В 2024 году Гаджи Рабаданов продемонстрировал впечатляющие навыки, завершая поединки нокаутами и завоевав титул чемпиона PFL в лёгком весе. Россиянин зашёл и в новый сезон, где уже успешно стартовал. Совсем скоро ему предстоит биться за выход в финал Гран-при PFL, это станет доступно для просмотра в онлайн-кинотеатре «Окко».
В беседе с «Чемпионату» Гаджи Рабаданов поделился своими мыслями о предстоящем поединке с Кевином Ли, объяснил причины своего участия в новом сезоне и рассказал о недостатках формата. Кроме того, боец высказался о спортивном аспекте в смешанных единоборствах и прокомментировал переход Ислама Махачева в полусредний вес.
— Что послужило причиной череды из трёх поражений нокаутом, после шести последовательных побед?
— Так получилось, что это стало результатом упорного труда. Я всегда осознавал необходимость перемен. Замечал, что выигрываю поединки, но моя карьера не развивается. Понимал, что требуется что-то изменить, и для привлечения внимания мне нужны были убедительные и зрелищные победы. Поэтому сейчас я предлагаю то, что хотят видеть зрители.
— По всей видимости, твой самый мощный удар — левый хук. Расскажи, как тебе удалось развить его до такой степени опасности?
— Я считаю, что способен наносить сильные удары как правой, так и левой рукой. Просто пока не представлялась подходящая возможность для использования правой. Надеюсь, скоро это произойдет.
— Многие спортсмены, имеющие опыт в единоборствах или джитсерстве, в определенный момент выбирают, что нанесение нокаутов им более увлекательно. Подобная ситуация произошла и с тобой?
— Я всегда считал, что увольнять людей — увлекательное занятие, но мне не хватало необходимых умений. Сейчас я совершенствую свои навыки и вижу, что у меня получается. Это вдохновляет меня ещё больше.
— С точки зрения спорта, матч-реванш с Уилсоном оказался более захватывающим, однако Кевин Ли обладает значительной репутацией. Как ты оцениваешь эту замену?
— Я уверен, что мне давно пора получить бой с таким бойцом, как Кевин. Мне необходимо громкое имя в моем послужном списке. Его, безусловно, знают в России, а также во всем мире ММА. Поэтому это именно тот поединок, который мне необходим. Полагаю, он даже более значим, чем реванш с Уилсоном.
— Возникли значительные трудности при внесении изменений в план в процессе подготовки?
— Нет. Корректировок не предпринималось, я всегда готовлюсь по одной и той же схеме. Единственное, что вызывало у меня смущение – Кевин Ли, похоже, слишком просто получил такую возможность, сразу попал в полуфинал Гран-при, но я стараюсь использовать это для собственной выгоды, поэтому всё в порядке.
— Ли неоднократно предпринимал попытки организации поединка с Хабибом. Он даже публично высказывал предположения о слабых сторонах в его технике, называя их «дырами». Какие же, по его мнению, уязвимости существуют в боевой стратегии Хабиба?
— Это уже как мем такой. Кевин Ли и «дыры в игре» (смеётся). Повсюду, в обсуждениях, также читаю об этом. У него есть недостатки, есть уязвимые моменты. Я осведомлён об этом и намерен работать над этим. Чувствую, что смогу найти к нему подход. Поэтому посмотрим – бой покажет вс.
— Помогает ли формат Гран-при тебе поддерживать пиковую готовность к каждому бою, особенно с учётом плотного расписания, когда несколько поединков проходят в короткий промежуток времени?
— Откровенно говоря, этот формат Гран-при весьма изнуряет. Необходимо выступать и делать вес каждые два месяца. И поскольку это второй год подряд, физически непросто. Сейчас важнее всего сосредоточиться на поддержании здоровья, сохранении голода, боевого духа и мотивации. Это гораздо приоритетнее интенсивных тренировок. Поэтому у меня уже есть опыт, и я постараюсь найти силы, чтобы успешно завершить этот Гран-при, выбрав разумную стратегию.
— Произошли ли какие-то изменения для тебя в этом сезоне? В прошлом году тебя вряд ли сразу выделяли как одного из главных претендентов. А сейчас предполагается, что Рабаданов сможет выйти в финал. Не оказывают ли на тебя давление эти возросшие ожидания?
— Я не придаю значения аналитике или прогнозам. Всегда знаю, что мне предстоит доказать. Независимо от моих действий, найдутся критики и те, кто не верит в меня. Поэтому я не обращаю на это внимания. Я всегда остаюсь сосредоточенным, и меня не беспокоят никакие предсказания. Я знаю, на что способен, и уверенно иду к завоеванию второго пояса.
— В настоящее время вы являетесь единственным чемпионом, который в прошлом году завоевал Гран-при и стартовал в новом сезоне. Что послужило причиной такого развития событий, и рассматривались ли альтернативные сценарии?
— Какие были альтернативы? Возможность переждать несколько лет и проводить не более одного-двух поединка в год. Это был один из возможных путей. Однако я не могу позволить себе такой риск в лучшие годы своей спортивной карьеры. Поэтому, пока я нахожусь на вершине, пока моя карьера идёт успешно, я должен использовать каждую возможность. Необходимо оставаться в центре внимания, и решение принять участие в новом сезоне Гран-при было исключительно моим желанием, меня к этому не торопили.
— В одном из интервью я упоминал, что столкнулся с трудностями при получении денежных наград за победу в Гран-при. Удалось ли решить этот вопрос?
— Я чувствую, что вы, журналисты, как будто работаете в налоговой службе ( смеётся). Да, денежные средства поступили. Я их уже перевел, все прошло успешно и без каких-либо затруднений, так что вам не стоит беспокоиться.
— В PFL не заговаривали о варианте проведения боя с Усманом Нурмагомедовым?
— Нет, они не могут об этом заявлять. Они знают ответ. Поэтому это риторический вопрос. Они понимают, [что этого боя не будет], поэтому соответствующих предложений нет и, по моему мнению, не появится.
— В настоящее время Усман неактивен, хотя формально он является чемпионом Bellator, однако эта организация, кажется, прекратила своё существование. Многие спортсмены покидают PFL. Возникает вопрос, неэффективно ли используется ростер бойцов в промоушене?
— Честно говоря, я до сих пор не вполне понимаю политику лиги. Поэтому я не задумываюсь об этом и не пытаюсь разобраться в деталях. Я осведомлён о своих контрактных обязательствах и знаю, что у меня есть новый сезон, поэтому не вдаюсь в другие аспекты. Однако я в курсе, что у некоторых бойцов есть разногласия с лигой. У меня же всё в порядке, все вопросы решены.
— Ваш контракт был автоматически продлен после победы в Гран-при?
— Да, контракт был продлен, и я автоматически остаюсь ещё на один сезон в PFL. После окончания этого Гран-при мы рассмотрим доступные варианты и приступаем к обсуждению.
— Значит, действие соглашения прекратится в текущем году?
— Не могу предсказать, чем это закончится, но, на мой взгляд, после завершения Гран-при нам необходимо будет начать переговоры.
— Есть ли в планах переход в UFС?
— Я не буду делать предсказания, так как сейчас нахожусь в турнирной игре PFL. Эта лига предоставляет мне широкие возможности и значительную платформу для развития. Некорректно утверждать, что я стремлюсь исключительно в UFC. У меня действует контракт, я принадлежу этой лиге, и меня всё устраивает. В будущем ситуация может измениться. В любом случае, я всегда буду готов к новым испытаниям и интересным предложениям, поэтому не буду делать категоричных заявлений. Однако сейчас впереди новый Гран-при, новый сезон, уже состоялся полуфинал, а что будет дальше – покажет время.
— У тебя есть шанс проводить спарринги с Хабибом, Усманом, Исламом, и в целом у команды мощный состав бойцов в лёгкой весовой категории. Как ты оцениваешь ценность этого опыта по сравнению с тем, что дарят тебе настоящие поединки?
— Хабиб уже не тренируется, а Ислам и Усман – да. В нашем зале много легковесов. Особенно велик ростер легковесов, и, помимо Ислама и Усмана, там находятся очень сильные бойцы. Всегда есть с кем соревноваться. С этим никаких проблем, и я считаю, что это большое преимущество для меня как для легковеса. У меня всегда есть с кем поработать и кого учиться. Это значительное преимущество перед другими залами. Так что, безусловно, это большой плюс.
— В настоящее время военнослужащие вашей команды проводили тренировочные сборы в Сильди. Не могли бы вы рассказать об этой базе? По фотографиям и видеозаписям она производит сильное впечатление.
— Все вокруг отзываются о нем очень положительно, все довольны. Зал и база, по словам ребят, отличные. Я пока не успел там побывать, поскольку мой график не позволяет совершить эту поездку. У меня через две недели бой, поэтому смена высоты и другие подобные факторы сейчас мне не требуются, поэтому я не смог поехать. Но, вероятно, по возвращении я обязательно там буду и тогда уже выскажу свое личное мнение.
— Ислам Махачев и полусредний вес. К такому переходу нужно набрать массу и не спешить сразу выходить в новой весовой?
— По моему мнению, нет необходимости в намеренном увеличении массы тела, но Ислам – профессионал, и у него есть сильная команда. Я полагаю, он подойдёт к этой задаче с максимальной ответственностью и выполнит её безупречно. Сам я не имел подобного опыта, но, безусловно, не стоит прибегать к искусственному набору веса и увеличивать объём тела.
— Что ты думаешь о поединке Ислама Махачева и Джованни Делла Маддалены? Насколько это непростая задача или, напротив, благоприятная ситуация для Махачева?
— Ранее я полагал, что Исламу Махачеву будет проще адаптироваться к более высокой весовой категории, в первую очередь за счет физической формы, поскольку каждый раз, когда происходит снижение веса, организм испытывает истощение, и спортсмену сложно полностью раскрыть свой потенциал в бою. Я знаю, насколько силен Ислам, когда он находится в пике сил и энергии, поэтому утверждал, что смена весовой категории на 77 кг будет для него более выгодной. Что касается Делла Маддалены, то результаты поединка покажут вс.
— Ислам также заявлял о своей готовности выступать в полутяжёлой весовой категории. Это кажется избыточным?
— Я не могу предсказать будущее. Тем не менее, не будем делать поспешные выводы, давайте посмотрим, как будут развиваться события. Первым шагом должно стать объединение двух титулов, а затем станет ясно, какие перспективы откроются перед ним в UFC.
— Какова реакция команды на высказывания Илии Топурии, касающиеся Ислама?
— Не проявляют никакой реакции. Что нам делать в этой ситуации? Человек всеми возможными способами стремится привлечь к себе внимание и продаёт бои. С точки зрения бизнеса он действует правильно, и я не слышал с его стороны каких-либо серьёзных оскорблений, которые могли бы вызвать нашу резкую реакцию. Поэтому всё в порядке, он подогревает интерес к поединку, занимается раскруткой и развивает свой бизнес.
— В будущем Усман Нурмагомедов займёт место Ислама в UFC?
— Возможен и такой вариант развития событий. У Усмана есть все необходимые ресурсы для этого. Он – молодой и не потерпевший поражений боец, обладающий широким кругом интересов, поэтому перспективы есть. Однако я не склонен строить планы на будущее, поэтому всё покажет время.
— С кем из них тебе предпочтительнее проводить спарринги — с Исламом или Усманом?
— У каждого есть свои сильные стороны и свои сложности. Это два разных спортсмена, и каждый из них хорош в своей области. С каждым из них интересно наблюдать. Я извлекаю уроки из опыта обоих, перенимаю что-то для себя. Какой один аспект характера я бы позаимствовал у каждого из них? Это непростой вопрос.
— С точки зрения спорта, какой поединок предпочтительнее для болельщика — Махачев против Топурии или Махачев против Царукяна.
— Я считаю, бой с Топурией был бы более захватывающим. Он – чемпион, обладатель известного имени. Если рассматривать это с точки зрения спорта, то кто сейчас обращает на это внимание? Чтобы понять спортивный аспект, стоит принять участие в чемпионате России по самбо или по рукопашному бою. Это и есть спортивный интерес. Безусловно, здесь на первом месте шоу, финансовая составляющая и известные имена. Именно поэтому бой с Топурией представляется мне более интересным. Спортивный интерес не угасает, всегда находятся те, кто преследует тебя, дышит в спину. Новое поколение растёт.
Увлечение спортом не угасает, поэтому к этому стоит относиться иначе. Я оцениваю свою карьеру с точки зрения спортивного интереса. К примеру, я одержал пять побед, однако у меня создается впечатление, что она не развивается. Вот как я смотрю на вещи. Я выиграл Гран-при, стал чемпионом, но чувствую, будто карьера зашла в тупик. Когда меня спрашивали, кого бы я предпочел – Джей-Джей Уилсон или Кевин Ли, я, разумеется, назвал Кевина Ли. И спортивного интереса у меня всегда было достаточно, даже в любительской карьере.
— Умар Нурмагомедов планирует вернуться в октябре. Как быстро он способен дойти до второго титульного шанса?
— Сложно дать точный ответ. Это снова связано с предыдущим вопросом. Непонятно, руководствуются ли матчмейкеры спортивным интересом или преследуют коммерческие цели. Именно поэтому Евлоев до настоящего времени не стал чемпионом и не сражался за титул. Мы обсуждаем Умару, однако не располагаем информацией о политике UFC в отношении него. Он может вернуться в борьбу уже после одного боя, а может потребоваться участие в ещё пяти поединках.
— Значит, говорить о справедливости в мире смешанных единоборств невозможно?
— Нет, конечно. Давно нет.
— Примерно год назад вы поддерживали позицию Махачева, согласно которой лучшие легковесы мира — это он сам, Арман Царукян, Усман Нурмагомедов и Александр Шаблий. Сейчас ты входишь в эту четвёрку?
— Я всегда оцениваю себя как одного из сильнейших. Если представить, что у меня нет двух моих братьев, одноклубников, то я смогу одолеть любого соперника. Поэтому, если говорить откровенно, я убежден, что являюсь одним из лучших бойцов в своей весовой категории и способен победить любого. Это мой ответ.
