В смешанных единоборствах под эгидой UFC выступает множество российских бойцов, добившихся значительных успехов, и одним из наиболее заметных является – Арман Царукян, второй номер рейтинга лёгкого веса и амбассадор бренда PARI, Петро Мнатвоканц находится в процессе подготовки к предстоящему поединку и посетил «Чемпионат». В ходе беседы мы обсудили вопросы питания, рассмотрели перспективы организации турниров UFC в России, вспомнили встречу Армана с Владимиром Путиным и назвали самого некомфортного бойца в этом весовом дивизионе.
– Давайте обсудим питание спортсменов. Какие продукты им допустимы, а какие следует исключить?
– Если я употребляю сладкое, то делаю это примерно раз в неделю в повседневной жизни. Вчера я позволил себе съесть десерт, а в остальное время придерживаюсь установленного режима. Если я не буду соблюдать режим, мой вес начнет быстро увеличиваться. В периоды, когда я не нахожусь в процессе подготовки, я прибегаю к интервальному голоданию, благодаря чему мне не нужно считать калории, и тогда мой вес остается стабильным. Мой первый прием пищи приходится на 12:00, последний – на 19:00. Таким образом, интервал составляет около семи-восьми часов, что является классическим подходом. И именно поэтому мне не приходится строго контролировать количество потребляемых калорий. Однако, если я начну есть, скажем, завтрак, обед, ужин и перекусы, тогда уже начнется превышение калорийности, и я начну постепенно набирать вес.
– От чего сложнее всего отказаться?
– Это, скорее, психологический аспект. Когда тебе советуют придерживаться диеты, сразу же возникают мысли: «Я хочу это, я хочу то!». В обычной жизни подобных желаний не возникает. Они появляются тогда, когда это нежелательно. Как говорится, запретный плод сладок. Хотя мне, признаться, сложно отказаться от сладкого. Я очень люблю сладкое, и мне доставляет удовольствие горький шоколад с кофе, но он содержит много калорий. И особой пользы от него тоже нет.
– И когда начинается финальная подготовка к турниру?
– Подготовка к турниру включает в себя тщательный расчёт всех питательных веществ: белков, жиров и углеводов. Кроме того, на питание влияет интенсивность тренировок. В этот период я потребляю больше пищи, чем обычно, поскольку увеличиваю расход калорий.
– Насколько достоверно утверждение о том, что употребление фруктов во второй половине дня нежелательно?
– Мне кажется, это нелогично утверждать, что углеводы следует употреблять только утром, а вечером – только белок и клетчатку. Если после интенсивной тренировки вечером необходимо пополнить запасы гликогена, то ужин должен включать углеводы. Однако, если целью является снижение веса, то вполне допустим ужин, состоящий из рыбы и овощей, что способствует уменьшению задержки жидкости в организме. Таким образом, все эти правила, по сути, условны. Я считаю, что употребление ягод перед сном не представляет никакой опасности.
– Со временем ощущается, как организм реагирует на продукты питания? В юности все усваивается быстро, как в печи. С возрастом пищеварение становится немного сложнее. Или это распространенное заблуждение диетолога?
– Нет. В детском возрасте обмен веществ более интенсивный. Тогда хотелось употреблять больше пищи, а сейчас – меньше. Когда мне было 18–19 лет, меня было не остановить, а сейчас я способен контролировать себя и гораздо проще отношусь к еде. Если есть пища – я ем, если нет – не ем, вот так. А раньше я придерживался диет, и отказ от сладкого давался очень тяжело, потому что ты молод и думаешь: зачем я это делаю, почему я так себя ограничиваю, зачем мне это нужно, может, перейти в другую весовую категорию. А сейчас более профессионально – нельзя, всё – не ем.
Я думаю, что для большинства людей подсчет калорий не является оптимальным решением. Постоянный подсчет требует значительных усилий. Если у человека избыточный вес, и, например, имеется выраженный живот, можно ограничиться одним приемом пищи в середине дня, примерно в четыре-пять часов. Это позволит перетерпеть, вкусно поесть по желанию и добиться необходимого результата. Сначала важно снизить вес, а затем уже переходить к сбалансированному питанию.
Если это человек, способный контролировать свое питание, то ему, безусловно, предпочтительнее заказывать готовую еду или подсчитывать калории, чтобы обеспечить себя завтраком, обедом и ужином. Однако, если человек постоянно находится в движении и ему сложно планировать питание и подсчитывать калории, а также заказывать еду, то ему будет проще питаться один раз в день и снижать вес. Но на такое способны только профессиональные спортсмены и девушки, в то время как обычный человек не станет придерживаться этой схемы. В первый месяц он будет использовать контейнеры, а затем скажет: «Их нужно разогревать, и это не вкусно». Путешествовать с такой едой крайне неудобно.
– Многие полагают, что пища, употребляемая в спешке, усваивается хуже и оказывает негативное воздействие на организм.
– Согласен, лучше прийти в ресторан в спокойной обстановке. Прилетел, посетил заведение, вкусно поел один раз, и этого достаточно, чтобы не захотелось повторения. Таким образом, у тебя останется достаточно сил до вечера, и ты спокойно уснёшь.
– Я беседовал с Дарьей Железняковой, она недавно была перед боем. Она поделилась информацией о том, что в UFC предлагают очень качественное питание. А что вы думаете об организации питания в лиге?
– Да, это действительно хорошая еда, но ее готовят ночью и выдают тебе. Ты, например, разогреваешь ее, и на весь день тебе предоставляют еду в контейнерах. У меня же есть шеф-повар, который сопровождает меня, и я употребляю горячие и свежие блюда. Возможно, они и готовят неплохо, но я не знаю, откуда они закупают мясо. А мой диетолог готовит на моих глазах, я наблюдаю за его работой.
– То есть ты пробовал их еду, но придерживаешься своей?
– Да, я предпочитаю свой вариант, поскольку мне не требуется разогревать пищу в микроволновых печах, я сразу употребляю горячие блюда. Однако это обходится нам недешево, но зато намного полезнее. В UFC осуществляется контроль за вопросами безопасности. Там следят за всем, чтобы бойцы употребляли именно их еду, пили их протеиновые коктейли, и чтобы всё соответствовало установленным правилам.
– Существует ли соглашение, согласно которому они не будут влиять на твой режим питания?
– Да, они не вмешиваются.
– Американская кухня существенно отличается от представлений о здоровом образе жизни и сбалансированного питания.
– По их предписаниям, в порции содержится немного авокадо, немного мяса, вечером – снова немного авокадо и немного рыбы. Вот твой рацион. А на завтрак – скрэмбл или яичница. И это всё. Фактически, ты питаешься белками и жирами. Углеводы отсутствуют, что необходимо для быстрого снижения веса. При этом, энергии тоже недостаточно. Я – человек, который очень любит углеводы. Без пасты мне сложно начать день на диете.
– Жорж Сен-Пьер – убежденный сторонник здорового питания. Он утверждает, что ему достаточно одного приема пищи в день и что человеку не требуется большое количество еды. По его мнению, одного раза в день вполне достаточно. Но насколько вы согласны с тем, что этого недостаточно для спортсмена, находящегося в тренировочном периоде?
– Разумеется, этого крайне недостаточно. Если ты занимаешься боевым искусством и тренируешься трижды в день, такая нагрузка недопустима. Необходимо обеспечить себя полноценным завтраком, обедом, перекусом и ужином. Если ты профессионал, то твой день полностью посвящён тренировкам. Предположим, ты начал с разминки, потратил час и потерял 500–600 калорий на одной тренировке, и тебе нужно восполнить этот дефицит, чтобы отправиться на утреннюю тренировку. И утром тебе ещё потребуется сжечь не менее 500–600 калорий, это самый скромный показатель, который я беру.
Затем у тебя ещё вечерняя тренировка, и в течение дня ты расходуешь около 5000 калорий. Одновременно с этим, ты не можешь съесть за один раз такое количество пищи, необходимое для восстановления организма. Ведь это наше топливо: достаточно углеводов, чтобы восполнить запасы энергии, достаточно белка, чтобы предотвратить потерю мышечной массы. А Жорж Сен-Пьер, после завершения спортивной карьеры, увлекся этим. Ты можешь допускать периоды голодания, поскольку не являешься профессиональным спортсменом.
Для профессиональных спортсменов крайне важно употреблять достаточное количество питательной пищи, поскольку для достижения результатов недостаточно лишь дополнительного белка и аминокислот. Однако наиболее полезно употреблять качественные продукты, которых, к сожалению, в Америке не так много, в то время как в России в этом отношении ситуация лучше.
Даже когда я нахожусь здесь, я чаще ем в ресторанах, поскольку постоянно в разъездах. После посещения наших ресторанов я теряю вес, несмотря на то, что потребляю больше пищи. Когда я ем в Америке, создается впечатление, что я потребляю немного, но при этом набираю вес. Таким образом, качество еды у нас значительно выше, чем там.
– Ты уже упоминал о пасте, и, насколько я понимаю, это выражение твоей привязанности. А вообще, какие три продукта должны присутствовать в твоём рационе? Или какие три блюда, которые принесут тебе радость, если они окажутся на столе?
– Я обожаю яичницу с помидорами – это мой самый любимый завтрак, который я могу есть каждое утро, и мне все равно, сколько. Я могу есть ее месяц подряд и не попросить кашу или что-то еще. Для меня идеальный завтрак – это яичница с помидорами, а также большое количество зелени, сыр и лаваш. Это очень важно для меня, и, конечно, много овощей, ведь овощи очень полезны и их нужно есть как можно больше. В овощах содержится очень много полезных веществ.
– Хочу поздравить с победой над Хендерсоном – это было очень красиво. По-моему, самое важное для тебя то, что она была досрочной. И что удалось завершить бой не благодаря решению судей, а именно финишировать. Какие чувства тебя нахлынули, когда ты увидел, что всё закончилось?
– Я наблюдал за всеми его поединками, он очень подвижный, и именно поэтому я понял, что зафиксировать его на руках с помощью кимуры или рычагов будет непросто. Также я обратил внимание, что он умело защищается, когда его атакуют сзади, и удушение его отдельным захватом шеи крайне затруднительно. Поэтому я пытался провести удушение, подобное тому, что использует Махачев, через руку. Однако он грамотно защищался, выставляя руку и блокируя, при этом занимая позицию на спине. Это очень эффективная защита. И когда истекло пять минут, я подумал: «Неужели я не смогу его задушить». А затем, когда я перешёл к ката-катами, это удушение через руку, я его поймал, а он, похоже, чувствует себя хорошо, полагая, что всё в порядке. Он расслабился, а я думаю: «Почему он не отжимает плечо?».
Он обладает гибким характером, и я схожу с ним в этом. Когда меня пытаются пересилить, я иногда начинаю ослабевать. И вот он в тот момент расслабился, полагая, что я его отпущу. А у меня выносливость рук весьма высока, я постоянно совершенствую этот приём на тренировках, удерживаю вес на чучеле по две минуты. Я изначально не прилагаю больших усилий, но приём оказывает кумулятивное воздействие. И вот он предполагал, что я ослаблю хватку, у меня устанут руки, и он сможет освободиться. В конечном итоге он потерял сознание. И потом поднялся и спрашивает: «Как ты меня задушил?». Он что-то не помнит. Показывает на меня. Я отвечаю, через руку. Он говорит: «Как через руку? Ты же держал на мне «гильотину». Я говорю: «Не-не-не».
– У вас руки начинают закисать медленнее, чем у других участников боев. Это связано со специальными тренировочными упражнениями?
– Да. Я часто выполняю упражнения с велосипедом, стоя на руках, и у меня есть там рекорды. Есть олимпийский чемпион Снайдер, и я даже превосхожу его достижения. Крутить велосипед, используя только руки, – одно из самых эффективных упражнений для меня, поскольку оно вызывает длительное закисление мышц ног и рук. Например, мои силовые показатели при беге не позволяют мне соревноваться с олимпийскими чемпионами и бойцами UFC. Однако выполнение упражнений с велосипедом на руках – одно из моих самых любимых занятий. Из-за этого я испытываю продолжительное закисление и могу долго оставаться в удушающих позициях.
– По вашим словам, это произошло в лагере Хамзата? Это был спортивный вызов или, возможно, тренировочный спарринг?
– Наш тренер превращает каждую тренировку в соревнование. Я прихожу на занятие, и у меня начинает болеть шея, отдаёт в плечо. Я говорю тренеру: «Мне сегодня очень плохо, я себя неважно чувствую». Он отвечает: «Попробуй поработать, садись на велосипед». Рядом находился призёр Олимпийских игр, Спенсер Ли, и он посоветовал мне: «Делай это легко».
И мы начинаем тренировку, а он говорит, что это задание. Он говорит: «Выполняй так, как тебе комфортно». И вот так подходит к Спенсеру Ли и выдаёт: «Ох, 200 ватт, молодец Спенсер Ли». И вот так на меня смотрит аккуратно, намекает. Провокация. И приходится работать интенсивнее, он таким образом мотивирует, и ты сам демонстрируешь свой максимум, чтобы победить. Он создаёт игру, у нас постоянное соперничество. С самого начала лагеря меня ставили рядом с Хамзатом, чтобы его мотивировать, но потом убрали, чтобы не расстраивать Чимаева перед боем, потому что на байке ни у кого шансов нет. Если кто-то приезжает, допустим, не из местных парней, например, чемпион Америки, молодой парень, и он всегда меня с ним ставит, чтобы сравнить разницу. Я мотивирую парней на байке. А у меня мотивация на тренера, ему 65 лет, у него 11 детей, и вот его рекорд я вообще не побил, представляете? Да, я держу 298 ватт, а он держит 320, на 20 ватт он впереди меня. Так что у нас цель – побить рекорд тренера.
– Это здорово, когда есть четкая цель, ориентир. Вы азартный человек? Любите заключать пари, спорить с кем-либо?
– Да, я склонен к азарту, особенно когда играю в нарды. В любой ситуации я стремлюсь к победе. Иногда я часто вступаю в споры с друзьями. Безусловно, я азартный человек. Я полагаю, что все спортсмены обладают азартом. Нам свойственно стремиться к большему результату и преодолевать большие дистанции, как говорится.
– Я являюсь послом букмекерской компании PARI. Какое это имеет для меня значение?
– После того, как я заключил контракт с UFC, у меня не было спонсоров. Первой компанией, оказавшей мне поддержку, стала PARI. На протяжении многих лет, начиная с моего дебюта, мы сотрудничаем. Для меня большая честь, что с самого начала и по сей день у нас сложились прекрасные взаимоотношения. Мы работаем вместе уже длительное время, и за это время не возникло никаких разногласий, мы отлично взаимодействуем. Они оказывают мне всестороннюю поддержку, включая медийную.
– Я правильно понимаю, что в ближайшее время у тебя появится новый влог?
– Да, у меня готовится масштабный влог, своего рода документальный фильм, где я расскажу о себе и своей жизни. Они посетили меня дома в Москве. Не пропустите, будет увлекательно, в нём много личной информации. Вопросы о семье, о друзьях, кто склонен к скупости, кто щедр, кто подарил часы, кто подарил машину… Получится весьма любопытный фильм.
– Тамби Масаев там упоминается? Я в курсе, что вы знакомы.
– Нет, Тамби не было, он отправился во Владивосток, поэтому на этот раз мы не встретились. Да, мы поддерживаем хорошие отношения, Тамби и Адам работают вместе. Они всегда прилетают в Америку на соревнования, и всегда вместе создают интересный контент.
– Давайте вернемся к Хендерсону: он «уснул» в ваших руках. Как часто это происходит в грэпплинге, когда удушение выполняется настолько качественно, что соперник теряет сознание»?
– Зачастую можно встретить парней, проявляющих большое терпение. Я сзади нанес очень сильный захват, применил мощный удушающий прием, и он был совершенно расслаблен, очень спокоен. Я ощущал потерю сил. Он беззащитно выставлял свою шею, а я просто выдыхался в удушающем. Он, видимо, полагал, что в том удушающем, где я его зафиксировал, ситуация будет развиваться аналогично, и я начну терять силы, а он сможет расслабиться. Это довольно распространенное явление: на тренировках бывают ребята, которые также долго не сдаются и «засыпают». Ты не можешь это контролировать. Ты чувствуешь, что перед глазами темнеет, необходимо стучать. Но есть парни, которые ни за что не согласятся стучать. Вот он – один из них. Бывает такое.
– Больше от характера зависит, да?
– От характера. Это весьма непросто. Представь себе, насколько тебе нужно преодолеть себя сегодня, когда ты уже не видишь ничего в глазах, и ты не сдаешься. И ты уходишь «спать». Боец, как Шлеменко, не сдается, он «засыпает». Я полагаю, у каждого свой характер. Это также, как я уже говорил, нелегко. Непросто не сдаться. Но лучше не попадать в удушающий захват. 100%.
– В настоящее время в UFC большое количество бойцов, имеющих борцовский опыт. Но насколько непросто освоить навыки нокаутирующих ударов?
– Сейчас смешанные единоборства стремительно прогрессируют, и представители разных дисциплин – ударники, борцы, боксёры – овладели навыками защиты от болевых приёмов. В связи с этим некоторые спортсмены, стремясь к победе, избегают рискованных действий, опасаясь потери преимущества. Тем не менее, умение добивать соперника остаётся крайне важным. Многие бойцы оказываются в неудобном положении, но не стремятся завершить схватку и не атакуют болевыми. Это выглядит невыгодно. Когда у спортсмена хорошо получается добивать, это значительно улучшает зрелищность. Бои, в которых бойцы просто лежат без действий, неинтересны для просмотра. Зачастую судьи вмешиваются и поднимают схватку. Поэтому я уделяю большое внимание работе над добиванием в партере, чтобы избежать вмешательства судьи и нанести значительный ущерб. Я активно развиваю навыки работы локтями, и сейчас это даёт неплохие результаты. Спортсмены, которые предпочитают просто контролировать ситуацию, экономят силы. В ММА уже внедрили ограничения, согласно которым контроль не так сильно влияет на оценку, как нанесение ущерба. Судьи обращают внимание на наносимый урон. Вероятно, именно поэтому между Анкалаевым и Блаховичем была зафиксирована ничья.
– Твои тейкдауны выполнены на высоком уровне. Но случались ли в карьере бои или спарринги, когда соперник удивлял тебя своей стойкостью, позволяя пытаться его повалить, но не желая падать?
– Да. Это Глейсон Тибау, которого Хабибу не удалось перевести. Он действительно обладает огромной силой. Его можно сравнить с камнем – сдвинуть его с места непросто. Именно он вызывал наибольшее удивление. Он невысокий, действует в стойке левши, выглядит сбитым. Он не совершает лишних движений, поэтому его очень трудно повалить.
– Это был бой Хабиба, который многие считают неоднозначным. Ты его смотрел? Каково твое мнение об этом сражении?
– Я ещё давно видел этот бой. Помню, что, вероятно, смотрел его в прямом эфире. Когда он завершился, я был уверен, что Хабиб проиграл. Однако, когда стало ясно, что он одержал победу, я был весьма удивлён. Я не ожидал, что российскому спортсмену присудят победу в таком напряжённом поединке, и не уверен, что он был действительно равным. Глейсон, как мне показалось, наносил удары, и, возможно, даже однажды смог перевести Хабиба. Но это было очень давно, и для более точного понимания стоит пересмотреть этот бой. В тот момент я был уверен, что он проиграл.
– Ты сейчас сказал, что был удивлен, что бой отдали российскому спортсмену. Согласен, что в последнее время, к сожалению, возникают ситуации, когда решения судей вызывают вопросы. Самый показательный случай – бой Александра Волкова с Сирилом Ганом. Я не знаю, видел ли ты этот поединок, даже Дана Уайт сразу после боя пообещал, что Волков всё равно получит свой претендентский бой, но в итоге не получил.
– Я не думаю, что дело в этом. В UFC не имеют значения национальности бойцов, там нет никаких ограничений, однако ошибки судей случаются. Они действительно ошибаются, и это не зависит от гражданства спортсмена, ошибки происходят как при работе с американскими бойцами, так и с бразильскими, для них нет никакой разницы. Я полагаю, что это не тот вид спорта, это не Олимпиада и не вольная борьба, где нас пытаются оказывать давление. В UFC ситуация иная. Там более справедливый подход, и если это происходит, то это касается всех бойцов. И американцев, и бразильцев, и всех остальных. Это скорее случайность. Просто судьи реально иногда ошибаются. Ведь эти судьи сами не являются бойцами. И это новый вид спорта, они только начинают работать в этой сфере.
– Может ли судья быть полностью беспристрастным?
– Объективность в данном случае достигается с трудом, поэтому в состав судейского корпуса обычно входят три-четыре человека. Один судья может отдавать предпочтение нокаутам, другой – ценят борьбу. В таком формате вынесение решения затруднено. Не редки случаи, когда бой окончен, мы обсуждаем его с друзьями, и один утверждает: «Он победил». Я же могу возразить: «Нет, вот этот оказался сильнее». И тогда начинаются споры, ведь порой мы действительно не можем определить победителя. Когда бой проходит на равных, его оценка становится сложной. Мне, к примеру, симпатичен один из бойцов, поэтому я немного больше внимания уделяю ему. А мой друг может сказать: «Нет, вот этот оказался лучше, у него было больше контроля». А другой отмечает, что его соперник постоянно доминировал, нанося более точные удары. Таким образом, близкие поединки очень сложно оценивать. Поэтому необходимо стремиться к явной победе.
– Я понимаю, что грэпплинг – это ваша страсть, занятие, которому вы готовы посвятить себя. Возникает вопрос, как вы вообще начали этим заниматься? Как вы осознали, что борьба – это то, что вам по душе, что вы любите?
– Когда я завершил карьеру хоккеиста, грэпплинг только начинал набирать популярность. По моим ощущениям, это был период 2014–2015 годов, когда началась его активная фаза развития, и я начал тренироваться, поскольку грэпплинг привлёк моё внимание. Затем я посмотрел несколько боёв и решил, что хочу стать бойцом, и перешёл на бои. Однако, первым направлением, которым я занялся, был грэпплинг. Мне это очень понравилось, я начал активно следить за турнирами, которые проводились в Америке. Мне нравился Дави Рамос, он в то время выиграл турнир, и был довольно крупным, массивным. И когда я попал в UFC, мой третий бой был с ним, и это стало для меня настоящим сюрпризом. Я в детстве смотрел его схватки, как он побеждал всех соперников. А сейчас мне 24 года, и я с ним выступаю на ринге.
– Трудно войти в нужную психологическую форму на такие поединки, когда твой ориентир – соперник?
– Перед боем всегда присутствует нервное напряжение, однако, оказавшись в клетке, ты чувствуешь себя полностью готовым. Ты словно отключаешься от всего, и для тебя не имеет значения, что произойдет – ты готов к любым действиям. Страх исчезает, и ты не беспокоишься о собственной безопасности. Я сам говорю себе, что выходя в клетку, я готов на самом деле пожертвовать жизнью, что-то сломать, ведь я понимаю, что всё может случиться. Но мне необходимо победить. Неважно, сломаю ли я ногу или руку, главное для меня – одержать победу. И когда я выхожу в клетку, у меня нет ни страха, ни других чувств. Я просто готов к действиям.
– Я хотел бы уточнить насчёт грэпплинга. Вы уже провели стердаун сразу после турнира. Означает ли это, что бой практически подтверждён? Если в UFC не будет контракта какое-то время, вы всё же проведёте этот бой?
– Сейчас у меня запланирован бой в Катаре, который состоится 22 ноября. 22 ноября я выйду на главный бой ( против Дэна Хукера. — Прим. «Чемпионата» ), и после этой схватки я буду готов к участию в турнире по грэпплингу. За основу для подготовки был выбран грэпплинг, и результат не имеет принципиального значения. Главное сейчас — это боевые поединки.
Если боевые действия не состоятся, и я буду чувствовать себя хорошо, то, безусловно, проведу этот поединок. Наша договоренность – 14 декабря. Предположим, что если я выйду на ринг 22-го числа, одержу победу и избегу травм, то все сложится удачно, и я проведу схватку. Трех недель подготовки будет достаточно, поскольку я не потеряю физическую форму: неделю я отдохну, а две недели посвящу подготовке к этому турниру.
– Физиев отменил бой с Оливейрой. Возникает вопрос, не было ли желания приложить усилия и проявить активность, чтобы получить шанс на реванш и устранить конкурентов.
– Оливейра – уже не действующий боец. Они сами не обращались ко мне, не выходили на связь. Если бы они связались и попросили о моей помощи, если бы сообщили, что моё присутствие необходимо, я бы рассмотрел этот вариант. Однако они не связались и не сделали никаких предложений, поскольку у них уже запланирован мой бой с Хукером на 22 ноября.
– Я читал интервью Бенуа Сен-Дени. Он сообщил, что ему поступало предложение о поединке с Оливейрой, но он отклонил его, выражая большое уважение к Чарльзу. Как ты думаешь, это возможно, если у тебя есть амбициозные планы?
– Это просто цирк. Как можно найти оправдание такому поступку? Он прекрасно осознает свою неподготовленность и ищет повод отказаться от боя. Когда тебе звонят из UFC с предложением выступить, это твой шанс. А он придумывает отговорки. Как можно сохранять к нему уважение, если он не имеет к тебе никакого отношения? Он никогда не был твоим кумиром. И даже если и был… Ты выйдешь на ринг, победишь своего кумира, заработаешь деньги и войдешь в топ-5. Он понимает, что может проиграть, он не готов, и у него могут возникнуть трудности с набором веса. Кроме того, Бенуа не обладает достаточным уровнем, чтобы победить Оливейру. Он красиво уклонился, сославшись на недостаток времени для подготовки.
– Я хотел уточнить насчет Хукера. Он довольно остро высказывается и много говорит. У вас есть к нему какие-то личные претензии или нерешенные вопросы?
– Мне не нравится Хукер как личность. Я считаю его неприятным человеком, которому хочется просто применить физическую силу. И я постараюсь выплеснуть эти чувства в поединке, в клетке. Я буду делать всё возможное, чтобы избежать каких-либо происшествий до боя. Он мне не нравится. Он относится к тем бойцам, которых я не уважаю, которые много говорят, но при этом оказываются пустыми трепками. Наш бой должен был состояться ещё в июне.
– Остались ли ещё команды в дивизионе, с которыми не очень приятно играть?
– Больше таких бойцов нет. Хукер – один из тех, кто сразу бросается в глаза. Он много говорит. Ну конечно, Илия. С Илией я хочу сразиться, отобрать у него титул и отправить на покой. Это спортивный интерес. У него же пояс. Красивое имя. Никаких личных мотивов к нему не испытываю.
– Существуют ли в дивизионе игроки, с которыми поддерживаются хорошие отношения, невзирая на конкуренцию?
– Да, они есть. Например, Грант Доусон и Рафаэль Физиев. С этими бойцами я поддерживаю контакт и испытываю к ним уважение.
– Выступление на UFC 300 имело для тебя какое значение? Ведь юбилейные турниры – это особенное событие, и не каждому выпадает честь быть приглашенным на подобный ивент. И насколько ты был взволнован этим?
– Да, это было важно. Было здорово выступить на UFC 300, и мне удалось включить эту небольшую историю в свою книгу. Но никакой ответственности я не ощущал. Всё осталось по-прежнему, обычный бой. Тем не менее, вокруг этого турнира был очень большой ажиотаж.
– Какова была реакция, когда Дана увеличил бонусы?
– Реакция была положительной. Я рассматривал возможность ускорить выплату бонуса Чарльзу, чтобы получить его. Однако это не удалось. Я надеюсь, что он всё же поднимет бонусы к UFC 400, и мы сможем достичь этой цели.
– Ты планируешь продолжать бороться и бороться? У тебя ещё достаточно времени, верно?
– Да, я ощущаю себя молодым и энергичным человеком, и при отсутствии серьёзных травм планирую выступать на ринге продолжительное время.
– UFC 300 запомнился не только яркими поединками, но и рядом неприятных инцидентов. Возникли непрозрачные вопросы, произошли необычные конфликты с фанатами. На твой взгляд, бойцы обладают достаточной защитой в настоящее время? Эпизод с провокацией, предшествовавший бою с Оливейрой… Насколько эффективно сейчас организована система защиты и требуется ли внесение каких-либо улучшений?
– Спортсмены не имеют надежной защиты… Однако боец обязан контролировать свои эмоции. Если ты выйдешь на улицу, кто-то может оскорбить тебя, и если ты вступишь с ним в драку, тебя всё равно посадят. Именно поэтому на время выхода на бой устанавливают охранников. Мне не повезло, что, когда я выходил, мой охранник находился где-то позади. Он должен был идти рядом и держать руки вдоль тела, но он немного опоздал. Я тоже повернулся… Представь себе, ты выходишь на бой, охваченный азартом, и тебе показывают непристойный жест. В этот момент ты… Я сам по своей природе очень вспыльчивый и агрессивный, особенно когда выхожу на бой или готовлюсь к нему. Ты выходишь на сцену, 20 тысяч человек смотрят на тебя в зале, и еще несколько миллионов – по телевидению. У тебя невероятная мотивация, и какой-то негодяй показывает тебе непристойный жест. Из-за этого пришлось ударить его по голове. Я считаю, что штраф, который мне выписали, должны были начислить охранной службе, а не мне.
– Но в целом, я думаю, не сильно ты расстроился?
– Я не сильно огорчился. Скажем так, потратил около 30-40 тысяч долларов. Зато получил немало внимания.
– А был какой-то разговор с руководством?
– Нет, такого не происходило. Однако это не нравится им. Если бы я вступил в конфликт с бойцом, ситуация была бы терпимой, но с фанатами – не очень хорошо. Они понимают, что бойцы – люди вспыльчивые. Представь себе бойца, человека с импульсивным характером и уверенностью в себе, и какой-то невежа что-то ему говорит. В этот момент он может потерять контроль над своими эмоциями. Мы стараемся не допускать подобного. Чаще всего это происходит в Америке, в России и в странах СНГ фанаты не будут демонстрировать оскорбительные жесты, поскольку знают, что за это могут понести ответственность. И никто здесь не позволит себе сказать что-то неприятное.
Там они перебивают друг друга, выражают грубую неприязнь и резко покидают место разговора. В их действиях нет личного подтекста. Самое серьезное, что они могут сделать, – это обругать друг друга, и на этом все заканчиваетсяё.
– Иными словами, существует заметная разница в менталитете. Там не так внимательно относятся к словам.
– Да, там за слова ответственности не несут. В России, если тебе направят оскорбительное сообщение, придётся спрашивать: «Почему ты это сделал?». Просто так никто не станет оскорблять. А там они часто обмениваются грубостями, это связано с особенностями их мышления: ну послали, послали. Ну я тоже иногда что-то говорю.
– По всей видимости, ты уверен, что в решающий момент я обязательно обуздаю себя. Но возникали ли в пути какие-либо угрожающие обстоятельства?
– К счастью, когда я сохраняю спокойствие, я контролирую себя на улице. В возрасте 18-19 лет ситуация могла быть иной, но сейчас мне не нужны никакие неприятности. Я стремлюсь к спокойной жизни и тренировкам. Я осознаю, что подобные ситуации могут обернуться для меня неблагоприятными последствиями и негативно повлиять на мою карьеру. Мне не хочется быть плохим примером для молодых людей, которые мной вдохновляются. Если я поучаствую в драке на улице, они могут подумать: «Вот, Арман подрался, значит, и нам позволено». Недопустимо драться на улице. Да, если честь семьи или родителей затронута, необходимо дать отпор. Но порой лучше промолчать и уйти, проявив большую силу. Если ты уверен в себе и знаешь, что являешься сильным человеком, то просто развернешься и уйдешь, потому что этот человек ничего не значит.
– Что касается поединка с Чарльзом Оливейрой, был период, когда он почти завершил бой. Какие мысли были у вас тогда, как вы это пережили?
– Да, он захватил удушающий первый плотный захват. Мы ещё не разогрелись в тот момент, было непросто выбираться, но я понимал, как из этого выйти. Я находился сверху и думал, что моя голова обязательно освободится. Я знал, что можно перевернуться, отдать спину, и тогда он ослабит хватку. Когда я осознал, что выход невозможен в этой позиции, и я останусь, я перевернулся на спину и выбрался. Болельщики не знают, как правильно выбираться из таких ситуаций. Они решили, что у меня всё плохо, что я отдал позицию, перевернувшись на спину. Захват был сильным. Скажу так: было непросто, но я работал над защитой. Я знал, что Оливейра – очень опасный и стилистически неудобный соперник для меня, поскольку я предпочитаю проходить, переводить, а в момент перевода он хорошо контролирует шею. На дистанции перевести через клинч сложно, через корпус легче всего пройти в ноги. А он не защищает ноги, он просто прыгает и пытается захватить «гильотиной». Выбраться было немного сложно.
– Люди обращают внимание на разминку и упражнения, которые я выполняю перед поединками, и отмечают их пользу. В такие моменты создается впечатление, что именно эти необычные приемы и приносят результат.
– Разминка бойцов – это очень полезно, она отлично согревает тело. Если вы не разогрелись, то можете получить травму шеи, услышать неприятные хрусты и получить ушиб. А когда тело размято, гибко и обладает достаточной мобильностью, вы можете выходить из различных положений, что дает вам хорошие возможности.
– Есть ещё один вопрос касательно UFC 300. Что ты думаешь о взаимодействии с Ниной Драмой? На твой взгляд, она добавляет в шоу элемент, который отлично и естественно сочетается с общей идеей? И насколько интересно было тебе самому принять в этом участие?
– Нина Драма – очень позитивный человек. Особенно это заметно в неделю боя. Ты чувствуешь усталость, ты измучен интервью, и она задаёт какие-то вопросы о жизни или о повседневности, это не имеет значения. У неё действительно интересные вопросы, она помогает разрядить обстановку. Она отлично вписывается в команду. Обычно берут интервью у мужчин и задают вопросы исключительно о геймплане на бой, а она добавляет креатива: рассказывает о тренировках, о готовке и так далее. Я полагаю, она успешно продвигает бои. Нужен человек, который немного освежает бойцов перед боем. Да, да. Она задаёт интересные, креативные вопросы, чтобы раскрыть личность бойца.
– Теперь перейдём к обсуждению человека, который внес значительный вклад в развитие карьеры. Это Ислам Махачев. Это боец, с которым мне довелось состязаться в UFC. Какие воспоминания у меня связаны с этим поединком, и какие ценные уроки он мне преподал?
– Ну, важные уроки… Вероятно, он сохранил стремление к реваншу и победе в нём. Именно это стало моей мотивацией, это был урок, который он мне преподал. Возможно, если бы я тогда одержал победу, я бы зазнался и проиграл все последующие поединки. Я был полон решимости, интенсивно тренировался, реванш должен был состояться в январе, но я получил травму спины, серьёзно повредил спину и не смог выступить. Сейчас посмотрим, какая сложится ситуация, как часто он планирует выступать. Если я стану чемпионом UFC в январе-феврале, а он станет чемпионом в весовой категории до 77 кг, то, возможно, ещё получится организовать супербой.
– По поводу неприятной травмы хотел узнать. Сейчас, я полагаю, уже можно рассказать. В какой момент вы осознали, что не сможете продолжить участие?
– Это не решалось в последний день, а решалось в течение всей недели сражения. Во вторник я сообщил своему менеджеру о проблеме со спиной. Он ответил, что все в порядке и не стоит ничего говорить, чтобы избежать паники. Когда в четверг я вернулся после пресс-конференции, начал проверять свою физическую форму и понял, что не способен выполнить необходимые действия.
Тогда они только проинформировали UFC во время взвешивания, и представители лиги прибыли. То есть необходимо было сообщить как минимум за один-два дня. Они решили, что я притворяюсь и испытываю трудности с весогонкой. Затем у них появились другие предположения: я психологически боюсь выхода на бой, испытываю давление, связанное с претензией на титул, и так далее. Ну не знаю, это были довольно нелепые догадки. Как может человек всю жизнь ждать этого поединка и иметь возможность заработать значительную сумму денег… А затем сняться непосредственно за день до него. Сейчас ситуация такова, что я здоров, и, надеюсь, не будет травм, и подобных ситуаций.
– Как ты думаешь, повлияли ли многочисленные предположения и задержка в течение нескольких дней на то, что сейчас наблюдается упрощение ситуации и уменьшение количества поступающих предложений?
– У меня сразу были варианты. Первоначально Хукер должен был сразиться с Гэтжи, однако вместо этого выступил Физиев. Они связались со мной и поинтересовались, готов ли я к бою с Гэтжи. Я ответил утвердительно. За три или четыре недели. Я подтвердил свое согласие. Однако Гэтжи заявил, что не намерен драться с ним и вышел против Физиева. Он согласился на бой с Физиевым, но отказал мне. То есть, UFC предлагали бой. Затем мне предложили бой с Гамротом. Я отклонил это предложение, поскольку он потерпел поражение, а я занимаю первое место в рейтинге дивизиона. Мне не понятно, что он мне даст. После этого мне сообщили, что я буду запасным на случай травмы одного из бойцов, и я выйду на замену. Я согласился. Я был запасным, приехал на мероприятие, сделал вес и был готов. И сейчас мне предложили бой в Катаре. Это уже четвёртое предложение за год. Значит, отношения у нас хорошие. Если бы они были плохими, меня бы дисквалифицировали, и не было бы никаких выгодных предложений.
– Теперь, когда известно, что тебе предстоит перерыв в боях около полугода, вышел бы ты сейчас на бой с Гамротом? Чтобы избежать длительного простоя.
– Возможно, это и произойдёт, а может, и нет. Всё зависит от обстоятельств, от того, где и как будет проходить поединок. Но так или иначе, это не сопоставимый уровень. Если мне скажут, что я выиграю у Гамрота и поборюсь за титул, тогда я соглашусь. В противном случае, обычный бой с ним не имеет смысла. Я предпочту сразиться с Хукером, который уже одержал победу над ним.
– Я правильно понимаю, что Ислам и Илия вызывают у тебя прежде всего спортивный интерес? На твой взгляд, Топурия уже заслуживает звание первого номера рейтинга P4P? И почему Ислам не является первым номером рейтинга? Как ты думаешь?
– Ислам отказался от своего титула и выступает в весовой категории до 77 кг. В настоящее время он не является чемпионом. Если Ислам вновь завоевает титул, он вернётся на вершину. Именно поэтому Илия сохраняет позицию первого номера. Это лишь вопрос времени. Победа Ислама в текущем поединке позволит ему занять первое место. Поскольку Ислам отказался от титула, а Илия завоевал второй пояс, он, безусловно, удерживает первую позицию.
– Как ты думаешь, Топурия самостоятельно создал свой имидж суперзвезды? Или он стал продуктом пиар-кампании?
– Он обладает сильным характером и демонстрирует прогресс, быстро завоевав титул при весе 66 кг. Организация UFC проявила к нему интерес, поскольку его испанское происхождение позволит привлечь новую аудиторию. Лига внимательно следит за подобными ситуациями. В России уже немало чемпионов, и промоушен постоянно ищет новые страны и новых спортсменов. Именно поэтому его сразу начали активно продвигать. Неизвестно, сколько лет Мовсар уже выступает в ММА. Ему, похоже, надоело постоянно побеждать, но ему не предоставляют возможности сражаться за главные титулы. А Илия провёл всего четыре-пять поединков и уже получил шанс побороться за чемпионский пояс.
– Существует мнение, что Илия ещё не встречался на ринге с соперниками, способными по-настоящему испытать его. Что думаешь ты?
– Я согласен, что он не встречался с соперниками, которые сейчас находятся в форме. Ему необходимо сойтись в бою именно со мной, с Исламом, тем, кто умеет бороться, кто находится в строю и на пике своей карьеры. Он дрался с Волкановски, который уже пережил нокауты, нокдауны и множество других трудностей. Холлоуэй тоже выходит на ринг, в основном, ради денег. И я уверен, что если он одолеет меня и Ислама, то станет одним из величайших бойцов в истории.
– Его тактично подталкивают к поединкам, в которых он выглядит как участник с гарантированным шансом на победу. Он никогда не был явным проигрывателем.
– Да, я же говорил, что они планируют привлечь эту аудиторию из Испании и хотят организовать крупный турнир на стадионе. Для этого им требуется Илия.
– Как ты думаешь, связано ли нынешний успех Пимблетта с той же причиной?
– Именно. По той же причине. В настоящее время из Англии не выходит достаточно сильных бойцов. Однако там очень платежеспособная аудитория, и, насколько мне известно, там проводятся три турнира в год. В Англии регулярно проводятся два-три турнира в год. Им требуются звёзды, которые будут выступать в главных боях. Эдвардс больше не в лучшей форме, в итоге остались только Аспиналл и Пимблетт.
– Пимблетт заявляет, что перемещает 20 килограммов в обе стороны. Не возникает ли у вас зависть к тому, как легко это у него получается?
– Нет, это вовсе не зависть, а глупость. Человек испытывает нелюбовь к своему телу, и я полагаю, что после завершения карьеры у него возникнут серьезные проблемы со здоровьем. Внутренние органы и само тело испытывают сильное негативное воздействие. Они сильно страдают, и я думаю, что через несколько лет он потеряет способность передвигаться.
– Он правда такой? Безусловно простой и прямолинейный, не склонен тщательно обдумывать свои высказывания.
– Я полагаю, это своего рода персонаж. Персонаж, у которого есть какие-то уличные стычки, возможно, он видел их в Англии, в барах, например. Они умеют разговаривать, просто раздувают конфликты, разговаривают. Но если он случайно окажется на улице, то, скорее всего, один из первых начнет убегать. Он один из тех парней, которые больше всех кричат и меньше всего действуют.
– На твоей странице в социальных сетях очень много фотографий еды. Я делаю вывод, что ты любишь вкусно питаться, или же эти снимки – способ продвижения, а на самом деле ты смотришь на обильный стол и ешь совсем немного?
– Вот мои любимые продукты. Я люблю вкусно и обильно питаться. Однако, когда речь заходит к бургерам, я позволяю себе это удовольствие примерно раз в год. Плов мне тоже по вкусу, икра, скажем, – это вполне приемлемое блюдо. А бургеры и подобные вещи я употребляю крайне редко, и зачастую из-за моды. Людям нравится, когда я ем, не знаю, почему они от этого получают удовольствие. Поэтому я и выкладываю такой контент. Получается очень большая реакция от моих подписчиков. На видео 20 бургеров, но я не съел все 20, я съел всего один-два, и на этом остановился. Это скорее для видеосъемки. Плов тоже представлен в четырех порциях, но я съел максимум две, и хватилоё.
– Вопрос касается детства. Какие воспоминания о детстве приходят вам на ум, и какие из них особенно яркие?
– Моё детство было довольно безоблачным, без каких-либо трудностей. Я занимался спортом, учился в школе и постоянно пропадал на улице, катался на велосипеде. Летом мы играли в футбол, а зимой – в хоккей. Сначала я играл на коробке, в обычной обуви, и вместо настоящей шайбы использовали то, что было под рукой, ведь на коробке не было льда, только снег. Я рос в Хабаровске, и мы бегали по этому снегу с клюшками, так что он превращался в подобие льда и снега одновременно. И когда ты бросал шайбу, она уже летела довольно неплохо. Мне очень понравился хоккей, я увлекся им и занимался им довольно долго, полюбив этот вид спорта. Кроме хоккея, я много времени проводил на улице и ездил на рыбалку. Позже я приобрел мопед, и у нас была компания мопедистов, с которыми мы летом катались по окрестностям.
Прошло беззаботное и счастливое детство, я делал всё, что мне хотелось, ел то, что любил, гулял, и это было действительно интересно. Однако было холодно. Зимой особенно ощущался холод, я помню, как замерзал на этих коробках и часто болел.
– Краснодар был выбран именно по этой причине? В первую очередь из-за его теплого и жаркого климата?
– Да, это был мой первый опыт тренировок в этом месте, мне было 18 лет. Я летел из Хабаровска на самолёте, на мне была зимняя, довольно тяжёлая обувь, куртка, шарф – всё, что было. Выйдя на улицу, я увидел, что идёт дождь. Это был январь. Я не мог понять, как такое возможно. У меня было такое же ощущение, как когда я прилетал в Таиланд из Хабаровска на прямом рейсе, и тебя сразу обдает жаром. Вот такое же состояние было, когда я прилетел в Краснодар. И именно тогда я полюбил Краснодар благодаря его климату. И я остался на юге.
– Вы сейчас испытываете искреннюю радость в связи с открытием аэропорта и возможностью осуществления прямых рейсов?
– Я очень рад. Я возвращаюсь домой впервые за долгое время. И мне не придется лететь в Минеральные Воды или Сочи, добираться таким сложным путем. Я был дома, посетил свадьбу несколько месяцев назад, но приехал домой всего на один день и сразу уехал. Без аэропорта было очень трудно. Теперь будет проще, я смогу чаще прилетать домой. Я очень рад, что аэропорт снова открыт.
– Я говорил, что испытываю большую любовь к хоккею. Эта любовь сохранилась, и сейчас я наблюдаю за некоторыми игроками и командами, слежу за матчами НХЛ и КХЛ?
– Я раньше интересовался КХЛ. У меня был абонемент «Амура», и я не пропускал ни одной игры, посещал хоккейные матчи. Это было одно из моих самых любимых занятий. В субботу и по вечерам пятницы мы посвящали их хоккею. Хабаровск – город, который тоже обожал хоккей. На каждой игре заполнялась арена, вмещавшая от восьми до девяти тысяч зрителей, что делало его хоккейным городом.
Люди посещают хоккейные матчи и поддерживают команды. Просмотры были весьма увлекательными. В настоящее время я больше не интересуюсь хоккеем и не знаком со многими игроками. Однако я всегда следил за шайбой Овечкина. Он был одним из любимых спортсменов в детстве. В то время он находился на пике своей спортивной формы и продолжает выступать, сохраняя отличную физическую подготовку. Он установил мировой рекорд. Я искренне счастлив, что этот рекорд принадлежит именно ему, ведь я всегда был его поклонником, смотрел его игры и переживал за него.
– А какие ещё виды спорта тебе интересны? Может быть, ты следишь за какими-то соревнованиями или увлекаешься единоборствами и хоккеем?
– Нет, я не интересуюсь футболом. Этот вид спорта мне не нравится. Зато я хожу на хоккейные матчи, смотрю НХЛ, особенно когда играет команда «Кингз». Мне удобно, ведь я живу в Лос-Анджелесе. Теннис я смотрю, потому что мой друг профессионально этим занимается. Футбол я включаю только во время важных встреч «Спартака», Кубка или поединков с принципиальными соперниками, иногда слежу за ними. Также я интересуюсь боксом, этот вид спорта мне нравится. Я наблюдаю за тремя-четырьмя бойцами. В целом, это всё.
– И вот мы перешли к теме бокса. Всё больше бойцов из ММА активно стремятся перейти в бокс, поскольку существует значительная разница в предлагаемых гонорарах. Многие пытаются добиться успеха в этой области. Например, тот же Нганну сделал шаг в бокс. Можешь ли ты представить, что когда-нибудь решишься попробовать свои силы в боксе?
– Конечно, почему бы и нет? Речь идет исключительно о финансовых мотивах. Не из-за того, что я являюсь талантливым боксером, ведь настоящий боец никогда не появляется внезапно. Тренироваться необходимо с раннего детства, начиная с шести лет, чтобы достичь высокого уровня мастерства в боксе. Однако заработать деньги в этой сфере возможно, поскольку, как известно, в UFC зарплаты и гонорары не отличаются большими размерами. В боксе можно получить значительный доход, если обладать соответствующими навыками. Как, например, это было у бывшего чемпиона, или действующего, как Нганну.
– Как ты оцениваешь людей, которые начинают заниматься спортом в достаточно зрелом возрасте и не имеют серьезной спортивной подготовки? Я говорю, например, о Джейке Поле. Каково твое мнение о том, что блогер приходит в спорт?
– Я положительно отношусь к этому, поскольку он способствует развитию спорта и привлекает новую аудиторию. Не та блогерская деятельность, когда кто-то устраивает пранки, повреждает автомобили, я не знаю, чем они там занимаются, надругаются над кем-то. А реально продвигает бокс. И, как видно, он прекратил заниматься глупостями, делать какие-то непонятные вещи. Он просто перешел в бокс и даже создал собственное промоушен. У него уже много бойцов, которых он сам представляет, и он зарабатывает миллионы долларов, по 30–40 млн за бои. Я бы хотел, чтобы все блогеры переходили в ММА и в бокс.
– Возможно ли, что у юных спортсменов, начавших тренироваться с пятилетнего возраста, возникнет чувство обиды?
– Они выступают против соперников, которые находятся на другом уровне. Их оппоненты – это либо ветераны, либо боксёры, связанные с резонансными поединками, либо спортсмены, уже не находящиеся в пике формы. В связи с этим, они не смогут составить конкуренцию Канело или Кроуфорду. Это совершенно невозможно.
– А сейчас состоится поединок между Джервонтой Дэвисом и Джейком Полом. Как ты думаешь, каковы его шансы?
– Я думаю, вероятность крайне мала… Конечно, шанс всегда существует, чтобы попасть. Если Джек Пол сумеет поразить его, он отправит его на землю. Однако позволит ли Джервонта попасть по себе? В случае полноценного поединка Джервонта одержит победу. Если же это будет внезапный удар, у Джека Пола есть шанс нанести серьёзный удар. Он попадает и нокаутирует соперников. Но уровень мастерства совершенно разный.
– Считаешь ли ты, что спорт для многих выступает в роли своеобразного испытания, через которое люди избавляются от нежелательных привычек? Ярким примером может служить опыт Дани Милохина.
– Да, он даже неплохо начал заниматься боксом. Превращение из худощавого и неформального парня в боксера – это большая заслуга. У него 2 миллиона подписчиков, которые следят за ним и сейчас наблюдают за его боями. И эти дети говорят: «О, Даня Милохин боксирует, я тоже буду боксировать». Это очень хорошо, что он это популяризирует, и он уже тоже начал драться, как Джейк Пол. Я полагаю, что его ждет успешное будущее, и стоит рассмотреть возможность работы за границей. Он обладает яркой и привлекательной внешностью, и, на мой взгляд, его оценят в Америке.
– В самом начале своей карьеры я посетил Южную Корею. Какие впечатления остались от этого опыта? Насколько он был насыщенным и что вы запечатлели в памяти?
– Это был мой первый выезд, и я запомнил его надолго, ведь по всему городу были размещены мои плакаты. Мы передвигались на автобусе, и нам выдавали бейджи с моими фотографиями. Однако уровень организации был схож с тем, что можно увидеть в UFC. Тогда я еще не знал, что это такое, поскольку большую часть боёв проводил в Китае и России. Но организация в Южной Корее, гостиница, соблюдение расписания – всё было выверено по секундам. Я был очень удивлён подобному уровню организации. Соперник также произвёл на меня сильное впечатление. Это был очень сложный для меня бой.
– То есть, вероятно, в тот момент вы впервые ощутили такой уровень организации, концентрации и общего напряжения, ведь вокруг боёв происходило столько интересного.
– Да, это действительно так. Тогда впервые появился специалист, который занимался тейпированием моих рук, и я мог выбрать того, кто это сделает. После поединка врачи проводят осмотр, а тебе необходимо оценить ситуацию. На тот момент они изучили принципы работы UFC, скопировали эту систему и вложили значительные средства. Сейчас эта организация прекратила свою деятельность, но тогда мне было 18–19 лет. Я заработал там 4 тысячи долларов. Для молодого спортсмена было поразительно держать в руках американскую валюту.
– Я хотел у тебя спросить. Неоднократно видел, как Владимир Владимирович Путин поздравлял тебя с победой. Судя по всему, даже состоялась личная встреча. Ты воспринял это как нечто особенное? И что сейчас приходит тебе на память в связи с этим?
– Когда я только начинал заниматься единоборствами, я всегда следил за этим турниром, и у меня в голове была одна мысль: «Как же здорово было бы однажды получить пояс S-70». Поскольку из Хабаровска там выступало всего два-три человека, я мечтал о том, чтобы и мне когда-нибудь выпала такая возможность. Я очень любил эти пояса. Ведь там достаточно выиграть один бой, и тебе сразу же вручают пояс, это невероятно.
Проходит время, и мне поступило предложение о поединке. Это можно сравнить с UFC, такое предложение было. Когда тебе в UFC предлагают контракт, эти предложения можно сравнить. Ещё и Владимир Владимирович там присутствовал… И была очень большая ответственность: сборная России против сборной мира. Я сильно волновался. Я задушил своего соперника из Бразилии, и Владимир Владимирович наградил меня поясом. Все бойцы достали телефоны, желая с ним сфотографироваться, но опасались. И я первым попросил: «Владимир Владимирович, можно сделать с вами селфи?» И я сделал с ним селфи, а затем уже все начали пытаться сфотографироваться с ним. И в следующий год я повторил этот трюк. У него невероятная аура. Если бы я проиграл, я бы точно не простил себе это.
– Это значит, что он не потерял бы возможность получить пояс, а приобрел бы шанс лично встретиться с президентом, верно?
– Да, мотивация была весьма высокой. Возможность личной встречи с Владимиром Владимировичем – это большая ценность.
– Как сильно ты стремишься привезти в Россию не соревнования по грэпплингу, а UFC, чтобы выступить в главном поединке? Насколько реалистично, по твоему мнению, достичь этой цели в обозримом будущем?
– Я уверен, что так и произойдет, это случится скоро, когда наступит стабилизация и завершится текущая ситуация. В UFC обязательно приедут сюда, ведь в России очень много талантливых спортсменов, которые не могут вылететь в Америку из-за визовых ограничений, и им необходимо проводить здесь соревнования. В первый же день будет аншлаг, все билеты будут моментально раскуплены, возникнет огромный ажиотаж в городе. Они уже два-три раза проводили турниры и знают, насколько сильна в России аудитория, ведь на эти мероприятия прилетает много людей из стран СНГ. Я думаю, они сами заинтересованы в этом, чем скорее, тем лучше.
– И вот последний вопрос, касающийся этой темы: заметна ваша с Хамзатом Чимаевым тесная дружба. Это видно по тому, что вы были у него в углу, а он оказывал вам поддержку. И насколько вероятно, что такая ситуация станет для вас обычной – выступать в его углу и сопровождать его вместе с вашей командой?
– Не всегда удаётся находиться в стороне. Вот однажды я оказался в Америке, и хотя у меня не было боя, я смог прилететь. Он сказал, что на мой следующий бой он тоже будет рядом, чтобы поддержать меня. Если у него также не будет запланировано состязаний, конечно. Для этого и нужны друзья – чтобы помогать друг другу и двигаться вперёд. Один отдалился очень на расстояние, а другой друг находится где-то поблизости. Так быть не должно, необходимо поддерживать друг друга. И Хамзат – очень достойный человек, который оказывает значительную поддержку всем своим друзьям, спарринг-партнёрам, близким людям. Он не демонстрирует это в сети, но дарит автомобили и квартиры, оказывает помощь всем, чем может.
