками восстановления мышечной системы после физических нагрузок. Я интересовался возможностью сохранить этого специалиста, так как он проявил себя с положительной стороны, и это мнение разделяют тренеры других групп. Не знаю, по какой причине было принято такое решение. По имеющимся сведениям, необходимо либо нанять нового специалиста, либо выделить средства на питание спортсменов. Если выбор стоит между обеспечением спортсменов питанием и поддержанием их мышечной системы, я считаю, что приоритетнее обеспечить их питанием, иначе они не смогут полноценно тренироваться.
– Вы упомянули стрелковый тест. Какими патронами производится стрельба? Кирилл Бажин сообщил, что они используют патроны «Олимп», выпущенные в 2000 году.
– Мы также используем продукцию «Олимп». Не знаю, какого они выпуска, но, вероятно, они произведены одной партией. Эти патроны изготовлены под ижевскую винтовку «Би-7», однако в летнее время они, как правило, демонстрируют удовлетворительную работоспособность. Иногда они неплохо работают и зимой, если партия оказалась удачной. Главный недостаток «Олимпа» заключается в большом разбросе характеристик от партии к партии. Встречаются как вполне качественные, так и некачественные патроны. Если производитель сможет контролировать этот разброс, тогда их можно будет рассматривать как соревновательные. А в качестве тренировочных они в определенной степени приемлемы.
«При возникновении разногласий окончательное решение остается за мной»
– С текущего сезона вы берете на себя методическое сопровождение мужской сборной. Какие задачи теперь входят в ваш функционал?
– В настоящий момент мы выясняем, в чем заключается суть вопроса. Проводим обсуждения с тренерами, осуществляем поиск. Необходимо достичь единого понимания, чтобы спортсменам было проще переходить между группами. Во время участия в Кубке мира и Кубке IBU наши спортсмены переходят из одной команды в другую, за исключением нескольких лидеров. Это уже представляет собой проблему, поскольку спортсмен, который регулярно меняет тренеров, не может работать без определенных методических и психологических издержек. Следует определить общие черты: чем их будет больше, тем лучше.
– Значит, в сложившейся ситуации, после потери возможности участвовать в Кубке мира и Кубке IBU, первоочередной задачей является разработка новой стратегии работы?
– В настоящее время необходимо подходить к каждому спортсмену максимально индивидуально, учитывая особенности группового формата. Следует предоставить им шанс продемонстрировать свои преимущества, минимизировать недостатки и выровнять общий уровень.
– Как организован сейчас ваш рабочий процесс с Сергеем Башкировым?
– Взаимодействие налажено не только с Сергеем Геннадьевичем, но и со всеми остальными тренерами. Был обсужден план действий на ближайший сбор, а в июне запланировано обсуждение задач на следующий. Он делится своим мнением, я высказываю свое. Если возникают разногласия, то, скорее всего, окончательное решение о дальнейших шагах остается за мной.
– Теперь вы также взаимодействуете с тренерами, работающими с юниорами?
– Сейчас СБР ставит задачу, чтобы юниорская команда не только готовила чемпионов России, Европы, мира по юниорам, но и подготавливала спортсменов к предстоящей работе в основном составе, с целью достижения максимального результата. А не просто передали и дальше работайте. Тоже пытаемся найти взаимопонимание, чтобы тренеры молодёжной команды понимали, что мы от них хотим получить, как мы работаем, чтобы они свою работу построили таким образом и спортсмены могли переключаться из одной группы в другую без проблем.
– В последнее время активно обсуждалось отсутствие Антона Бабикова в составе сборной. На ваш взгляд, по какой причине он всё же принял решение тренироваться отдельно от национальной команды?
— Я не обсуждал этот вопрос с ним. Обязательно поговорю, и тогда мы сможем сделать выводы.
«Привлечение в биатлон лыжников, не достигших элитного уровня, не требуется»
– К биатлону присоединилась ещё одна лыжница, Анна Грухвина. Как вы оцениваете подобные переходы? Является ли это многообещающим вектором развития?
– Недавно Никита Крюков произвел выстрел, используя боевое оружие, в компании с Максимом Максимовым, призером чемпионата мира по биатлону. Спортсмены примерно одного возраста и уже завершили спортивную карьеру. Как вы полагаете, кто одержал победу?
Победил Крюков (улыбается). Как говорится, одним выстрелом, но будем считать, что они были одинаково точны. И сразу возникает вопрос: каким видом спорта занимался Никита (улыбается)? Я полагаю, что среди лыжников можно найти тех, кто обладает хорошей концентрацией и, скажем, точным контролем над движениями. Если лыжные гонки не приносят ожидаемых результатов, то, вероятно, стоит попробовать свои силы в биатлоне. Хотя в настоящее время биатлон по скорости не сильно уступает лыжным гонкам. Это подтверждается результатами биатлонистов на соревнованиях с лыжниками, и в целом объемы и интенсивность подготовки становятся все более схожими.
– Рассматривались ли вами конкретные лыжники, потенциально способные перейти в биатлон?
– Нет, не рассматривали.
– А в перспективе планируете с ними работать?
– Если захочет Большунов (смеётся) или кто-то ещё из хороших лыжников захочет перейти. Если говорить конкретно о моей группе спортсменов, они проигрывают Эдуарду Латыпову в среднем на спринтерской дистанции от 30 до 45 секунд — это хороший лыжный уровень. И у меня нет необходимости привлекать лыжников ниже элитного уровня. Если элитные лыжники хотят, то есть если это хороший юниор уровня призёра чемпионата мира среди юниоров, то, наверное, да. А ниже — у меня такие же ребята.
– Выступления Наталии Шевченко в прошлом сезоне вызвали восхищение? Предсказывали ли вы, что в свой первый сезон в биатлоне она станет трёхкратной чемпионкой России?
– Её точность стрельбы, безусловно, производит сильное впечатление. Она достигла более высокого уровня, чем, например, Ирина Казакевич, а по скорости передвижения они примерно на одном уровне, возможно, немного уступают Шевченко. Это даёт Наталии возможность сразу же соперничать на равных.
– С чем можно объяснить столь заметный успех в первый сезон в биатлоне? Возможно, это связано с врожденной склонностью к стрельбе?
– Что я вижу, вот чем отличается Крюков от многих спортсменов, с которыми я работал? Это очень высокая степень концентрации в нужный момент. Лыжная концентрация, конечно, отличается, но, вероятно, эти качества всё равно схожи — энергетическая концентрация и стрелковая, где необходимо удержать позу и очень плавно обработать спуск. Понятно, что природа одна и та же, однако она, конечно, в разных направлениях развивается. Но Крюков может метко стрелять из оружия.
– Это врожденные качества? Как Шевченко смогла достичь такого уровня всего за один сезон?
– Да, я согласен. Очевидно, что некоторые люди имеют предрасположенность к определенной деятельности, что, вероятно, обусловлено генетикой. Однако, насколько возможно развитие в отсутствие этой предрасположенности – это уже другой вопрос.
«Главная цель Латыпова — устранить повреждение»
– В вашей команде появился новый, юный спортсмен, юниор Денис Иродов. Какова ваша оценка его перспектив?
– Я не готов давать оценку его возможностям на данном этапе, требуется время на работу и наблюдение. Да, он прошёл проверку – выявлены как сильные, так и слабые стороны. Сейчас мы поработаем и определим, насколько возможно усилить его преимущества и, в первую очередь, устранить недостатки. Сейчас такой период, когда необходимо, безусловно, развивать слабые стороны. Акцент на сильных сторонах стоит сделать чуть позже. В настоящее время важно понять, как он справится с существующими проблемами.
– Как формировались группы для молодых спортсменов? Иродов отдавался вам, Домичек – Башкирову.
– Я предоставил Сергею Башкирову право выбора. В прошлом году мой выбор пал на Корнева, однако тогда спортсмен и его тренер выразили желание продолжать подготовку со мной. В настоящее время тренеры и спортсмен не выдвинули каких-либо пожеланий, поэтому решение принимал Сергей Геннадьевич. Он долго размышлял и не мог определиться (смеётся). У разных людей приоритетными являются различные черты характера, и это действительно непростой вопрос. Возможно, стоило бы рассмотреть этот момент с иной точки зрения, но сейчас это лишь предмет дискуссий, как и вопрос о том, кого следует выбирать. Однако, учитывая, что в дальнейшем мы будем придерживаться единого методического подхода, эта проблема уже не столь значима.
– Теперь все будут работать в рамках единой системы?
– В процессе обсуждения организации работы стало понятно, что даже в небольшой команде существовало своеобразное деление, подобное тому, что встречается среди лыжников – спринтеры и спортсмены, специализирующиеся на дистанциях (улыбается). Поэтому и здесь, учитывая возможности спортсменов, мы проведем условное разделение, и, возможно, кто-то будет уделять больше внимания определенной группе, а кто-то меньше — возможны различные варианты.
– Существует ли в биатлоне разделение на спринтеров и спортсменов, специализирующихся на дистанциях?
– Это мы так их условно назвали между собой (улыбается). Группу молодых спортсменов мы обозначили как спринтеры. Они выполняли меньший объём циклической тренировочной нагрузки, поскольку их возраст не позволял им справляться с такими нагрузками, как у, например, Латыпова и Мухамедзянова.
– Какие задачи будут определены для Эдуарда Латыпова в процессе подготовки к сезону?
– У него обострилась старая травма, что было отмечено квалифицированными специалистами. Зафиксирован дисбаланс при отталкивании. В настоящее время приоритетная задача – устранение этой травмы, которая имеет хронический характер и, как выяснилось, существует уже длительное время. Необходимо решить проблемы, связанные со связками, и только после этого переходить к дальнейшей работе. Мы по-прежнему надеемся, что сможем отобраться на Олимпийские игры. Для спортсменов обязательно должна быть какая-то цель, и на данный момент мы определили ее как Олимпиада.
«Я не уверен, что в этом сезоне мы сможем принять участие в международных соревнованиях»
– В следующем сезоне главным стартом сезона, безусловно, станет Спартакиада сильнейших в Златоусте. Может ли это как-то изменить стратегию подготовки?
– Безусловно, это оказывает воздействие. В прошлом сезоне на тренерском совете мы установили, что финальный матч Кубка России и последующий чемпионат России в Ижевске являются приоритетными соревнованиями. Финальный матч Кубка пришёлся на период проведения чемпионата мира — они проходили в одно и то же время. Это позволило оценить готовность спортсменов и их потенциальные результаты.
– Существует ли вероятность того, что в этом сезоне мы будем допущены к международным соревнованиям? Рассматривается ли такая возможность в процессе подготовки?
– Я открыто скажу, что, скорее всего, это не будет разрешено. Мы, в любом случае, готовимся к основному этапу, и если вместо Спартакиады состоится чемпионат мира, думаю, никто не будет огорчен.
– В следующем сезоне число стартов сократится по сравнению с предыдущим. Является ли это благоприятной тенденцией?
– Новый календарь соревнований обладает рядом достоинств по сравнению с предыдущим. Продление сезона – последние гонки пройдут во второй декаде апреля, что позволит увеличить время, отведенное на подготовку. Кроме того, сокращение числа стартов также положительно скажется на качестве тренировочного процесса.
Я могу продемонстрировать на примере Евгения Емерхонова, как соревновательный процесс может принести пользу, особенно для молодых спортсменов. Для них соревнования должны служить стимулом к развитию, то есть они должны прогрессировать на соревнованиях, включая функциональную подготовку, а не только улучшать результаты и занимать более высокие места. В начале сезона Евгений показывал нестабильные результаты, и я пришел к выводу, что он не сможет пройти четыре этапа. Мы освободили его от Кубка Содружества в Рязани, он провёл период восстановления, затем немного поработал дома и уже потом приехал в Рыбинск, где сразу же показал себя с лучшей стороны. Данные соревнования стали для него толчком к развитию.
Если нет положительных результатов, спортсмену следует своевременно прекратить выступления и перейти к тренировкам. Конечно, каждый имеет право отказаться от соревнований в любой момент, однако календарь соревнований должен учитывать, что спортсмены – это не механизмы, способные непрерывно функционировать в течение месяца в одном и том же режиме.
Опыт, включая международный, свидетельствует о том, что последовательное выполнение более трёх этапов приводит к снижению эффективности. В организме запускаются специфические процессы, возникает накопленное недовосстановление, и поддержание достигнутого уровня становится физиологически затруднительным. Необходимо либо начинать первые этапы без максимальной подготовки, постепенно набирая форму и рассматривая их как подготовительные, либо, при обнаружении признаков снижения результата и недостаточного восстановления спортсмена, а тем более при появлении симптомов перенапряжения или перетренированности, его следует временно исключить из соревнований.
– Камчатский регион рассматривается как потенциальное место для завершения сезона. Каковы ваши соображения по этому поводу?
– Я рассматриваю это предложение с большим энтузиазмом. Прежде всего, это станет стимулом для развития биатлона и спорта в целом на Дальнем Востоке. Кроме того, дополнительная поездка на Камчатку позволит провести акклиматизацию, оценить её влияние и определить оптимальное время начала соревнований после неё. Этот опыт станет для нас ценной практикой, которая поможет подготовиться к возможным будущим поездкам, поскольку иногда приходится выступать в Америке и Канаде.
Камчатка – удивительное и живописное место, вызывающее споры о том, что может быть прекраснее (смеётся), но многие всё-таки сходятся на том, что Камчатка.
– А есть у вас любимое место для биатлона в России?
– Похоже, я сейчас нахожусь в процессе выбора подходящего места. У меня остались очень теплые воспоминания о нескольких лыжных регионах. В первую очередь это, вероятно, Рыбинск и Алдан. Однако сейчас, к сожалению, Рыбинск с точки зрения биатлона ещё не обладает достаточным уровнем развития, там не хватает необходимой инфраструктуры для проведения качественных тренировочных сборов, хотя мы туда всё равно ездим.
Вероятно, спортсменам, подобно артистам, доставляет большее удовольствие выступления перед большой аудиторией и поддержкой фанатов. И в этом плане Рязань показалась очень комфортным местом, поскольку там были преданные болельщики, а соревнования организованы на высоком уровне.
Ижевск также заслуживает упоминания, поскольку там очень популярен биатлон. К сожалению, спортивная инфраструктура требует обновления. В Рязани, вероятно, поскольку это был первый подобный опыт, ещё не ясно, насколько сильно местные жители увлекутся биатлоном (улыбается), в Ижевске, безусловно, ощущается атмосфера биатлонной столицы. Я выражаю глубокое уважение ижевским болельщикам. Недавно мне посчастливилось встретиться в самолете с болельщиками из Якутии, когда мы направлялись в Ханты-Мансийск. Они летели из Якутии в Москву, а затем из Москвы в Ханты-Мансийск. В самолете я познакомился с двумя болельщицами, которые летели, чтобы поддержать биатлонистов. В биатлоне немало поклонников, которые проявляют искреннюю преданность.
– Вас как тренера это тоже вдохновляет?
– Безусловно. Это, пожалуй, самое ценное в состязаниях – поддержка болельщиков, особенно тех, кто приезжает из других городов. Это очень радует и придает нам вдохновение.
«Фигурное катание дарит восхищение Щербаковой, она воплощает в себе энергию и страсть»
– Вы интересуетесь спортом? Помимо биатлона и лыжных гонок, следите ли вы за какими-либо другими видами?
– Я не могу назвать себя заядлым болельщиком, хотя раньше увлекался хоккеем и футболом. В детстве и юности я очень эмоционально переживал за любимые команды. Со временем мой интерес немного угас, и я уже не болею так бурно. Тем не менее, мне нравится смотреть спортивные соревнования. Также я люблю лёгкую атлетику.
– Вы поддерживали какие-либо клубы в командных видах спорта?
– Я поддерживаю ЦСКА. К тому же, мне нравится фигурное катание – это первый вид спорта, которым я начал заниматься в возрасте шести лет (улыбается). Я начал заниматься фигурным катанием год назад, чтобы освоить катание на коньках и подготовиться к хоккею.
– В фигурном катании на каком уровне вы выступали?
– Мои тренировки ограничились базовыми упражнениями, такими как «ласточка» и «пистолетик.
– Сейчас за кого-нибудь из фигуристов болеете?
– Мне больше интересно парное катание. С Ниной Мозер, с которой я раньше часто сталкивалась и подружилась в московской команде, до сих пор иногда общаемся по телефону. Она поддерживает спринтеров, лыжников, а теперь и биатлонистов — эти виды спорта ей также по душе. Мы же болеем за фигуристов, но особенно за парное катание. Сейчас я не так пристально слежу за событиями, но мне нравилась пара Транькова и Волосожар.
– За кого вы болели в женском фигурном катании на Олимпийских играх в Пекине?
– Щербакова вызывает у меня больше симпатии, она кажется более живой (улыбается).
– Как провели отпуск? Удалось отдохнуть?
– всего 10 дней, причем неполных, поскольку 3 и 4 мая мы работали над отчетами для методической комиссии СБР.
– К морю была возможность съездить?
– Разумеется, нет. В основном я находился дома и общался с семьей и близкими людьми.
– А как же охота, рыбалка?
– Я не увлекаюсь рыбалкой или охотой. Предпочитаю посещение театра или выставки (улыбается).
