Денис Тюлюлин стремительно заявил о себе как о заметной звезде российского стендапа, работающего с ведущей промоутерской компанией. Он неожиданно появился в UFC, денис, проведя в лиге недолгое, но яркое время, одержал несколько впечатляющих побед, однако вскоре покинул её. Тем не менее, карьера спортсмена не завершена, и он наверняка порадует нас новыми зрелищными поединками. Мы пообщались с бойцом, чтобы узнать о его планах, поговорили о жизни в Америке и проанализировали перспективы Рината Фахретдинова в борьбе за чемпионский титул.
— Твоя карьера началась с работы на входе в клуб под Москвой, где ты трудился вместе с Эдуардом Германским, а сейчас ты являешься частью ведущей организации смешанных единоборств в мире. Оглядываясь назад, ты осознаешь, какой путь ты прошел?
— На эту тему есть о чём рассказать. В последнее время я часто бываю в командировках по регионам, посещаю детские дома и другие учреждения. Недавно, например, был в Красноярске. В регионах очень много детей, и им гораздо труднее добиться успеха, это непростой путь. Если ты находишься в Москве, то уже на полпути к успеху, из столицы пробиться куда легче, чем, скажем, из отдалённых районов. Путь у того же Эдика, как мне представляется, был сложнее, чем у меня. Парень из Луганской области, он тоже работал в моей охране и тоже смог добиться признания. У меня много знакомых, не связанных со спортом, которые, как вспоминается, однажды готовили вместе со мной пельмени в чайнике, а теперь у них есть отдельный человек, который занимается запуском автомобиля.
Возможно, моя оценка пройденного пути не совсем точна. Трудности прошлого кажутся иными, когда смотришь на них сейчас. Не хочется жаловаться на прошлые лишения, ведь, кажется, около десяти лет назад все жили примерно так же. Поэтому я не считаю свой путь чем-то выдающимся. Встречались моменты везения, были те, кто оказал мне поддержку, и были этапы, пройденные собственными усилиями. Ещё одно важное наблюдение: те, кто дошёл до конца, не отказавшись от своего пути, обязательно добились результатов. Были и более талантливые люди, но они по разным причинам прекратили своё участие. У каждого свои обстоятельства: у кого-то появились дети и семья, у кого-то изменились условия работы. Многие в сфере единоборств начинали как подработка, не как основной источник дохода. Людям необходимо обеспечивать свои семьи, поэтому они вынуждены были прекратить заниматься боями.
— Практически в двадцати боях вы оказывались в короткие сроки уведомления около половины раз. Вы не делали подобные расчёты?
— Нет, и мне, откровенно говоря, это безразлично. Другим я бы не посоветовал поступать подобным образом. В моей ситуации это, возможно, служило средством для достижения цели. Сложно иначе выразить свои мысли. Я не сожалею об этом, у каждого своя дорога.
— Если бы появилась возможность всё вернуть, вы бы снова использовали короткие уведомления?
— Оглядываясь назад, я уверен, что, обладая нынешним опытом и пониманием, принял бы иные решения. Но если бы я вернулся в прошлое без этих знаний, поступил бы точно так же. Денег требовалось – выходил на ринг, и это было единственным выходом. Однако, имея современный опыт, я бы действовал продуманнее и изобретательнее.
— Но тогда бы ты не попал в UFC, поскольку именно тогда ты появился на поле взамен другому игроку и обеспечил себе проход в высшую лигу…
— Действительно, нет никакой уверенности, что я бы поехал в Америку.
— Иногда участники отказываются от соревнований при минимальном предварительном уведомлении, чтобы сохранить свои достижения и избежать поражения…
— Мне всё равно, я не придаю этому значения. Полагаю, многие участники также не обращают на это внимания. В качестве примера, Ринат Фахретдинов. Он демонстрирует высокий уровень мастерства и тщательно готовится к каждому бою, но если спросить, насколько для него важен его рекорд, вероятно, он скажет, что не очень. Для непосвященного это имеет значение, но для самих бойцов – нет. В зале есть невероятно сильные соперники, с которыми не хотелось бы встречаться, несмотря на их, возможно, не идеальные показатели.
— Твой результат можно назвать сбалансированным: десять побед и десять поражений. Какие у тебя дальнейшие планы?
— Сейчас я нахожусь в Душанбе и пытаюсь оформить визу в США. Однако это не означает, что я планирую продолжить карьеру там. Возможно, я просто хочу туда поехать, так как уже много раз бывал в Америке, но раньше у меня не было возможности что-то там посмотреть из-за постоянных тренировок. Пока я не могу сделать никаких заявлений о своем спортивном будущем. У нас дружная команда, мы всегда поддерживаем друг друга, поэтому виза в данном случае необходима. О моём будущем я пока ничего не могу сказать. Я отдыхаю, ну, как отдыхаю – ежедневно посещаю тренировочный зал. Я хотел полноценно отдохнуть, но сейчас должен помогать команде. В середине октября мы с Ринатом Фахретдиновым вылетаем в Абу-Даби, где у него запланирован бой.
— Ты будешь в его углу?
— Нет, я не буду находиться в углу по ряду причин. Однако в подготовке буду участвовать до самого конца. Возможно, я буду в раздевалке.
— Про финансовую составляющую. Ты провёл в UFC шесть поединков. Удалось заработать? Можешь сейчас позволить себе какие-то вещи, которые раньше не мог себе позволить?
— Да, безусловно. Я не получаю огромный доход, однако мое финансовое положение значительно улучшилось по сравнению с тем, что было два года назад, когда я практически ничего не имел. Тогда я проживал в общежитии, деля комнату с другими жильцами. Сейчас ситуация, несомненно, изменилась в лучшую сторону.
— Какой твой бой запомнился в UFC?
— Это мой последний бой. Я говорю это, потому что осознаю свои ошибки. Я не просто мог проиграть, я должен был одержать победу. Однако, это не мешает мне двигаться дальше.
— У вас значительный опыт работы в фитнес-клубах Москвы и США. Какие преимущества и недостатки вы видите в фитнес-среде этих двух стран?
— Всё зависит от особенностей каждого зала. Например, в Лас-Вегасе отсутствуют сауна и ледяная комната, есть только инфракрасная сауна, и она не отличается высоким качеством. Во Флориде же доступны все эти удобства, включая комнаты отдыха и питания. Однако, я полагаю, что наши залы не уступают им по качеству. Уверен, что в ближайшее время в Москве появится современный фитнес-центр с гостиничным комплексом. Кроме того, стоит отметить, что американские залы ориентированы на профессиональных спортсменов, в то время как наши залы поддерживаются за счёт абонементов любителей.
— По мнению некоторых, нашим военнослужащим необходимы меры по восстановлению сил. Они работают до изнеможения, когда включаются в работу, и это не всегда является положительным фактором.
— Да, такое действительно заметно. И я сам испытываю то же самое. Мы постоянно поддерживаем друг друга в стремлении к тренировкам, постоянно работаем над собой. Сложно сказать, хорошо это или плохо. По-моему, это зависит от личных предпочтений. Каждый спортсмен находит свой подход к тренировкам. В США я заметил, что существует тенденция к более внимательному восстановлению, к щадящим нагрузкам. У нас к этому относятся строже. Да и сами спортсмены более требовательны в этом плане.
— Являются ли Соединенные Штаты на данный момент лидером в мире по количеству залов смешанных единоборств?
— Это непростой вопрос. В плане количества спарринг-партнёров у них ситуация складывается более благоприятная. Безусловно, есть аспекты, которые стоит изучить и, возможно, взять на вооружение. Но утверждать, что у них всё идеально, а у нас плохо, было бы неверно. Результаты говорят сами за себя – в каждой ведущей лиге у нас есть чемпионы. Тем не менее, если рассматривать исключительно результаты в смешанных единоборствах, я бы, вероятно, поставил Бразилию выше США. А мы с американцами делим между собой второе или третье место.
— Вы нередко заявляете, что Москва — самый прекрасный город на планете…
— Это вполне обоснованное утверждение, и я разделяю эту точку зрения. Наличие комплекса факторов – возможностей, безопасности и чистоты – играет важную роль. Назовите мне город в США, который смог бы объединить все три этих характеристики? Подобных мест не существует. К тому же, уровень сервиса, который мы предлагаем, нигде больше не встретишь. Например, такси и доставка – все это доступно, а в Калифорнии в 11 вечера сложно что-либо заказать. Повторюсь, это моё личное мнение, основанное на личном опыте, так как я много где побывал.
— Что касается Рината Фахретдинова. Понимаю, что вас связывают дружеские отношения, но вы могли бы дать оценку его перспективам в UFC?
— Он станет чемпионом. Кто способен одолеть его в полусреднем весе? Ринат прогрессирует и совершенствуется. Мы интенсивно тренируем его. Да, были недочеты в поединке с Залески, но он извлек уроки из этой ситуации. Далби оказался очень стойким соперником, бой выдался непростым, но Ринат показал характер. Очевидно, что есть сильные бойцы, но у Фахретдинова есть все необходимые качества для завоевания чемпионского титула.
— Шавкат Рахмонов, Джек Маддалена – люди с выдающейся силой, например…
— Рахмонов Ринат, вероятно, не выйдет на ринг, хотя ранее он согласился на бой с Рузибоевым. В любом случае, я не замечаю в этом дивизионе соперника, который превосходил бы Рината по всем показателям. Белал Мухаммад, Леон Эдвардс – сильный боец, однако его можно победить. Я уверен, что он станет чемпионом. По моему мнению, он уже заслуживает места в топ-5.
— Что можешь сказать про Нурсултона Рузибоева?
— Это сильный боец, обладающий неплохой ударной техникой и длинными руками. Однако я не считаю, что он представляет серьёзную опасность для Рината. Стиль Фахретдинова заключается в постоянном наступлении и прессинге, включая попытки тейкдауна. Любой соперник, который будет сохранять дистанцию, неизбежно начнёт отступать, что приведёт к переходу в партер, где Ринат окажется сверху. Именно так я вижу развитие этого поединка.
— Ты видел последний бой Рузибоева? Он одержал победу над Седриком Дюмой в первом раунде.
— Да, я видел это. Стоит отметить, что Дюма сам спровоцировал нокаут, подал сигнал судье о попадании в глаз и остановил бой. Действовать таким образом недопустимо. Рузибоев нанес удар и поступил верно.
— По поводу UFC как организации. Многие бойцы говорят, что это лучшая лига в мире в плане организации боёв, в плане работы с бойцами. Всё грамотно и чётко.
— Я согласен с этим. Это обеспечивает удобство. Подобного у нас в лигах не встречается, что вполне объяснимо. UFC – это крупная компания, располагающая значительными финансовыми ресурсами. Они стремятся обеспечить бойцу удобные условия и качественное выполнение его обязанностей. Именно поэтому они негативно относятся к тем, кто не укладывается в лимиты весовой категории и критикуют организацию. В бойцов вкладываются существенные средства, к чему, безусловно, быстро адаптируешься.
— Я слышал, что у Фахретдинова агрессивная манера ведения боя. То же самое можно сказать и о Шоне Стрикленде. Каково твое мнение об их возможном противостоянии?
— Это предстоящий поединок мог бы стать весьма увлекательным. Стрикленд обладает прекрасной выносливостью – это его сильная сторона. Попытка перевести Шона в партер не вызовет затруднений. Однако, он демонстрирует невероятную стойкость и вновь поднимается на ноги, возобновляя свои атаки джебом, снова и снова.
— За счёт кардио он и стал чемпионом?
— Вероятно, это так. Проанализировав все его поединки, можно заметить, что они, как правило, очень напряженные, если не считать бой с Адесаньей. Я ожидал, что он сможет одержать победу, но чтобы настолько убедительно – не предполагал. Это, к слову, говорит о многом в отношении того, как становятся чемпионами. В Шона мало кто видел потенциал, но он превзошел все ожидания. Эдвардса тоже не пользовался широкой поддержкой – и он также стал чемпионом. Анкалаева же, в свою очередь, многие уже считают чемпионом, однако титул ему пока не покорился.
— По словам Даны Уайт, Магомеду Сангадинову потребуется убедительная победа над Александром Ракичем, чтобы претендовать на титул…
— Мы уже не раз слышали подобные слова. На мой взгляд, чрезмерное внимание к личности бойца – это нечто нелепое. Если бы Анкалаеву предоставили титульный бой, он бы стал чемпионом, и его популярность возросла бы. Просто ему не дают шанс на титул, и на этом всё. Все эти оправдания, связанные с медийностью, кажутся несерьезными. Пантожа, скажем, – он медийный? И что из этого? Алекс Перейра также не сразу стал бойцом, привлекающим внимание публики. Или тот же Шон Стрикленд.
— Вы знакомы с обычными американцами, а не с теми, кого демонстрируют в телепередачах? Они такие же непритязательные, как и мы? Нет ли у них каких-либо сложностей?
— Я уже упоминал об этом. По моему мнению, Соединенные Штаты Америки, если говорить о населении, наиболее близки к нам. Я посещал Европу, и там люди другие. Возможно, это связано с тем, что и у нас, и у них большая многонациональная страна, и представлены разные народы. Обычные американские парни – хорошие ребята, придерживающиеся важных принципов, таких как дружба и верность.
— Предвзятого отношение к русским нет?
— Это такая же реальность, как и медведи, гуляющие по нашим улицам. Мне никогда не предъявляли никаких обвинений, и я не слышал подобного от людей, которые меня окружают. А UFC – речь идёт о спорте и бизнесе, а не о политике. Если вы хотите использовать флаги, используйте их. Никто вам не будет возражать.
— Не запрещали разве российский флаг?
— Когда-то действовал запрет на использование флагов, затронувший все страны, а не только нашу. Если же запрета нет, то никому ничего не запрещено. Единственное ограничение заключается в том, что с флагом нельзя войти непосредственно на октагон, в клетку, однако путь к ней свободен. Конкретного запрета на российский флаг при этом не существовало.
