Более чем треть регулярного чемпионата КХЛ уже позади, и прослеживается заметная тенденция, вызывающая беспокойство – участившиеся дискуссии о спорных судейских решений. Мы даже не касаемся таких вызывающих случаев, как «заброшенная» шайба СКА в ворота «Автомобилиста». Практически ежедневно возникают вопросы по эпизодам, которые кажутся менее очевидными, но не менее значимыми.
Отмена шайбы «Ак Барса» в концовке матча с «Ладой» спровоцировала оживлённые дискуссии в сети. Казанский клуб стремился к продолжению своей уникальной победной серии, но в итоге проиграл тольяттинцам в овертайме. Примечательно, что после игры тренеры обеих команд выразили недовольство работой судей.
Чтобы сразу же избежать дискуссий о клубных симпатиях, обратите внимание на два гола «Ак Барса». В первом эпизоде нападающий казанцев Владимир Алистров переправляет на пятачке шайбу в ворота «Барыса», совершая явное намеренное движение корпусом в сторону ворот. Во втором случае, в матче с «Ладой», шайба отлетает рикошетом от конька Григория Денисенко, в то время как хоккеист разворачивался и даже не видел летящий в его сторону каучуковый диск. Как думаете, в каком случае гол был засчитан, а в каком отменён? Ставьте лайк под статьёй, если решили, что отменили гол «Барысу», а шайбу в ворота «Лады» засчитали. Ведь даже сам Алистров после игры с астанчанами немного тушевался, отвечая на вопрос о правомерности взятия ворот. В то же время комментаторы матча «Ак Барс» – «Лада» и многие эксперты удивлялись судейскому решению в игре с тольяттинцами.
Вспомним, как в соответствии с установленными принципами должны рассматриваться подобные ситуации. С сезона 2019/2020 в КХЛ действует обновленная версия правила 96. Взятие ворот не засчитывается, если атакующий полевой игрок направляет шайбу в ворота, нанося по ней удар ногой. Под ударом ногой подразумевается явное ударное движение ногой или коньком по шайбе. В редакциях правил ИИХФ и НХЛ подобное действие обозначается как kicking motion – «футбольный удар». Однако, если атакующий полевой игрок поворачивает ногу, чтобы перенаправить шайбу в ворота, не нанося по ней удара, и шайба пересекает линию ворот вследствие такого перенаправления, то взятие ворот засчитывается. Эти изменения в правилах были введены для повышения динамики игры и увеличения результативности. Но, похоже, они привели к ещё большему хаосу и путанице.
Примечательно, что после игры «Ак Барс» — «Лада» вопросы к работе арбитров возникли как у Анвара Гатиятулина, так и у Павла Десяткова. Регламент и штраф в размере 300 тысяч рублей сдерживают их от категоричных заявлений. Однако, в сущности, тренеров чаще всего не устраивает не сам результат и принимаемые судьями решения, а обоснованность их вынесения и интерпретация спорных ситуаций. То, что трактовка судейских решений стала менее понятной, очевидно даже по тематической программе «Судейская» на телеканале КХЛ ТВ. Главный арбитр лиги Алексей Анисимов старается донести свою точку зрения до ведущих программы, но взаимопонимания не возникает. Комментатор Владимир Гучек справедливо ожидает от Алексея более детальных разъяснений, в то время как Анисимов рассматривает, казалось бы, схожие эпизоды с совершенно иной перспективы. «Одинаковых моментов не бывает. Есть очень похожие», – заявляет он.
Иногда сложно определить, как интерпретируется положение полевого игрока на территории вратарской зоны: в каких ситуациях это влечет за собой аннулирование заброшенной шайбы, а в каких – нет. В настоящее время действующие правила допускают присутствие полевого игрока в «зоне», однако, проблема возникает при блокировке вратаря, то есть первым является контакт между полевым игроком и голкипером. Но что следует делать, к примеру, в ситуации с шайбой Никиты Михайлова, заброшенной в ворота «Сочи», когда нападающий длительное время находится у штанги и очевидно препятствует перемещению вратаря? Анисимов объяснил этот эпизод тем, что голкипер «Сочи» Павел Хомченко сначала отбил шайбу, а уже затем произошел контакт с полевым игроком «Лады». Таким образом, первым был не контакт, а пересечение шайбой линии ворот. Но что делать с тем, что Хомченко помешали совершить вероятное спасение? И где провести границу между допустимым и наказуемым воздействием на вратаря?
Леонид Вайсфельд, бывший арбитр, справедливо отмечает в ходе передачи, что подобные спорные моменты необходимо регулировать чётким регламентом – это упростит работу для всех. Возьмём, к примеру, новую интерпретацию удалений за игру высоко поднятой клюшкой. Теперь, если в момент касания клюшки соперником атакующий игрок совершал бросковое движение, удаление не назначается. Однако, если игрок сначала играет на шайбу, а затем попадает по лицу, назначается штраф на две или четыре минуты. Несложно представить, какую неразбериху это вызывает. Также неоднозначно оцениваются действия хоккеистов при толчках на борт. Всё чаще арбитры оценивают не сам эпизод, а его последствия. В качестве примера можно вспомнить удаление Сергея Плотникова. Здоровья Андрею Сергееву – защитнику «Локомотива», вероятно, не удастся вернуться на лёд в этом сезоне. Но насколько виновен в произошедшем капитан СКА?
Нападающему в том эпизоде выписали 5+20, а к этому добавили ещё и два матча дисквалификации по СДК. По всей видимости, в случае с Плотниковым сработала его «зачётка» и сложившаяся репутация игрока, склонного к грязной игре. «Мы стремимся более строго подходить к подобным ситуациям, чтобы минимизировать неспортивное поведение», – так Анисимов объясняет позицию лиги. Это похвальное стремление, однако первостепенно необходима единообразие в принятии решений. Оценка силовых приёмов в каждой конкретной игре, а иногда и в пределах одного поединка, может существенно различаться. В итоге мы получаем такие матчи, как встреча «Авангарда» и «Нефтехимика», в которой омичи практически без перерыва играли в меньшинстве. Нарушений, конечно, было достаточно, но в аналогичных ситуациях удаления игрокам Нижнекамска не засчитывались.
Впрочем, что тут говорить, если представители военной комнаты не смогли связаться с судьёй, допустившим нарушение процедуры при принятии решения по заброшенной шайбе. Ситуация сложилась так: до видеоарбитра в матче СКА и «Автомобилиста» не удалось установить связь.
