Казакевич – одна из немногих российских биатлонисток, способных оценить прошедший сезон как успешный. В свои 23 года она провела весь сезон на Кубке мира, демонстрируя стабильные выступления и занимая места в первой двадцатке. При этом ей удалось избежать вовлечения в какие-либо конфликты и скандалы, неизменно поддерживая Михаила Шашилова – старшего тренера и своего личного наставника, который руководит ее подготовкой с самого детства.
В интервью «СЭ» Казакевич рассказала:
— чему она была обучена итальянка Доротея Вирер;
— какое у нее мнение по поводу того, что Шашилов обращается к ней как к ребенку;
— как ей удалось победить в 60-километровом лыжном марафоне;
— объясняет причину отсутствия активности в Instagram и свои планы подготовки к олимпийскому сезону.
Наибольшие трудности в марафоне приходятся на заключительные десять километров
— Как вы провели межсезонье?
— Отпуск практически завершился. Сейчас я прохожу комплексное медицинское обследование в Москве, после чего мы отправляемся на первый сбор в Сочи. До этого мой отдых был довольно активным. Мы посетили Камчатку, затем у меня был еще один отпуск, о котором я не планирую рассказывать. Даже не публиковала фотографии в социальных сетях.
— Почему это невозможно? Почти все ваши коллеги по команде публиковали фотографии с морских и океанических побережий…
— Я не сторонник публичного обсуждения своей личной жизни. Обычно делюсь чем-то в социальных сетях лишь в случае необходимости. Понимаю, что другие придерживаются иных взглядов, но для меня важно, чтобы личное пространство оставалось неприкосновенным.
— Победа на Камчатке в Авачинском марафоне позволила вам опередить немало лыжниц. Разве 60 километров — это не слишком сложная дистанция для биатлонистки?
— Мы заранее спланировали поездку на Камчатку. В путешествие отправились Настя Шевченко, Алексей Шевченко и его подруга, лыжница Наталья Мекрюкова, а также Тамара Воронина. Задачу показать какой-либо конкретный результат перед собой мы не ставили, мне было просто интересно преодолеть такую дистанцию. Приятно, что удалось финишировать менее чем за три часа (результат Казакевич — 2:59.15). Это хороший ориентир, с которого можно начинать подготовку к будущим марафонам.
— Возникали ли сложные периоды, когда возникало желание отказаться от намеченного?
— Первую тридцатку я прошла вместе с Натальей Гербуловой. Однако после двадцати километров у меня возникла боль в спине, что вызвало крайне неприятные ощущения. В биатлоне я с таким ранее не сталкивалась. А на заключительных десяти километрах были только подъемы, и лишь на небольшом участке удалось немного перевести дыхание. Это было самое сложное, все мышцы отказывали. Лишь за пять километров до финиша мне сообщили, что я отстаю, и я уже двигалась более спокойно.
— Какие продукты и напитки употреблялись на дистанции в 60 километров? Биатлонисты не обладают достаточным опытом в вопросах питания.
— Безусловно, я консультировалась с опытными лыжниками. В результате я отправилась с питьевой системой на два литра, большим запасом энергетических гелей и бананом. Однако банан оказался не нужен. Мне посоветовали употреблять пищу и жидкость примерно каждые два-три километра дистанции, даже если нет аппетита. В основном я использовала то, что перевозила с собой, иногда забирала воду на пунктах питания. На заключительных километрах, когда стало очень тяжело, меня встревожил страх, что начинается голодание. Я употребила гель, хотя и не особенно захотелось, но состояние улучшилось незначительно. Желудок уже не воспринимал пищу.
— После поездки на Камчатку вы также посетили свадьбу Тамары Ворониной.
— Да, это одно из самых ярких событий межсезонья! Тома организовала встречу всей нашей команды, мы очень ей благодарны. Я впервые в жизни побывала на свадьбе, впечатления незабываемые. Мы едва ли находили место для отдыха, постоянно были какие-то развлечения, танцы… Очень весело и в то же время как-то искренне, по-семейному.
Вирер сохраняет спокойствие и в случае неудач. Его опыт может быть полезен для обучения
— У вас был первый полноценный сезон на Кубке мира среди взрослых. Какие основные достоинства и недостатки вы можете выделить?
— Главное преимущество заключается в том, что я провела целый сезон на Кубке мира и приняла участие в чемпионате мира. Однако из-за пандемии все сложилось несколько иначе, чем обычно. Мне интересно, как бы я отреагировала, если бы на трассе и на трибунах было много людей, если бы все кричали, если бы на стрельбище было шумно… Возможно, мне в чем-то было проще из-за того, что соревнования вынужденно проходили в более спокойной обстановке. Ведь для меня все было впервые, даже большинство мест были незнакомы. Единственные города, где я бывала ранее, — это Контиолахти (там мы проводили тренировочный сбор) и Поклюка, где три года назад я выступала на юниорском чемпионате Европы. Но трасса с тех пор претерпела изменения, был изменен подход к стрельбищу. Ранее он был весьма крутым, и, если кто-то стрелял с 30-й позиции в масс-старте, было сложно вовремя затормозить.
— Ранее вы могли наблюдать за своими соперницами на Кубке мира лишь по телевизору. Что или кто произвел на вас наибольшее впечатление?
— Вероятно, их отношение к гонкам, и особенно к неудачам, положительное. Они почти всегда сохраняют оптимизм, даже если что-то идет не так. Впечатлило поведение Доротеи Вирер после неудачной гонки на первом этапе в Оберхофе, когда, допустив один промах и опустившись за тридцатую позицию, она в раздевалке поддерживала шутками других спортсменок. Она выглядела совершенно спокойной и расслабленной, будто не произошло ничего серьезного. А на последующем этапе показала результат, вошедший в топ-3.
— Вас не включили в состав классической эстафеты на чемпионате мира, несмотря на то, что ваши результаты соответствовали требованиям. Каково было ваше отношение к этому?
— С самого начала многие утверждали, что моя кандидатура не должна была рассматриваться для участия в первом спринте. Перед Поклюкой тренеры сообщили мне, что я буду стартовать в спринте и гонке преследования, а при благоприятном развитии событий – и в масс-старте. Для дебюта это уже был очень хороший результат. Именно к этим соревнованиям я и готовилась. Состав эстафеты также был сформирован заранее. Шансы попасть в него, я или Лариса Куклина, имели только в случае завоевания личной медали.
— На мировом первенстве вы впервые испытали на себе резкую критику со стороны прессы и поклонников.
— Я старалась не читать ничего лишнего. Было лишь несколько негативных комментариев в Instagram, которые мне случайно попались.
Самым сложным моментом для меня была необходимость выходить в микст-зону. Иногда после гонки ты еще не можешь адекватно оценить ситуацию, находишься под воздействием эмоций, а нужно выйти к журналистам и произнести что-то осмысленное. А потом тебя покажут по телевизору, и люди подумают: неужели нельзя было пробежать или отстрелять лучше?.. Не все могут это понять.
— Вы практически всегда продолжали общение в групповом чате?
— Лишь в Оберхофе, когда я восстанавливалась после болезни и мой голос звучал хрипло. И в Эстерсунде, откровенно говоря, мне хотелось уйти (Казакевич упала, повредила винтовку и допустила семь промахов — Прим. «СЭ»). Я долго находилась в финишной зоне, пытаясь прийти в себя, после чего хотела где-то укрыться, но не смогла найти подходящего места. Пришлось пробираться сквозь журналистов и давать объяснения. Это было непросто, хотя впоследствии я осознала, что многие даже не видели этого в трансляции и не знали, что произошло.
— Подготовка к сезону пройдет под руководством Михаила Шашилова. Возникали ли колебания при выборе между ним и Куваевым?
— В моем случае это совершенно исключено. Я и Михаил Викторович сотрудничаем уже около одиннадцати лет, с перерывами, связанными с моим пребыванием в юниорской или юношеской сборной. Он прекрасно знает мои особенности. Поэтому у меня не возникало никаких сомнений, и, полагаю, у многих других спортсменок тоже.
— Шашилов неоднократно характеризовал вас как «ребенка» или «дитя». Это не задевает?
— Он никогда не делал мне подобных комплиментов (смеется). В нашей команде даже существовало поверье: чтобы добиться похвалы от Михаила Викторовича, нужно совершить нечто выдающееся. Если после занятия он говорил: «ты — молодец», это означало, что ты действительно хорошо потрудилась. А что касается ребенка? Это просто его способ общения, в чем тут особенное? Мы действительно знакомы с самого моего детства. Я не принимаю это близко к сердцу.
Ирина Казакевич
Я появилась на свет 29 октября 1997 года в городе Бердске, расположенном в Новосибирской области).
За команду выступает Свердловская область, ее тренирует Михаил Шашилов.
Занял третье место на чемпионате мира среди юниоров в 2018 году. Двукратно становился серебряным призером Универсиады в 2019 году).
По результатам Кубка мира, наиболее удачным оказалось 13-е место.
Принимала участие в чемпионате мира (2021). Выступала на Европейском юношеском олимпийском фестивале (2015).
