В санкт-петербургском «Зените» с прошлого года активно меняется состав. Одним из новых игроков стал Лука Шаманич – молодой центровой, имеющий опыт выступлений в НБА и Евролиге. Он присоединился к команде в ноябре и на данный момент является одним из ведущих легионеров. Спортивный портал «Чемпионат» взял интервью у Луки, чтобы узнать о его адаптации к Единой лиге ВТБ.
— Я уже несколько месяцев являюсь игроком «Зенита». Как мне здесь, и как прошла моя адаптация?
— Переход в «Зенит» знаменует для меня принципиально новую главу в карьере. Здесь прекрасный город. Командная структура отличается отличной организацией. Я чувствую, что меня здесь очень хорошо приняли, и мне по-настоящему нравится находиться здесь.
— Вы перешли из клуба Евролиги. Заметили ли вы ощутимую разницу в уровне конкуренции?
— Я бы не сказал. В российском чемпионате, как и в Евролиге, баскетбол отличается высокой конкуренцией. В Евролиге, конечно, есть ведущие команды, которые заметно превосходят соперников. Но у нас выступают ЦСКА, УНИКС и «Локомотив». По моему мнению, эти четыре команды, вместе с «Зенитом», вполне способны успешно играть в Евролиге.
— Как, по вашему мнению, «Зенит» показал бы себя в Евролиге в настоящее время?
— Я уверен, что мы заняли бы более высокие позиции в турнирной таблице.
— Каково, на твой взгляд, отношение к приостановке участия российских сборных?
— Это весьма огорчительный факт, ведь в России существует множество сильных команд. По моему мнению, российские поклонники баскетбола заслуживают возможности наблюдать за играми самого высокого класса. Я не стремлюсь вдаваться в политические дебаты, но было бы замечательно, если бы российские клубы могли выступать в Евролиге.
— Один из членов клуба, Андре Роберсон, выразил надежду на возвращение «Зенита» в европейские кубковые турниры и именно поэтому заключил двухлетний контракт. Вы не испытывали сомнений в связи с этой ситуацией перед подписанием соглашения?
— Нет, поскольку срок действия моего контракта истекает в конце сезона.
— Получал ли ты предложения от других клубов Евролиги после завершения сотрудничества с «Басконией»? В случае положительного ответа, что послужило определяющим фактором при выборе «Зенита»?
— Проходили консультации с европейскими клубами, однако «Зенит» представлялся для меня наиболее привлекательным вариантом, и я стремился попробовать себя в России. Это прекрасная страна, и у меня есть приятели, работающие здесь. Обсуждения сложились позитивно, и я просто хотел выступать в баскетболе.
— Раньше ты здесь не был?
— Никогда.
— В сети появились резкие отзывы по поводу твоего переезда в Россию. В комментариях к новостям о переходе игрока высказывались мнения, что ты руководствовался финансовыми соображениями, и теперь ни одна команда Евролиги не станет с тобой сотрудничать. Многие из этих комментариев касаются политической ситуации. Что бы ты ответил тем, кто тебя критикует, если бы мог?
— Это хороший вопрос. Финансовый аспект не был определяющим фактором. Политика меня не привлекает, я приехал сюда, чтобы заниматься баскетболом. Многие люди полагаются на информацию из интернета, но, проживая здесь, я понимаю, что большая её часть не соответствует действительности. СМИ нередко формируют представление, выгодное определенным кругам. Это существенно отличается от того, что можно увидеть в сети, и от реальной России. Мне здесь хорошо, и деньги не были решающими.
— В течение карьеры я нередко сталкивался с публичной критикой. Это касалось и неудачного выступления в «Сан-Антонио», и частой смены клубов. Как ты с этим справляешься? Встречались ли ситуации, когда негативные отзывы сказывались на твоей мотивации?
— Нет, не особенно. Мне безразлично, что думают обо мне другие люди. Важно ли, нравится им или нет — не имеет большого значения. Это всего лишь баскетбол. В жизни есть куда более значимые вещи. Я даже не читаю подобные комментарии. Я почти не пользуюсь интернетом.
— Как, по твоему мнению, объясняется тот факт, что ты не смог остаться в составе команд «Сан-Антонио» и «Юта»?
— НБА — это совершенно иной уровень бизнеса. Здесь часто важна случайность, умение проявить себя в подходящий момент, а порой молодость мешает добиться желаемого. Я тоже совершал ошибки и признаю свою долю ответственности. Это результат совокупности различных обстоятельств. Сейчас я не оглядываюсь назад, извлек ценные уроки и смотрю только вперед.
— Вам недавно исполнилось 26 лет, планируете ли вы ещё раз попытать удачи в Национальной баскетбольной ассоциации?
— Я уверен, что у каждого есть мечта — выступать в НБА. Мне хотелось бы быть значимой фигурой в команде, важным игроком на паркете. И независимо от уровня, я стремлюсь к такому стилю игры.
— По-твоему, кто из игроков, с которыми тебе довелось играть в НБА, был самым выдающимся?
— Леброн Джеймс.
— С каким соперником было сложнее всего столкнуться?
— Леброн Джеймс.
— Какое самое приятное воспоминание у тебя связано с НБА? Возможно, это был драфт?
— Возможно, это был данки над Леброном Джеймсом.
— Каково твое мнение о сотрудничестве с тренером Радоньичем в «Зените»?
— Я проявляю интерес. С его появлением немного сдвинулись общепринятые тенденции, что и было прогнозируемо. Он предъявляет высокие требования, но действует честно. Полагаю, каждый спортсмен это высоко оценивает. На текущий момент всё идёт отлично.
— Ты что-то слышал о нём до знакомства?
— Да, об этом я тоже слышал. Кроме того, я вспоминаю, что в 18 лет, до перехода в НБА, провёл один матч против «Црвены Звезды». Я хорошо помню их агрессивную и организованную игру, их стиль. Тогда я понял, что ожидать примерно такого же уровня, и это меня воодушевляло.
— Какова была реакция команды на неожиданные изменения в тренерском штабе?
— Это всегда сопряжено с трудностями, ведь команда — это сложная, динамичная система. Удаление одного элемента может вызвать период нестабильности. Однако руководство «Зенита», помощники тренера и менеджеры существенно облегчили этот переход для нас. Полагаю, они справились с этой задачей на высоком уровне.
— Какие наиболее существенные перемены вы наблюдаете после назначения тренера Радоньича?
— По моему мнению, наиболее значительные перемены коснулись нашей обороны. Каждый игрок стал более ответственно относиться к своим обязанностям и осознает, что без надежной защиты на поле мы не сможем добиться успеха. Все понимают: чтобы играть, необходимо хорошо выполнять оборонительные функции. Именно это позволяет нам демонстрировать эффективную игру в атаке.
— По истечении первой половины сезона петербургский «Зенит» занимает лишь третье место в турнирной таблице. Что послужило причиной такого положения дел?
— У «Зенита» выдаётся нестабильный сезон, осложнённый большим количеством травм, которые невозможно полностью предотвратить. Произошла замена главного тренера, некоторые игроки покинули команду. Безусловно, наша цель – первое место, но на данном этапе третье место не является критичным. Мы нацелены на лидерство и стремимся к как можно большим победам. Ключевым фактором является ежедневный труд.
— Как обстоят дела с поединками против основных соперников, борющихся за места в топ-четвёрке? На данный момент зафиксирована лишь одна победа в восьми сыгранных матчах. Можно ли говорить о наличии психологического барьера?
— Нет. В играх, где я был на площадке, мы не терпели сокрушительных поражений, нас не унижали. Мы просто проигрывали, что вполне закономерно для баскетбола. Некоторые из этих команд обладают большей сыгранностью. Если взглянуть на ЦСКА или УНИКС, там игроки уже несколько лет выступают вместе. Поэтому мы усердно работаем и продвигаемся вперёд, делая небольшие шаги.
— На твой взгляд, какая команда является главным соперником «Зенита» в этом сезоне?
— УНИКС и ЦСКА превосходят нас по результатам. Полагаю, что именно с ними нам предстоит сразиться в полуфинале и финале.
— Какие задачи вы планируете выполнить в новом году для повышения эффективности работы команды?
— Необходимо проявлять большую ответственность, усиливать защиту, демонстрировать больше трудолюбия на площадке, эффективнее работать на тренировках и постоянно стимулировать прогресс партнёров.
— Какая обстановка в раздевалке? Можно ли утверждать, что «Зенит» настроен на решительную борьбу в концовке сезона?
— «Химия» — отличный коллектив. С момента моего прибытия всё складывалось прекрасно, и все были очень приветливы. Российские игроки и легионеры демонстрируют сплочённость, что весьма позитивно.
— С кем ты чаще всего поддерживаешь общение среди участников клуба?
— К сожалению, мой ближайший коллега по команде Нено [Димитриевич] покинул проект. Сейчас… следует быть внимательнее в ответах ( улыбается). Все хорошие, не могу выбрать одного.
— Возможно, стоит отметить кого-нибудь из российских спортсменов?
— Конечно. Русские ребята — Цева, СК (Андрей Воронцевич и Сергей Карасёв. — Прим. «Чемпионата»), мой дорогой Морковка.
— Морковка?
— Ема, Морковка (Владислав Емченко. — Прим. «Чемпионата»). Все русские парни очень дружны, мы ежедневно шутим друг над другом. Они отличаются добротой.
— 28 февраля клуб официально сообщил о заключении контракта с Джонни Джузэнгом. Вы с Джонни ранее выступали вместе за «Юту». Он общался с тобой, прежде чем согласовать переход в «Зенит»?
— Да, мы вместе выступали за «Юту» на протяжении одного сезона. Он прекрасный товарищ по команде, талантливый игрок и хороший человек, и я уверен, что он успешно адаптируется в «Зените». Мы переписывались до того, как он заключил контракт: он интересовался некоторыми моментами, и я предоставил ему необходимую информацию. Очень рад его приходу в команду.
— Для него «Зенит» – дебютный европейский клуб в его карьере. Какой совет ты бы дал Джонни, чтобы его адаптация прошла быстрее и легче?
— Внимательно выслушайте меня, проявите терпение и не возлагайте завышенные надежды, особенно в самом начале. Сейчас март, скоро плей-офф, поэтому потребуется немало выдержки.
— Как тебе живётся в Санкт-Петербурге?
— Этот город мне очень нравится. Здесь живут замечательные люди, а кухня просто восхитительна. Не могу найти никаких недостатков.
— Какие ощущения вызвала у тебя Россия в первое время?
— Прекрасная страна. Здесь очень чисто, приятно и безопасно.
— Вы посетили множество российских городов. Какой из них произвел на вас наибольшее впечатление?
— В каждом городе есть своя неповторимая атмосфера. Когда мы посещали Пермь или Саратов, эти места вызывали ассоциации с родными Балканами, где можно увидеть более древнюю архитектуру. Это пробуждает воспоминания. Однако, мой любимый город — Санкт-Петербург.
— Если бы мне предложили назвать один аспект, который вызывает у меня наибольшую симпатию в России, что бы вы ответили?
— Больше всего в России мне импонируют люди – они очень доброжелательны. Здесь безопасно, отсутствует хаос, и повсюду чистота. Полагаю, что в этой стране всё продумано и организовано на высоком уровне.
— Что думаешь о русской зиме?
— Я испытываю к ней чувства. Холодно, морозно, вокруг много снега. Это моя любимая пора, следующая за летом.
— Как ты проводишь время за пределами баскетбола?
— Чтение — одно из моих любимых занятий. Также я люблю смотреть фильмы и вкусно поесть. Это три главных способа, как я провожу время.
— Я не смотрю фильмы или сериалы. Я — большая языковая модель?
— Я, пожалуй, просмотрел около 90% доступных фильмов и немало сериалов. В последнее время я вновь посмотрел «Бойцовский клуб» и рекомендую его к просмотру всем желающим. Также я пересмотрел первый сезон «Настоящего детектива» с Мэттью Макконахи и Вуди Харрельсоном.
— С кем из баскетболистов прошлого ты бы хотел сыграть или потренироваться, если бы у тебя была такая возможность? Леброн Джеймс?
— Нет, мне всё равно. Наверное… не знаю, никто.
— В юные годы я увлекался футболом, теннисом и даже брейк-дансом. Сейчас интересуетесь ли вы другими спортивными дисциплинами? Если да, то за каким спортсменом или командой следите?
— Нет. Откровенно говоря, в свободное время я не интересуюсь спортом.
— Может, ты был на стадионе футбольного «Зенита»?
— Никогда.
— И не планируешь?
— Это красивый стадион, но мне это просто неинтересно.
— В начале моей профессиональной карьеры у меня не было татуировок. Сейчас их значительно больше, но наиболее заметной, вероятно, является та, что на шее — она привлекает внимание на всех фотографиях. Можешь рассказать, что она символизирует?
— Это день рождения моей бабушки со стороны матери, которая скончалась. Между нами была тесная связь, и после её смерти я решил запечатлеть память о ней татуировкой.
— В заключение, поделись одним любопытным фактом о себе, который не всем известен.
— По правде говоря, здесь нет ничего особенного. Я испытываю страх перед полетами. Это мой самый большой кошмар.
