6 февраля 1992 года в Альбервиле, где состоялись зимние Олимпийские игры, медик российской команды Алексей Кузнецов сделал переливание крови биатлонисту Сергею Тарасову. Запас крови, насыщенный витаминами и собранный ранее летом, был доставлен во Францию с несоблюдением необходимых условий хранения, что привело к её порче.
Несмотря на начало процедуры, Тарасову объявили умершим спустя несколько часов. Однако, он выжил и через два года стал олимпийским чемпионом в Лиллехаммере.
«Руки-ноги подбрасывало»
Трансплантация крови – запрещённый метод усиления возможностей. В прошлом году подобные нарушения выявили у спортсменов на чемпионате мира по лыжам в Зеефельде.
Чтобы обеспечить максимальную эффективность на соревнованиях в Альбервиле, было принято решение о дополнительном усилении подготовки спортсменов. За два дня до начала соревнований из России была доставлена партия крови – той самой, собранной летом и прошедшей специальную обработку.
Было заготовлено четыре партии: две соответствовали одному типу группы крови, а другие – другому. Однако транспортировка осуществлялась с грубейшими нарушениями всех правил безопасности: без указаний на тип крови, каких-либо идентификационных знаков и надлежащего охлаждения. К моменту доставки в медицинский пункт сборной кровь оказалась непригодной для использования (по другой информации, качество крови было удовлетворительным, но произошла путаница с контейнерами из-за отсутствия маркировки). Врач команды Алексей Кузнецов вместе со своей командой принял решение о начале процедуры и первым вызвал Тарасова – ведущего спортсмена сборной.
Уже через десять минут после начала процедуры организм биатлониста отреагировал негативно, началась реакция неприятия. Сердечный ритм ускорился до двухсот ударов в минуту, спортсмен неоднократно терял сознание.
Его бросало то ли руками, то ногами, сердце колотилось так сильно, что казалось, вот сейчас разрывается. Сознание постоянно терял. Врач никак не мог попасть шприцем в вену. Помнит, когда наступила темнота, его увезли в клинику на скорой.
«После слов дочери умереть не мог»
Участник соревнований по биатлону столкнулся с состоянием, близким к остановке сердца. В момент клинической смерти он отчетливо расслышал голос своей дочери. По словам Тарасова, она звала его «Папа», и это стало решающим фактором для возвращения в мир живых.
«После этих слов у меня не было возможности покинуть этот мир», – заявлял атлет.
Воспоминание о дочери и действия медиков из Франции спасли жизнь Сергею Тарасову. Несмотря на то, что его официально признали умершим, это уведомление было оперативно удалено с информационных порталов спустя полчаса после первоначального сообщения.
Тарасов находился в реанимации французского госпиталя, партнёры по биатлонной команде боролись за медали (без переливания, инцидент с испорченной кровью оказал колоссальное влияние на всех), а руководство нашей делегации подготовило пресс-релиз. В нём говорилось, что биатлонист отравился привезёнными с собой грибами и в соревнованиях участвовать не сможет из-за отказа почек.
Находясь под наблюдением медиков, он значительно сбросил вес – около десяти килограммов, проходил курс реабилитации для восстановления двигательных функций, потерял волосы и ногтевую пластину. Тем не менее, Тарасов вернулся домой вместе со всей группой спортсменов, несмотря на рекомендации врачей оставаться в больнице еще как минимум шесть недель.
В 2009-м похожий случай произошёл с лыжником Антоном ГафаровымОднако происшествие случилось вовсе не за рубежом, а в поселке Остров Псковской области. И причиной стало не переливание крови, а лекарственное средство низкого качества, которое было назначено спортсмену при обращении с симптомами простуды.
В конечном итоге это повлекло серьезную аллергическую реакцию, остановку сердца, значительное повреждение мышечной ткани, двухмесячное пребывание в медицинском учреждении и продолжительный период восстановления. Гафаров приложил огромные усилия для возвращения к лыжным гонкам, но не смог продемонстрировать выдающиеся спортивные достижения.
Покойник-чемпион
А Тарасов преуспел. Специалисты утверждали, что биатлонисту следует завершить карьеру в спорте. Однако он начал постепенно восстанавливаться физически, затем совершал пешие прогулки, которые с течением времени удлинялись, и впоследствии приступил к тренировочному процессу.
В декабре 1992 года он отправился на «Ижевскую винтовку», чтобы попасть в сборную России по этому требованию руководители команды. Анатолий Хованцев и Валерий Польховский.
По словам самого Тарасова, специалисты категорически отказывались рассматривать его кандидатуру для включения в сборную под предлогом: «Зачем нам человек, обреченный на гибель?». Но в конечном итоге они поставили условие – войти в тройку лучших участников одной из гонок в Ижевске.
Через десять месяцев после того, как едва не умер и не мог подняться на ноги, Тарасов совершил подвиг, выиграв спринт. Его включили в состав сборной России, а уже в феврале 1993 года в болгарском Боровце он взял два серебра и бронзу на чемпионате мира.
Сергей Тарасов на Олимпиаде в Лиллехаммере 1994 года завоевал золотую медаль в индивидуальной гонке, а также бронзовую в спринте и серебряную — в эстафете.
В индивидуальной гонке он стал олимпийским чемпионом и чемпионом мира, одержав победу в 1996 году в Рупольдинге. Тарасов завершил карьеру в 1998 году после Олимпиады в Нагано, где завоевал бронзу в эстафетной гонке.
Спортсмен, перенесший смерть, достиг удивительных успехов. Всегда утверждал, что переливание крови было его единственным опытом подобного рода и после этого больше никогда ничего подобного не повторял.