В прошлый раз мы обсудили тренерские перестановки, то есть изменения в составе перед началом сезона. Вероятно, корректировки произойдут и в течение чемпионата. Наши прогнозы, как правило, сбываются без промаха. О таких изменениях вы будете проинформированы. А теперь то, о чем мы договорились в прошлый раз
Переходы
К январю в СТК поступило 63 заявления от футболистов, которые хотели сменить не только клуб (речь идет о высшем дивизионе), а некоторые – и место жительства. Чтобы удержать игроков, руководители клубов использовали методы, ставшие распространенными в последние годы. Алексей Леонтьев назвал их «Ложью во спасение». Им выдавали негативные отзывы. Об этом же тренер чемпионов Евгений Кучеревский сообщил журналистам.
Евгений Мефодьевич выразил недовольство действиями руководства алматинского «Кайрата», который вылетел в первый дивизион и чинил препятствия защитнику Яровенко, олимпийскому чемпиону 1988 года, в его переходе в «Днепр». «Нам, — говорил Кучеревский, — создают помехи в формировании состава… При этом используются любые доступные и неправомерные методы. Стремясь удержать Яровенко (когда его зачисляли в олимпийскую сборную, ему давали отличные рекомендации), его даже чуть ли не назвали хулиганом». Перевод Яровенко в «Днепр» в конечном итоге состоялся.
Дмитриев
Руководители других клубов высказывали негативные отзывы об игроках. Например, «Зенит» отказался отпускать нападающего Дмитриева в московское «Динамо». Член комиссии и второй тренер «Зенита» Лев Бурчалкин отметил: «В прошлом году поведение Дмитриева стало ухудшаться. После вызова в сборную футболист стал зазнаваться, не демонстрировал полной отдачи на тренировках и в матчах, начал злоупотреблять алкоголем, возникли разногласия с тренером Завидороновым. Получить разрешение на переход Дмитриев не заслужил».
На футболиста обрушилась волна критики. В «Ленинградской правде» 10 января, через три дня – в «Труде», по инициативе тренеров «Зенита» появились статьи, содержащие клеветнические обвинения. Дмитриеву вменялось грубое нарушение распорядка, недисциплинированность, отсутствие патриотизма, противопоставление себя команде, спекуляции своей репутацией и другими серьёзными проступками. Желая опровергнуть необоснованные обвинения, Дмитриев направил письмо в «Ленинградскую правду», но газета отказалась его публиковать. Тогда он обратился в «Футбол-Хоккей». Еженедельник проявил понимание к футболисту и посвятил ему в четвертом номере (от 29 января) две страницы. Передать содержание не имею возможности, но постараюсь изложить суть.
После прихода в «Зенит» Станислава Завидонова и Льва Бурчалкина произошли изменения в моральной атмосфере коллектива. Игроков, не принимавших тренировочный процесс, который характеризовался традиционным подходом, монотонностью и отсутствием системы, заставляли бегать без видимой цели, и в итоге переводили в дубль или исключали из основной команды. Также был отстранен опытный врач Хвостов, который посвящал себя интересам команды и оказывал игрокам профессиональную поддержку. На его место пришел Бабицкий, не имеющий опыта в футболе, но являющийся близким другом тренеров. Его деятельность ограничивалась инъекциями (по распоряжению тренеров), которые, как утверждалось, должны были улучшить состояние здоровья и ускорить восстановление.
Выяснилось, что спортсменам вводили нелегальные препараты. Состояние здоровья Дмитриева значительно ухудшилось, и он отправился в Москву на консультацию к опытному врачу, ранее работавшему со сборной Мышалову. Именно этот специалист направил Сергея в ЦИТО к профессору Миронову. После проведенной операции футболист пришел в себя. «Если бы вам сделали еще несколько инъекций, вам пришлось бы завершить карьеру», – заявил Сергею лечащий врач. После детального разбирательства в ситуации СТК одобрила трансфер Дмитриева в «Динамо». Завидонова отстранили от работы в начале мая по вполне понятной причине: «Зенит» потерпел серьезные неудачи и опустился на последнее, 16-е место в турнирной таблице.
Саленко
Другие футболисты также предпринимали попытки изменить неблагоприятную атмосферу в «Зените». Относительно перспективному 19-летнему Саленко это удалось. В январе, получив разрешение от СТК, он покинул клуб и начал тренироваться с новой командой в Киеве. Однако через три дня президиум Федерации футбола СССР, ссылаясь на устаревшую инструкцию о переходах, не одобрил решение, ранее принятое СТК.
Валерию Березовскому удалось связаться с тренером Анатолием Сучковым, который подошел к телефону. Вопрос журналиста о возвращении Саленко в Ленинград вызвал возмущение Сучкова: «Как это возможно? Он заключил контракт с нашим клубом!»
Отвечая на вопрос о сроках подписания контракта, руководитель команды Владимир Веремеев сообщил: «Договор заключен на три года». Он также выразил свою позицию относительно решения федерации, назвав его неожиданным и лишенным логического объяснения. По его словам, профессиональный футболист заключил соглашение с профессиональным клубом, и, соответственно, общественная организация не имеет права вмешиваться в профессиональные отношения. Именно поэтому юристы классифицировали решение президиума как нарушение Конституции СССР и прав человека, в частности, права на свободный выбор места жительства и работы. Им было рекомендовано обратиться в народный суд».
Вскоре появилась возможность пообщаться с главным тренером, Валерием Лобановским. Обсуждался вопрос о денежной компенсации «Зениту» за переход Саленко. «Мы готовы произвести выплату в любой момент, — подтвердил тренер, — однако на данный момент такой процедуры не существует, станет ясно первого апреля… Мы уточним реквизиты расчетного счета «Зенита» и осуществим перевод необходимой суммы».
После тренировки Березовский, наконец, заговорил с главным героем этой истории, Саленко, и выяснил, что его семья (родители, он сам и брат) перебралась в Киев и сейчас занимается обустройством в комфортабельной, вместительной квартире. У футболиста не осталось никаких сомнений относительно перехода в киевское «Динамо»: «Мы не являемся прикрепленными людьми и живем в стране, где ценятся свободы». Это очень сильный и неоспоримый аргумент.
Вопрос денежной компенсации за Саленко не потребовал ожидания до первого апреля. Причина не заключалась в сомнительности даты, которая могла быть воспринята как розыгрыш или невинная шутка. Хотя в прошлом подобные заявления и обещания иногда воспринимались именно таким образом. Дело в том, что все финансовые аспекты клубы согласовали в третьей декаде марта. Подтверждением тому служит официальное сообщение, распространившееся в СМИ: «Установлена сумма вознаграждения за воспитание и подготовку О. Саленко. По расчетам специалистов, она составила 37 тысяч рублей… О. Саленко будет заявлен за киевское «Динамо» сразу после зачисления указанной суммы на расчетный счет «Зенита».
По неофициальным данным, информация о составе команд появилась в спортивных изданиях в начале марта. В списке нападающих киевского клуба уже значилось имя Саленко, то есть примерно за две недели до того, как ему было разрешен переход в московское «Динамо».
Тукманов обещает
Я не буду рассказывать обо всех переходах и не во всех деталях. Заявления составлялись поверхностно и не всегда соответствовали правилам грамматики, а иногда даже не имели подписи. Известны случаи, когда футболисты пропускали комиссию. «Это случается довольно часто, — отметил председатель СТК Болотинский, — поскольку действующие инструкции не обладают юридической силой. К тому же, они предусматривают множество исключений. Именно поэтому переходы могут занимать два-три месяца» («Известия» от 24 февраля).
Выслушав председателя, корреспондент газеты (не представился) спросил: «Кто же отвечает по долгу службы за контроль над переходами и несет ответственность за подобные беспорядки?» Трудно поверить, что в журналистской среде, особенно в уважаемом и авторитетном издании, остались наивные люди, не понимающие простой истины: ни один руководитель, даже самый высокопоставленный, ни за что не отвечал и никакой ответственности ни за что не нес. Особенно в период перестройки, когда, как сообщил председатель СТК, инструкции о переходах утратили юридическую силу. Не зря тренеры и игроки в спорных ситуациях ссылались не на официальные документы (инструкции, указы, приказы, постановления), а на Конституцию СССР, и открыто говорили о правах человека в свободной стране.
Инструкция, номер которой мне не припомнить, была разработана в Министерстве спорта СССР. Об этом советским гражданам сообщили через газету «Известия». Заместитель начальника Управления футбола и хоккея СССР Александр Тукманов не стал отрицать общеизвестную проблему: «В вопросе о трансферах существовали серьезные недостатки». Почему он употребил прошедшее время? Ответ последовал от него самого: «В скором времени ситуация будет исправлена. Вскоре начнет действовать Положение о чемпионате СССР на 1989–1992 годы. В нем будет предусмотрена контрактная система. Данные документы будут обнародованы до 11 марта, когда начнется чемпионат СССР».
Заявление представителя футбольной организации, по всей видимости, не вызвало доверия у журналиста. Об этом свидетельствует текст комментария в газете: «Ежегодно руководители отечественного футбола заявляют о намерении навести порядок в сфере трансферов. И каждый год ситуация повторяется. Возможно, в этот раз слова действительно совпадут с поступками». Надеются на лучшее. Это касается и меня.
Любители футбола, заинтригованные словами Тукманова, предпочли не ждать старта соревнований (и поступили верно). Под давлением читателей корреспондент «Известий» (от 27 февраля) Петров вновь обратился к заместителю Колоскова с просьбой раскрыть некоторые положения разрабатываемого документа. Кратко излагаю суть сказанного. В связи с переходом команд на хозрасчет, заключение контракта становится обязательным. Сроки действия: от одного года до трех-пяти лет. Клуб не имеет права расторгать контракт с футболистом без серьезных оснований. Причиной для увольнения или применения санкций могут стать: денежные штрафы, перевод игрока в дублирующий состав, нарушение спортивного режима (употребление алкоголя), опоздание на тренировку, самостоятельное отсутствие в команде и т.д.
Ежемесячная заработная плата игрока составляет 300 рублей, главного тренера – 350 рублей. Клуб устанавливает размеры премиальных за победы и определяет итоговый результат. Ограничений не планируется, и каждый раз тренер и футболисты получают премии, зависящие от финансового положения клуба.
«Я давно мечтал вернуться в «Спартак»
«Спартак» по праву считался одной из самых популярных команд в стране, и вокруг неё постоянно проявлялся огромный интерес со стороны болельщиков. С приходом Олега Романцева на пост главного тренера журналисты подготовили для него ряд вопросов. Особенно отличился корреспондент «Советского спорта» Геннадий Ларчиков. В номере газеты от 26 января Ларчиков провёл беседу с Романцевым.
«Я положительно воспринял решение коллектива, — заявил тренер на встрече с журналистами. — Я давно мечтал о возвращении в команду и испытывал сильное желание продолжить эту непростую, но достойную работу под красно-белым спартаковским флагом». Эти слова прозвучали искренне, но несколько пафосно.
Сразу же последовал весьма необычный вопрос:
— Существует ли уверенность, что вас не отстранят от должности так внезапно, как это произошло с Бесковым?
Жители страны хорошо знали, что даже Государственный банк СССР не располагал абсолютными гарантиями. Тем не менее, Романцев все же ответил:
— К сожалению, мне никто не предоставлял подобных гарантий, официальный договор со мной не оформлялся. В этом плане я, как и любой другой тренер, остаюсь в равной степени ущемлён в правах. Безусловным залогом успеха является хорошее место «Спартака».
— Вы будете придерживаться курса, намеченного вашим предшественником, или у вас имеются собственные взгляды на этот вопрос?
— Я многому научился у Бескова… С тех пор прошло немало времени, футбол постоянно развивается. Я также стараюсь идти в ногу с современными тенденциями, поэтому говорить о копировании не приходится, хотя ценный опыт я не собираюсь игнорировать.
— Каковы перспективы «Спартака» в новом сезоне?
— В настоящий момент штат команды неполный, а время, необходимое для урегулирования селекционных задач, было упущено, поэтому предстоит поиск решения.
Стало ясно, что возможности не были упущены, и решение было найдено. Романцев начал возвращать в команду своих подопечных: Черчесова (сразу после переезда Дасаева в испанскую «Севилью») и Базулева из «Локомотива», Морозова, впоследствии Позднякова из московского «Динамо», Прудникова из «Торпедо», а также нашли Сочкова. Романцев привлек к команде Кулькова из Орджоникидзе (который, кстати, тоже был москвичом), быстро проявившего себя в составе российской сборной.
Вопросы остались
Хаос, связанный с изменениями в переходный период, развивался сам по себе: инструкции, исходящие от вышестоящих органов и постоянно упоминаемые СТК, утратили юридическую значимость, а проект, разрабатываемый в Госкомспорте СССР для решения вопросов контрактной системы, еще не обладал статуса закона. Юридическую силу он приобретет лишь после того, как клубы перейдут на хозрасчет. Однако не все были готовы к этому.
Несмотря на видимость активной работы, Федерация футбола СССР продолжала регулярно информировать общественность о своих решениях, касающихся переходов игроков между командами. Чтобы прояснить сложившуюся ситуацию, редактор «Вечерней Москвы» Лисин запросил разъяснения у Вячеслава Ивановича Колоскова, признанного авторитета в советском футболе (и впоследствии хоккее). Подтвердив, что переход к новым принципам происходит не без сложностей, Вячеслав Иванович уточнил: «Финансовое бремя падет на клубы, пригласившие футболиста из другого коллектива. При этом сумма выплаты будет зависеть от его уровня мастерства: чем он выше, тем больше придется заплатить. В случае, если это спортсмен, входящий в состав олимпийской или национальной сборной, к заранее установленной цене за подготовку футболиста будет добавлена еще и сотка».
В качестве примера можно привести историю с «зенитчиком» Дмитриевым. «Переход его в московское «Динамо» потребует от динамовцев 50 тысяч рублей», — с уверенностью сообщил начальник. Но откуда взялась эта цифра? Ведь закон о контрактах еще находился в разработке в ведомстве Вячеслава Ивановича и не был ни утвержден, ни опубликован. К тому же, не все клубы перешли на хозрасчетные принципы. Более того, размер компенсации за игрока устанавливается сторонами, участвующими в соглашении (как, например, при продаже Саленко в киевское «Динамо»), а не будет произвольно установлен. Обсуждение состоялось, однако вопросы остались. И вместе с ними – неразбериха.
Подводя итоги обсуждения трансферов, стоит отметить отсутствие существенных, получивших широкое освещение в прессе, изменений. Команды в целом укомплектованы и начали подготовку к сезону. Этот вопрос мы затронем в следующий раз. Некоторые подразделения крупной футбольной организации также не бездействовали. Их деятельность мы рассмотрим сегодня.
Всесоюзное совещание судей
Мероприятие состоялось на головокружительной высоте, в конференц-зале Госкомспорта СССР. С докладом «Об итогах деятельности президиума ВКС за год и задачах на следующий футбольный сезон» выступил глава Высшей квалификационной комиссии Алексей Спирин».
«За год работы нового состава президиума ВКС многое и мало успело быть сделано, это лишь первые шаги, — доложил председатель и представил аудитории ряд цифр, в основном положительных. Приятно отметить приток новых сил, молодых и перспективных арбитров, вошедших в высшую лигу: в первую — 25, во вторую — 27.
Чтобы улучшить качество судейства, был организован сбор на базе Центрального института физкультуры в Москве, а также проведена дифференцированная подготовка для арбитров, обслуживающих матчи высшей и первой лиг. Кроме того, были разработаны более детальные критерии оценки работы инспекторов матчей. В планах на будущее – создание экспериментальной службы «Личность». Для обеспечения ее результативности разрабатывается методика отбора судей на основе их нравственных качеств. Эта инициатива напомнила утопические представления Томаса Мора, который еще в XVI веке описал идеальное общество будущего, впоследствии получившее название бесклассового коммунистического. Неудивительно, что ее постигла та же участь, и произошла она значительно раньше, чем попытки построения коммунизма в отдельной стране.
По словам докладчика, за прошедший год в сфере правосудия была проделана значительная работа, и в ближайшее время планируется добиться еще больших результатов. Однако без недостатков не обошлось. Спирин лишь вскользь упомянул о проблемах, а его подчиненные, воспользовавшись возможностью высказаться, более детально осветили ситуацию, и, как показалось, с некоторым удовлетворением.
Судья всесоюзной категории Иван Лукьянов отметил, что из установленного лимита в 28 зарубежных командировок для обслуживания международных матчей, восемь раз за границу выезжал Алексей Спирин. По словам председателя ВКС, это произошло благодаря «необычайной популярности» Спирина в футбольном мире, поскольку иностранные федерации соперничают за возможность его привлечения, что обусловлено его владением английским языком. Лукьянов, приведя слова Спирина, добавил, что знание иностранного языка, безусловно, является достоинством, однако для судей существует единый язык — умение справедливо выносить решения».
Некоторые делегаты прямо обвинили Спирина, заявив, что два судьи, состоявшие в дружеских отношениях с председателем, совершали зарубежные поездки до шести раз. Кроме того, семь арбитров, вошедших в десятку лучших по итогам 1988 года, являлись членами президиума ВКС, возглавляемого Спириным. Следующий оратор также упрекнул Спирина в предвзятости: «В ответ на вопрос корреспондента «Советского спорта» Спирин назвал всех арбитров, допустивших ошибки, за исключением самого себя». Один из участников собрания подготовил доклад, в котором были приведены два примера назначенных председателем сомнительных пенальти, а также отмечен провал главы ВКС на олимпийском турнире в Корее.
Началось обсуждение, в ходе которого известные судьи упрекали друг друга в проступках. Один из выступающих привел пример: хоккеистов, похитивших в магазине за границей носовые платки и нижнее белье, лишили права играть на полтора года, в то время как трое арбитров высшей лиги (фамилии не называю), повредивших мини-бар в Финляндии и похитивших алкогольные напитки на сумму 1058 финских марок, не понесли никакого наказания. «И след простыл», — закончил обвинитель свою эмоциональную речь.
Освободившись от напряжения, делегаты объединились и обратили свой гнев на прежнего руководителя ВКС — Владимира Зуева. Зуев, чья репутация была подорвана из-за занимаемой должности, и в результате чего был отстранен от председательского поста, теперь представлял Россию в судейском комитете ФИФА! «Возможно ли, чтобы наш представитель, — возмущался один из ораторов, — запятнал свое место там, если он не смог достойно представить его здесь? Похоже, кому-то выгодно поддерживать В.Зуева». И действительно, кому? Своими предположениями, основанными на информации из судейской среды, я не намерен делиться.
«Как отмечал Асаулов, присутствовавший на заседании, многие были возмущены. В ходе обсуждения поднимались важные вопросы, однако начальник Управления футбола и хоккея В. Колосков появился, сделал короткое выступление и покинул зал. Возникает вопрос, был ли для него важен наш разговор?»
Созыв президиума федерации футбола СССР
Мероприятие стартовало 26 января также в Госкомспорте СССР. Делегатов заволновало письмо, адресованное председателю Борису Топорнину, которое подписали восемь членов президиума. Они настаивали на большей активности и открытости этого общественного органа, которым являлась федерация. По мнению авторов обращения, все решения президиума должны публиковаться в прессе и завершена должна быть работа по созданию и деятельности Футбольного союза.
Слово взял Борис Бобров, отец коллеги моего Александра Боброва. В последние годы он занимал должность «диспетчера» и отвечал за составление расписания матчей чемпионата. Составителей календаря у нас критиковали на протяжении многих лет, причем это делали все, кому не было дела до этого, даже самые ленивые, причем часто не понимая, кого именно они критикуют. Долгое время фамилии тех, кто составлял календарь, держали в секрете, подобно именам выдающихся ученых, хранивших секреты, представляющие государственную важность. Не зная, кто несет ответственность, во всех неурядицах обвиняли «стрелочников». Календари, разработанные и согласованные с тренерами, появлялись в печатном виде задолго до старта чемпионата и имели вполне презентабельный вид. В процессе их реализации они разрушались, превращаясь в хаос. Ведь создатели не могли сами разрушать то, над чем трудились. Они добросовестно выполняли указания начальства, к которому регулярно обращались тренеры клубов и сборной с просьбами о переносе матчей для более эффективной подготовки к международным соревнованиям. Иногда – и без веских оснований.
Во время обсуждения Бобров не затронул календарь, а сконцентрировал внимание аудитории на успешных выступлениях наших юниоров на ежегодном турнире имени Валентина Гранаткина, включая недавнее завершение. Он предложил расширить состав участников, чтобы поддержать развитие молодежи и повысить интерес к этим соревнованиям. Инициативу Боброва одобрили многие, в первую очередь тренер юниоров Геннадий Костылев.
Здесь также разгорелись бурные дебаты, когда возмущенные делегаты потребовали отзыва Зуева, дискредитировавшего себя, из судейского комитета Международной футбольной федерации. В свою очередь, выступление в поддержку Зуева, сделанное заместителем председателя всесоюзной футбольной федерации Шумилиным, спровоцировало шум в зале. Виктор Понедельник, взяв слово, обратился к присутствующим: «Почему Зуев, ранее отстраненный от должности председателя российской, а затем и всесоюзной судейской коллегии, представляет советский судейский корпус в комитете ФИФА? Как долго это будет продолжаться?»
Неясные высказывания вроде «…он хорошо выполняет свои обязанности», «…отзыв Зуева может привести к потере места в комитете ФИФА» не вызвали доверия. Под напором общественного мнения Зуева всё же решили отозвать.
После того, как ожесточенные споры утихли, произошел новый всплеск. Председатель федерации Топорнин подал прошение об отставке. Этот человек, доктор юридических наук, обладавший учеными степенями, несколько лет руководил общественной организацией – Федерацией футбола СССР, несмотря на существующие ограничения. При руководстве Валентина Гранаткина федерация имела реальный вес в ФИФА, что было обусловлено его авторитетом и деловыми качествами. Валентину Александровичу оказывали уважение, его мнение учитывали, а его советы выслушивали как в международной организации, так и в стране. В то время Федерация, возглавляемая Гранаткиным, находилась в подчинении Отдела футбола при Комитете по делам физической культуры и спорта. Однако, несмотря на это, ему доверяли и не препятствовали в работе. Этот опытный специалист досконально знал свое дело и принес значительную пользу советскому футболу. Он был человеком принципиальным и не склонялся перед кем бы то ни было, даже перед влиятельными партийными руководителями, обладавшими огромной властью.
После ухода Гранаткина федерация начала постепенно терять свои позиции, а создание Управления футбола при Госкомспорте СССР значительно снизило ее влияние. С наступлением перестройки появилась возможность получить независимость и начать реально влиять на процессы, однако она оказалась обманчивой. Представителям федерации и ее председателю четко дали понять, кто определяет политику в футболе.
Похоже, что роль марионетки Бориса Николаевича оказалась для него нежелательной, и когда ему предложили должность директора Института государства и права Академии наук РФ, Топорнин принял предложение. Ему выразили признательность «за многолетний вклад в общественную деятельность» и пожелали продуктивной работы на новой позиции. Формальности были выполнены. Вакантное место быстро будет занято. Имя нового председателя я сообщу позднее. В то же время о готовности команд высшей лиги к очередному союзному чемпионату, уже 52-му, вам сообщу. Их число заметно уменьшилось.
