RunningHub

Нападающий Евгений Тимкин – один из опытных хоккеистов, не нашедших клуб в межсезонье. 34-летний форвард является двукратным обладателем Кубка Гагарина, выступал за несколько ведущих команд, но в настоящее время остался без контракта. В обширном интервью «СЭ» Тимкин поделился своими мыслями о текущем положении дел, вспомнил потасовку с Чарльзом Робинсоном из «Трактора», тренировки под руководством Яромира Ягра в «Авангарде», период, проведенный в «Витязе» с игроками, специализирующимися на силовых приемах, и опыт, полученный в Лиге Восточного побережья США — ECHL.

Остался без клуба

— Конец ноября, и вы до сих пор не заключили контракт. Это вызывает необычные чувства?

— Безусловно, в карьере каждого спортсмена, достигшего высокого уровня, наступает такой этап. Время, когда возникают сложности с трудоустройством, не обошло стороной и меня.

— Претерпели ли вы значительные перемены в жизни? В обычное время вы бы, вероятно, занимались тренировками с командой или были бы в командировке.

— Я с вами согласен. Всё это выглядит нетипично. Возникает странное ощущение: все занимаются в командах, а я нахожусь дома. Но на самом деле я и не находился дома. В августе я отправился в Москву на тренировочный лагерь. Там готовился и ждал подписания контракта. Затем вернулся в Уфу к своей семье и помогал жене с детьми. Я по-прежнему продолжаю тренироваться. В Уфе мне удалось найти лед и поддерживать себя в форме. Это необходимо для здоровья. Нельзя внезапно резко уменьшать физическую активность. И, конечно, я не теряю надежды, что кому-то еще потребуется опытный игрок с хорошей, как мне кажется, репутацией в лиге, особенно с точки зрения поддержания позитивной атмосферы в раздевалке.

— Вы полагаете, что эта ситуация может выявить черты характера?

— Да. Я не испытываю уныния. Напротив, у меня стало ещё больше дел. Если кто-то предполагает, что завершение карьеры или перерыв в занятиях хоккеем принесёт больше свободного времени, то это совершенно не так. Появилось больше семейных обязанностей, я много времени провожу с детьми и получаю от этого удовольствие.

— Детей редко можно увидеть с отцом дома.

— Ха-ха, я согласен. Поговаривают, ты, папа, стала к нам часто заглядывать.

— Какова реакция детей на то, что отец больше не играет в хоккей?

— Моим старшей дочери исполнилось 9 лет, младшей — 7. Они проявляют беспокойство и интересуются причинами отсутствия работы, спрашивают, что произошло. Важно подбирать уместные слова, объяснять, что подобные ситуации могут случаться в жизни любого человека.

— Возникали ли размышления об окончательном прекращении спортивной карьеры, чтобы не зависеть от предложений агента или клубов и просто принять решение: «Завершаю».

— Иногда такие мысли приходят в голову. Но затем я спрашиваю себя: «Ты действительно сдаешься?» Я вновь нахожу в себе силы для тренировок и подготовки. Это требует немалых усилий. Я готовлюсь к чему-то неизвестному. В этом и заключается проверка на прочность. Это первый случай в моей карьере, когда к старту сезона у меня нет контракта. Ранее всегда поступали предложения. Два года назад я даже имел возможность выбирать клуб. А теперь – я остаюсь без контракта.

— Ни одного предметного разговора?

— В основном этим вопросом занимался агент. Возможно, они вели переговоры с клубами. Мне сообщали о необходимости ожидания. Переговоры действительно шли, однако пока не принесли результатов.

— В межсезонье большое число опытных хоккеистов остались без трудовых договоров. Чем это вызвано?

— Ситуация вполне ожидаема: КХЛ становится моложе. Для каждого клуба на первом месте – развитие собственных воспитанников. Это не означает, что игроки, не имеющие контрактов, уступают остальным. Просто при одинаковом уровне мастерства предпочтение отдается местным игрокам. Кроме того, возвращение прежнего лимита на легионеров также повлияло на ситуацию, заняв определенное количество мест в клубах.

— Вы могли остаться в «Салавате Юлаеве»?

— Я бы с удовольствием остался, но предложения не было.

— Рассматривали ли вы возможность заключения контракта в ВХЛ, подобно Артему Лукоянову или Кириллу Петрову?

— Подобные варианты не рассматривались и не обсуждались. В настоящее время оказание помощи семье является для нас приоритетной задачей.

— До какого момента вы готовы ожидать подписания контракта?

— До дедлайна.

— Представьте, что вам сейчас звонит генеральный директор хоккейного клуба КХЛ. Вы готовы немедленно приступить к работе?

— Я придерживаюсь индивидуальной тренировочной программы и хорошо знаю свое тело. Я умею планировать процесс подготовки, опираясь на текущее состояние. Я всегда готов к действиям и, если потребуется помощь команде, вложусь в работу на все сто процентов.

Не считал себя тафгаем

— Я полностью разделяю ваше мнение об авторитете Тимкина в раздевалке. Не могли бы вы рассказать, как он был приобретен?

— Благодаря искренним поступкам. Я всегда был откровенен с самим собой, с командой и в отношении нашего общего дела. Это заметно и, вероятно, получает положительную оценку.

— Как воспринимали, когда в прошлом вас именовали тафгаем?

— Я никогда не воспринимал себя как тафгая. Возможно, так говорили журналисты. У меня никогда не было чётко определённой роли. Драться можно, и порой даже необходимо. Я никогда не проявлял трусость. Когда я выходил на бой, я отдавал ему все силы. Я всегда поддерживал своих товарищей. Но случались и такие периоды, когда я не участвовал ни в одной потасовке! Совсем ни в одной! Как я могу быть тафгаем в таком случае?

— Бывали ли случаи, когда не хотелось ввязываться в драку, но выхода не было?

— Я не выходил на лед с целью вступить в единоборство. Бывали моменты, когда не хотелось этого делать, но обстоятельства вынуждали. В хоккее возникают различные ситуации. Это неотъемлемая часть игры.

— Ваша самая запоминающаяся драка?

— Я никогда не уделял особого внимания дракам. Они случаются и забываются. Вспомним прошлый сезон, когда произошла стычка с Робинсоном. Было и было. Не могу выделить какую-то одну драку как особенную. В хоккее мне больше импонируют голы, сложные комбинации, незаметные передачи. Иногда я, к слову, пересматриваю записи чужих потасовок.

— Какую смотрели последней?

— В этом сезоне Влад Каменев выходил на ринг. Мы с ним играли вместе, и мы дружим. Поединок Дыняка против Деанджело запомнился тем, что соперники провели стартовую часть боя с задержкой, однако продемонстрировали зрелищный и честный бой.

— Столкновения — неотъемлемая часть состязания. Ваша ценность определялась именно этим: за честные поединки, за выражение чувств. Схватка даёт толчок, вы это понимаете?

— Я согласен. Именно в этом заключается ее ценность и привлекательность. Два сильных мужчины определяют, кто окажется лидером. Я не приемлю ударов в спину и нечестных приемов. Всегда презирал подобное и старался наказывать за это, если уж на то пошло.

— Помните какую-то ситуацию?

— Я выступал за СКА. Возникла потасовка у ворот. Судья вмешался, чтобы нас развести. Но игрок соперника начал кричать мне в лицо за спиной у арбитра. Я нечаянно задел судью. Мне назначили дисквалификацию. Я признаю, что это моя вина. Однако, я заметил ухмылку на лице соперника после произошедшего. Возможно, это тоже часть спортивного противостояния.

— Вы вспомнили поединок с Чарльзом Робинсоном из «Трактора». Перед матчем все предсказывали ваш бой. Вы также осознавали, что он произойдет?

— Я сразу отметил, что это было предсказуемо. Когда я не выходил на площадку, необходимо было поддерживать товарищей по команде. Робинсон, полагаю, тоже осознавал ситуацию. Все случилось практически сразу, как мы впервые столкнулись на льду. До этого момента мы не встречались.

— После завершения поединка Робинсон сделал акцент на ваших боксерских навыках. Какие впечатления остались от этого боя?

— Мы двое высоких мужчин с длинными руками. Каждый стремился избежать удара. Результат поединка мог быть предопределён одним попаданием. Тот, кто пропустит удар, потерпит поражение. Я выбрал такую стратегию. Полагаю, Робинсон придерживался аналогичного подхода.

— На каждый бой у вас есть тактика?

— Я всегда провожу анализ и готовлюсь к поединкам. В драке есть риск получить серьезные повреждения или, наоборот, причинить их. Это требует серьезной подготовки, как физической, так и психологической. Бой с Робинсоном не получился особенно зрелищным. Никто из участников не одержал явную победу и не потерпел поражения. Но представьте: если бы я пошел вперед, раскрылся и пропустил удар? Я высматривал возможность попасть снизу, но не смог дотянуться. Робинсон вытянул меня на большую дистанцию. В то же время я не раскрывался, а лишь ждал, когда это сделает Бадди.

— Что позволило «Трактору» показать такую хорошую игру в плей-офф? Считался ли «Салават Юлаев» фаворитом перед началом серии?

— Сложно дать однозначный ответ, так как сложились определенные обстоятельства. Вратарь «Трактора» показал очень хорошую игру. Встречались матчи, когда мы создавали для соперника голевые моменты и имели много атакующих возможностей, но не реализовывали их. «Трактор» действовал надежно в защите и демонстрировал дисциплинированность. Кроме того, провоцируемые челябинцами драки и силовые единоборства были им на руку.

— Почему?

— Некоторые наши молодые игроки, похоже, сбились с пути — они забыли о том, что хоккей предполагает игру, а не только нанесение ударов по соперникам.

— Уже два года подряд команда «Салават Юлаев» завершает выступление в плей-офф на стадии первого раунда. Можно ли считать это серьёзным ударом для клуба и наставника Виктора Козлова?

— Понятно, что это был болезненный удар, однако ключевое значение имеют будущие выводы. Виктор Николаевич – опытный тренер, и он наверняка сделает необходимые выводы, извлекая ценные уроки из произошедшего. Серия игр с «Адмиралом» отличалась от противостояния с «Трактором». С каждым годом он приобретает больше опыта и продолжает профессиональный рост.

— Какой Виктор Козлов тренер?

— Среди всех, кого я знаю, он один из самых принципиальных. Он отличается дисциплинированностью, честностью, требовательностью и пользуется большим уважением среди игроков.

Опасное детство в Мурманске

— Вы родились в Мурманске. В начале разговора мы подробно обсуждали драки и характер. Думаю, что именно в детские годы они и формировались, не так ли?

— Конечно.

— Опишите Мурманск вашего детства.

— Первое, что приходит на ум – ощущение холода. Наша игра проходила на открытой площадке. Игроки одного года не формировали команду. В матчах участвовали представители сразу трех годов рождения: 1988, 1989 и 1990 годов. В детстве разница в год имеет большое значение, а если речь идет о двух годах – и вовсе критична. Мы стремились играть с ребятами старшего возраста, они делились с нами опытом. Иногда мы выходили на лед с командой постарше. У нас был замечательный тренер, психолог и просто порядочный человек – Виктор Эдуардович Питухов. Тренер постоянно менял состав, и это способствовало нашему развитию. В настоящее время достаточно игроков из Мурманска выступают в ВХЛ, некоторые даже были выбраны на драфте НХЛ.

— В десятилетнем возрасте вы перебрались в Омск. Это было необходимое условие для игры в хоккей на профессиональном уровне?

— Мой отец родом из Омска. Родители уже давно задумывались о переезде. Старшей сестре было необходимо обучение. Обстоятельства сложились так, что мы перебрались в Омск.

— Мои детские годы пришлись на 1990-е. Был ли это неспокойный период?

— Жизнь была полна опасностей. Бывало множество ситуаций, когда легко было сбиться с правильного пути. Мне сопутствовало воспитание, которое я получил от родителей, тренера и школы. За мной присматривали и направляли. Однако моментов, когда можно было пойти не туда, было немало.

— Не туда — например?

— Все обитали во дворах. Что скрывать, там происходило немало негативных событий. Нелегальный оборот, сомнительные сделки и всё подобное — всё имело место.

— Вам было тяжело говорить нет?

— Нет. Я всегда был занят. Уже тогда я понимал, что мне нужно в жизни. Заниматься сомнительными вещами было не для меня. Я чётко различал добро и зло. Воспитание, полученное от родителей, сыграло для меня большую роль.

— Много друзей осталось в Мурманске?

— Я поддерживаю связь с тренером, который сейчас проживает в Санкт-Петербурге. Прямого общения с другими ребятами не происходит. Мне известно, что некоторые из них играли в ВХЛ. Обязательно поделюсь информацией об Алексее Сырникове, о нём даже был снят фильм. Этот человек возил меня на тренировки. В своей деревне он построил ледовую арену для детей и оборудовал раздевалки. Я постоянно поддерживаю с ним связь, регулярно созваниваюсь. Это человек с огромным опытом! Когда мой отец был занят на работе, дядя Леша возил меня на тренировки. Он уже в пожилом возрасте, но до сих пор выезжает на лёд, поддерживает свой клуб «Тавр» и тренирует ребят. Однажды он позвонил мне и сказал: «Мы тут с ребятами, они на лодке гребут». Представляете, на лодке! Из-за своей внешности и образа жизни его все прозвали Помором.

Тренировки с Ягром в Омске

— В составе «Авангарда» мне довелось играть вместе с Яромиром Ягром. Это действительно выдающаяся личность?

— Ягр — очень трудолюбивый игрок! Я многому у него научился, это бесценный опыт — выступать с ним на одной площадке. Настоящая легенда!

— Ягр до сих пор играет на профессиональном уровне

— Я в курсе. Он заядлый поклонник хоккея. Его увлечение этой игрой огромно! Он прилагает усилия, чтобы поддерживать физическую форму. Он служит образцом для подражания для многих.

— Представить ли вам игру в хоккей до пятидесяти лет?

— Нет. (Улыбается.)

— Насколько Ягр был популярен в Омске?

— Он пользуется огромной популярностью, и это не ограничивается Омском. Мы посещали множество городов, и везде люди приходили на его выступления. В Астане, например, Ягра выводили через запасной вход, чтобы команда могла уехать, поскольку поклонники не позволяли ему пройти.

— Помните первую встречу с Ягром?

— Я помню, как впервые вошел в раздевалку и не знал, как лучше обратиться к ребятам: на «ты» или на «вы». Я сам довольно скромный человек. К Рябыкину, Свитову и Курьянову я всегда относился с уважением. Но, по мере того как начал с ними сближаться, осознал, насколько они простые люди.

— Вы входите в раздевалку. Там сидит Ягр. Что вы предпримите?

— С моим характером я никогда не буду вести себя вызывающе в раздевалке и не стану развлекать всех подобными играми. Я достаточно сдержанный человек. Я здороваюсь со всеми, сажусь и молчу. Если обратятся, я отвечу.

— Выходили ли вы с Ягром в одной тройке? Возможно, во время тренировок.

— В одной тройке такого не было. Была другая ситуация. Я проживал с родителями. Вечер, мы собирались ужинать. Звонит Ягр. «Женя, чем занимаешься? Поехали тренироваться!» И в моей голове сразу возникает мысль: «Ага, Ягр приглашает на тренировку…»

— Такому человеку не откажешь.

— И даже не приходило в голову. Я уже оделся буквально через минуту. Время – девять вечера, арена свободна. Заливщики ожидают, когда Ягр со мной и другими молодыми игроками завершит тренировку. Яромир выносил на лед блины и жилеты, демонстрировал упражнения, чтобы мы меньше времени тратили на принятие решений.

— Он стремился больше обучить вас или отработать собственные навыки?

— Он предъявлял более высокие требования к себе, а нам предоставлял шанс получить ценные знания. Если бы я отказался, он бы не настоял на моем присутствии на тренировке. Однако даже мысли об этом не возникало — отказать Ягру было невозможно.

— Тренеры знали об этом?

— Полагаю, что это так. Я осознаю суть вашего вопроса. Наиболее целесообразным было бы обратиться к тренерам, чтобы узнать их мнение об этих начинаниях Ягра.

Дикие легионеры «Витязя»

— После выступлений в «Авангарде», где партнером был Ягр, по возвращении из Северной Америки вы перешли в «Витязь». В те годы в составе команды выступали легионеры, среди которых были Яблонски, Бреннан и Гиллис. Смогли бы они проявить себя в современной КХЛ?

— Я не уверен. В настоящее время действуют значительные штрафы за участие в драках. Не было бы целесообразно поддерживать в составе такого игрока. За какие два конфликта стоит нести такие расходы? Штрафы и дисквалификации увеличиваются с каждым инцидентом.

— В те годы тафгаи являлись лицом «Витязя»?

— Да. Их и привозили для этих целей.

— Кто из бойцов выделялся еще и хоккейными навыками?

— Гиллис. Он демонстрировал игру на высоком уровне. У него отличная репутация. Я не уверен, можно ли назвать Тарнавски проблемным игроком. Ник — более опытный игрок.

— Тафгаи воспринимали вас как своего, принимая во внимание вашу внешность?

— В коллективе эти ребята легко находили общий язык со всеми. Они проявляли себя как настоящие командные игроки, поддерживая друг друга и советуя поступать так же. Это очень дружелюбные и целеустремленные люди, не склонные к эгоизму.

— Как вы оцените свой отрезок в «Витязе»?

— Неясно, как бы развивалась моя спортивная карьера, если бы не «Витязь». Я соответствовал стилю игры команды. За это время я значительно продвинулся в своем развитии. Мне стали оказывать больше доверия, увеличилось игровое время. В начале сезона в «Витязе» возникали трудности, но раскрыться удалось ближе к середине чемпионата.

— Как складывались отношения с Андреем Назаровым?

— Его вклад был значителен для моего развития. Качество взаимоотношений с ним определяется тем, как его воспринимают. Если ты находишь общий язык с ним, все будет хорошо. В противном случае сотрудничество будет затруднительным.

— Как к Назарову относились тафгаи?

— К нему проявляли большое уважение, поскольку он был авторитетной фигурой. Назаров – известный человек, имевший опыт игры в Национальной хоккейной лиге. Поэтому к его мнению прислушивались и уважали его мнение.

— Расскажите о тренировках тафгаев.

— Было заметно, насколько усердно они работали на тренировках на льду и в тренажерном зале. В зале они занимались самостоятельно, выбирая оптимальный вес для каждого. Я помню, как Джереми Яблонски работал с достаточно большими весами. Они стремились подавать пример для молодых игроков в вопросах подхода к делу. Но затем их дисквалифицировали. ( Улыбается.) Вы понимаете, о чем я говорю? Он проходит подготовку, затем участвует в поединке и получает дисквалификацию.

— А чем они занимались, когда не играли?

— Они приходили на тренировки в желтой майке. Их пути пересекались с профессиональными боксерами. Среди них были Лебедев и Поветкин. Команда также регулярно взаимодействовала с ними, но в меньшей степени. Они не вмешивались в тренировочный процесс. А тафгаи могли проводить спарринги с ними.

— А вы — нет?

— Нет.

— А хотелось?

— Нет. (Улыбается.)

— Считаете ли вы, что рядовой хоккеист способен победить в потасовке с бойцами «Витязя»?

— Исходные условия поединка определяют исход. Победа будет непростой, однако добиться ничейного результата вполне реально.

— Переживали ли они после проигрыша в драке?

— Не могу вспомнить, как мы реагировали на проигрыши. Однако отчетливо помню, как Гиллис отреагировал на победу над Мирасти, когда играл в «Барысе». Мы приехали в Ханты-Мансийск, поселились в отеле, где стены были сделаны из гипсокартона. В Америке уже наступало утро, и Гиллис начал звонить своим близким, друзьям, чтобы поделиться новостью о своей победе над Мирасти. Мы жили с Динаром Хафизулиным и всю ночь слушали его рассказы. Вскоре мы позвонили на ресепшен и попросили переселить нас в другой номер. К счастью, просьбу удовлетворили, и нас перевели. ( Улыбается.)

— Боевые шоу на льду «Витязь» проводились по инициативе Николая Павлинова, возглавлявшего клуб в тот период. Мог ли он после успешных поединков посещать раздевалку и особо отмечать это?

— Руководитель, безусловно, посещал раздевалку. Особенно в периоды продолжительной неудачи, он проявлял явное недовольство. Происходили эмоциональные разговоры, сопровождавшиеся повышенными тонами. Все осознавали, что такое поведение его не устраивает. Внутри нарастало напряжение. Говоривший не притворялся.

— Североамериканцы тоже все понимали?

— Безусловно, по интонации можно понять всё, даже если не владеешь китайским языком.

Североамериканский опыт

— Не так много людей об этом помнят, но вы также выступали в ECHL. Что привело вас во «Флориду Эверблэйдс» в сезоне 2010/11?

— Я ранее сотрудничал с другим специалистом. Он рекомендовал поездку за границу. Тогда я решил попытать удачу. Естественно, я мало что знал.

— Помните уровень лиги?

— Это профессиональная лига, занимающая третье место по значимости в США. Однако впоследствии меня перевели в CHL — лигу более низкого уровня.

— Остаться потерпеть можно было?

— Не уверен.

— Сколько зарабатывали?

— 500 долларов в неделю. И в Ист-косте, и в CHL.

— Были ли в составе игроки, способные со временем стать заметными?

— Среди игроков был очень разнообразный состав. На площадке выступали как опытные ветераны, так и молодые хоккеисты, переведенные из АХЛ. Частая смена игроков была заметна: могло случиться так, что пятеро игроков приехали, а пятеро – покинули команду. Кроме того, существовала привязка к университетским лигам. Бывало, я выходил на игру и оказывался в одной команде с человеком, которого видел впервые.

— Английский в то время знали?

— Хоккейные термины давались мне сложнее, чем когда я играл в США – тогда я знал их лучше. Сейчас многое забылось. В команде был словацкий вратарь Ярослав Янус, мы часто общались, и он помогал мне с переводом. Языковой барьер действительно был проблемой. Для поездки в Северную Америку необходимо владеть английским языком, если ты не игрок уровня Капризова.

— Получили огромный опыт?

— Конечно. Тяжелые испытания закалили характер. В те годы русских не особо жаловали. Это проявлялось и в игровых ситуациях: постоянно подставляли, провоцировали. Необходимо было уметь защитить себя. Отношение к легионерам было иным. При выборе между американским игроком и иностранцем со схожими навыками, предпочтение отдавалось местному.

Два Кубка Гагарина с «Магниткой»

— После выступления за «Витязь» последовал наиболее плодотворный период в вашей спортивной биографии, связанный с «Металлургом». Это два Кубка Гагарина, всеобщая известность в городе и создание семьи. Вы считаете, что трансфер в «Магнитку» стал ключевым событием в вашей карьере?

— Конечно. У меня появилось предложение. Я обсудил его с семьей и некоторыми знакомыми. Данила Марков рекомендовал мне Магнитогорск, Андрей Викторович Назаров — тоже. Я все обдумал и ни о чем не жалею. Хотя, действительно, было много вариантов. «Авангард» приглашал обратно, но я выбрал Магнитогорск.

— Вам часто приходится вспоминать о дубле ЦСКА в седьмом матче финала 2016 года? Или это событие осталось в прошлом, словно архивные материалы?

— Это, безусловно, архивные материалы, но иногда они вызывают воспоминания. Особенно это касается молодежи. Я помню, как в «Салавате» молодые хоккеисты говорили мне: «Женя, я еще по телевизору видел, как ты забивал два гола ЦСКА».

— Могли ли предвидеть произошедшее с утра седьмого матча?

— В день матча царила невероятная уверенность! Утром мы отправились на раскатку, и я думал: «Сегодня нам не проиграть!» Не могу объяснить, с чем это связано. Я отчетливо помню те чувства — уверенность была максимальной.

— В тот период состав «Металлурга» справедливо можно считать одним из самых мощных, когда-либо существовавших в истории КХЛ.

— Состав впечатляющий, но не забывайте, что мы обсуждали, когда только стартовала эта серия?

— Все ставили на ЦСКА.

— Именно. Это, напротив, усилило нашу мотивацию и предоставило преимущество.

— Опаски перед ЦСКА не было?

— Совершенно никакой. Нас уже считают проигравшими, хотя ни одной игры не состоялось.

— Формирование «золотого» состава «Металлурга» стартовало с приглашения Майка Кинэна в сезоне 2013/14.

— Полагаю, даже если отсчитывать год назад, когда работал Пол Морис, там всё и началось. Тогда уже формировался основной состав. Я не играл при Морисе, поэтому мне трудно судить об изменении подхода. Однако, ключевые игроки остались прежними, и позднее были добавлены отдельные усиления.

— Вам посчастливилось поработать с требовательными и принципиальными тренерами, такими как Назаров и Кинэн. Что можете рассказать о Майке?

— Майк — отличный тренер, остались только приятные воспоминания. Он очень требовательный специалист, при этом сильный мотиватор, прекрасно понимает, что необходимо для достижения победы и что он сам хочет. В тот сезон все сложилось удачно: Майк Пелино, Илья Воробьев. Когда я присоединился к «Металлургу», меня охватило чувство: «Ах, вот как все должно быть».

— Мог ли Кинэн устроить беспорядок в раздевалке или кидаться мусорными баками и бутылками?

— Возможно, когда-то это и происходило, но не больше. Работа была организована настолько хорошо, что не требовалось ничего пересматривать. Мы завершили регулярные тренировки на первом месте. Кому теперь раздавать задания? Зарипову или Мозякину? Все было предельно ясно.

— Было ли у вас стратегия по нейтрализации линии Мозякин — Коварж — Зарипов?

— Вся лига не понимала. И мы тоже.

— В чем феномен их тройки?

— Они ощущали взаимопонимание, это был особый принцип взаимодействия. Все участники согласовывали свои действия. В большинстве случаев, разумеется. Представьте себе, счет равный – 0:0. У соперника удаление. Я сижу на скамейке и думаю: «Хорошо, счет теперь 1:0. Нужно продолжать». Понимаете, какая была уверенность в них? Все ожидали, что они выйдут на поле и забросят гол.

— Как вы отнесетесь к высказыванию, что «Металлург» — команда, заигравшая вокруг одного состава?

— Нет. В процессе работы были задействованы все этапы. Каждый из них приносил значительную пользу. Никто не был исключён.

— Безусловно, Василий Кошечкин внес значительный вклад.

— Конечно. Василий уверенно чувствует себя и на льду, и в раздевалке. Он оказал нам значительную помощь. Однако я бы не охарактеризовал Васю как необщительного человека. С ним всегда можно найти общий язык и посмеяться. Некоторые вратари, кажется, никогда не улыбаются, но Вася не из их числа.

— Отставка Кинэна стала шоком?

— Да. При прощании он произнес речь, пожал руки всем присутствующим. В этот момент даже возникло ощущение грусти.

— Илья Воробьев внес значительные изменения в состав команды?

— Структура была сохранена, были внесены лишь незначительные корректировки. В целом, система осталась прежней. Необходимо также упомянуть Майка Пелино – выдающегося стратега! Мы тщательно анализировали каждую деталь в группах, где я выступал. Разбор противника проводился с большой тщательностью.

— Хоккей в Континентальной хоккейной лиге претерпел значительные изменения за последнее десятилетие?

— Да. Арены стали меньше, игра стала более интенсивной. Просто посмотрите матчи прошлых сезонов – это совершенно другой хоккей. Сокращение размеров площадок повлияло на ход игры. Кроме того, все команды изучают, какие тактики приносят успех. Время идет, все претерпевает изменения. И хоккей продолжит трансформироваться.