Дмитрий Бикрёв – 39-летний российский боец с большим опытом, который продолжает активно выступать. В настоящее время он находится на тренировочном сборе в Дагестане и готовится к предстоящим испытаниям. Он надеется получить возможность провести один из значимых поединков-реваншей. Недавно Дмитрий оказался в непростой ситуации, затрагивающей «Русскую трибуну». Мы провели откровенный разговор с Бикрёвым и получили ответы на самые сложные вопросы.
– На данный момент никаких анонсов о предстоящих боях не поступало. А что касается меня, как я провожу свободное время?
– Я отправился на сборы в Дагестан. Сейчас я их прохожу. Решил отдохнуть и начать с первого этапа. Хочу встретить Новый год с новыми испытаниями. Вскоре появится какая-то информация. Праздничные дни позади, дальнейшие планы прояснятся. Скоро я узнаю, когда и с кем состоится бой. Надеюсь, это будет возможность взять реванш. Сейчас нужно немного времени, чтобы все улеглось. Пока есть чем заняться, поэтому я спокоен.
– А помимо тренировок, как проводите время?
– Совершенно нет возможности. Я сплю, ем и тренируюсь, и на что-то еще времени не остается.
– Вас нередко выгоняют на пенсию. Это стимулирует и побуждает к действию?
– Откровенно говоря, я никогда не размышлял на эту тему. Меня сильнее стимулирует неверие людей. А возраст – это лишь понятие. Раньше я участвовал в драках в институте. После окончания учебы в боях осталось немного людей. Большинство ушли в обычную жизнь, посвятили себя работе и семье. Тогда это считалось нормой. Однако сейчас ситуация изменилась. Теперь люди зарабатывают на жизнь боями и демонстрируют спортивную выносливость. Я, в действительности, не являюсь «долгожителем» или ветераном. Есть люди, которые значительно старше меня и показывают отличные результаты. У них есть энергия. Почему бы и нет? Люди склонны судить по себе и полагают, что мы уже не способны драться. Они не понимают, что мы полностью посвящены этому. Тело всегда находится в иных условиях и состоянии. Для нас это привычно, это естественно.
– Значительное число спортсменов участвует в телевизионных программах, таких как «Титаны». Возникает ли у вас стремление испытать себя в подобном формате?
– Я реалист. Меня приглашали не раз. Уже тогда, когда начинались «Титаны». Менеджер предлагал мне это. Я просто осознавал, что это неблаговидная затея. Существует деятельность, к которой привыкло твоё тело, а есть выход из привычной обстановки и связанные с этим опасности. Я – спортсмен, выступающий на публике. Поэтому я пришёл к выводу, что мне это не требуется. То, что происходит в клетке, для нас – привычное дело. А вот выходить за пределы ринга, получить травму где-то… Это не стоит затраченных усилий. Я сделал выбор в пользу сохранения здоровья, а не медийности. Решил позаботиться о себе. Кроме того, съёмки отнимают много времени и изолируют от обычной жизни. Я не могу себе этого позволить.
– Вспоминается ли вам, что побудило вас принять решение об участии в боевых действиях?
– Меня всегда вдохновляла благородная цель – обрести силу и стать защитником для своей семьи и друзей. Я обладаю ярко выраженным чувством справедливости, и не мог оставаться безучастным, когда происходило что-то, что противоречило моим моральным принципам и представлениям о добре. Я стремился к тому, чтобы в мире царили добро и справедливость, хотел быть сильным, чтобы вершить правосудие и чтобы добро всегда побеждало. Часто бывает так, что добро не находит должного признания. Я не желал сдаваться и быть слабым. Я не начинал тренироваться, чтобы стать чемпионом UFC – это никогда не было моей целью.
– Возникает ли опасение, что стремление к справедливости может обернуться негативными последствиями, вплоть до уголовной ответственности.
– Да, это правда жизни. Я сам в подобной ситуации оказывался. Были неприятные случаи. Чувство справедливости иногда оборачивается против вас, и вас могут попытаться представить негодяем, хотя это и не так. Это выглядит довольно комично. Люди, не следящие за собой, позволяют себе необдуманные слова и поступки, а затем не могут посмотреть в глаза, опускают взгляд и извиняются. Когда человек проявляет излишнюю гордость… Я стараюсь быть добрым и всегда пытаюсь найти общий язык. Но моя доброта воспринимается как слабость, а не как признак ума. Гораздо проще было бы просто грубо оборвать разговор. Вместо того, чтобы пытаться что-то объяснить. Люди часто не контролируют свои эмоции и не осознают этого. Многие негативно относятся к спорту, особенно к единоборствам. Но те, кто занимался спортом профессионально, на ковре или в ринге, понимают истинную ценность слова. В нашем обществе, где через слово посылают на три буквы, это понимание теряется. Это очень плохо. Спортсмены, закаленные в боях и тренировках, лучше понимают ценность слова. С ними проще общаться, чем с посетителями танцевальных секций.
– А как вы относитесь к трэш-току?
– Я не нахожу в нём никаких недостатков. Это повествование о людях, вовлечённых в конфликт. В нём присутствует определённое напряжение, которое делает просмотр увлекательным. Иначе это было бы просто неинтересно. Без сюжетной линии это превращается в любительский поединок на каком-то соревновании. А поп-MMA – это уже выход за рамки допустимого. Они стремятся задеть то, что почитается, обидеть родителей, вызвать негативные эмоции. Это чрезмерное увлечение. В целом, трэш-ток необходим, он должен быть уместным и захватывающим. Интересно наблюдать за тем, как два человека подшучивают друг над другом, когда напротив тебя находится знающий соперник.
– У вас возникла конфликтная ситуация с «Русской трибуной». Что именно произошло в тот момент? И как скоро вы решили обратиться к ним?
– Прежде всего, хочу подчеркнуть, что у меня не было никаких разногласий с «Русской трибуной». Это первое. Во-вторых, они никогда не оказывали мне поддержки, я с ними не взаимодействовал и не планировал поддерживать с ними дружеские отношения. В-третьих, меня попросили уладить возникшую ситуацию, однако я расцениваю это как проявление грубого неуважения к русскому человеку. Мне хотелось бы высказаться, но меня постоянно перебивают и не дают слова. Никто не поддержал мою позицию. Я был подавлен после поражения, и, естественно, не был в лучшем состоянии. Я обдумывал, что необходимо сказать. А то, что они демонстрировали… Мне это совершенно непонятно. Я по-прежнему убежден, что это было неуважение. И извинения должен был принести человек, который руководит этой трибуной, который давал указания перебивать. Именно он должен был извиниться. Но он предпочел уклониться от этого. Повторюсь, я не считаю, что должен был это делать. Я был в плохом настроении и отреагировал, возможно, немного перегнул палку. Но я не сказал ничего плохого, лишь попросил дать мне возможность высказаться. Это мое время и мое право говорить. Прошу проявить уважение. Не больше.
Вся эта ситуация продемонстрировала, какое количество негатива скрывается в интернете. Если быть откровенным, это вызывает отвращение. Я лично убедился в этом. Некоторые пользователи пишут совершенно неадекватные вещи. Я даже пытался разобраться с некоторыми из них, чтобы узнать, почему они меня оскорбляют, но столкнулся с людьми, чье поведение выходит за рамки разумного. Я испытываю сильное потрясение.
Люди, которые пишут и публикуют комментарии, не представляют опасности. Это их обычная практика. Они способны лишь оставлять комментарии с анонимных аккаунтов, и это все, на что они способны. До появления интернета подобного явления не существовало. А теперь оно есть. Каждый может высказать свое мнение, которое, вероятно, не вызовет интереса. Это и есть негативный аспект популярности. Невозможно нравиться всем.
– Вы следите за выступлениями Армана Царукяна? По вашему мнению, его продвинули по службе незаслуженно?
– Мне искренне жаль Армана, мне тяжело видеть, как развиваются события. Однако, стоит признать, что Царукян умело справляется с этой ситуацией. Вместо жалоб и интервью он демонстрирует борьбу, путешествует по миру и поддерживает позитивный настрой. Все видят, как он с юмором относится к происходящему, зарабатывает деньги и извлекает максимум пользы из сложившихся обстоятельств. Это яркий пример того, как человек преодолевает трудности. Он мог бы просто завершить карьеру, ведь его будущее остается неопределенным, и нет ясности относительно сроков получения титульного боя. Наиболее вероятным вариантом для Армана представляется бой с победителем поединка Оливейры и Холлоуэя за пояс BMF, что было бы весьма интересно. Царукян создал вокруг себя образ негодяя: он ударил Хукера, дал отпор фанату и не стесняется говорить то, что думает. Это отличная история. По моему мнению, он скорее всего выйдет на бой за пояс BMF, чем за полноценный титул.
– Существует ли мнение, что американцы испытывают усталость от преобладания российской стороны? Мовсар Евлоев сидит без титульника, долго ждёт своего шанса Александр Волков.
– Ситуация с Сашей неоднозначна. Его выступления не были выдающимися. Выступление Гана также нельзя назвать чемпионским. По моему мнению, Саша одержал победу, но судьи отдали предпочтение его сопернику. Волков сам создал для себя такие условия. Что касается противостояния Аспиналла и Гана, то от подобного никто не застрахован. Образ Саши популярен в Америке. Иван Драго – крупный мужчина из России, и он вызывает больший интерес, чем Ган и Аспиналл.
С Евлоевым ситуация противоположная. Он не вызывает особого интереса, и это очевидно. Он действительно выдающийся спортсмен. Сложно представить, кто сможет по-настоящему бросить ему вызов в его весовой категории. Он с легкостью одолеет как Волкановски, так и Лопеса. Хотя, возможно, бой с Мёрфи может оказаться непростым. Но уровень Мовсаря выше. Евлоев и Царукян обладают качествами, близкими к идеальным для бойца. Природа наделила их талантами. Они невероятно сильны. Им суждено сражаться и становиться чемпионами.
– Вы говорили, что бои – это ваше хобби. Лукавили?
– Это действительно так. Это мое хобби. Если бы я жил только на эти деньги, это уже не было бы хобби. Это не ложь и не хвастовство, а просто констатация факта. Раньше это занятие не приносило никакого дохода. За первый бой в Fight Nights Камил Гаджиев заплатил мне $ 1 тыс. И долгое время почему-то так и было. Всё вокруг этой суммы крутилось. 30 тысяч рублей. Зарплата у меня была больше в разы. Поэтому не было особой мотивации. А профессиональный подход сформировался в команде. Рядом оказались правильные люди. И у меня получилось реализоваться.
– В одном из интервью я высказывал мнение, что Александр Шлеменко не оптимально использует свой потенциал, выбирая для выступлений организацию Беларус. Что конкретно я подразумевал под этим?
– Идея проста. То, как он дрался, вызывало сожаление. Он утверждал, что способен на многое, но на деле не продемонстрировал практически ничего. Было очевидно, что подготовка была недостаточной. Он просто вышел на ринг ради заработка. Именно поэтому я и высказал, что это не оправдывает затраченных усилий. Наблюдать за этим было грустно.
– Вы бы хотели подраться с Александром?
– Раньше этого желал. Но он не поддержал мою идею. Поэтому сейчас все так. Если он сам предложит, то, возможно, я соглашусь. Однако я не намерен проявлять инициативу.
– Вы упоминали о стремлении к мести. Сарнавский – ключевой заказчик?
– Да, это связано с тем, что после поединка осталось ощущение незавершенности. Он не продемонстрировал ничего существенного. Хотя я был хорошо подготовлен. Даже не возникало мысли о поражении. Однако я совершил ошибку. Сейчас моя цель – победить Сашу и подтвердить свой уровень.
– Если бы не было никаких ограничений, с кем из бойцов прошлого хотелось бы сойтись в поединке.
– С Фёдором Емельяненко. Он – легенда и для меня служит примером. Было бы замечательно, особенно если вспомнить его бои в Pride против Мирко Крокопа, Джона Джонса и Кейна Веласкеса. Он демонстрировал невероятные схватки, был настоящим бойцом. А из представителей легчайшего веса… с Деметриусом Джонсоном. Его прозвали «могучим мышонком». Все часто говорят о Хабибе Нурмагомедове, но я не думаю, что бой с ним был бы интересным. Однако, если бы появилась возможность пригласить Хабиба в свой тренировочный лагерь в качестве тренера, я бы обязательно воспользовался ею. Я бы привлек Хабиба и Джонса.
– Кого бы вы рассматривали на позицию помощника по трэш-току?
– В первую очередь вспоминается Конор Макгрегор. Однако, вероятно, я бы выбрал Нейта Диаза. Что касается Тони Фергюсона, то это уже другой уровень. Олег Тактаров и Тони Фергюсон – их можно отнести к одной группе. У них нет провокационных заявлений, только бессмысленные слова, сказанные ради самого процесса говорения.
– Каково ваше мнение о боях между опытными бойцами? К примеру, как поединок Джейка Пола и Майка Тайсона.
– Это можно было расценивать лишь как насмешку. Тем, кто полагает, что Тайсон продемонстрировал что-то значимое, стоит ещё внимательно изучить прошедшие поединки. Огорчает, когда спортсмены завершают карьеру и не могут найти себя вне спорта. У Майка было немало средств, но он растратил их бездумно. Он приобретал бенгальских тигров, недвижимость, автомобили. Человек стремится поддерживать привычный уровень жизни, поэтому Тайсону сложно обрести покой.
– Хабиб Нурмагомедов или Джон Джонс?
– Джон Джонс.
– Джон Джонс или Фёдор Емельяненко?
– Джон Джонс.
