Наталия Шевченко впервые попробовала стрельбу из винтовки лишь весной прошлого года и сменила лыжные гонки на биатлон, но это не удержало ее от завоевания трех титулов чемпионки России в этом сезоне. Сейчас Шевченко тренируется под руководством Михаила Шашилова и служит образцом для других лыжниц, рассматривающих возможность перехода в биатлон.
В беседе с корреспондентом «Чемпионата» Наталия поделилась информацией о трудностях, возникших при переходе на новый вид спорта, её отношении к Шашилову и особенностях менталитета российских спортсменов.
«Не скажу, что перевыполнила план на сезон»
– Появилась возможность отметить победы, достигнутые на чемпионате России, в дни перерыва?
– Мы сразу отметили победу в Ханты-Мансийске в ресторане вместе с мужем и сестрой мужа, собрались небольшой компанией, поужинали.
– Очень приятно, когда вся семья находится рядом со спортсменом – это позволяет сразу же отметить победу. Вероятно, это значительно облегчает психологическое состояние?
– Да, стало психологически проще. И это, вероятно, было одной из основных причин перехода в биатлон, возможно, даже самой важной.
– Как вы проводили свободное время между этапами соревнований в Ханты-Мансийске?
– В дни проведения эстафет мы наблюдали за смешанными эстафетами и пообщались с Настей Шевченко в прямом эфире вместе с Дмитрием Губерниевым.
– Молодые спортсмены надеются, что однажды их трансляции будут демонстрироваться по телевидению вместе с Дмитрием Губерниевым. Испытывали ли они волнение, когда впервые оказались в прямом эфире?
– Я предполагала, что буду испытывать волнение, однако этого не произошло; находясь рядом с Настей и Дмитрием, я ощущала себя вполне уверенно. А Настя, напротив, была взволнована ( улыбается). Я замечаю, когда она переживает, и это проявляется сразу.
В детстве всегда ждешь, что однажды станешь знаменитым, а когда это происходит, привыкаешь к вниманию, хотя даже с учетом того, что сейчас на телевидении много внимания к спортсменам, и я лично получил его после двух побед, вся эта суета кажется необычной.
– Это вызывает скорее положительные эмоции или желание избежать подобного внимания?
— Когда всё проходит в разумных пределах, это доставляет удовольствие. Понимаю, что после завершения забега, когда долго стоишь с мокрой головой на улице, не очень приятно, что задают излишнее количество вопросов, но всё же стараешься отвечать на них.
Самое важное сейчас – позаботиться о том, чтобы не простудиться, в остальном всё в порядке.
«Мама была счастливее меня от этой золотой вещи»
– Какие цели были определены на этот сезон, и какие из них были достигнуты? Кажется, что план был выполнен даже в большем объеме, чем ожидалось.
– Анализируя все мои лыжные сезоны, я замечала, что всегда показывала лучшие результаты в конце, то есть на чемпионатах и в последних гонках. Годовой план, конечно, был – освоить стрельбу, бег с винтовкой и, в целом, биатлон. И, безусловно, избежать ошибок на этапе обучения стрельбе.
Изначально перед командой стояли амбициозные цели, в том числе попадание в число лидеров, и даже место в топ-10 можно было считать значительным достижением. Тем не менее, были завоеваны личные награды, командная медаль, а также получена первая медаль в сезоне в смешанной эстафете. Я бы не сказала, что план был выполнен с избытком, поскольку на протяжении всего сезона было очевидно, что команда способна на такой результат, и это не стало для нас полной неожиданностью.
– Кто испытал наибольшую радость по поводу вашей первой золотой медали в биатлоне?
– Скорее всего, это моя мама. Ранее она не проявляла интереса к биатлону. Когда я в детстве занималась лыжными гонками, мы с отцом смотрели биатлонные трансляции, но мама не принимала в этом участия. Когда я перешла в биатлон, она отнеслась к этому с некоторой настороженностью, однако, с появлением первых успехов, она начала интересоваться, спрашивать, что происходит в биатлоне. Затем она стала смотреть трансляции и следить за моим прогрессом в биатлоне (улыбается). И когда я завоевала личную медаль в Раубихах, она начала беспокоиться о моих результатах в остальных гонках, и после этой медали говорила: «Теперь хочется золотую медаль. Ты вполне можешь добиться этого, у тебя всё получится». Она больше меня стремилась к тому, чтобы я выиграла гонку в этом сезоне, и, когда я победила, она была счастлива, возможно, даже больше, чем я сама.
– Значит, раньше мама уделяла больше внимания лыжным гонкам?
– В детстве, когда я занималась лыжами, мы не интересовались лыжными гонками, а смотрели биатлон. При этом я не имела представления об этом виде спорта и о том, кто входит в состав сборной. Мы просто следили за стрельбой и поддерживали наших спортсменов.
– А когда в детстве смотрели биатлон, не возникало желания заняться этим видом спорта?
– Я не рассматривала такую возможность, поскольку в месте моей проживания и тренировок отсутствовали условия для занятий биатлоном.
«Наступило состояние апатии, ощущалось полное отсутствие прогресса»
– А когда вы задумались о переходе в биатлон?
– Обычно спортсмены выбирают биатлон, когда не добиваются значительных успехов в лыжных гонках. В моем случае ситуация сложилась иначе: у меня были приличные результаты в лыжах, но на решение перейти повлияло несколько обстоятельств. Я вышла замуж и хотела быть ближе к семье, к тому же, тренеры убеждали меня попробовать свои силы в биатлоне, и мне предоставили выгодные условия – сразу включили в резервный состав национальной сборной. Все совпало, и в следующем году таких перспектив, возможно, уже не было бы.
Первые размышления о смене вида спорта возникли осенью 2021 года, во время тренировок под руководством Егора Сорина. В тот период я испытывала апатию, ощущала отсутствие прогресса и дискомфорт, что и породило подобные мысли. Я завершила лыжный сезон и перешла в биатлон.
– С чем оказалось сложнее всего при переходе с лыж на биатлон: с решением попробовать себя в новом виде спорта, с привыканием к винтовке или с бегом, когда на тебе дополнительный вес в три с половиной килограмма?
– Решение далось мне нелегко. В целом, я всегда испытываю трудности с принятием решений, независимо от сферы деятельности. Я долго размышляю, сомневаюсь и взвешиваю все «за» и «против». Импульсивные решения в моей жизни – редкость.
Переход был непростым, потребовалось время, чтобы освоить все навыки, и пришлось постепенно оттачивать стрельбу. С винтовкой начала заниматься, вероятно, осенью, а первая комплексная тренировка с выходом на рубеж состоялась в Раубичах – это конец августа или сентябрь.
В течение всего лета девушки занимались комплексными тренировками, включающими катание на роллерных коньках с винтовкой и выполнение подходов на рубеже во время беговых упражнений. Моя же тренировка начиналась с часа стрелковой работы, выполняемой с места на ковре, на улице или в тире, после чего я переходила к функциональной части. Поначалу такой распорядок не вызывал у меня нареканий, однако со временем меня стало беспокоить, что я заканчиваю занятия позже остальных ( улыбается). Они проводят тренировку со стрельбой, которая длится два часа. У меня же получается три часа, поскольку я сначала час посвящаю стрельбе, а затем два часа выполняю ту же работу, что и они, но без стрельбы. Пришлось с трудом принять тот факт, что значительное время тратится на это, но, к счастью, всё удалось сделать.
– Возможно, тренеры разработали это, чтобы стимулировать игроков?
– Я считаю, что было верным решением, чтобы я тренировалась стрельбе отдельно. Очевидно, что я еще не была подготовлена к комплексным занятиям и стрельбе с ходу. Поэтому впервые на рубеже в Раубичах я подъехала с винтовкой, то есть прошла полный круг, совершила подход и произвела выстрел. До этого я просто передвигалась вокруг тренерской площадки с винтовкой и ложилась на коврик.
Первое мое выступление должно было состояться в Раубичах, где не ставились конкретные задачи, а лишь требовалось оценить формат. Но из-за болезни я не смогла принять участие. Тем не менее, сразу после Раубичей мы отправились в Чайковский, где провели еще несколько дней и я там выступила.
– Было ли у вас какое-то посвящение в биатлонисты?
– Нет, такого не было (улыбается).
«Интеллект предназначен для обучения»
– Когда впервые взяли в руки винтовку и какие чувства это вызвало?
– Я и раньше держала винтовку в руках, например, Настину или Лёшину, когда ещё каталась на лыжах. А 30 апреля 2022 года у меня состоялась первая тренировка в тире в Екатеринбурге. Мы приехали, Михаил Викторович всё объяснил, рассказал о винтовке – из каких деталей она состоит, как осуществляется выстрел, куда нужно смотреть. Сначала мы отрегулировали приклад и щёку, чтобы я могла нормально видеть, но даже этот этап оказался непростым для меня, так как я ещё не знала, как это должно выглядеть. На той тренировке мы час разбирались в устройстве винтовки и порядке действий, а затем начали пробовать заряжать обоймы и делать попытки стрельбы по одному патрону. Могу сказать, что лёжа в мишень для стойки я сразу попала ( смеётся).
– Привыкание к ремешку для винтовки, закрепленному на руке, заняло немало времени?
– Порой возникает ощущение, что ремень слишком тугой, но я привыкла к его постоянному присутствию. Сейчас даже может возникнуть чувство, что во время обычной тренировки чего-то не хватает. Вероятно, это и есть признак того, что спортсмен стал биатлонистом ( улыбается) – когда ты уже чувствуешь дискомфорт, не используя ремень и не имея при себе винтовку.
– По вашему мнению, что позволило добиться таких показателей в стрельбе уже в дебютном сезоне в биатлоне?
– Полагаю, это комплекс характеристик. Ключевым является стремление к обучению, поскольку без него невозможно добиться успеха. Если нет внутреннего побуждения, ничто не сможет заставить вас учиться. Без собственного желания прогресс невозможен. Поэтому это моё желание, в сочетании с грамотными тренерами, которые заложили необходимые основы и продолжают работать со мной. И, вероятно, всё же необходима какая-то склонность, и, возможно, у меня есть склонность к стрельбе. И, разумеется, требуются способности, чтобы освоить это ( улыбается).
– Тем не менее, даже спортсменкам с большим опытом работы в нашей группе не всегда под силу достичь тех же показателей, что и у вас.
– В данном случае также важна психологическая составляющая. Возможно, у Иры Казакевич возникают трудности именно с этой стороны. И вне зависимости от того, что говорят, она искренне желает добиться успеха и прилагает немало усилий, рассматривает различные подходы и экспериментирует. Поэтому, я полагаю, что со временем у неё обязательно получится.
– Кстати, а вы работаете с психологом?
– Нет. В лыжной секции есть специалист, который в основном взаимодействует с юниорской командой, молодёжью и спортсменами главной группы, обращающимися за помощью. Однако, у меня не было систематической работы с психологом.
«Михаил Викторович, кажется, испытывает ко мне некоторое опасение»
– Иногда можно услышать о таких понятиях, как «тренер-авторитар» и «тренер-демократ». По мнению многих, и Шашилов, и Бородавко, с кем вы сотрудничали, принадлежат к первому типу. Как вы думаете?
– Я хорошо знаком с обоими из них и могу подтвердить, что в отношении тренировочного плана они проявляют авторитарность, однако в целом как личности они очень добры. И Юрий Викторович, и Михаил Викторович – очень душевные люди, с ними всегда можно найти общий язык и обсудить личные вопросы.
Михаил Викторович во время тренировок, на стрельбище, может быть строг, но он всегда проявляет заботу о своих спортсменах. Он может организовать ужин, регулярно покупает мёд, икру, орехи и фрукты – он не экономит ничего для спортсменов. Он всегда дарит подарки на все праздники, а на день рождения – цветы для девушек и для меня.
– Какой тренерский стиль будет наиболее эффективен для вас? Некоторым людям сложно даётся жёсткий подход к тренировкам.
– Разумеется, в ситуациях, когда происходит крайнее проявление эмоций, сдержаться непросто. Я также не приветствую, когда со мной разговаривают в агрессивной манере и стараются убедить меня криком.
В настоящее время мои одногруппницы, похоже, испытывают ко мне некую зависть, поскольку Михаил Викторович в общении с ними может быть более строгим, а ко мне, напротив, проявляет осторожность (улыбается), но на самом деле так и есть. Думаю, он побаивается не именно меня ( смеётся), а на мою реакцию, поскольку это может впоследствии отразиться на моей способности к стрельбе и подобных действиях. Он привык к моей эмоциональности и моей способности отвечать, поэтому не придает этому значения и стремится смягчать возникшие ситуации.
– А вы можете заплакать на тренировке?
– Бывали у меня и такие ситуации. Вряд ли у Шашилова случалось что-то подобное со мной. На полигоне я могла перевозбудиться, но не до слез.
Сорин мог вызвать у нее слезы, однако она старалась скрыть это и уходила в сторону, чтобы он не заметил).
– В команде Шашилова работает и мой муж, Алексей Шевченко. Насколько сложно совмещать профессиональную деятельность и личные отношения?
– Поначалу было непросто, но со временем я научился отделять одно от другого. Лёша может дать совет относительно тренировки или техники, однако он сразу же заявил, что не будет вмешиваться в процесс стрельбы, так как у него свой подход и накопленный опыт.
Михаил Викторович консультируется с ним по поводу тренировочного плана, то есть они совместно разрабатывают занятия. На всех сборах силовые тренировки он, как правило, делегировал Лёше, то есть тот разрабатывал силовую программу, проводил занятия с нами, объяснял и демонстрировал технику. Впрочем, у него есть работа и семья, и это отдельные аспекты его жизни.
Во время обычных тренировок мы катаемся или бегаем вместе, а в отдельных случаях каждый выполняет свою задачу.
– А ваш муж – мягкий тренер или может прикрикнуть?
– Похоже, он обладает мягким, но твердым характером. Ему удается находить общий язык с разными девушками, умеет объяснять и доносить свои мысли. Наблюдая со стороны, я замечаю, что он всегда понятно и доступно излагает информацию, придерживается такой методики, чтобы действительно научить человека, а не просто рассказать что-то бегло. Он искренне стремится к тому, чтобы человек не только усвоил материал, но и задумался над ним, и добился успеха.
– Мой муж – профессиональный биатлонист в прошлом, и в этом сезоне мне удалось превзойти его по количеству завоеванных наград.
– Получается так (смеётся). Я подкалываю его, говоря, что я уже трижды становилась чемпионкой России, а он лишь однажды ( улыбается). Он не проявляет обиды и смирился с завершением своей спортивной карьеры.
«Российские спортсмены традиционно отличаются сдержанностью и замкнутостью»
– Какова была ваша реакция на то, что Евгения Буртасова и Екатерина Юрлова-Перхт, пропустившие весь сезон, заняли высокие места и поборолись за медали со сборной?
– Опыт Екатерины Юрловой бесценен, это неоспоримо ( улыбается), полагаю, даже с учетом небольшого количества выступлений, она оперативно вернула прежний уровень владения стрельбой после родов. И даже в движении выглядит вполне уверенно. Спортсмены старшего поколения, как правило, используют отработанную ранее базу. Они уже не тренируются с такой же интенсивностью, как молодые, но способны демонстрировать хорошие показатели.
Относительно Жени Буртасовой, я практически забыла о её присутствии в этом сезоне. Когда стали появляться сообщения о её возвращении, я вспомнила: «Ах да, Женя тоже участвовала. Где же она была всё это время?» Позже выяснилось, что у неё были проблемы с зубами, и, вероятно, она произвела на меня даже большее впечатление, чем Катя, поскольку после двух месяцев тренировок войти в четвёрку на спринте – это заслуживает высокой оценки.
– Не стоит ли рассматривать их выдающиеся достижения как предупреждение для нашей женской сборной?
– Я так не думаю. Подготовиться к одному старту вполне возможно, если проявить сильное желание. Конечно, если бы у неё возникали подобные трудности на протяжении всего сезона, ситуация была бы сложной. Бывали моменты, когда нам было больно и тяжело выступать. Тем не менее, Даня Серохвостов провёл весь сезон, несмотря на болезнь, и выступал достойно, принимая участие во всех гонках даже в нездоровом состоянии.
– Считаете ли вы неожиданным выход Юрия Батманова с дочерью в совместном музыкальном проекте в Ханты-Мансийске?
– Я наблюдала за этой гонкой, но не испытывала симпатии к конкретному участнику. Однако то, что они преодолели дистанцию и опередили значительную часть участников, – это впечатляет. В целом, многие спортсмены зрелого возраста демонстрируют отличную физическую подготовку, и я не могу сказать, что его выступление стало для меня неожиданностью, ведь он регулярно тренируется и поддерживает себя в форме на протяжении всего сезона.
– В лыжных гонках у меня также был опыт участия в соревнованиях международного уровня. Повстречался ли вы с кем-нибудь из зарубежных лыжников и смогли ли вы подружиться?
– Вероятно, нет. Я не поддерживала общение со взрослыми, а на молодежном чемпионате мы, конечно, здоровались с теми, кого уже неоднократно встречали. Особенно охотно все приветствуют тебя, когда ты завоевываешь медаль ( улыбается). Но плотно ни с кем не общалась.
– По вашему мнению, чем обусловлено то, что российские спортсмены реже вступают в общение с представителями других стран?
– Не все наши спортсмены активно используют социальные сети, например, общаются с польскими коллегами. С белорусами общение, безусловно, поддерживается. Вероятно, наша некоторая отстранённость связана с особенностями нашего менталитета – мы склонны к замкнутости и некоторой обособленности. Даже в лыжной сборной редко можно встретить сплочённые коллективы, которые вместе проводят досуг, развлекаются или посещают мероприятия. Профессиональные спортсмены, достигшие взрослого возраста, ведут самостоятельный образ жизни, у большинства из них есть семьи. Кроме того, тренировки требуют полноценного отдыха, поэтому все стараются держаться особняком. И на международных соревнованиях все сосредоточены исключительно на достижении результата, что создаёт напряжённую атмосферу.
– В европейских командах существует традиция, когда игроки поздравляют друг друга на церемониях награждения, чего, к сожалению, у нас пока не наблюдается.
– В целом, европейцы получают удовольствие от соревнований, от царящей вокруг атмосферы. Они обычно сохраняют спокойствие, у них всё хорошо, они радуются и смеются, а наши спортсмены часто выглядят очень серьёзно.
– Было бы неплохо повторить их опыт. Но, возможно, это принципиальная особенность, которую невозможно переменить?
– Мы стремимся к большей расслабленности и получению удовольствия от гонок. Сложно не сосредотачиваться, ведь у нас очень высокая конкуренция в сборной, особенно в лыжном спорте. Если на ключевых соревнованиях не показать достойный результат, могут возникнуть трудности. Вероятно, именно поэтому спортсмены так сильно концентрируются на конечном итоге. В то же время, в странах с меньшим масштабом конкуренция не так велика. Хотя, если говорить о норвежцах, они всегда находятся в острой борьбе друг с другом.
– Вам не хватает международных соревнований? Или новый формат состязаний пока не вызывает скуки?
– Нет, здесь тоже царит отличная атмосфера. Каждое соревнование превращается в настоящий праздник, всегда много шума и активности. Поэтому времени на скуку не остается. Конечно, возникает желание побывать в Европе, ведь там иная природа, а города сильно отличаются от наших.
«Ранее не испытывала восхищения ни одним из зарубежных горнолыжников»
– Как возникли ваши прозвища Богачка-1 и Богачка-2 в тренировочной группе, где вы занимаетесь вместе с Анастасией Шевченко?
— Это началось с Насти. Она расплачивается в кафе, в ресторанах, иногда покупает дорогие вещи, и я просто стала называть её Богачкой, а она в ответ начала специально называть меня так же (улыбается). Тогда Николай Степанович Загурский произнес: «Ты будешь Богачка-1, а ты – Богачка-2», и это прозвище закрепилось за нами. Мы даже внесли такие записи в телефонные справочники друг друга.
– Неужели неприятно находиться на втором месте после Богачки, а не на первом?
– Нет, но Загурский, когда ставит подпись на патроны, обращается к ней «Богачка», а ко мне «Натали» – мне так даже приятнее.
– Кто для вас пример в биатлоне?
– Мне всегда сложно давать ответ на этот вопрос, поскольку я не уделяла пристального внимания биатлону, не являюсь его поклонницей и не испытывала симпатии к каким-либо конкретным спортсменам. Я занималась биатлоном в течение года, но не следила за кем-либо, не изучала биографии и историю отдельных атлетов.
– А в лыжах был такой пример?
— Ранее я не испытывала особого восхищения к зарубежным горнолыжникам. Понятно, что для многих людей кумирами являются Петтер Нортуг или Терезе Йохауг. Однако мы, как правило, относимся к своим российским спортсменам с большей симпатией. В настоящее время для меня образцом для подражания являются Наталья Непряева и Александр Большунов. Они отличаются огромным трудолюбием и стабильно побеждают на протяжении всех сезонов, неизменно завоевывая медали. Кроме того, Наташа успешно выступила в олимпийский сезон и «Тур де Ски», выиграв общий зачёт Кубка и завоевав медали на Олимпийских играх.
«На Олимпийских играх российская сборная продемонстрировала всему миру свою выдающуюся силу»
– Какие виды спорта вы предпочитали смотреть во время Олимпийских игр: лыжные гонки или биатлон?
– Лыжные гонки, безусловно, вызывали больший интерес, однако мы также следили за биатлоном. В особенности, когда у нас появлялась возможность — во время соревнований мы обязательно смотрели и поддерживали наших спортсменов.
– Кого бы вы назвали главным героем Олимпиады-2022 среди российских спортсменов?
– Если говорить о биатлоне, то наибольшее количество медалей завоевал Эдик Латыпов. А среди лыжников – Александр Большунов. В целом, весьма впечатляющей была победа обеих российских эстафетных команд в лыжных гонках. На той Олимпиаде наша страна продемонстрировала всему миру свою мощь.
– Олимпийские гонки вызвали сильные эмоции. Вы тоже можете растрогаться, наблюдая за подобными событиями?
– Победы в эстафетах сопровождались яркими переживаниями. Не менее сильные эмоции вызвала мужская эстафета по биатлону, по которой, вероятно, прослезила вся страна — и не только наша (улыбается). Нельзя не вспомнить и первую медаль Наташи Непряевой, завоеванную в скиатлоне.
В период проведения Олимпийских игр мы проходили сбор в Сочи, на Лауре. Во время мужского скиатлона мы занимались на тренировке, и вдруг на большом экране на стадионе появилось изображение гонки. Все спортсмены, находившиеся на лыжне в тот момент, прекратили тренировку и стали наблюдать за финишем. Это произвело сильное впечатление – мы все вместе замерли и поддерживали наших спортсменов, когда Саня занял первое место, а Денис – второе. Это было очень волнующе.
