Победитель Almaty Open — 2024 Карен ХачановНе первый раз с радостью принимает участие в данном соревновании. Недавний визит в Казахстан совпал с заметным прогрессом, которого достиг наш спортсмен на US Open — 2026 год. О факторах, способствовавших его успешному выступлению в Нью-Йорке, о молодых теннисистах и поддержке Андрея Чеснокова российский спортсмен рассказал в беседе с корреспондентом «Чемпионата».
— Карен, вы уже не впервые выступаете в Казахстане и ранее побеждали здесь. Наверное, вам уже всё хорошо известно? Можно сказать, ориентируетесь без труда, даже с завязанными глазами. — Да, мы приезжаем сюда уже несколько лет подряд. У нас сложились прекрасные отношения с организаторами турнира и Федерацией тенниса Казахстана. Это было впервые, когда они проводили соревнования в Астане, а затем в Алма-Ате. К тому же, мне удалось здесь одержать победу, поэтому остались очень приятные воспоминания. Турнир с каждым годом становится всё лучше организованным. Они активно инвестируют средства в развитие тенниса и прилагают усилия для улучшения качества соревнований. Мне всё нравится, всё отлично. С удовольствием приезжаю сюда снова. Он уже стал, своего рода, домашним турниром. Здесь приезжает множество российских болельщиков из разных городов, чтобы поддержать нас. В сетке также присутствует Даниил [Медведев] и Андрей [Рублёв]. К тому же прибыл Александр Бублик, поэтому, на мой взгляд, турнир только набирает обороты.
— Прежде всего, российские теннисисты проходили необходимую аттестацию, и Роман Сафиуллин сумел закрепиться в основном составе команды. Наблюдаете ли вы за их достижениями и пересекаетесь с ними? — Конечно. Однако, я и Рома поддерживаем хорошие отношения. В прошлом году он завершил сезон досрочно из-за травмы и не принимал участия в соревнованиях с сентября по февраль, восстанавливаясь. Как только он вернулся в строй, мне кажется, быстро восстановил свою форму. О Симакине и Бар-Бирюкове честно говоря, ничего не знаю. То есть лично не знаком с ними и ни разу не видел их в игре, поскольку мы постоянно выступали на разных турнирах. Возможно, сейчас, в Шанхае, мельком увижу Илью. Очень хорошо, что есть теннисисты, занимающие позиции в первой-второй сотне рейтинга. Надеюсь, что теперь будет появляться всё больше и больше наших представителей, поднимающихся выше.
— Я как раз собирался спросить о том, что вы наверняка не единожды слышали об истощении российского мужского тенниса. Раньше вас было немного в сотне лучших — только трое: ты, Андрей и Даниил. А теперь в основной сетке «Мастерса» в Шанхае сразу шесть игроков, включая тех, кто прошёл квалификацию. Существует ли вообще этот кризис? Обсуждали ли вы эту тему с российскими теннисистами? — Честно говоря, я затрудняюсь дать оценку. Я не занимаюсь аналитическими исследованиями. Внутри нашей команды мы этот вопрос даже не поднимали. Могу лишь отметить, что очень радует видеть прогресс молодых игроков, увеличение их игрового времени и улучшение позиций в рейтинге. Называть это кризисом было бы преувеличением. Вероятно, ранее, у предыдущего поколения спортсменов, тоже был период застоя. И сейчас, возможно, мы наблюдаем нечто похожее. Если смотреть объективно, есть молодые теннисисты, которых я лично знаю, с кем занимался тренировками и приглашал на сборы — Макс Жуков, Дёмин. Среди них были ещё Агафонов и Тимофей Дерепаско. Я слежу за их выступлениями и искренне желаю им прогресса и развития, но пока что этого, к сожалению, не наблюдается. Похоже, существует значительный разрыв между игроками, занимающими 200-300-е места в рейтинге, и теми, кто находится на позициях от 600 до 700.
— Как проходит сейчас ваш переход с открытого хард-покрытия на закрытый корт в помещении? Это ведь иное покрытие, другие условия, атмосфера. — Да, с одной стороны, это похоже друг на друга, но с другой — я бы сказал, что адаптация к игре в зале значительно проще, чем на открытом воздухе. В зале отсутствуют внешние раздражители: солнце, ветер, поддерживается комфортная температура, и игра проходит в помещении. Всё предельно понятно. Наоборот, можно утверждать, что в зале удары получаются более чистыми и интенсивными. Покрытие в зале несколько отличается: оно медленнее, имеет шероховатую поверхность и часто располагается на дощечках, в отличие от американского хард-корта. В целом, существенных изменений нет, и переход в зал гораздо легче, чем на улицу.
— Хочется вспомнить твой впечатляющий прорыв, который состоялся на US Open. До этого у тебя была не самая удачная серия — череда поражений и другие неудачи. Какие чувства ты испытывал в тот момент, когда началась победная полоса? Можешь ли ты описать ту атмосферу и свои переживания? — Действительно, эмоциональное напряжение было колоссальным. Это не просто ощущение тяжести, а скорее нечто большее. Я испытал удовлетворение от того, что динамика развития событий была положительной и что мне удалось изменить ситуацию. Постоянно возникали сомнения, что негативно сказывалось на игре. Эмоционально я не был подавлен, но чувствовал сильную мотивацию к выходу на корт. Однако игра не складывалась. Каждый день приходилось сталкиваться с трудностями, буквально «стукаясь головой о стену». Это состояние, когда чаша переполняется. Я становился более эмоциональным и вспыльчивым, у меня практически не оставалось терпения. Значительная часть этих переживаний накапливалась за день до начала [события]. US Open— Перед началом я решил вернуться к своей старой ракетке. Об этом уже неоднократно упоминалось, но я не акцентировал на этом внимание. Я искренне благодарен своим партнерам за поддержку во всем. В прошлом году я одним из первых опробовал новую ракетку, новый прототип. И вот когда я оказался в тупиковой ситуации – эмоционально был на пределе – я принял решение вернуться к старой ракетке, и это принесло результат. Если углубляться в технические детали, то я начал обдумывать, как подступиться к решению проблемы, как все организовать. Все это создавало дополнительную нагрузку. В итоге терялось удовольствие от ежедневного процесса. Именно это, вероятно, и было основной проблемой, поскольку оно копилось на протяжении нескольких месяцев. Несмотря на победы в некоторых матчах, общая картина была такова: мотивация присутствовала, но радости было меньше. Не было того желания, чтобы играть и получать удовлетворение от своей работы.
— Все изменилось, вероятно, как только я взял старую ракетку. Вернулись ощущения, вместе с ними вернулась игра и уверенность. Дальнейший ход событий вы сами видите.
— Вспоминается ли конкретный момент на этом турнире, когда возникло ощущение, что ситуация налаживается, что напряжение ослабевает? Возможно, какой-то эпизод в каком-то матче? — Замена ракетки произошла за день до начала турнира. Я тренировался с Александром Зверевым, и в ходе этой сессии я практически не общался. Тренер сразу заметил изменения как во внешнем виде, так и в моих ощущениях. Естественно, мне потребовалось несколько дней, чтобы полностью адаптироваться к новому оборудованию. Каждый игрок имеет свои особенности: точка приема мяча, его восприятие — все это индивидуально для каждой ракетки, каждого производителя. Необходимо было время, учитывая, что я использовал другую ракетку на протяжении 15 месяцев. С каждым днем эти ощущения становились только лучше и более устойчивыми. Примерно через пять дней я почувствовал, что полностью адаптировался, ощущения существенно изменились. До этого момента у меня были сомнения, касающиеся мячей. Но затем я подумал: «Все же играют с такими мячами». Почему тогда мой удар слева работает иначе? Я размышлял, передумывал, и это накаляло и подавляло меня эмоционально и психологически.
— Сетка на US Open— Вы прошли довольно сложный этап, например, уверенно обыграли седьмую ракетку мира Оже-Альяссима. Победа над такими соперниками не только радует, но и дополнительно мотивирует, помимо самого факта успеха? — Безусловно! Рейтинг – это своего рода цифры, отражающие текущий уровень мастерства. Если игрок занимает определенную позицию в рейтинге, то это результат определенных факторов, а не случайность. Победа над соперниками с более высоким рейтингом придает уверенности и понимание того, что ты играешь на этом уровне. Это, безусловно, усиливает мотивацию и веру в дальнейший прогресс.
— Возникал ли шанс на победу в полуфинале против Зверева? Какие ощущения были во время матча? Возможно, впоследствии вы переосмыслили ситуацию? — По его словам, были реальные шансы на победу. Несмотря на то, что в итоге он проиграл в трёх сетах, в двух последних партиях у него была возможность переломить ход встречи. Он не считает, что упустил свой шанс, поскольку каждый розыгрыш был напряжённым и борьба шла острая. Теннисист принял решение играть более агрессивно и активно, что, по его мнению, приносило результаты. На корте он чувствовал уверенность, однако не сумел выиграть решающие тай-брейки. После матча проводился анализ сыгранных моментов, но сейчас говорить о том, что следовало бы выбирать другие тактики — это неконструктивно, поскольку в противном случае соперник мог бы нанести ответный удар и тогда возникли бы вопросы об ошибочной стратегии. Он считает, что сделал всё возможное, принимал решения и теперь анализирует, как улучшить свою игру, чтобы в следующий раз превзойти соперника. В дальнейшем он планирует не просто активно действовать, но и искать наиболее выгодную позицию в розыгрыше, рискуя только при наличии подходящего мяча.
— Как он относится к мнению Андрея Чеснокова о том, что победа в той встрече могла открыть ему путь к титулу? — Он полностью согласен с этим утверждением, поскольку проигрыш был очень незначительным. Достижение четвертьфинала или полуфинала крупных турниров, включая «Большой шлем», означает, что осталось всего четверо претендентов на победу – и это подтверждается как теорией, так и практикой. Он добавил, что во время американской серии активно общался с Андреем Чесноковым, который оказал ему поддержку как в эмоциональном, так и в психологическом плане. Теннисист выразил глубокое уважение к Чеснокову как к первому российскому игроку в топ-10 рейтинга, отмечая его опыт как спортсмена и тренера.
Он подчеркнул, что Андрей Чесноков внимательно следит за теннисом и часто комментирует происходящее, поскольку искренне любит этот вид спорта и обладает глубоким пониманием игры. Он обращает внимание не только на технические аспекты, но и на эмоциональное состояние спортсмена, так как сам прошёл через подобный опыт. Чесноков лично звонил ему по телефону, и теннисист признался, что всегда чувствовал его поддержку. Оказалось, что бабушка теннисиста была учительницей русского языка и литературы в школе, где учился Андрей Чесноков. С того момента он проявил интерес к его карьере, наблюдая за его появлением в профессиональном туре. В то время он сотрудничал с Еленой Весниной и часто посещал турниры в Монте-Карло, Марселе и на «Ролан Гаррос», где проводит часть времени. Таким образом, между ними сложились очень хорошие отношения.
— Первый оппонент в сетке вашего турнира вышел из квалификационного этапа. На данный момент его имя пока не известно, однако уже стало достоверно известно, что он одержал две победы на этом этапе. Судя по всему, спортсмен адаптировался к условиям соревнований. Как вы обычно подходите к таким ситуациям? — Согласен, в любом случае необходимо быть готовым к любому возможному сопернику. Сейчас мы ожидаем завершения последнего матча квалификации, чтобы узнать имя моего оппонента и начать подготовку. Да, он уже имеет на своем счету две победы, знаком с этими условиями и играл на данном корте. Тем не менее, мы не впервые встречаемся на турнире с игроком, прошедшим через квалификацию. Приходится принимать ситуацию как данность и готовиться к любому варианту развития событий. Пожалуй, самое важное в этой ситуации – ориентироваться на собственные ощущения и действия, сосредоточиться на том, что необходимо сделать для достижения хорошего результата на турнире.