Тедиашвили прибыл в Монреаль на Олимпиаду-1976, будучи олимпийским чемпионом Мюнхена и четырехкратным чемпионом мира. В Канаде грузин завоевал второе олимпийское золото — в весовой категории до 90 кг, однако эта победа была поставлена под угрозу, поскольку Тедиашвили грозили исключить из сборной по дисциплинарным причинам. В сборной по вольной борьбе у Левана, однако, все было замечательно – он был душой компании. Тем не менее, он серьезно поссорился с одним из самых известных спортсменов СССР того времени – Олегом Блохиным, обладателем «Золотого мяча »-1975 год, признан лучшим футболистом в стране. Конфликты доходили до физического насилия.
В интервью, данном заслуженному тренеру России, самбисту Константину Тиновицкому для журнала «Спортивная жизнь России» в 1998 году, Тедиашвили подробно описал обстоятельства произошедшего»:
«Меня хотели отправить домой на теплоходе из Канады, — заявил Тедиашвили. — Мы сидели и смотрели телевизор: Алексеев, Турищева и я. Внезапно вошел Блохин и, не сказав ни слова, переключил канал. «Верни обратно», — попросил я. Он посмотрел на меня ледяным взглядом и не предпринял никаких действий. Звезда же! У меня не выдержали нервы. Я схватил его за воротник и столкнул с лестницы. А снизу поднимался Лобановский. Его сбил любимый ученик. И тут все началось! Созвали общее собрание, и дело дошло до того, чтобы отправить меня домой, даже не дав закончить разбирательство.
Я прошу предоставить шанс выиграть для страны золотую олимпийскую медаль, которую эти одиннадцать талантливых футболистов, даже приложив максимум усилий, не смогут получить!»
Футбольная сборная СССР действительно уступила команде ГДР в полуфинале и заняла третье место. Тбилиси, в свою очередь, вышел в финал, где одержал победу над Беном Петерсоном и, по всей видимости, над судьями.
«Мне позволили довести схватку до конца, — рассказывал грузинский борец. — Перед решающим поединком с американцем я понимал, что против меня будут судить предвзято. Наш матч, вопреки установленному графику, назначили последним — после соревнований тяжеловесов. Организаторы уже представляли, как в финале борцовского турнира прозвучит американский гимн.
Я ступил на ковер. Прежде чем судья дал сигнал к старту, я совершил жест, напоминающий рефлекс Павлова, словно предлагая подойти. Он был удивлён, но приблизился. «Я не желаю, чтобы меня секундировал Шахмурадов» (Юрий Шахмурадов — на тот момент главный тренер сборной СССР по вольной борьбе. — Прим. «СЭ»). Его изумление было еще больше. «А кого вы хотите?» «Вон рядом тренер по боксу стоит. Он не разбирается в борьбе. Пусть он будет моим секундантом».
Если бы Юрий был рядом, он, скорее всего, во время поединка стал бы громко давать мне указания. За это, несомненно, судьи сделали бы ему замечание. А что мог посоветовать боксер? Он лишь повторял: «Давай, давай…».
Американец имел бы шанс на победу, если бы меня дисквалифицировали из-за трех предупреждений.
По регламенту в одной трехминутке было разрешено не более двух предупреждений. Поэтому на протяжении всего поединка, от начала до заключительного раунда, я сознательно уступал сопернику. И вот наступает последняя трехминутка. Я выполняю несколько приемов и вырываюсь вперед. Но тут же мне предъявляют три предупреждения одно за другим. Однако прошу прощения, господа! Это противоречит правилам. Предупреждение больше двух не допускается. Таким образом, я сумел переиграть всех. Я – Леван!»
Тедиашвили сейчас находится в возрасте 75 лет, проживает в Грузии и проходит курс реабилитации после перенесенного тяжелого инсульта.
