В прошедшем сезоне казанский «Зенит» одержал победу во всех соревнованиях, кроме клубного чемпионата мира. Значительный вклад в этот триумф и выдающуюся победную серию внес опытный либеро Алексей Вербов, он не только играл на поле, но и выступал в роли тренера, выводя команду на матчи. В интервью «Чемпионату» Вербов поделился подробностями этого нестандартного сезона, рассказал о возникших трудностях и неудобствах, а также о своих планах на будущее и перспективах в сборной».
«Непобедимая поступь – звучит эффектно»
— Можно ли отнести этот сезон к наиболее ярким в вашей клубной карьере?
— По результатам прошлого сезона, если оценивать по завоеванным титулам, ситуация сложилась схожая. Мы уступили в клубном чемпионате мира, однако затем одержали победу во всех остальных соревнованиях.
— Однако, существовали и значительные различия, затрагивающие и вас лично.
— Да, различия были. Прежде всего, это беспроигрышная серия, которую мы некоторое время игнорировали, хотя, конечно, приятно одерживать победы во всех матчах. Кроме того, в течение сезона я выполнял функции тренера и принимал участие почти во всех играх. К счастью, травмы и другие проблемы со здоровьем не повлияли на меня, что крайне важно для любого спортсмена. В целом, сезон получился запоминающимся, хотя и не ознаменовался какими-либо выдающимися событиями. Мы справились с поставленными задачами, достигли желаемого результата, и теперь можно отдохнуть и восстановить силы перед следующим сезоном.
— Ранее в течение сезона вы отмечали, что проигрыш может негативно сказаться на мотивации команды. Как тренерскому штабу удавалось поддерживать настрой «Зенита» на каждую игру, даже на те, которые не имели турнирного значения?
— Президент нашего клуба, Рафкат Абдулхаевич Кантюков, придерживается принципиальной позиции. Его недовольство охватывает даже отдельные проигранные партии, не говоря уже о матчах. В такой ситуации сложно ожидать удовлетворенности от тренера и игроков. Все участники процесса стремятся демонстрировать наилучшие результаты, выкладываясь на полную в каждой игре.
Каждый, кто присоединяется к «Зениту», осознаёт это. В команде уже сформировался дух победителя, который трудно разрушить. Мы стремимся вкладывать максимум усилий в свою работу – будь то тренировки, футбольные или хоккейные игры, или сами матчи. Истинный профессионал желает быть лидером во всем. В этом году в команде царила особая атмосфера, благодаря которой нам удалось сделать то, что казалось невозможным – установить рекорд, который, вероятно, не будет побит, а лишь повторён.
— Мучает ли поражение на клубном чемпионате мира?
— Да, нам до сих пор не удается победить в этом турнире. Однако, возможно, это и к лучшему, поскольку даже в такой сезон у нас есть цели, к которым мы еще не приблизились, и к которым стоит стремиться.
В любом случае, это вызывало дискомфорт как у меня, так и у остальных игроков. Поэтому в следующем сезоне я откажусь от тренерских обязанностей и полностью сосредоточусь на игре.
— Будет ли этой цели достаточно, чтобы мотивировать команду в следующем сезоне?
— Понимаете, неодолимая серия – это звучит эффектно. Однако, если проанализировать два предыдущих сезона, то мы проигрывали всего один или два матча и завоевывали множество трофеев. В сущности, в текущем сезоне не случилось чего-то экстраординарного. То есть, тренерский штаб и раньше работал так, как делает это сейчас. В этом и заключается мощь «Зенита» — руководство, тренеры и игроки всегда устанавливают перед собой самые амбициозные цели, и каждый стремится соответствовать стандартам клуба. Для меня ничего не изменится – я продолжу стремиться к тому же уровню игры, не позволяя себе расслабляться. Когда мы продлевали контракт на следующий сезон, у Владимира Романовича Алекно даже не возникло сомнений относительно моей способности поддерживать прежний уровень трудовой активности и вовлеченности. Он просто уверен в этом.
«Алекно заявил, что добиться победы будет непросто»
— Можно ли считать финал Лиги чемпионов вершиной спортивной формы «Зенита?
— Вероятно, это так. В полуфинальном матче с «Берлином» нам пришлось приложить немало усилий, поскольку у нас была двухнедельная передышка, и мы искали оптимальную форму. А финальный поединок прошёл в очень напряжённом темпе, и мы чувствовали себя прекрасно с точки зрения физической подготовки. Этот турнир стал для нас самым значимым в сезоне.
— А затем последовал резкий спад…
— Да, в Суперлиге в формате «Финале шести» в отдельные дни нам приходилось нелегко. После пережитых эмоций, последовавших за победой над «Перуджей», наступило истощение. Когда эмоции на исходе, физические ресурсы также ослабевают, что стало очевидно в матче с новосибирским «Локомотивом». После той игры Максим Михайлов справедливо отметил, что очки набирал исключительно «Локомотив», а мы испытывали трудности на площадке. Встретившись с этим, я после матча просто лёг на диван в гостинице и, разговаривая сам с собой, критиковал свою игру, назвав её худшей за весь сезон. После такого подъёма последовал спад. Но Владимир Алекно заранее предупреждал нас о такой возможности, говоря, что придётся переносить трудности, восстанавливать силы и «выращивать» победы. В итоге, нам удалось мобилизоваться, настроиться и снова завоевать золото национального чемпионата.
— Устать от побед невозможно?
— Победа – это награда, итог проделанной работы в течение сезона. Если честно, наша серия порой вызывала у меня тревогу. Все серии могут быть прерваны, и это может случиться в самый неблагоприятный момент. Одна неудачная игра способна свести на нет весь сезон. Как можно уставать от побед, когда ты добираешься до финала и осознаешь: «Боже, я прошёл к этой игре такой долгий путь, потратил много сил и сделал немало усилий!», это помогает обрести правильный настрой. Для меня не встаёт вопроса – если ты выходишь на площадку, значит, ты стремишься к победе. Другой вопрос в том, что эмоции отличаются от тех, что были после первой победы. Даже радость более сдержанная, если так можно сказать, от очередного выполненного задания.
— Какие чувства были сильнее после победы в финале чемпионата России – радость от результата или осознание завершения сезона?
— Полагаю, совокупность факторов сыграла роль. Однако, скорее всего, меня подтолкнуло ощущение, что больше нет необходимости куда-либо спешить и кому-то что-либо доказывать. Возможность прожить какое-то время в привычном ритме кажется мне привлекательной.
«В «Зените» приоритет отдается формированию игроков, а не наоборот»
— Возникали ли в течение сезона моменты, когда вы лично испытывали сомнения относительно возможности победы в каком-либо из турниров?
— В «Зените» подобное исключено. В нашем клубе уделяется огромное внимание конечному результату, поэтому любые сомнения в собственных возможностях были бы неуместны. Безусловно, это спорт, и поражения случаются, и в текущем сезоне бывали встречи, когда мы были близки к проигрышу, однако сомнений не возникало. В любом случае, подобные мысли необходимо отбрасывать. Следует сосредоточиться на том, чтобы максимально приложить свои навыки для прогресса команды. Мне представляется, что это универсальный совет для любого профессионального спортсмена – не испытывать сомнений, а выполнять то, что в силах и умеешь. И даже если в определённый день твои возможности ограничены, команда окажет поддержку. Команда, заслуживающая самого уважительного отношения.
— Возможно ли выделить отдельных партнёров?
— Я полагаю, все понимают, что в нашей команде выступают трое нападающих, которые входят в число сильнейших крайних игроков мира – Михайлов, Леон и Андерсон, а остальные в основном создают для них голевые моменты. Однако крайне важно, чтобы эти передачи были своевременными и точными, потому что даже обладая звёздными игроками, без этого невозможно добиться успеха. Иван Зайцев два сезона выступал в московском «Динамо» и, по моему мнению, проводил больше времени на скамейке запасных, чем на площадке – по ряду причин, но это действительно имело место. Каждый игрок «Зенита» в этом сезоне реализовал все поставленные перед ним задачи. Можно привести в пример Александра Бутько, который провёл огромный объём работы на протяжении всего сезона, но нельзя не отметить и Игоря Кобзаря, который играл меньше, но создавал чрезвычайно высокую конкуренцию на тренировках. Все игроки точно знали, что им необходимо делать, и никто не допустил ошибок. Понимаете, именно команда развивает игроков, а не наоборот.
— В предстоящем сезоне к команде присоединится новый состав, несмотря на то, что основные игроки остались прежними. Сколько времени потребуется новичкам, чтобы адаптироваться к «Зениту»?
— С первых минут новички ощутят особенную клубную атмосферу и осознают свои обязанности. Они сразу увидят, что у нас недопустима расслабленность, ведь провал одного игрока может привести к краху всей команды. Я не предвижу у новичков никаких трудностей, ни на поле, ни в повседневной жизни. Что касается тех, кто покинул «Зенит», хочу выразить им огромную благодарность – без их вклада такие успехи были бы невозможны. Им необходимо больше игрового времени, и я желаю всем им удачи.
«Я предполагал, что этот сезон будет для меня последним. Однако, я решил остаться ещё на год»
— Каким образом тренерская работа повлияла на вашу игру в прошедшем сезоне?
— Если вы подразумеваете, что я провёл большое количество игр и при этом выглядел достаточно отдохнувшим, то это во многом благодаря моему физическому состоянию. Я перенёс немало хирургических вмешательств, и проблемы со здоровьем, которые меня беспокоили в последние годы, ушли. Возможность бегать, приседать, прыгать без боли – это имеет огромное значение. Из-за постоянных недомоганий у меня неоднократно возникали мысли о завершении карьеры, поскольку игры стали сложными, а снижать уровень я не хотел. Работа тренером в определённой степени способствовала поддержанию моего здоровья. Наиболее трудными для меня были периоды, когда приходилось проводить 10 дней с командой. В это время невозможно оставаться без тренировок, это слишком продолжительный период бездействия для профессионального спортсмена. А когда работа ограничивается тремя днями, это оказывает положительное влияние – такие отрезки дают возможность восстановиться. Кроме того, за три дня, даже если они были напряжёнными, ещё не успеваешь устать от этой работы, и вновь появляется желание тренироваться. Изначально у нас был такой план и с Владимиром Алекно.
— Обстоятельства сложились необычным образом. Но в какой степени они были предопределены?
— Мы все предполагали, что я проведу на высоком уровне заключительный сезон и завершу карьеру. Поэтому руководство клуба и тренерский штаб совместно приняли решение, которое поможет мне освоиться в новой должности. В будущем я вижу себя исключительно в роли тренера, ведь последние пять лет я веду соответствующие записи, составляю конспекты и готовлюсь к этому. В моем стремлении меня поддержали, и Владимир Романович ни разу не стал вмешиваться в мою работу. Этот год предоставил мне огромный опыт взаимодействия с командой. Понимаете, это не обычный клуб, а «Зенит», где на тренировках за тобой наблюдают настоящие мастера волейбола, видевшие в этом виде спорта всё. Любое неверное действие или слово сразу ощущается ими. При этом в течение сезона не возникло никаких проблем, не потребовалось напоминать, что я – тренер, а не игрок. А уже на следующей неделе я стоял рядом с ними, слушал указания главного тренера и снова выходил на площадку. Осознавая, что провожу последний сезон, я стремился играть так, чтобы достойно завершить карьеру.
Я не стремлюсь получить должность исключительно из-за каких-либо обстоятельств – Алексей Вербов, он и ранее был, и продолжает оставаться заметной фигурой.
— И вы продлили контракт игрока ещё на год.
— Да, поскольку не удалось найти ни одного предложения о работе в качестве самостоятельного тренера. При заключении нового контракта мы обсудили с Владимиром Алекно мою роль в команде. Прошедший сезон оказался довольно нестандартным, и я извлек из него максимум. Тем не менее, такая ситуация оказывала давление и на игроков, и на меня. Поэтому в следующем сезоне я не буду исполнять тренерские обязанности и полностью сосредоточусь на игре – это будет оптимальное решение. Я признаюсь, в конце сезона я обратился к главному тренеру и попросил больше не привлекать меня к замене, поскольку начинаются самые важные матчи. Владимир Романович отнесся к этому понимающе. Но если возникнет ситуация, когда Владимир Романович попросит его заменить в связи с какими-то обстоятельствами – я, конечно, помогу. Просто это будет исключение, а не регулярная практика.
«Реализация тренерских задумок требует наличия подходящих футболистов»
— Вы утверждали, что не обнаружили подходящих предложений. Вы говорите о Суперлиге? Или в Высшей лиге также не было подходящих вариантов?
— Я сразу заявляю: готов приступить к работе с любой командой, будь то юношеская или детская. Однако это возможно лишь в случае отсутствия предложений из высшего дивизиона. После двадцати лет, проведенных в профессиональном волейболе, опускаться до уровня начинающих, где мои идеи могут быть нереализованными из-за различных факторов, нецелесообразно. О моем потенциале как тренера знают лишь я сам, Алекно, чье мнение имеет для меня большое значение, и некоторые волейболисты, которые становились свободными агентами по окончании сезона и были готовы сотрудничать со мной. Владимир Романович советовал мне оставаться на высоком уровне, если появится такая возможность, и сейчас у меня есть время – как минимум два-три года. Возвращение на вершину из низших дивизионов – задача не из легких. В Европе можно найти множество примеров, когда молодые тренеры сразу начинали свою карьеру на самом высоком уровне. В России также есть подобные случаи, хотя и с иностранными специалистами, например, Пламен Константинов и Томас Саммелвуо. Им предоставили шанс, и они им воспользовались. Изучая результаты их работы, можно сделать вывод, что она не ухудшилась. Я общаюсь с игроками, которые работают с молодыми тренерами, и большинство из них очень позитивно отзываются о их работе. Поэтому, отвечая на вопрос, да, я хотел бы возглавить команду Суперлиги, любую. Для воплощения задуманного необходимы игроки, способные реализовать их.
— С кем вы вели переговоры, если не секрет?
— Мой агент связался со мной. Несколько клубов выразили заинтересованность, в том числе и новый клуб в Санкт-Петербурге. Я считаю, что при приеме на работу необходимо проводить собеседование, чтобы оценить профессиональные качества и взгляды кандидата. Мне не хотелось бы, чтобы меня приняли только из-за того, что я – Алексей Вербов, это человек, который и в прошлом был достойным игроком, и сохраняет эту репутацию. Имя может дать мне некоторое преимущество в начале, обеспечивая уважение со стороны волейболистов. Однако через три месяца все забудут о моих игровых достижениях и будут оценивать меня только как тренера. Со мной подобного не происходило, хотя даже Алекно убеждал некоторых людей хотя бы выслушать меня. Мало кто на моём месте поступил бы так же, ведь я готов покинуть лучший клуб мира, с твёрдым контрактом и прекрасными условиями, ради неопределённых возможностей.
— Каково ваше мнение о создании клуба Суперлиги в Санкт-Петербурге?
— Появление нового сильного клуба – это безусловно, позитивный фактор для развития российского волейбола. Увеличение числа команд с хорошим финансированием способствует повышению уровня конкуренции, что, в свою очередь, ведет к росту мастерства игроков и делает чемпионат более захватывающим. Особенно это актуально для такого города, как Санкт-Петербург, обладающего богатыми волейбольными традициями. Единственное, о чем стоит сожалеть, – это то, что новая команда не получила историческое название «Автомобилист», ведь именно этот клуб стал символом достижений питерского волейбола. Некоторые считают, что целью создания команды является ослабление Казани, но я надеюсь, что это не так.
— Вы искали работу, но пока безуспешно. Связано ли это с высокой конкуренцией среди тренеров?
— Вы шутите? Напротив, я стремлюсь стать тренером, так как замечаю дефицит молодых кадров и убежден, что способен поделиться своим опытом с игроками, которые в настоящее время или в перспективе станут основой сборной России. Я хочу внести свой вклад в развитие отечественного волейбола и уверен, что могу помочь спортсменам освоить современные подходы. В нашей стране, к сожалению, все еще существует предубеждение против обучения у зарубежных коллег, предпочитая полагаться на собственные знания и вспоминать успехи 70-80-х годов. Однако те времена давно минули, и нам тоже пора учиться. Я бы не высказывался так категорично, если бы у нас не существовала острая нехватка тренеров. И действительно, ситуация такова. Я часто общаюсь с Константиновым и Саммелвуо и не так давно спросил их – сколько российских специалистов обращались к ним для обмена опытом. Пламен (Константинов. – Прим. «Чемпионата») ответил: никто. А я смотрю на работу этих молодых, слежу, как игроки ведут себя в тайм-аутах, – они внимательно слушают и вникают, а не отворачиваются, как происходит с некоторыми нашими специалистами.
В нашей стране, кажется, существует мнение, что обучение у других – это нежелательно, предпочитая полагаться на собственные знания и гордиться успехами прошлых десятилетий. Однако, те годы остались позади, и наступило время перенимать опыт у других.
«В случае возникновения подходящих условий, сборная готова оказать помощь»
— Не могу не спросить о сборной России. Рассматриваете ли вы возможность возвращения в национальную команду?
— По сути, это весьма непростой вопрос. Как говорится, никогда не говори никогда. У меня всегда была и остаётся мечта – завоевать олимпийское золото. В Рио-де-Жанейро мои планы не осуществились, и я принял решение завершить выступления за национальную команду. Однако, при наличии соответствующих условий и необходимости, я готов оказать поддержку сборной.
При условии грамотного подхода к тренировкам и правильной подготовки, можно продержаться на площадке ещё три сезона и дойти до Токио. Однако, стоит ли смысл в участии на Олимпиаде в роли либеро в возрасте 38 лет? По моему мнению, я смогу принести большую пользу в качестве тренера. Я уверен, что мой шанс ещё настанет.
