Интервью российского защитника Владислава Гаврикова — о заветной цели, увеличившемся количестве соглашений, игре в Национальной хоккейной лиге и соратнике Игоре Шестеркине.
В начале сезона никто в «Рейнджерс» не говорил о перестройке
— Какие у тебя впечатления от Нью-Йорка? Как проходит твоя жизнь и как ты проводишь свободное время?
— Существование кардинально отличается от того, что было в Лос-Анджелесе и Коламбусе. Нью-Йорк – это город с уникальным характером, особенно Манхэттен: колоссальная плотность населения, транспортные средства, непрерывная динамика, жизнь бьет ключом круглосуточно.
Наше жилье располагалось за чертой города, где царила тишина. Однако все объекты расположены на значительном удалении друг от друга: матчи проводим в Madison Square Garden – сердце Манхэттена, а тренировочный комплекс находится примерно в часе езды. Из-за дорожных заторов время может увеличиваться. Многие игроки также предпочитают проживать в различных районах: некоторые выбирают жизнь на острове Манхэттен, но большая часть хоккеистов с семьями – вне города.
— Илья Сорокин отмечал, что посещает Нью-Йорк всего несколько раз за сезон, и этого ему хватает. А тебе комфортна подобная реальность?
— Поскольку мы не обитали непосредственно в Нью-Йорке постоянно, трудно делать однозначные выводы. Но посещать его по выходным доставляло нам большое удовольствие. Там находится бесчисленное множество культурных учреждений и мест для проведения досуга — как для взрослых, так и для юного поколения.
При благоприятных погодных условиях можно наслаждаться Центральным парком весь день. Зимой там работает каток, а летом предлагается множество занятий: от спортивных игр до простого отдыха с кофе. Внутри парка царит своя уникальная атмосфера.
— Узнают в городе?
— Поклонники, безусловно, распознают меня. Однако Нью-Йорк – огромный мегаполис, поэтому утверждать, что это происходит регулярно, неверно. Те, кто интересуется хоккеем, подходят и выкрикивают: «Поддержим «Рейнджерс»!», желая победы.
— Ты присоединился к «Рейнджерс» в эпоху перемен. Как ты оцениваешь состязания за клуб, который на данный момент не является фаворитом борьбы за чемпионский титул?
— В самом начале сезона речи о реорганизации команды не шло. Когда спортивные результаты ухудшились, в организации заговорили не о перестройке, а об изменении состава – так они это называют. Естественно, всегда есть стремление побороться за выход в плей-офф и затем — за главный трофей. Именно с этой целью выходишь на лёд каждый сезон.
— Как ты изменился как хоккеист за последние годы?
— Я начал действовать при игре большинства. Это стало для меня значительным продвижением вперёд. Сначала я играл во втором составе, а потом – в основном. Да, этому способствовали травмы товарищей по команде, но мне была поручена эта функция, и я продемонстрировал способность успешно её выполнять.
В защитных действиях кардинальных перемен не произошло. Зато удалось превзойти собственное достижение по количеству забитых шайб – на счету 14 голов. Это тоже доставляет удовольствие.
— Возникает ли у тебя ощущение принадлежности к высшей касте хоккеистов Национальной хоккейной лиги?
— Самостоятельно оценить свой вклад непросто. Безусловно, было бы приятно услышать подтверждение. Однако, возможно, более детальный анализ или мнение коллег будет иным. Для меня приоритетом является соответствие собственным стандартам и демонстрация результативной игры.
— Как сильно финансовое соглашение, которое ты заключил, оказывало на тебя влияние? В то время оно казалось весьма существенным.
— На сегодняшний день сумма сделки не кажется чрезмерной. И даже тогда я не испытывал какого-либо давления. Я выхожу на площадку, демонстрирую свою игру и получаю от этого удовлетворение. Уверен, что мои действия на льду оправдали заключение контракта, поэтому никаких дополнительных переживаний у меня не возникало.
— В чём причина твоего отсутствия на играх в России? Только финансовые обязательства мешают?
— Да. Сейчас я вернулся — на лето.
— Ты ведь каждый год приезжаешь домой?
— Безусловно, мы стремимся навещать родных и близких. Возвращение домой всегда приятно. Если есть возможность для наших родственников посетить нас за границей – это замечательно. К примеру, сестра моей супруги проживает там и иногда приезжает в гости. Однако летом мы обычно возвращаемся в Россию, чтобы увидеться со всеми.
Горд за Шестеркина
— Как меняется НХЛ? Хоккей становится быстрее?
— Безусловно, темп игры возрос, и все нововведения способствуют развитию атакующего потенциала. Рефери стали более строгими к незначительным нарушениям, которые ранее могли оставаться без внимания. В настоящее время запрещено удерживать соперника или использовать массу тела для его сдерживания.
Все изменения в регламенте преследуют цель – увеличение количества заброшенных шайб и повышение интенсивности игры. Зрители желают видеть захватывающий хоккей, а не однообразные встречи с минимальным результатом.
— С какой причины вы решили пропустить мировое первенство по футболу в Соединенных Штатах?
— Я предпочел бы не находиться среди зрителей. Мне нравится этот вид спорта, но если нужно решить между посещением спортивного события и отдыхом на родине, я неизменно выбираю второй вариант. Трансляцию матча можно посмотреть где угодно.
— В предыдущем сезоне Илья Шестеркин практически избегал общения с журналистами, полностью посвятив себя игре, однако итог оказался не самым благоприятным. Возможно ли вам посоветовать ему быть более открытым и общаться со СМИ?
— Он всегда демонстрирует хорошее настроение и улыбается. Я не уверен, что это имеет какое-либо отношение к результату. Игорь – здравомыслящий человек, он сам примет верное решение. Существует немало спортсменов, которые показывают отличные результаты, практически не взаимодействуя с прессой.
— Должно быть, вы не раз слышали крики фанатов: «Шесть! Шесть!» Как это воспринимается игроками команды – неприятно или неожиданно?
— Напротив, я испытываю радость и гордость за него. Это значительное одобрение со стороны зрителей Madison Square Garden, которые посещают каждую игру вне зависимости от исхода матча. Получить подобное отношение публики после Хенрика Лундквиста, известного как Кинг, – большая честь для Игоря. Я действительно радуюсь этой заслуженной признательности и горжусь им.
— У спортсменов «Никс» даже обстановка в раздевалках отличается от общепринятой.
— «Никс» выиграли. Поздравляю!
— Да, город был полон волнений. Мы уже отправились домой, но там царила настоящая суматоха. Они провели весьма успешный период.
— Ты знаком со звездами «Никс»?
— Индивидуально — не взаимодействуем. Мы используем один и тот же тренировочный комплекс. Часто видимся, у нас общая столовая, вместе питаемся утром и днем.
— И ни с кем не подружился?
— Не возникает. Обмениваемся приветствиями, интересуемся самочувствием друг друга, но никто не мешает работе другого.
— Они действительно такие гиганты?
— Безусловно. У них даже интерьер отличается. Представьте себе барные кресла – примерно такие они используют регулярно. Стандартная высота столов им неудобна, поэтому у баскетболистов выделена специальная область с высокими столешницами и стульями.
— Значит, не существует товарищеских отношений вроде «заглядывай на игру»?
— Это невозможно из-за наших плотных графиков игр. Когда они принимают соперников на своей площадке, мы обычно играем в гостях или готовимся к собственному поединку. Бывают случаи одновременных матчей, что делает планирование встреч крайне затруднительным.
Сумма контракта Макара составит приблизительно около двадцати одного миллиона долларов.
— Что ты думаешь о текущей ситуации с заключением договоров в Национальной хоккейной лиге? В период подписания соглашения на пятьдесят миллионов, это выглядело как колоссальная сумма. Сегодня такие цифры не вызывают удивления.
— Полагаю, сейчас мы наблюдаем тенденцию к увеличению размеров контрактов. Хоккейная лига получает значительный доход, что позволяет выплачивать более высокие зарплаты. С точки зрения продвижения и рекламы это также представляется обоснованным шагом. Если лиге и клубам удаётся увеличивать свою прибыль, почему бы игрокам не получать больше?
— Не возникает ли сожаления о том, что договор был заключен немного раньше? Если бы это произошло на год позже, условия могли существенно отличаться.
— Я вполне мог и не заключать этот контракт. Вполне возможно, все сложилось бы иначе. Заниматься рассуждениями в духе «что если» — бессмысленно. Я ценю то, что имею на данный момент времени.
— Вы совершенно не испытываете злости, когда наблюдаете за условиями договоров других футболистов?
— Нет. Прежде всего, мы действуем на разных игровых позициях. К тому же, многие из этих спортсменов значительно моложе меня. Обстоятельства также кардинально отличаются. Их соглашения появились в результате сложившихся обстоятельств.
— Возможно, твой товарищ по работе Кейл Макар сможет рассчитывать на соглашение стоимостью приблизительно в 21 миллион долларов.
— По моему мнению, для пользы команды ему следовало бы рассмотреть вариант с несколько меньшей суммой. Но если он или, скажем, Хьюз обладают возможностью устанавливать свои требования и получать желаемую компенсацию, то нет причин этому препятствовать.
В любом случае это окажет положительное влияние на общий уровень оплаты труда защитников. За такими соглашениями последуют другие игроки — некоторые получат дополнительные средства в несколько сотен тысяч долларов, а кто-то может претендовать и на увеличение зарплаты в миллионы. В конечном итоге выгоду извлекут все участники процесса.
— Тебе самому не кажется странным видеть сообщения о таких внушительных суммах? Недавно самым высокооплачиваемым был Капризов, а теперь цифры значительно возросли.
– Сейчас эти показатели могут вызвать у тебя недоумение. Однако через пару лет наше восприятие может измениться, и мы увидим в них нечто незначительное. Возможно, по новым стандартам это даже будет считаться заниженной оплатой труда.
– Представь себе: уже начинающие специалисты будут получать такие суммы спустя несколько лет?
– Это было бы замечательно. В таком случае придется возвращаться к началу пути и снова проходить путь новичка.
— Возвращайся в КХЛ. Я всем это говорю.
– Нет причин, чтобы отказываться от этого варианта. Но сначала, вероятно, потребуется выкупить действующее соглашение.
Возможность посетить мероприятие есть у каждого, подобно тому, как поступил Ковальчук ранее.
— Пока еще посидим в НХЛ.
Мысль о том, чтобы выступать за команду «Рейнджерс», никогда не приходила мне в голову.
– Вы испытываете удовлетворение от своей деятельности? Не только финансовую выгоду учитывая – насколько вам комфортно?
– По мнению большинства любителей хоккея, главная цель – оказаться на площадках Национальной хоккейной лиги.
— Не все разделяют это стремление. Бывают те, кто утверждает, что подобного желания у них никогда не возникало.
— Возможно, они приукрашивают действительность? Мне кажется, большинство из нас в детстве увлекались компьютерными играми про хоккей и грезили о карьере хоккеиста Национальной Хоккейной Лиги. По моему восприятию, почти все мальчики стремились к этому.
— Вы когда-нибудь фантазировали на тему игры за «Рейнджерс»?
— Честно говоря, нет. Я отчетливо помню, что часто выбирал команду «Тампа» и представлял себя Венсаном Лекавалье.
— Форвардом?
— Да.
— В настоящее время ты выступаешь в составе одного из наиболее известных спортивных комплексов на планете. Сам факт этого является значительным успехом.
— Безусловно. Это выдающаяся команда, клуб с богатой историей, входящий в число основателей лиги еще в 1926 году. Множество устоявшихся обычаев, знаменитые спортсмены и преданные поклонники – все это характеризует этот коллектив.
Взяв за основу прошлый сезон, который оказался не самым успешным для нас, мы всё равно собирали аншлаги на каждой игре. Стадион всегда был переполнен, несмотря на то что стоимость билетов превышает средний уровень по лиге. Мне представляется, это один из ключевых индикаторов статуса клуба.
— А сам Madison Square Garden – достаточно старая спортивная площадка?
— Согласен, возможно, новые спортивные комплексы обладают более актуальным дизайном и удобствами. Однако неповторимую атмосферу Мэдисон-сквер-гарден не спутаешь ни с одним другим местом проведения мероприятий. Этот уникальный сводчатый потолок, расположенный под ним куб, узнаваемые цвета – у этого стадиона есть своя особенная аура.