Во Франции царит лихорадочная атмосфера: Тедди Ринер завоевал уже четвертое олимпийское золото в дзюдо, принимая участие в соревнованиях на родине, в Париже, перед восторженной публикой. Сам спортсмен предпринял попытку проникнуть на трибуны, однако службы безопасности несколько раз препятствовали ему, ссылаясь на ограничения доступа. Тем не менее, благодаря хитрости и стремительным действиям он сумел обойти систему контроля.
Меня очень тянуло к трибунам, ведь там находился Инал Тасоев, российский дзюдоист, чемпион мира и, возможно, главный соперник Ринера на этих Играх. На чемпионате мира 2023 года он даже одержал победу над известным французом, однако судьи… не оценили прием и присудили победу Ринеру. Впоследствии Международная федерация дзюдо принесла извинения и вручила Иналу второе золото, что стало уникальным событием.
Во время пресс-конференции, после того как прозвучало имя Тасоева, на лице Ринера произошла заметная трансформация: радостное выражение сменилось на тревожное, а в ответ на вопрос об отстранении российских спортсменов он резко прервал разговор, заявив: «Я не намерен отвечать на ваши вопросы. Следующий!»
Что ж — а Инал нам ответил.
Билеты на самолет и гостиницу оплатил сам
— Вы действительно приняли решение о поездке в Париж, самостоятельно приобрели билеты, чтобы наблюдать за турниром по дзюдо?
— Прежде всего, я прибыл сюда для поддержки моих друзей, представляющих другие страны. Они мне очень близки, и я хотел быть рядом с ними, оказать им поддержку. Мне было необходимо направить свою энергию в нужное русло, что, как мне кажется, удалось сделать. Зелим завоевал золотую медаль, а Целидис – бронзовую. Я вполне удовлетворен этим опытом участия в Олимпийских играх. Федерация помогла мне с приобретением билетов на стадион, а оплатить перелет и проживание пришлось самостоятельно, из собственных средств.
— Вас тут в Париже узнают?
— Я стараюсь оставаться незамеченным, под кепкой, но думаю, что за три дня мне удалось сделать около 500 фотографий. Люди, разбирающиеся в спорте, узнают меня, помнят по моему прошлому противостоянию с земляком одного из них на чемпионате мира. Полагаю, они это запомнили.
— Останетесь, по Парижу погуляете?
— Нет, я возвращаюсь домой немедленно. Мне и так сложно находиться здесь, и я стремлюсь как можно скорее вернуться домой.
Ощущение дискомфорта вызывало присутствие людей в темной одежде
— Разве вас нельзя отнести к тем, кто обыгрывал Тедди Ринера?
— Было разочек. (Улыбается.) Тогда произошла довольно странная ситуация. По моему мнению, сегодня у него не было соперников. Меня постоянно спрашивали, и немногие верили в его победу. Многие предсказывали победу Сайто, а некоторые полагали, что выиграет Крпалек. Я был убежден, что Ринер одержит победу на этой Олимпиаде.
— Каково ваше впечатление от атмосферы в помещении? Встречались ли вы с подобной обстановкой в Осетии?
— Нет, подобной атмосферы больше нигде не встретишь. Париж известен именно тем, что его спортивные залы во время соревнований по дзюдо всегда были заполнены до отказа.
— Какие ощущения, когда видишь состязания, в которых ты мог бы участвовать и побеждать?
— Я никогда не буду демонстрировать боль, даже если она будет сильной. Однако внутри меня есть неприятное ощущение, что-то гложет душу. Вероятно, это связано с тем, что я прошел отбор на эти соревнования и имел возможность участвовать, но из-за каких-то неопределенных лиц в деловых костюмах, занимающих свои кабинеты в кожаных креслах, мы не можем состязаться. Это несправедливо, так быть не должно.
— Были бы вы против Ринера…
— Я бы победил. Не потому, что турнир уже завершился и теперь я могу это сказать, а потому что я действительно был уверен в своих силах и знал, что выиграю эту Олимпиаду.
— Если бы обстоятельства позволяли, какие изменения вы внесли бы? Или же сегодня все его оппоненты действовали безупречно?
— Его выступление было безупречным, все участники показали достойный уровень. У Ринера также возникло немало вопросов, я хорошо знаком с его работой. Он спровоцировал эмоциональную реакцию Гурама, который является очень вспыльчивым спортсменом, и задал ему достойный вызов. Но, разумеется, это не смешанные единоборства, а дзюдо. (Смеется.)
Спортсмены подходят и извиняются: «Мы не планировали подобное развитие событий».
— Турнир много потерял без россиян?
— Безусловно, на сто процентов. Без нашей команды мы бы не увидели таких результатов. Ведь наша сборная в настоящий момент… Занимает ли она место в топ-3 или топ-2? Она является лучшей, это наша сборная.
— То есть победа Ринера неполноценна?
— Считаю себя человеком скромным, однако не могу умолчать о том, что соревнование было бы неполноценным без моего участия, Тамерлана Башаева. Мои результаты говорят сами за себя – они входят в число лучших мировых показателей. В настоящее время мы занимаем одно из ведущих мест в рейтинге спортсменов данной весовой категории.
— Что бы вы посоветовали спросить у Ринера? Я направляюсь на пресс-конференцию.
— У меня нет вопросов ни к нему, ни к кому-либо другому из спортсменов. Многие представители спортивной индустрии, включая тренеров, массажистов и даже французов, выражают сожаление о произошедшем. Мне нечего спрашивать у них. Вопросы следует адресовать другим лицам, ответственным за эту ситуацию.
— То есть Томаса Баха бы спросили?
— Я б с ним не разговаривал. (Смеется.)
— Как вы вообще узнали, что не едете на Олимпиаду?
— Я до сих пор не понимаю, как это произошло. Полагаю, что письмо поступило из МОК, федерация его получила и предоставила ответную реакцию. Президиум федерации принял решение, затем нас связали посредством видеосвязи и сообщили о нем. Мы выразили поддержку тренерам, федерации и нашим спортсменам.
— Таким образом, принятое решение остаётся верным? Ведь эти четверо участников имели потенциал для победы.
— Дело в том, что мы придерживаемся принципа единства команды. Если отправляемся на состязание, то делаем это всем составом. В противном случае, если один член не участвует, то и вся команда остаётся дома. Нам важно представить себя на турнире как полноценный коллектив. Возникает вопрос: почему одних разрешают участвовать, а других нет?