Даниил Медведев начал свое выступление на Australian Open — в 2026 году он уверенно начал соревнование, одержав победу над нидерландцем Йеспером де Йонгом со счётом 7:5, 6:2, 7:6 (7:2). Эта победа позволила россиянину разорвать череду из четырёх поражений на турнирах Большого шлема и достичь отметки в 90 выигранных матчей на «Шлемах». После прохождения во второй круг наш спортсмен принял участие в пресс-конференции, где поделился с журналистами информацией о своём самочувствии, впечатлениях от победы, условиях проведения турнира, изменениях в своей игре, размере призового фонда на Открытом чемпионате Австралии, сложностях прошлого сезона и соперничестве с Синнером и Алькарасом.
— Превосходная игра, Даниил. Успех в первом раунде за три сета. Что, по вашему мнению, стало самым удачным моментом в вашем выступлении?
— Я считаю, что в целом моя игра была на хорошем уровне, хотя были эпизоды, когда я мог проявить себя ещё лучше, в особенности при выполнении подачи. На корте я чувствовал себя уверенно — не ощущал заторможенности, но и не испытывал прилива энергии. Йеспер, как и я, склонен извлекать мяч из затруднительных ситуаций, что порой требует немалых усилий. В целом я удовлетворен прошедшим матчем, главное – одержать победу в трёх сетах. Надеюсь на возможность улучшить свои показатели.
— Несколько теннисистов сегодня пожаловались на судороги, а Феликс Оже-Альяссим был вынужден отказаться от участия в соревнованиях. Что вы думаете об условиях проведения турнира?
— Я чувствовал себя неплохо. Завершение поединка далось мне непросто, но я заметил, что и мой соперник уже вымотан. У меня была продуктивная подготовка к сезону, я усердно работал над улучшением как физических, так и психологических показателей. Поэтому посмотрим, как всё сложится на турнире. Я хорошо знаком со своим телом, у меня иногда бывают судороги. Сегодня они не возникли, значит, всё в порядке. Главное – я чувствовал себя нормально.
— Даниил, некоторые из ваших коллег, участвующих в этом турнире, активно обсуждали призовые выплаты. Как вам кажется, размер призового фонда на Australian Open приемлем?
— Объем средств значительно вырос, и это, безусловно, положительный момент. Рад, что у нас есть представитель, который в настоящее время ведет переговоры с ТБШ. Как и в любом спорте, ключевым фактором является доля от дохода, поскольку речь идет о значительных суммах, и об этом стоит честно говорить. Я не уверен, является ли публичной информацией, какой процент мы получаем от призового фонда и можно ли его сопоставить с другими видами спорта. Этот вопрос я оставляю на усмотрение наших команд. Надеюсь, это обеспечит большую открытость в отношениях между ТБШ и игроками, что будет выгодно всем.
— Создалось впечатление, что проводимые вами акции длятся не так долго, как в прошлом году. Стремитесь ли вы к сокращению продолжительности этих мероприятий?
— Мне нередко задавали этот вопрос в Брисбене, где корт отличается большей скоростью, поэтому было проще играть более напористо. В период моей лучшей формы, когда я занимал первое место в рейтинге и выигрывал турниры «Большого шлема», меня воспринимали как игрока, действующего в оборонительной манере, поскольку я умел просто вернуть мяч на сторону соперника и затянуть розыгрыш на сорок ударов. Когда я встречался с теннисистами, обладающими мощной подачей, например, с Рублевым и Оже-Альяссимом, я находился в пиковой форме, и во время матча мысленно анализировал ситуацию: «Я нанёс сорок выигрышных ударов, а они – всего двадцать, потому что я оборонялся, старался довести мяч до корта и так далее». И возникал вопрос: «Так кто же тогда оборонялся?»
Я полагаю, что демонстрирую агрессивную игру, когда у меня получается хорошо, особенно в розыгрышах, где я принимаю мяч. Проявлять агрессию на корте бывает непросто, но когда я наношу точный удар, стараюсь активно войти в корт – именно это у меня хорошо получалось в этом году. Когда моя игра складывается удачно, я действую именно таким образом, поэтому люди отмечают, что я кажусь более агрессивным, чем в прошлом сезоне. Это позитивно, ведь в тот период я не чувствовал уверенности в своей игре. Тогда у меня возникало ощущение, что я склонен к оборонительной тактике, что мне не хотелось. Поэтому очень хорошо ощущать себя агрессивным игроком.
— В прошлом году результаты были не самыми успешными, и вы, вероятно, испытывали некоторое разочарование на корте. Однако на пресс-конференциях вы не демонстрировали сильной тревоги по поводу сложившейся ситуации. Сейчас, оглядываясь назад, кажется, что всё идёт по плану. Действительно ли вы тогда больше переживали, чем это было заметно? Что помогало вам сохранять оптимизм?
— Это, несомненно, непростой вопрос. Однако, вне теннисного корта я стараюсь сохранять более оптимистичный настрой, чем во время игры. Это просто моя натура, как и у многих других теннисистов — каждый из них по-разному выражает своё разочарование. Некоторым игрокам свойственно проявлять агрессию на корте, например, когда у них не получается ударить форхенд: «Боже мой, это неудачный удар». Да, это так, но ты же лидируешь со счётом 6:3, 5:3… И я тоже испытываю подобные чувства!
У меня был продолжительный период подготовки к сезону, а прошедший год оказался непростым. Я чувствую себя прекрасно в новой команде, поэтому не слишком переживаю из-за того, что случилось ранее. События прошлого года уже произошли, и это вполне естественно. Это неотъемлемая часть карьеры, часть жизни. Мне удалось завершить год на 13-й строчке, что, если честно, является хорошим результатом для многих теннисистов. Разумеется, я не был полностью удовлетворен. Я не попал на Итоговый турнир впервые за долгий период, но в целом ситуация не так уж и плоха. Завершение года было более удачным, чем весь год в целом. Я много работал над тем, чтобы быть более позитивным на корте. Пока что у меня это получается, хотя я никогда не стану тем, кто говорит: «Больше так не буду делать». Мы не можем предвидеть будущее, однако я стараюсь сохранять позитивный настрой на корте, как и в жизни.
— Какую роль сыграли пережитые в прошлом году проблемы со здоровьем? Какие шаги вы предпринимали в период подготовки к сезону, чтобы восстановиться и подготовиться к нему, учитывая его позитивное начало?
— Мне кажется, это было обусловлено психологическими факторами и особенностями самой игры в теннис. В процессе игры я не всегда ощущал себя комфортно. Это непросто психологически, ведь возникают вопросы: «Почему я не могу выполнить бэкхенд вдоль линии? Почему не получается подача?»
В таком случае, ты можешь ощущать физический дискомфорт, поскольку оказываешь на себя психологическое давление. Нервозность во время игр усугубляет ситуацию. Тем не менее, я доволен своей командой и тренером по физической подготовке – мы много поработали и достигли значительного прогресса в межсезонье. Это совершенно иной подход к работе, чем раньше, поскольку с нами другие люди. Я не сталкивался с подобным за последние 10 лет, когда работал с Жилем и Эриком, но тогда это было замечательно. Сейчас все иначе, это напоминает глоток свежего воздуха. И это хорошо – на корте я чувствую себя прекрасно физически. Был непростой матч с Камилем Майхшаком в четвертьфинале в Брисбене, и сегодняшний матч тоже оказался нелегким. Я успешно справился с этими испытаниями, поэтому все выглядит отлично и лучше, чем в прошлом году.
— Игроки, занявшие позиции от третьего до пятнадцатого места, демонстрируют сопоставимый уровень мастерства и способны на победу в любой день. Какие факторы необходимы этой группе теннисистов, чтобы побороться с Янником Синнером и Карлосом Алькарасом?
— С Янником и Карлосом играть непросто. У них более высокий уровень тенниса, чем у остальных соперников. Я думаю, что важным фактором является мой опыт игры с известными спортсменами. В определённый день можно победить любого. Я не боюсь признать, что если мне предстоит сыграть десять матчей и с Карлосом, и с Янником, то, скорее всего, я проиграю в большинстве из них.
Я намерен приложить максимум усилий в каждом из этих поединков, чтобы одержать победу. Безусловно, из десяти матчей у вас есть шанс выиграть несколько. Я не буду называть точное число, но это возможно, поскольку они могут продемонстрировать не самую лучшую игру в конкретный день. Я уже побеждал их на различных турнирах, так что… Я стремлюсь к стабильности, поскольку прошлый год оказался для меня неудачным. Мне не удавалось встретиться с ними, поскольку они всегда доходили до финальных стадий, а я выбывал из соревнований на более ранних этапах. Для меня важно сохранять свою позицию в рейтинге, показывать хорошую игру и достигать стадий, где мне предстоит сразиться с ними. Тогда я с удовольствием приму этот вызов, но, повторюсь, это два сильнейших игрока в мире. Похоже, сейчас нет никого, кто мог бы регулярно противостоять им, однако они всегда могут проиграть один матч. Даже у Алькараса был тай-брейк в первом раунде. Это незначительная деталь, но каждый может их обыграть в определённый день.
— Александр Зверев вспомнил о матче с юным теннисистом, который в 14 лет выиграл миллион очков. Вы из тех спортсменов, кто хранит в памяти детали тысяч встреч, или же предпочитаете не заострять на этом внимание?
— Я помню немало из них, хотя некоторые, безусловно, ускользают от памяти. Я думаю, у меня довольно хорошая память, но я не уверен, как правильно ответить на подобные вопросы. Мне вспоминается множество игр, и, вероятно, при встрече с кем-то я скажу: «Да, я вас узнаю». А потом собеседник напомнит о нашей встрече в юниорской лиге, и я отвечу: «Ах да, были такие матчи». Бывало и так, что кто-то говорил мне: «Мы играли в том-то и в том-то месте». А я признавался: «Совершенно не припомню». Так что многое зависит от конкретной ситуации. У меня хорошая память, и я люблю вспоминать свои матчи. Но не менее приятно мне размышлять о предстоящем поединке.
Соревнования мужчин на Australian Open проходят с 18 января по 1 февраля. За всеми подробностями следите на «Чемпионате».
