Александр Емельяненко не появлялся в нашей студии уже более шести лет. За это время заметно расширилась стена почета – галерея фотографий гостей редакции «СЭ». Среди новых лиц там оказалось немало бойцов.
«О, Шлеменко. Сейчас добавлю ему усы!» – подшутил Александр. Затем он заметил Александра Волкова. «Это весьма неуклюжий и угловатый боец. Если нанести удар, то скорее всего попадешь по локтю. Федя и я получали от него травмы».
О, Федор! Попросите нас повесить!»
«А вот Михаил Кокляев», — говорю, показывая Александру. Он притворяется, будто собирается сорвать фотографию. «Уберите его отсюда, он портит стенд!»
«Я поддерживаю Федора. Инициативы Кремлева не привели к каким-либо изменениям, а Умар Назарович занимает слишком много должностей»
— Мы выявили недоброжелателя. Как именно нам это удалось?
— Меня поймали довольно давно. Детали того, как мне это удалось, я не раскрою. Это может быть полезно в будущем. Если я сейчас объясню, как я выявил хейтера и отслеживал его, не начнут ли другие хейтеры скрываться? Вдруг все начнут выслеживать их.
— Он же тогда чуть ли не описался, извиняюсь?
— Он описался. Можешь не извиняться.
— Но вы его не били?
— Я не вмешивался. Подошел, коснулся его, попытался заговорить, но увидел, что у него потекли слёзы.
— Вы предоставили отрывок из недавнего интервью моего брата Федора — о Умара Кремлева — и было отмечено: «И Умару Кремлеву свойственно ошибаться». Что вы подразумевали?
— Людям свойственно ошибаться, и никто не заслуживает идеальной репутации. Я согласен с высказыванием моего брата, оно очень точное. По его словам, Умар Кремлев утверждал, что в смешанные единоборства приходят те, кто не достиг успеха в других видах спорта на любительском уровне. Однако, когда мы выступали в Pride, туда не допускали людей с менее престижными званиями, чем звание чемпиона мира. Что же касается Умара Кремлева, то я не понимаю, зачем я должен что-либо говорить… Сам Умар Кремлев не добился значительных званий в любительском спорте. Если ему где-то предоставили некую информацию, ему лучше воздержаться от комментариев и сосредоточиться на своей работе.
— На состоялись выборы президента Союза ММА. В них принимал участие кандидат Федора и кандидат Кремлева. Кандидат Федора, господин Фатеев, одержал уверенную победу.
— У Умара Назаровича значительное количество должностей. Необходимо самому принять на себя ответственность. Слишком большая нагрузка может оказаться непосильной. В сфере смешанных единоборств он не разбирается, не владеет знаниями об этой области. Он не знает, как происходят те или иные процессы, куда направляются ресурсы. Так, например, он стал президентом бокса в нашей стране. Бокс и до этого был мало заметен, и сейчас не привлекает особого внимания.
Я не слышал о проведении каких-либо крупных соревнований. Когда я тренировался под его руководством, обратился к нему с просьбой организовать бой. Он ответил согласием и попросил подойти. В итоге меня через знакомого связали с человеком, отвечающим за организацию боев. Я позвонил ему и объяснил, что Умар Назарович посоветовал обратиться к нему для организации поединка. При этом до ближайшего турнира оставалось всего два месяца, и я был в отличной форме. Однако мне ответили, что состав участников уже сформирован. Я поинтересовался количеством запланированных боев, на что получил ответ: «12». Тогда я предложил добавить еще один, 13-й бой, но мне отказали. Я спросил о дате следующего карда, и мне сообщили, что он состоится через три месяца. Таким образом, мне пришлось бы ждать пять месяцев. Я уточнил, как продвигается составление списка участников следующего турнира, и получил уклончивый ответ, с отговорками о каких-то поездках и других делах. Я понял, что дальнейшие разговоры не имеют смысла, и закончил звонок. Не стал обращаться к Кремлеву с просьбой вмешаться и решить этот вопрос за меня. Ну не получилось – не получилось. Я переключился на другие занятия.
— Значит, вы утверждаете, что финансовые ресурсы не всегда являются определяющим фактором?
— Безусловно, это не всегда является определяющим фактором. Яркий тому пример — выборы президента федерации смешанных единоборств. Финансовые ресурсы Кремлева оказались бессильны. Несмотря на его благотворительную деятельность, помощь пожилым людям и щедрые подарки, в вопросе голосования они не сыграли решающей роли.
— Вы в этом голосовании поддерживали Федора?
— Безусловно, я также опускал бюллетень в избирательную урну (смеется).
«Мужчина не должен мыть посуду»
— Возможно, когда-нибудь вам доведется встретиться с Федором и, наконец, пожать ему руку..
— Договоримся, пообщаемся лично. У каждого своя очередь. Все торопят события: примиритесь, примиритесь, примиритесь… Пусть занимаются своими делами, не вмешиваются. Это касается меня лично. Я сейчас переживаю сложный период… Развелся с женой. [Все говорят:] «О, пора тебе жениться! Мы тебе жену подберем». И все предлагают мне кандидатуры. Мне не нужна помощь в поисках жены! Я уже устал от этих навязчивых поисков.
— Разве я была замужем не дважды, а три? По-моему, именно так?
— Мой первый брак произошел в 2004 году и был таким. — Прим. «СЭ»)… Пока мы были вместе, все складывалось замечательно, было романтично. Поддавшись влиянию [других людей] и по молодости, я женился. Шесть месяцев в браке – у меня было хорошее настроение и адекватное поведение. Но когда мы просто жили вместе, начинались претензии: «Почему эта чашка стоит здесь? Почему ты не помыл посуду?» Во-первых, мужчина не обязан заниматься мытьем посуды. Я заходил в дом, мы с другом быстро поужинали и уехали. «А почему чашка стоит не на кухне, а в гостиной?» И все начиналось с чашки. «Возьми, помой». «Возьми, убери». Именно с этого и началось. Все, это конец. До свидания.
— Считаете ли вы, что женщина должна понимать свои обязанности в рамках домашнего уклада?
— Знаешь, не то чтобы говорить о своем месте в жизни… Что подразумевает брак? На мужчину возлагаются одни обязательства, на женщину — другие. Вот тогда наступит идиллия, комфорт и гармония в семье. Я не должен стирать белье, не должен мыть посуду, не должен мыть полы. Все, что касается быта, должно быть обязанностью жены. Я закончил тренировку, пришел домой уставшим. У меня спортивная сумка. Пожалуйста, положи мою форму в стиральную машину и постирай. Она не должна указывать мне: «Сам брось, легко включить». Она должна молча взять, положить, постирать, развесить, погладить утром и положить в сумку, если у нее есть время. Все для того, чтобы я мог не беспокоиться о бытовых мелочах. Иначе я сам буду складывать вещи, думать, что взять, что оставить. Ведь я иду на работу, я зарабатываю деньги, я обеспечиваю ее, обеспечиваю быт, создаю комфортные условия. Если я задерживаюсь, не нужно мне звонить и спрашивать: «Ты где, что ты делаешь?» Я занят делами. Я нахожусь на встрече, обсуждаю контракты с партнерами. И тут начинается: «С кем ты, где ты находишься?» — «Приду домой — расскажу». Кладешь трубку — снова звонки, звонки, звонки. Отключаешь телефон, приходишь домой уставшим после тренировки, измотанным после, например, переговоров. Кажется, все хорошо, но тут начинается: «Почему ты мне не ответил?» — «Потому что я был занят разговором с деловыми партнерами». — «А что, ты не мог сказать? С кем ты был? Почему ты отключил телефон?» — «Потому что ты постоянно звонила мне. Поэтому я отключил телефон. Ведь я нахожусь в разговоре, а мне звонок, звонок, звонок. И меня отвлекают, и моего собеседника отвлекают». Мне не нравится подобное отношение со стороны девушки, женщины, жены, человека, который находится рядом.
«Инъекцию поставили за 5 миллионов. Необходимо было провести еще пять подобных процедур»
— Как вы себя сейчас чувствуете?
— Состояние улучшается. С каждым днем я чувствую себя всё лучше и лучше.
— Что болит?
— У меня ничего не болит! Не понимаю, почему вы постоянно спрашиваете, что у меня болит! Я когда-нибудь говорил, что у меня что-то болит?!
— Вы же перенесли операцию. И сейчас ваша подвижность отличается от прежней.
— Постепенно, но прогресс есть. Я отказался от костылей пять дней назад и сейчас передвигаюсь без трости. — Прим. «СЭ»). Ходил с бадиком, сейчас уже без бадика. У меня идет процесс восстановления поясничной травмы. Сейчас я прохожу лечение у большого количества врачей. Я консультировался со специалистами в разных клиниках. Сейчас у меня есть несколько лечащих врачей. Один из них делает блокады между дисками — я уже сделал два укола, сегодня должен был сделать еще один, но навигатор отправил меня в другую сторону. Другой делает массаж. Третий проводит физиотерапевтические процедуры, приезжает на дом, использует магниты и другие методы. Таким образом, я извлекаю пользу из каждого приема, прислушиваюсь к рекомендациям, учитывая свою проблему, и проверяю на практике то, что мне подходит.
— Я был поражён цифрами, озвученными вами: 5 миллионов рублей за одну инъекцию.
— 5 миллионов рублей. Неожиданно для меня, я оказался на детской игре вместе с Романом Ротенбергом. Он узнал о моей проблеме и предложил: «У меня есть хороший доктор». Я согласился. Он направил меня к этому специалисту. Доктор внимательно осматривал и изучал меня около полутора часов. Затем он сообщил, что некоторые манипуляции выполнить невозможно, но есть один вариант. Я поинтересовался, какой. Он объяснял еще около получаса. Я уже ждал, когда же он закончит. Я спросил: «Какой препарат необходим?» — «Его не производят здесь, он производится в Корее». — «Хорошо, как мне его получить, записаться?» — «Я знаю один способ связаться со специалистами, но там много мошенников…» Он продолжал рассказывать. Я ответил: «Хорошо, я сам займусь этим вопросом». Судя по его реакции, он был рад. Необходимо ехать в Корею или заказывать препараты из плаценты, возможно, инъекции. Я могу сейчас ошибаться. Стоимость одной инъекции – 5 миллионов рублей. Я прикинул: «5 миллионов – это, конечно, существенная сумма…» — «Потребуется минимум пять инъекций». Таким образом, общая стоимость составит 25 миллионов. Я сказал: «Все, понял, спасибо. Пойду искать деньги». Я вышел, написал Роману, поблагодарил его: «Спасибо, что направил к доктору. Он провел осмотр и исследования, но не смог помочь. Есть препарат, который можно заказать через него, через доктора. Но одна инъекция стоит 5 миллионов, мне нужно пять, то есть 25 миллионов. У меня нет такой суммы. Буду надеяться на Божью помощь». В ответ — вот такая реакция (показывает жест сложенных рук, как при молитве. — Прим. «СЭ»). Я несколько раз пытался связаться с Романом, но он не отвечал на звонки. Я решил больше не тревожить его. При этом я звонил ему не из-за укола, не из-за личных дел. Просто я заметил, что на его странице в интернете анонсирован мастер-класс для детей. Учитывая, что он организует подобные мероприятия, я с радостью предложил бы свои услуги в качестве тренера для детей. Мне не требуется никакой оплаты. Он не отвечал на звонки, поэтому я оставил решение вопроса на случайность и полагаюсь на то, что он сам свяжется со мной.
— Похоже, что заболевание достаточно серьезное, раз для его лечения требуются такие значительные средства.
— Там невралгия. Чтобы ты представлял, что это за заболевание, я объясню простыми словами. У тебя сигнал от мозга идет непосредственно в голову от ног. У меня он, как бы, блуждает, направляется от головы к ногам, запутывается и затем достигает ног. Сейчас я передвигаюсь без костыля, без трости. У меня не наблюдалось стабилизации состояния. Я мог сделать шаг, и меня сильно шатало. Иногда происходило такое: я совершал шаг, находясь в раздумьях, а нога оставалась неподвижной. Вот почему я и ходил с палочкой. Я делал шаг, а пока сигнал доходил до ноги, она уже стояла на месте. В другой ситуации человек бы просто потерял равновесие.
— А вы на позитиве.
— А что мне унывать? Все наши проблемы берут начало в голове, в мыслях. Практически все болезни, за исключением инфекций, передающихся половым путем, возникают из-за состояния нашего разума. В каком настроении находится ваш организм, в таком и будет происходить выздоровление.
— Вы ранее заявляли о желании организовывать дополнительные поединки. Вы по-прежнему привержены этой идее?
— Я не собираюсь расставаться с этим. Регулярно посещаю спортзал и тренируюсь. Обладаю значительным опытом и хорошей функциональной подготовкой. У меня есть стремление к действию, и я нахожусь в прекрасной физической форме. Мне нужно лишь немного поработать над отдельными аспектами. Готов выйти на ринг или в зал для поединка. У меня очень хорошо получаются удары.
«Конфликта с Харитоновым не предвидится. Он находится в состоянии сильного нервного напряжения, поэтому не будем его провоцировать»
— В настоящее время грэпплинг пользуется большой популярностью. Наверняка вы наблюдали эти поединки.
— Я тебе кое-что скажу: он не пользуется популярностью. Кто им заинтересован? Только спортсмены.
— Во всяком случае, есть турниры.
— Турниры проводятся, однако там отсутствует зрительская аудитория. Они привлекательны для спортсменов, но не вызывают интереса у зрителей, подобно смешанным единоборствам. Выходит боец, например, бразилец, и его цель – избегать схватки с ударником, переводить его в партер, изматывать, истощать его ресурсы, а когда он устанет, – добиваться победы. Это зрелище не увлекает зрителя. Мне, как специалисту, интересно анализировать отдельные аспекты. Почему я не веду борьбу в партере, почему Федор, переходя в партер, либо постоянно поддерживает динамику, чтобы бой был интересным, либо использует возможность для выполнения болевого или удушающего приема. Либо спортсмены поднимаются в стойку, поскольку грэпплинг мало кому интересен. Зрители пришли на представление.
— Если ваше здоровье позволит, и вам поступит предложение о схватке по грэпплингу с достойным вознаграждением, я полагаю, вы не сможете ему отказать.
— Разумеется, я выйду на схватку. Если я выберу стиль грэпплинга, то всем будет любопытно наблюдать за моими действиями. Все будут следить за развитием событий. Я не пытаюсь найти укромное место на ринге, чтобы избежать столкновения, или выход, чтобы сбежать.
— С Александром Шлеменко вам бы сделать схватку по грэпплингу.
— С Шлеменко было хорошо. Шлеменко не боец. Достаточно, мы уже разобрались с Шлеменко.
— А вы борец, хотите сказать?
— Я — воин. Основа уже есть. Я борец, и сам себе создал возможности.
— С Сергеем Харитоновым, мне кажется, у вас схватка бы не получилась…
— Да, Харитонова тоже стоит оставить. Сережа испытал на себе немало негатива из-за интернета. Когда на него обрушились нападки, он практически исчез. Это уже пройденный этап, боя не будет, и ничего не произойдет. Все осталось в прошлом. Не стоит беспокоить Сережу, у него и так сформировался нервный срыв. Не будем его трогать.
— Михаил Кокляев выразил желание провести с вами повторный поединок. Он предлагает провести его в 2029 году, в годовщину вашего первого боя, который состоялся десять лет назад.
— Если бы Михаил Кокляев не отложил свои дела и не занялся посторонними вещами, возможно, этот поединок состоялся бы. Сейчас он занимается чем-то непонятным. Кому он интересен? Интерес к нему был, когда на ринге сошлись сильнейший человек России и Емельяненко. Когда мы вышли на ринг, все это увидели… И у меня была возможность сразу завершить бой. Я не стал этого делать, чтобы избежать обвинений в случайном ударе. Чтобы этого не было, я позволил ему немного восстановиться и… дал шанс Мише.
— Михаил выразил свое недовольство, заявив, что изначально было оговорено завершение поединка в четвёртом раунде [бой закончился].
— Никакого уговора не было. Я организовал для Миши спортзал, подсказал, где можно подраться, и помог организовать этот бой. Он как-то ввязался в перепалку в интернете. Я спросил: «Ты кто такой?» Он ответил: «Я там…» Я ему позвонил и сказал: «Если хочешь, действуй по-спортивному». — «Нет, это не то, меня неправильно поняли, Александр Владимирович». Я обратил внимание, что он обратился ко мне по имени отчеству. «Простите, если моим комментарием задел вас». — «Давай организуем бой. Я изучил ситуацию и пришел к выводу, что ты самый сильный человек». — «Да, давай». И он сразу же согласился. Я сказал: «Все, я берусь за организацию этого боя». РЕН ТВ проявил интерес, им это понравилось. Миша впоследствии был мне благодарен. Он сказал, что наконец-то приобрел двухкомнатную квартиру, жил в малосемейке, и его мечта сбылась. Вот такие похвалы он мне строил. Я сказал: «Хватит, хватит». И заблокировал его.
— Вы утверждаете, что не предполагалось, что ни один из бойцов не будет нокаутирован до четвертого раунда?
— Никаких предварительных договоренностей не заключалось. Я предлагал организовать хороший бой, обсудить тактику действий в ринге. По-моему, мы тренировались в одном зале в разное время. Когда я приходил, тренер спрашивал: «Чему можно научить человека, который никогда не занимался боксом?» Я посоветовал ему: «Приходи в спортзал, выбери время, когда там никого нет. Не будет никаких договоренностей. Просто ты сможешь понять, я пойму, как ты боксируешь, что с тобой делать в ринге. Мы почувствуем друг друга». Видимо, Михаилу было необходимо именно это.
«Работал на съемочной площадке у Германики без оплаты. В тех условиях я был не в состоянии стоять на ногах»
— В скором времени на экраны выходит документальный фильм, снятый Валерией Гай Германики. Вы уже смотрели полную версию?
— Нет.
— А что из него видели?
— Я там снимался (улыбается).
— По предварительным данным из тизера, ваше состояние настолько критическое, что вы можете не сохранять воспоминания.
— Да, я тоже испытывал подобные состояния. Бывало, что я был совершенно измотан и не мог стоять. В таком состоянии меня буквально поддерживали, и я действовал как на автопилоте. Я с удовольствием посмотрю этот фильм, он мне интересен.
— Какой гонорар вы получили за этот фильм… Предусмотрен ли он вообще?
— Оплата гонораров не предусмотрена. Валерия Гай Германика также работала над проектом без вознаграждения. Сейчас это некоммерческий фильм, и гонорары никто не получал. Когда она создавала этот фильм, у неё была надежда, что его приобретут. Я предложил: «Запускайте, запускайте». Но она отказывалась. В итоге прошло много лет, и она решила продемонстрировать эту работу. И это произошло очень кстати.
— Почему вы считаете, что вовремя?
— Потому что преждевременно демонстрировать это не стоило. Теперь я смогу трезво оценить эти обстоятельства. И, выступив перед публикой после премьеры фильма, я отвечу на все поступающие вопросы. То есть это осталось в прошлом. Я открыт для всех, как на ладони. Я не придерживаюсь принципа: «Вот это должно оставаться в секрете, а вот смотрите, какой я благополучный». Я искренен. Что было, то прошло, но сейчас я изменился. По крайней мере, я отказался от алкоголя и других пагубных привычек, веду здоровый и полноценный образ жизни. Я работаю в реабилитационном центре «Иман». И, таким образом, у меня есть чем поделиться с людьми, основываясь на личном опыте. У меня есть опыт как алкоголика, так и спортсмена. И, сопоставляя эти этапы, я могу на конкретных примерах рассказать людям, что является правильным, а что нет.
— Позвольте поинтересоваться: когда был ваш последний опыт употребления алкоголя?
— Я не придерживаюсь, знаете, этих календарей трезвости. Я и в реабилитационном центре проходил лечение, и кодировался, и пробовал разные методы. Выходил, снова срывался, пока у меня что-то не изменилось в голове. Я спорил с одними, с другими. Я не стремился к квартирам или автомобилям. Я жил тем, что приносило мне удовольствие. Сейчас я осознал, что пора прекратить жить хаотично. Необходимо избавиться от вредных привычек. Я нагулялся. Мне не нравится нынешнее состояние опьянения. Я предпочитаю здоровый образ жизни. Я говорил ранее и повторюсь: стоит учиться у детей. Жить, радоваться жизни, смеяться, веселиться, грустить, печалиться. Ребенок испытывает какое-то чувство, он не зацикливается на нем, не раздувает его до чрезмерных масштабов. Чувство вспыхивает, эмоции выплескиваются, и через несколько минут он забывает об этом, уже не помнит, что пережил. Если ему напомнят, он, конечно, расскажет. Чтобы познакомиться с кем-то, ему не требуется выпивка для храбрости или употребление чего-либо. Многие говорят себе: «Я устал, мне нужно расслабиться». Если вы устали, отправляйтесь в баню, попарьтесь. Выпустите все эмоции, весь негатив.
«Я был в первой пятерке блатных»
— Вспоминается ли вам, когда вы впервые попробовали алкоголь?
— Я не припомню, это случилось очень давно. Я рос на улице. В то время было принято, чтобы мужчины собирались во дворе, ставили там столик и играли в домино. Сначала попробовал пиво. Мне понравилось. Куда-то пошли, достали пакет. Тогда существовали специальные пивные окошки. Если у тебя была тара, то пиво наливали в нее, набирали в трехлитровые банки. Три литра наливали из аппарата. Как на заправочных станциях, где бензин заправляют, здесь так же пиво наливали в банку. Взяв этот пакет, уходили в лес, выпивали там. Пиво, вино, затем и другие напитки. Когда только появились ларьки с сигаретами, мы пошли и начали пробовать. В седьмом классе я закурил, в 22 года бросил. Как раз в заключении бросил, где все курят. У меня там были сигареты и «Мальборо», и «Парламент», всё было. Но я решил: «Нет, нужно отказываться». Постоянно ходил в спортивный зал. Всё, бросил курить, изменил свой образ жизни.
— Федор утверждал, что вы были некрепкого телосложения, когда вышли из мест лишения свободы.
— мой вес — 93 килограмма. Я поддался очарованию криминальной романтики. Там я был в числе пяти лучших.
— В первой пятерке?
— Блатной (смеется).
— Но вес вы быстро набрали.
— Быстро. Рост 193 сантиметра при весе 93 килограмма. Казался хрупким, неустойчивым. Страдал от недоедания, и были другие проблемы. Весил около 125 килограммов, когда садился.
— Вы начали выступления по боевому самбо сразу после выхода на сцену.
— Да, через месяц я одержал победу на турнире Ильи Ципурского, выполнил стандарт мастера спорта, но бумаги были оформлены на другого человека. Затем я подтвердил звание мастера спорта на последующем соревновании. И снова документы где-то пропали. После этого я стал победителем зоны России, выиграл чемпионат страны, и тут уже было невозможно указать другое имя. Именно тогда начали присваивать мне спортивные звания. В настоящее время у меня звание мастера спорта международного класса по самбо. Хотя я уверен, что мне полагается звание заслуженного мастера спорта. Я завоевал три титула чемпиона мира, а также выиграл фестиваль боевых искусств, который проводился в Китае. Одному тренеру говорю: «Возьмите документы, подготовьте их и подайте, и вас признают заслуженным мастером спорта. Я вас тоже включу в список». «Да, да, да». Но дальше дело не продвигается.
— Перед заключением вы становились победителем юниорского чемпионата Европы.
— Да. По спортивному самбо.
— Какие еще достижения в области спорта вы могли бы назвать?
— Я уже не припомню. У меня были победы в чемпионате России по кикбоксингу среди студентов, а также в чемпионате России по кикбоксингу среди военнослужащих…
— Я никогда не давал исчерпывающих объяснений этому, но позвольте мне рассказать, почему меня тогда заключили. Впервые.
— Почему я должен говорить сейчас, если раньше не говорил вам и другим?
— Потому что время идет.
— Пока этого времени еще не наступило. Я поделюсь информацией. Следите за моими публикациями в социальных сетях.
— Мне интересно рассказать о моей молодости. Я упоминал о бандах, действовавших в Старом Осколе.
— Раньше, в 90-е годы, это считалось модным. Тогда существовали банды.
— И сколько человек там было?
— Я не припомню. Не один, не два, не десять. Точное количество я забыл.
— Видимо, именно мы были инициаторами и основной движущей силой?
— Да, он был в числе лидеров. Молодой человек, не отличавшийся мудростью. Постоянно носил с собой нож, а иногда прятал молоток в рукаве. Такие были времена.
— А пользовались этим молотком? Или не приходилось?
— Ранее с подобным не сталкивался. Биты находились в багажнике. При проверках их изымали. Мы изготавливали арматуру подобного типа. Принимаете? Можете забрать, у нас имеется еще.
— Соперничающие бандформирования были?
— Такие же, как и мы.
— И дрались вы с ними?
— Велись бои, совершались различные действия. Происходили столкновения с применением оружия. Был зафиксирован весь спектр событий.
— В вас стреляли тогда когда-нибудь?
— Когда-нибудь стреляли. Об этом потом.
«Путин дал людям право выбора»
— А вы поддерживаете полный запрет на алкоголь во всей России, подобно тому, что действует в Чечне или существовал во времена Горбачева?
— Я бы не хотел этого. Вдруг введут сухой закон, и люди, подобно тому, как это происходило в Чечне, начнут выезжать за пределы региона, чтобы там напиваться, а затем возвращаться домой трезвыми. Когда действовал запрет на алкоголь, я уверен, что в каждом доме стоял самогонный аппарат. У моего отца, например, был самогонный аппарат, который он использовал дома. На улице действительно стало попадаться меньше пьяных. В целом, потребление алкоголя осталось прежним. Человеку предоставляется свобода выбора: он сам решает, употреблять алкоголь или нет. Никто не принуждает его к употреблению алкогольных напитков, наркотиков или чего-либо еще.
В настоящее время наблюдается широкое распространение наркотических веществ. Я остаюсь невосприимчивым к ним, не проявляю никакой реакции. Я убежден, что это не для меня, это мне не требуется. И я советую всем воздержаться от их употребления. Существует множество наркотиков, вызывающих зависимость уже после первого раза. То же самое касается и алкоголя: кому-то нравится состояние, которое он вызывает. Какой смысл вводить сухой закон? Что произойдет, если человека лишить возможности делать то, что ему хочется? Люди начнут возмущаться: почему лишили того, почему лишили другого…
Владимир Владимирович предоставил гражданам свободу выбора. Теперь каждый может сам решать, чем заниматься: работать и получать заработную плату, вести собственный бизнес, стать спортсменом. Либо, к сожалению, прибегнуть к деструктивному образу жизни. Никто больше не будет направлять и поддерживать, как это было в советское время, когда все следовали единому пути: работа – дом, работа – дом. В советское время мы могли рассчитывать на путевку для отдыха, например, в Кисловодск. Теперь каждый может сам распоряжаться своим временем, наслаждаться жизнью и, при желании, выезжать за границу, оформляя визу. Многие люди оказались в замешательстве, не зная, какой путь выбрать. И при этом они жалуются на трудности жизни. Мы живем в наиболее благоприятный период за всю историю России, исключая, конечно, период царской власти, о котором у нас мало информации. Если сравнить коммунистов, Горбачева, Ельцина и Владимира Владимировича Путина, то необходимо понимать, что на него возложена не только внутренняя политика, но и внешняя, а также ответственность за его окружение.
— А вы, кстати, принимали участие в голосовании в 2000 году? В то время вы находились в заключении.
— Голосовал.
— За кого?
— Я поддерживаю Владимира Владимировича. Всегда отдаю свой голос за него.
— И не пропускаете выборы?
— Если я не могу лично посетить избирательный участок, я проголосую с помощью портала «Госуслуги».
— Насколько тяжело было жить в Старом Осколе в 90-е годы?
— Состояние было крайне тяжелое. Возник вопрос, почему мне необходимо выходить на работу, чтобы обеспечивать семью. Причина заключалась в том, что у нас не было средств даже на приобретение белого хлеба. Он был на четыре копейки дороже, и мы съедали его целиком. Серый хлеб был доступнее по цене, но его употребляли постепенно, отламывая по кусочку. Одна буханка хватала на целый день для всей семьи.
«В Японии татуировки не вызывали затруднений, однако именно кондиционеры стали причиной моего недуга»
— Я хотел узнать о ситуации с Pride. Бои проходили в Японии, где существуют ограничения на посещение бань и бассейнов для людей с татуировками, поскольку татуировки в японской культуре связаны с якудзой. Возникали ли у вас какие-либо трудности в связи с этим?
— Проблем с моей стороны не возникало. Изначально, когда мы посетили баню, у них возникло напряжение, однако впоследствии мы пришли к соглашению и решили, что никаких проблем не будет. Посещение бани осуществлялось не самостоятельно, а с участием организаторов, то есть вопрос был урегулирован заранее. Банный комплекс, в который мы ходили, был проинформирован о том, что мы являемся спортсменами, бойцами и не связаны с якудза. После чего мы спокойно парились.
— Чему нам у японцев можно поучиться?
— Культуре, умению сдерживать себя, взаимоуважению, почтению к старшим. Есть много уроков, которым можно научиться. Я вспоминаю, как однажды пришел в какое-то место, и там был Шинода, представитель Pride. И у них была такая культура… Я спросил: «Почему они все кланяются?» Это у них как бы «спасибо», и на поклон нужно отвечать поклоном. И я поклонился Шиноде. Он старше меня, я знаю, что он представитель Pride, и у меня к нему уважение. Он сделал для нас очень много, мы проводили вместе много времени. Я ему кланяюсь. Он снова мне кланяется, я снова ему кланяюсь. Он снова мне кланяется, я снова ему кланяется. И мне сказали: «Хватит, пойдем». Мы стояли и откланивались друг другу по пять-шесть раз (смеется).
— Противостояние с Барнеттом оказалось… Победа в этом поединке могла кардинально изменить траекторию развития вашей карьеры. Вы уверенно доминировали в первом раунде, демонстрируя преимущество в клинче. Однако во втором раунде вы ощутили нехватку сил, соперник провел тейкдаун и применил удушающий прием кимура. Что стало причиной столь быстрой потери энергии?
— В Японии наблюдается высокая температура и избыточная влажность, поэтому повсеместно работают кондиционеры – в ресторанах, магазинах, такси. Мой организм, не привыкший к подобным условиям, отреагировал негативно. У нас кондиционерами пользуются редко, только в самые жаркие летние дни. А в Японии они функционируют постоянно и устанавливаются на минимальную температуру. Японцы уже привыкли к кондиционерам и выработали к ним устойчивость. Мы посетили несколько заведений, и в итоге я заболел. Во время поединка у меня была температура 38,1 градуса. В первом раунде передо мной стояла задача нокаутировать Барнетта. Я осознавал, что если не смогу этого сделать, то потеряю силы. Когда объявили второй раунд, меня поднимали секунданты из угла. Я был полностью истощен, мой запас прочности иссяк. Я уже был на грани. Раньше бои длились 10 минут в первом раунде и по 5 минут во втором. Сейчас всё иначе: два минуты дрались, опустили руки в колени и пытаются отдышаться: «Что делать дальше?» Мы дрались 10 минут. Отменить этот бой было невозможно, так как это было очень масштабное мероприятие. То есть, несмотря на недомогание, нежелание и болезнь, я должен был выйти на ринг и подраться.
— Какие гонорары вы выплачивали в Pride?
— Вообще никакие, копейки.
— В настоящее время минимальная выплата за участие в боях в рамках организации UFC составляет 12 000 долларов.
— Я не могу точно сказать, какие суммы мы получали в Pride. Мне известно, что информация о минимальном гонораре в 12 тысяч долларов для UFC не соответствует действительности. Есть бойцы, с которыми я недавно общался, и среди них немало тех, кто выступает безвозмездно. Они выходят на ринг без оплаты. Если их выступление вызывает интерес, они продолжают карьеру, если нет — покидают спорт. Я разговаривал с одним таким парнем буквально пару дней назад. У него шесть побед и одна ничья.
— С Ренатом Фахретдиновым, значит.
— Контракт с ним был расторгнут. Причины не названы. Он пребывает в замешательстве, не понимая, что послужило поводом. Объяснений ему не предоставили. Контракт расторгли, и на этом все.
— Михаил Малютин рассказывал, что во время совместных посещений различных заведений в Петербурге, мужчины часто предлагали ему померяться силами в армрестлинге. Встречались ли среди них особенно бесцеремонные люди?
— Особо наглых не наблюдалось. Но я хочу подчеркнуть, что в армрестлинге у меня еще не было поражений. Даже Федю я борол на руках. Я помню, он подбадривал меня: «Давай, давай!» Это было, когда мы еще в училище в Старом Осколе занимались. А там стояла массажная кушетка, где спортсмены отдыхали. Я говорю: «Ну давай!» Мы встали и я его поборол. А он посмотрел на меня, словно собирался подраться, но в шутку, по-братски. Я убегал от него по всему залу, прятался среди мешков.
— В настоящее время в России уделяется внимание популяризации армрестлинга, и вы наверняка наблюдали соответствующие шоу, где, в частности, выступал Алексей Олейник. Хочется обратить внимание организаторов: Александр еще ни разу не проигрывал!
— Никто не выиграл. Ну и Олейник… он Олейник (улыбается).
— Матч между вами и Олейником по армрестлингу был бы весьма интересным.
— Я бы выслушал предложенные условия, узнал бы подробности о турнире: его формат, место проведения, цели. Чтобы я согласился на бой с Олейником, мне бы даже не нужно было просыпаться — я бы просто перевернулся на другой бок и продолжил видеть приятные сны.
— Не могли бы вы рассказать о ваших достижениях в области физической подготовки? Если говорить о жиме лежа, то я поднимал вес в 170 килограммов.
— 200.
— Как это 200?
— в Грозном я участвовал в мероприятии, посвященном 200-летию, и даже где-то снимал это на видео.
— Там же 170…
— общий вес — 200 килограммов. Это блины весом по 50 килограммов каждый, а также гриф весом 20 килограммов. Итого, на перекладине находилось 200 килограммов.
— Для выполнения жима штанги весом 200 килограммов необходимо уделять особое внимание отработке жима лежа.
— Когда я жил в Грозном, у меня не было особых занятий. Мой распорядок дня был следующим: я просыпался, пробегал не менее пяти километров, затем отправлялся в спортзал на утреннюю тренировку по общей физической подготовке. Я сам определял, какие группы мышц буду прорабатывать, например, в один день – грудь и спину. Для этого у меня были специально установлены тренажеры. Вечером я занимался общей тренировкой со всеми желающими. На следующий день в программе были ноги и еще какие-то упражнения, затем бицепс и трицепс, и таким образом я дважды в неделю прорабатывал каждую группу мышц.
— Что касается бега, вы преодолевали дистанцию в сто метров на скорость?
— Я никогда не занимался бегом. Это мне не пригодилось. Зачем? Беговые упражнения были в моей программе, когда я занимался боксом под руководством Олега Владимировича Меньшикова, тренера в «Торпедо». Мы пробегали 10 кругов в свободном темпе, а затем по сигналу выполняли ускорения на 20 секунд, чередуя их с 40-секундными перерывами для восстановления. Я не припомню, сколько таких повторений у нас было. После такой тренировки я чувствовал сильную усталость. История о моих занятиях бегом под руководством профессионального легкоатлета передавалась мне от Феди.
— Расскажите вы теперь, как это было.
— Мы прибыли на сбор, и я подумал: «Отлично, сбор, пора бежать, первый кросс, у меня много сил, сейчас пробегу». Мы начали забег довольно спокойно. Едва выбежали с базы, как увидели легкоатлета. Я предложил: «Может, посоревноваться с ним?» Федя ответил: «Давай». Я спросил: «Согласен? До знака кто быстрее добежит? У тебя тренировка идет, все равно делаешь взрывные движения. Давай посмотрим, кто окажется первым». — «Хорошо, давай». И мы начали соревноваться. Я добежал и, чтобы скрыть усталость, демонстративно продолжил бежать дальше. Выбежал на поверхность, дождался остальных. Сказал: «Я вас там подожду». Забежал — и сразу же упал. Лежу, мне плохо, голова болит от недостатка кислорода, подташнивает. Зачем я это сделал? Сижу, не могу встать. Мне настолько нездоровится. С трудом поднялся и увидел, что легкоатлет остановился. Я еле передвинулся до базы.
«Федя принимал ванну, позвал меня и попросил: «Пожалуйста, передай маме, что я утонул!»
— Есть ли у вас рассказ о Федоре, который был бы по-настоящему добрым и интересным?
— У нас случается немало трогательных моментов. Я вспоминаю, как в детстве, когда я был маленьким, Федя купался в ванной. Я услышал, как он кричит: «Саш, Саш!» Я подошел к нему: «Что?» Мы с ним немного поговорили. И он спрашивает: «Слушай, что делает мама?» Я ответил: «Да не знаю, сидит в гостиной, чем-то занята». — «Пойди, скажи: Федя утонул». Я согласился. Захожу в гостиную: «Мам!» Она спрашивает: «Что?» — «Федя утонул!» Она посмотрела на меня. А я стоял и улыбался. Она сказала: «Врешь». Я рассмеялся. Повернулся и увидел, что отец, как молния, выскочил из кухни где-то посередине коридора. Я говорю: «Я пошутил». А отец, не теряя времени, бросился спасать Федю. Он услышал на лету: «Я пошутил», остановился, посмотрел на меня и подошел. И как дал мне подзатыльник! У меня по всему телу прошел электрический разряд. Никогда в жизни родители не давали нам таких подзатыльников.
— Сейчас я продемонстрирую фотографии, а вы, пожалуйста, высказывайте свои комментарии. Смотрите, на снимке вы находитесь на спортивной площадке.
— Это спортивный лагерь «Белогорье». Сейчас мы на сборах. Мне кажется, мне было около 16 лет. Тогда мы выполняли упражнения с резиновыми жгутами, которые используют борцы. Мы вставали в стойку и выполняли подвороты. Если не удавалось полностью скрутиться и задерживались в конечной точке, резина разворачивала нас обратно. Это была очень упругая резина. На этом сборе мы много тренировались, и наш тренер, Владимир Михайлович Воронов, сказал, что в конце нас ждет «кросс мужества», «холмы мужества» и «резина мужества». «Резина мужества» предполагала тысячу подворотов. «Холмы мужества» — это был длинный и неприятный подъем, на который, как мне помнится, нужно было подняться 30 или 50 раз без передышки. «Кросс мужества» — это дистанция в 36 километров, один круг которой составлял 12 километров. Бежишь, бежишь… Помню, когда до последнего километра оставалось совсем немного, ноги двигались сами собой… Кажется, что ты бежишь, а на самом деле поднимаешь ноги на месте, топчешься, полностью теряешь концентрацию – лишь бы доползти.
— Вот фотография тоже старая.
— Это был наш котик. Вот моя сестра Марина и брат Федор. По-моему, он как раз вернулся из армии. Это в комнате моей сестры.
— Как звали кота?
— Васька. Ранее у котов было два имени: Вася и другое. [Смотрит следующее фото.] Это пионерский лагерь, расположенный в Белогорье. Это Воронов Владимир Михайлович, а рядом со мной – Протасов Олег Владимирович. Он был моим первым тренером, к сожалению, уже ушедшим из жизни. Хочу рассказать о Протасове Олеге Владимировиче – о причине его смерти. Он переболел простудой и, казалось, уже поправился. В субботу пришел к нам, а по субботам у нас был такой день: мы бегали, играли в футбол, а затем ходили в баню. Он поиграл в футбол, немного разбежался, вспотел и пошел в баню. Вернулся домой, лег спать и не проснулся. Это была сердечная недостаточность.
— То есть молодой был совсем…
— Да, он очень молод. Людям, страдающим заболеваниями, противопоказаны баня и физические нагрузки, способные спровоцировать простуду. Не стоит пренебрегать этим. Необходимо дождаться полного восстановления организма, прежде чем посещать баню и заниматься спортом.
— А кого-то помните из этих ребят?
— Я помню многих… Ну, не всех, но достаточно. Этот парень в полосатой одежде — Денис Курилов, менеджер Fedor Team и руководитель спортивного комплекса имени Александра Невского в Старом Осколе. — Прим. «СЭ»). Вот это Ренат, это Алеша Августов. По-моему, вот этот человек — Миша Медведев.
— В вашем возрасте вас уже рассматривали как одного из самых многообещающих?
— Никто из тренеров никогда не обращал на меня внимания. Я постоянно конфликтовал с тренерами и меня часто выгоняли из спортзала. Однажды тренер даже выгнал меня из пионерского лагеря. Я часто уходил, бросал занятия. Перспективным считался Денис Курилов, у него был неплохой бросок. Он многократно побеждал среди юношей, быстро и красиво. Долгое время он казался многообещающим. Однако, в период полового созревания Денис не смог продолжать тренировки.
— Вот еще, смотрите.
— Да, это Амстердам, Голландия. Я помню всех. Гилберт Айвел стоит рядом, Стефан Леко. Оверим здесь, Алистар.
— Спарринговали с ним?
— С Оверимом мы много тренировались. Он был очень упругим, и мне доставляло удовольствие проводить с ним спарринги. Он хороший, техничный боец, довольно высокого роста. Однако ему не хватало напора. Он неплохо владел ударами коленями и ногами. Когда я научился защищаться от коленей, мне стало очень нравиться бить его! Он буквально не знал, куда прятать голову, и уходил вот так. Я спрашиваю: «Ну как, тебе понравилось спарринговать?» А у них ещё какая задача? Они работают в спарринге, нанося удары только по корпусу, избегая попаданий в голову. Они берегут головы. Я предложил ему: «Слушай, раз мы с тобой профессиональные спортсмены и готовимся к соревнованиям, давай проведем полный бой». Он ответил: «Давай». И я начал его атаковать! Там было так много тренирующихся, что у него не было возможности уйти или убежать, он оказался в окружении. Это была отличная схватка. У нас был хороший тренировочный процесс.
— Эрнесто Хуст, Реми Боньяски?
— Да, Эрнесто Хуст — я с ним занимался, боксировал. Мне было приятно работать и боксировать с Эрнесто. Помню, как он меня отчитывал, сильно бил по голове. Он умел очень хорошо объяснять. Он говорил мне: «Ты неверно выполняешь лоу-кик». — «Почему?» Я всегда бил стопой, полагая, что именно стопой и нужно бить. Он пояснил, что стопой бить нельзя, поскольку при блокировании удар стопой может попасть в щиток или голень и привести к перелому. Были даже такие случаи. На самом деле существует множество техник выполнения лоу-кика.
— Но вы ногами в боях редко работаете.
— У меня возникли проблемы с ногами: повреждены мениски, перелом таза, разрыв связок, отсутствует гибкость. Однако тренер Воронов Владимир Михайлович, являясь мастером спорта по дзюдо и самбо, выбрал карате. Он демонстрировал отличную работу ногами, наносил удары ногами, но не выставлял это напоказ. Он также хорошо владел мечом, предпочитая тренироваться в уединении, используя настоящие мечи, а не бамбуковые.
— Хороший был человек?
— Помню, в Белогорье мы собирались, шутили, смеялись. И тут появляется Олег Протасов: «Спать!» Мы отвечаем: «Да-да-да». — «Еще раз – приседайте!» Мы снова смеемся. Он заходит в третий раз, уже очень поздно: «Все в коридор!» Мы выходим приседать. И приседаем, не обращая внимания на то, кто перед нами – тренер или нет, можем еще поговорить. И вдруг появляется Воронов Владимир Михайлович. Он всегда был строг и старше нас. У него были не современные тапочки, а резиновые, с шипами и массажерами – жесткие. И он говорит: «Емельяненко, можно на пару слов?» Я подумал: «Ну, это неплохо». А он спал в последней комнате. Я говорю: «Все, ребята, приседайте дальше». Открываю дверь и вижу – Михалыч стоит, у него в руке тапочек. Я думаю: «Ой, тапочек…» Я понял, что сейчас будет на моей заднице. А он говорит: «Поворачивайся». — «Может, не надо?» — «Давай, поворачивайся». И как дал мне тапком! Когда он бил, я хватался, падал и начинал скользить. Задница горела. И я слышу, кто-то там начинает смеяться… А ему: «Заходи, ты следующий».
— А сейчас, Александр, я продемонстрирую вам видеозапись. Посмотрите, она вызывает самые теплые чувства.
— (На экране видеозапись, датированная 31 декабря 2005 года: Федор входит в раздевалку после победы над Зулузиньо, пожимает руку Александру, они обнимаются.) А, 31 декабря, верно. В Японию они регулярно приезжали, проводили там бои.
— Федор одержал победу над Зулу, а вы – над Настулой.
— Да, Настя. Олимпийский чемпион, спортсмен по борьбе и дзюдо. Он не проигрывал ни одной схватки. Зулузиньо? Он очень переживал, когда на его пути оказался такой крупный соперник, как Федя.
— А Федор сумел одержать победу всего за 20 секунд. Вот вы обнимаетесь с Федором, именно так это происходило.
— Так было и так будет. Не переживай.
Я хорошо помню нашу поездку в Корею: тогда были я, Федя, Мичков и Воронов. Мы оказались в кинотеатре 5D. Нужно лишь надеть специальные очки и смотреть фильм. На экране идет «Терминатор». Он разрушает все вокруг, крушит, и это жидкий Терминатор. И вот он, увеличивает палец, увеличивает, приближает его. Внезапно! Стреляет – и пуля попадает в глаз. А Мичков, не растерялся, уклонился в сторону (смеется)!
— Смотрите, Александр, это Кисловодск, я думаю.
— Да, это в Кисловодске. У нас проходила тренировка в бассейне, включавшая плавание и последующие специальные упражнения в воде, направленные на отработку ударов под водой. — Прим. «СЭ»). Мухаммед Али чрезвычайно много тренировался. Без использования отягощений сухожилия не травмируются. Я рекомендую всем боксерам попробовать тренировки в бассейне. Определите для себя подходящую глубину, немного приседаете и выполняете упражнения в воде. Таким образом, создается естественное сопротивление.
«Прибыв на Афон, я сразу же столкнулся с предложением принять монашеский постриг»
— Вот такое фото… Это было тринадцать лет назад…
— Да, это Афон. Здесь обитал святой подвижник, его келья находится всего в двадцати метрах, поблизости практически нет других построек… Заметишь, дерево выросло в форме креста.
— С тех пор туда уже не ездили?
— Не получалось.
— Тяжелая жизнь была в монастыре?
— Она не сложная. Однако, сложно адаптироваться к распорядку: ранние богослужения, постоянные посещения служб. Перестроиться на их ежедневный график оказалось непросто. Я сам просыпался и посещал молитвы, меня никто не приглашал.
Там была значительная куча дров. Я попросил отца дать мне какое-нибудь поручение. В этом монастыре у каждого монаха есть определенные обязанности. Кто-то готовит пищу для братии на кухне, кто-то следит за чистотой территории, кто-то отвечает за водоснабжение. Все заняты делом, весь монастырь функционирует как единый механизм. Он спросил меня: «Ты видел эту гору дров?» — «Да». — «Вот тебе топор, иди, раскидай». — «Конечно». Я переколол все дрова. Поломки топоров, наверное, было около пяти. В конце концов, я спросил: «Зачем я их раскалываю? Есть куда их крепить?» Там была сварочная установка. Один из монахов приварил мне половинку топора к железной трубе, и этим же инструментом я переколол все дрова. Мне очень нравилось заниматься этой работой. Просыпаешься утром, и первым желанием становится пойти на послушание – колоть дрова. Необходимо было не только расколоть, но и аккуратно сложить их, чтобы они были не просто расколоты и разбросаны. Везде царил порядок. Закончив работу, я взял веник и убрал за собой, чтобы не осталось ни одной щепки.
— А сколько вы там пробыли тогда?
— По-моему, три месяца.
— Разве это не русский монастырь, принадлежащий Русской православной церкви? Значит ли это, что все монахи общались на русском языке?
— Это не монастырь, а келья, приписанная к монастырю. Монастырь представляет собой крупное здание, и у каждого из них есть своя территория. Я помню, что это не было русским монастырем, хотя там проживали русские монахи. По всей видимости, это было связано с каким-то греческим монастырем. Отцу Авраамию была предоставлена келья, и он получил благословение на улучшение земельного участка, принадлежащего монастырю. Ранее там не было ничего, кроме колючек и кактусов. Сначала он возвел небольшой домик, а затем постепенно, шаг за шагом, занимался благоустройством территории, строил кирпичные постройки. В итоге получилось прекрасное место.
— Вы там постоянно молились? Похоже, Афон — не то место, где можно легко начать непринужденный разговор с монахом на любые темы.
— Я познакомился с одним замечательным монахом, с которым у нас сложились хорошие отношения. Я часто навещал его, беседовал, задавал вопросы, получал ответы. Он объяснил мне, что монахам не положено разговаривать с мирянами, но, поскольку я искренний и мои вопросы не содержат скрытых мотивов, он попросил благословения у отца Авраамия, и тот разрешил ему немного направлять меня, помогать, делиться знаниями. Что там? Что здесь? Что стоит почитать? Что взять? Из-за моей неопытности у нас иногда возникали споры и разговоры.
— А как вам удалось туда попасть? Ведь туда нелегко пробраться.
— Сергея Брагина мне посоветовал поехать туда. Впервые, когда я посетил Афон, мы также остановились в этой келье, но тогда ничего не осознал. Мы провели там неделю. Сегодня мы переночевали в этой келье, а на следующий день отправились в один монастырь, затем во второй – посетили, ознакомились с ним, увидели иконы, пообщались. Тогда я тоже ничего не понял. И позже, в какой-то момент, мой друг Николай Николаевич спросил: «Не желаете ли вы поехать на Афон?» – «Давайте. А на какой срок?» – «На какой хотите». Меня увлекло, мне понравилось, и в итоге я остался там на три месяца. У меня даже виза просрочилась.
— Александр, как это пребывание вам помогло? Это был 2013 год, и тогда произошла история с потасовкой в кафе с пожилым человеком.
— Да, в какой-то момент это было полезно. Однако, возвращаясь из умиротворяющего места в обычную реальность, сразу теряешь ощущение того, где побывал. И вновь начинаешь вести привычный, повседневный образ жизни. Все, что было пережито, словно стерлось из памяти. Не произошло никакого прояснения в мыслях.
Когда мы впервые посетили Афон и путешествовали по монастырям, в одном из них мы встретили старца, который, хотя и не был признан святым, пользовался к нему таким же почтением. Чтобы быть постриженным в монахи, некоторые живут там от пяти до десяти лет. Кто-то не выдерживает и уезжает, кто-то принимает постриг раньше. То есть там нет установленного срока пребывания, будь то два года, год или месяц, прежде чем человека постригут. Настоятель наблюдает и оценивает. Мы приехали, разговорились с ним. Он был греком. Там произрастают грецкие орехи. Я собирал их, снимал скорлупу, раздавливал и ел – свежие, молодые орехи. И тут он предложил мне: «Давай я тебя пострижу в монахи». – «Меня в монахи?» – «Да». Я подумал, что он шутит. «Ха-ха-ха-ха». Мы посидели, посмеялись, я старался воспринимать это как шутку. А он сказал: «Я серьезно говорю, я могу постричь тебя в монахи прямо сейчас». Ну и я ответил: «Я пока не готов к этому, я еще не пришел к этому. Но если когда-нибудь приду, то обязательно приеду. Спасибо вам».
После того, как я прибыл в монастырь [где провел три месяца], я обратился к Вадиму [монаху] и поведал ему о своих местах пребывания, о путешествиях и о старце, с которым мне посчастливилось встретиться. Он воскликнул: «Невероятно! Это был святой человек при жизни! Как хорошо, что ты с ним повстречался!» — «Да. И он предложил мне принять монашеский постриг». — «Что ты говоришь! Такие люди не могут говорить такие вещи в шутку! И что ты ему ответил?» — «Я сказал, что пока не готов». Вадим уже пять лет находился там, но его не могли постричь в монахи, а меня – с первого раза хотел. Однако мне это было не нужно.
