Среди российских теннисистов именно он стал первым победителем турнира АТР начал свою деятельность в 1990 году в Монте-Карло. Впервые до полуфинала турнира «Большой шлем» он дошел в 1989 году в Париже, где в четырех сетах проиграл Майку Чангу из США, который впоследствии стал победителем «Ролан Гаррос».
В полуфинальном матче Кубка Дэвиса, состоявшемся 24 сентября 1995 года, он отстоял девять матчболов против Михаэля Штиха из Германии и обеспечил сборной России выход в финал. Этот напряженный поединок, проходивший в «Олимпийском», длился 4 часа 19 минут. Чесноков одержал победу со счетом 6:4, 1:6, 1:6, 6:3, 14:12 и впоследствии был удостоен ордена Мужества от президента Ельцина.
Все это могло бы и не произойти. В шестнадцать лет Андрей чудом избежал гибели, попав в зону давки в Лужниках после футбольного матча «Спартак» — «Харлем». Впервые о произошедшем рассказал известный теннисист в «Разговоре по пятницам».
— Вы посещали матч «Спартак» — «Харлем», состоявшийся 20 октября 1982 года, и оказались в опасности для жизни?
— Мне всегда бывает очень непросто говорить об этом… Я чувствую, как подступают слезы…
— Оказались в самой гуще?
— Две лестницы были разделены небольшим выступом. Вокруг лежали тела, десятки людей. Перила деформировались. Рядом со мной стоял один из солдат. Я заметил, как возле нас лежит мужчина, сверху на нём ещё один, а под ним – третий. Я увидел безумный взгляд человека, оказавшегося внизу и задыхающегося под тяжестью. У меня самого началось паническое состояние.
— Помочь не могли?
— Я попытался уйти в сторону, но он схватил меня за ногу. С трудом выговорил: «Помоги, прошу, я отдам тебе много денег». Солдату и мне не удалось вытащить его, мы даже не могли сдвинуть с места. Любая попытка перемещения причиняла ему сильную боль. Другие тоже вцепились в него, стремясь спастись.
— Что помогло уцелеть вам?
— Невероятное событие. Кстати, в то утро в нашу квартиру залетел воробей. Бабушка забеспокоилась: «Это плохой знак». Я не обратил на это внимания. Лишь впоследствии выяснил, что птица, залетевшая в дом, предвещает смерть.
Мне просто сопутствовала удача. Несмотря на то, что толпа была абсолютно неуправляемой. Она двигалась, подобно волнам, то в одну, то в другую сторону. Я повторял себе: необходимо сохранить равновесие. Падающих людей буквально топтали до смерти, и помочь им было невозможно. Чувство страха было невыносимым.
— Поняли, что смерть где-то близко?
— Я действительно почувствовал это. Сначала меня прижали к стене, затем я заметил свободное пространство. Тот самый солдатик протянул руку. Я сделал большой шаг и, перепрыгнув через ограждение, с трудом выбрался.
— Сколько продолжался этот кошмар?
— Я потерял ощущение времени. Запомнилось другое: мы извлекли парня. Я видел, как его грудная клетка совершала движения вверх и вниз, он с трудом дышал. Мы дотащили его до машины скорой помощи. Я обратился к врачам: «Помогите мальчику».
— Спасли?
— Врач склонился над ним, расширил зрачок. Безэмоционально констатировал: «Умер». Затем отступил в сторону. Я извлек из нагрудного кармана его паспорт и открыл. Фамилия ускользнула из памяти, зато запомнилась дата рождения — 1965 год. Ему было всего на год больше меня. Я оглянулся — на асфальте, на протяжении тридцати метров, лежали люди. В основном — молодые парни.
Через 25 лет после трагедии я посетил Лужники. У мемориала, посвященного погибшим, собрались родители. Они выглядели достаточно молодыми. И было видно, что эта боль для них не ослабла.
— Когда об этом узнали ваши родители?
— Я проживал с мамой и бабушкой. Когда я вернулся домой, они были потрясены моим состоянием. После этого еще продолжительное время откашливал кровь. Моя дубленка была пропитана кровью — я больше никогда ее не надевал. Я не стал ничего рассказывать своим близким, попросив их не расспрашивать меня ни о чем. Я сообщил: «Я жив и здоров. Остальное расскажу позже». Только спустя месяц я смог поделиться с ними тем, что случилось.
На следующее утро я отправился в газетный киоск и приобрел все имеющиеся издания — нигде не было рассказано о произошедшей в Лужниках трагедии! Лишь в «Вечерке» мне удалось найти упоминание об этом. Отчет о матче завершался сжатым сообщением о том, что после его окончания на стадионе произошел инцидент, в результате которого пострадали некоторые болельщики. И это все. Тогда мне в голову пришло?
— О чем?
— Возможно, на самом деле ничего и не произошло? Может быть, это был лишь сон?
— Пережитый опыт надолго лишил интереса к посещению футбольных матчей?
— В следующий раз он появился на стадионе спустя почти десять лет, уже во Франции. Вагиз Хидиятуллин пригласил его на игру «Тулузы». Поездка сопровождалась опасениями: не повторится ли давки? Но время творит чудеса, и постепенно страх отступил. В 1998 году во Франции он посещал матчи чемпионата мира. На следующий год он был на «Стад де Франс», где наша сборная одержала победу над хозяевами со счетом 3:2. На трибуне произошла неожиданная встреча с Анатолием Собчаком!
