Экс-чемпион мира в супертяжёлом весе по версии WBC Олег Маскаев повесил перчатки на гвоздь ещё в 2013 году, но продолжает интересоваться любимым спортом. Сейчас Олег живёт в США, однако активно следит за российским боксом и даже может вернуться на родину, чтобы тренировать новое поколение спортсменов. В интервью «Чемпионату» легендарный боксёр рассказал, почему остался в Америке, оценил современных супертяжеловесов и ответил на другие вопросы.
— Как у вас текущие дела, какой у вас вид деятельности?
— У меня всё хорошо. Я сосредоточен на собственном небольшом бизнесе, уделяю больше внимания семье и домашним делам, а также воспитываю пятерых внуков: трёх мальчиков и двух девочек.
— Какие этапы любительской карьеры вы считаете наиболее важными для себя?
— Я начал заниматься боксом в шестнадцать лет, что уже достаточно поздно для любительского спорта. Когда я присоединился к секции, там были ребята, уже ставшие чемпионами Европы среди юношей. Поэтому на протяжении всей моей любительской карьеры мне постоянно приходилось сталкиваться с соперниками, превосходящими меня в технике и опыте. Честно говоря, мне приходилось бороться за место под солнцем, одновременно улучшая свою технику, развивая физическую силу и накапливая опыт.
Там, тем не менее, удалось приобрести определенный опыт. Я вошел в состав сборной Советского Союза, что произошло после моей победы на Кубке СССР, событие, которое стало для меня неожиданностью. В 1991 году я занял второе место на чемпионате СССР, а также стал вторым на Спартакиаде народов в Минске. Так продолжалось целый год.
На чемпионате мира 1994 года мне покорилась серебряная медаль, благодаря победе над действующим чемпионом Европы в полуфинале. Однако в финальном поединке я был вынужден отказаться от участия и снять флаг из-за травмы руки, полученной в полуфинальном бою.
— Начало карьеры в профессиональном боксе произошло практически в возрасте двадцати пяти лет, что можно считать достаточно поздним сроком.
— Я стал профессионалом неожиданно для себя. Я готовился к Олимпийским играм в Сиднее, когда мне поступило предложение о проведении коммерческого боя, который позволил бы заработать дополнительные средства.
В конечном итоге мне предстояло сразиться с опытным Александром Мирошниченко, который к тому моменту уже являлся призёром Олимпийских игр и финалистом чемпионата мира. Несмотря на это, для победы мне требовалось больше, и я одержал победу в этом поединке. Организаторы приглашали меня на бой как «мальчика для битья», и Александр не воспринимал меня как серьёзного соперника. Он вышел на этот бой, как на лёгкую прогулку, в то время как я тщательно подготовился, и моя жизненная ситуация не позволяла мне отступить.
Мирошниченко готовились к денежному бою с Риддиком Боуи, и мне предстояло провести разминку для Александра перед этим значительным поединком. Однако в конечном итоге Мирошниченко предоставил мне возможность дебютировать в профессиональном боксе. Его команда уже приобрела билеты на самолет в США, завершив все приготовления, но затем он неожиданно проиграл малоизвестному Маскаеву. После этого боя ко мне обратились организаторы этого шоу и предложили: раз вы нарушили наши планы, отправляйтесь в США и попробуйте там построить карьеру. Так, в 1995 году я оказался в Штатах и нахожусь здесь уже ровно 30 лет, но всегда считал и продолжаю считать себя русским человеком.
Я хочу обратиться к тем, кто любит рассуждать в интернете, выдавая суждения вроде: «Любопытно, как он заявляет о своей русскости, имея российское гражданство, но проживая в Америке». Я покинул страну три десятилетия назад! В период, когда бокс в Советском Союзе находился в упадке, и мне, человеку, искренне преданному своему делу, необходимо было сделать выбор: либо связаться с криминалом, либо пойти работать на завод. Но я был спортсменом и решил следовать своей мечте и добиваться поставленных целей.
Я переехал в США и начинал здесь свою жизнь с нуля. Сейчас здесь проживает моя семья, у меня есть свой бизнес, но я по-прежнему ощущаю себя русским человеком!
— Расскажите, как был организован ваш первый бой в США в 1995 году.
— Я готовился к этому поединку в течение месяца, после чего мне подобрали соперника в Бостоне. Я одержал победу нокаутом, и тогда со мной предложили заключить долгосрочный контракт. Однако, влиятельные лица, которые стремились извлечь из меня выгоду и впоследствии отбросить, хотели это сделать.
Постепенно, бой за боем, я оказался в противостоянии с Оливером Макколлом, и я был способен одержать в нём победу, однако не имел достаточной психологической устойчивости к тому моменту, был попросту не готов. Тогдашний мой менеджер намеренно провалил мой бой, предоставив меня на разгром, и извлёк из этого выгоду.
— После этого боя Макколл столкнулся с Ленноксом Льюисом, однако его поведение в ринге было неспокойным, что привело к поражению.
— Он был вполне адекватен, и его выступление в том бою было неудачным. Он понимал, что не сможет одержать победу, и поэтому притворился некомпетентным.
— Вам также приходилось встречаться в боях с Дэвидом Туа, который впоследствии проиграл Айку Ибеабучи. Вы были в одной команде с Ибеабучи, но не проводили с ним спаррингов? Каким человеком является Айк вне ринга?
— Мы работали с промоутером Седриком Кушнером. После того, как Айк одержал победы над Туа и Бёрдом, я впервые параллельно победил Хашима Рахмана, и, возможно, нам предстояло бы встретиться на ринге, однако он оказался в заключении. В остальном, мы занимались подготовкой в разных спортивных залах, никогда не сталкивались в поединках, но я, безусловно, видел его в Соединенных Штатах.
— Какие чувства вы испытали, когда во время первого поединка с Хасимом Рахманом соперник был удалён за пределы ринга?
— В тот момент я не мог осознать произошедшее. Бой был крайне напряжённым, и напряжение достигло пика. Даже после того, как я нокаутировал соперника, я подошёл к рефери и поинтересовался: «Он намерен продолжать бой? Можем ли мы продолжить?» Я был очень взвинчен, но рефери успокоил меня и сказал: «Олег, не волнуйся, сегодня он больше не выйдет на ринг» (смеётся).
После этого случая я больше не мог полноценно пользоваться правой рукой, так как мне пришлось перенести три хирургические вмешательства.
— Какова была реакция американского боксёрского сообщества на итог поединка? Мы помним о драках в зале, которые были засняты в прямом эфире.
— Обнаруженный результат оказался неожиданным для всех. Никто не предполагал, что я приеду на этот бой с серьезной подготовкой, что у меня всё будет организовано безупречно и что дома меня ждет стабильность и поддержка семьи, не отвлекающая от тренировок. У меня была возможность полноценно подготовиться, и я вышел на ринг с единственной целью – одержать победу, в то время как до поединка они лишь высмеивали меня.
Конфликт возник из-за стремления сторонников Рахмана попасть на ринг для оказания ему помощи, что было пресечено сотрудниками службы безопасности. Это послужило причиной начала массовой драки.
— В начале двухтысячных распространялись сообщения о вероятном поединке между вами и Майком Тайсоном. Какова причина того, что он не состоялся?
— И действительно, я согласился на это предложение с большим удовольствием. Однако, после дополнительного рассмотрения, они посчитали, что лучше не заключать со мной контракт, и вместо меня против Майка на ринг вышел Дэнни Уильямс, с которым я впоследствии также провел поединок в Краснодаре, в моем последнем бою.
Уже имея межпозвонковую грыжу, я вышел на бой с Уильямсом, и количество травм продолжало увеличиваться, что в конечном итоге сделало продолжение карьеры невозможным, хотя и поступали новые предложения.
— Вы выступали в эпоху легендарного супертяжёлого веса. На ваш взгляд, нынешний дивизион потерял свою зрелищность?
— В каждую эпоху появлялись свои выдающиеся личности и победители. Современный бокс отличается большей технической сложностью, в то время как в прошлом он был основан преимущественно на силе. Оглядываясь на прошедшие поединки, можно отметить, что раньше наблюдалась большая концентрация классических схваток, а затем, с появлением Кличко и Льюиса в супертяжёлом весе, начала доминировать европейская школа, характеризующаяся акцентом на работу на дистанции.
— Представляете себе, как молодой вы одерживаете победу над Усиком или Джошуа?
— Сложно предсказать исход поединка. В боксе возможно всё, и в каждом случае результат зависит от множества факторов. Если спортсмен избежал травм, готов к бою максимально и не испытывает никаких препятствий, то он вполне может рассчитывать на победу над любым соперником.
Когда накапливается множество негативных эмоций и встают перед тобой задачи, которые под силу решить только тебе, я оказался в подобной ситуации и столкнулся с чередой неудач. Даже бой с малоизвестным бойцом Корри Сандерсом, которого я превосходил во всех раундах, и отец которого уже был готов остановить поединок, закончился неожиданным поражением из-за внезапной смены настроения. После этого боя ко мне обратился тренер и заявил, что больше не намерен продолжать работу со мной, посоветовал завершить карьеру и позаботиться о здоровье.
Несмотря на это, я продолжил свой профессиональный путь. Мне посчастливилось встретить людей, которые поверили в мой потенциал и поддержали меня не только финансово, но и своим временем. Изучив мои предыдущие поединки, они пришли к выводу, что все поражения были сфальсифицированы. После этого они начали постепенно продвигать меня вперед, и в конечном итоге я завоевал титул чемпиона мира в супертяжёлой весовой категории!
— Каково ваше мнение о современной поп-культуре в жанре бокса? Вы проявляете к ней интерес?
— Это связано скорее с финансовой выгодой и вниманием средств массовой информации, а не с боксом как таковым. Любое действующее лицо из этой сферы может быть легко представлено и убрано с ринга в поединке с профессиональным боксёром.
— Не составило бы ли для вас удовольствие принять участие в подобных мероприятиях?
— Я не думаю, что это так, хотя сейчас я чувствую себя неплохо. У меня хорошая выносливость, поскольку всю жизнь я много бегал и получал от этого удовольствие. Благодаря силе дыхания и выносливости я обыгрывал всех своих соперников. Я был способен доставать предметы с глубины десяти метров. Благодаря своему характеру и выносливости я одерживал победы над многими.
— Возвращение в бокс в качестве тренера не рассматривалось?
— Мне поступали предложения о работе тренером в США, и я, вероятно, был бы не против их принять, поскольку у меня ещё много сил и значительный опыт в боксе. У меня есть боксёрская школа в Саранске, и, возможно, в будущем я перееду туда и буду посвятить себя этому делу.
— Какие боксёры, по вашему мнению, могут стать достойными преемниками Александра Усика в супертяжёлом весе?
— Самый достойный — Даниэль Дюбуа, на данный момент он является обладателем титула IBF. Я полагаю, что и в их первой встрече он одержал победу. Он развивается как спортсмен и как личность, и я уверен, что он возьмёт у него верх.
Удар Дюбуа, нанесённый в первом раунде в область пояса Усика, был абсолютно законным. Реакция при попадании в паховую область совершенно иная, а в данном случае всё происходило в рамках правил. Возможно, я ошибаюсь, но Усик демонстрировал признаки, схожие с реакцией на удар в живот – он испытывал затруднения с дыханием из-за спазмов. При ударе ниже пояса люди обычно падают на колени, а не сидят на земле. Кроме того, в предыдущем поединке Дюбуа отправил Джошуа в нокдаун, что ещё раз подтверждает его статус наиболее перспективного претендента на звание преемника Усика.
— Как вы оцениваете состояние российского профессионального бокса?
— Необходимо привлечь больше квалифицированных тренеров, имеющих опыт работы в любительском и профессиональном боксе, и оказывать им поддержку. Детская школа бокса оказала на меня значительное влияние, научив меня упорному труду на протяжении всей жизни. Важно уметь трудиться эффективно!
