В конце января российский чемпион мира Бахрам Муртазалиев лишился титула IBF, несмотря на поражение в поединке с британцем Джошу Келли, вызвавшее споры, «Чемпионат» побеседовал с бойцом и затронул несколько ключевых вопросов:
- плохое судейство в Англии и протест на решение;
- 33 клинча Келли и действия оппонента на ринге;
- важно ли оставаться непобеждённым бойцом;
- возможен ли реванш с Келли и бегство потенциальных соперников;
- сколько нужно выиграть боёв, чтобы снова подраться за титул;
- можно ли ждать перехода Бахрама в другую весовую категорию;
- бой Усика с Рико Верхувеном за титул;
- перспективы лиги Zuffa Boxing;
- Хамзат Чимаев и его предстоящий бой со Стриклендом;
- поединок Бивола в России и повлияет ли это на ситуацию для других наших боксёров;
- возможен ли бой Муртазалиева в России.
— Это твой первый бой в Англии. Какие впечатления от атмосферы и болельщиков?
— Всё в порядке. Это обычные болельщики, но было крайне неверное судейство ( смеётся). Я надеюсь, что больше не буду участвовать в драках в Англии.
— Недаром часто говорят, что в Англии судейство может быть предвзятым».
— По имеющимся данным, существует правило, обязывающее наличие двух судей английской национальности, однако, по какой-то причине, не был назначен ни один российский судья.
— Как воспринял первое поражение в карьере?
— Если быть откровенным, подобных трудностей я никогда не испытывал. Я всегда верил, что всё предопределено волей Бога. Судьбе не избежать, она свершится в любом случае. Я не воспринимаю это как неудачу, она лишь формальная. После поединка я совершил молитву, лёг спать, не видел кошмаров, отлично выспался, утром проснулся, позавтракал. И как будто ничего не произошло.
— Оставаться ли тебе было важно, не потерпев ни одного поражения?
— Дело не в моём отношении к этому или отношении других. Всё предрешено, это моя судьба. Как же мне расстраиваться, когда в 23 поединках Всевышний дарил мне победы? Я всегда говорю, что у людей нет власти, всё происходит по воле Всевышнего. Но если бы я действительно проиграл, это было бы для меня психологически легче, чем то, что они сделали. Я покинул любительский бокс из-за того, что на каждом важном старте меня несправедливо судили. И вот первый бой в моей профессиональной карьере, где я не одержал убедительную победу или не нокаутировал соперника, и они сразу так поступили. Но в любом случае никаких проблем с этим нет.
—Ты публиковал в социальных сетях судейские протоколы, статистику поединка. Был подан протест против решения?
— Да, менеджер выразил несогласие с оценкой 12-го раунда. Не весь бой вызвал вопросы, а именно 12-й раунд. Там было зафиксировано 12:6 точных попаданий и 10:3 силовых попаданий в мою пользу. Однако судья выставил счёт 10-10. Судья был из Англии. Как можно было оценить раунд как равный? У него был учтен лишь последний эпизод, произошедший за 30-40 секунд до окончания раунда, когда я повернулся спиной, и рефери должен был остановить бой, но этого не произошло, после чего Келли нанёс мне пять-шесть ударов по защите. Пусть один из них и достиг цели, но даже на повторах видно, что это был блок. И мы должны оценивать бой по эффективности, а не по зрелищности, не так ли? Но из-за этого эпизода английский судья выставил счёт 10-10, что вызвало вопросы, поскольку это был решающий, чемпионский раунд. В итоге, благодаря этому счёту Келли смог опередить меня на один балл — 114-113. Был подан протест, IBF прислала нам письмо, что они не одобряют такое решение судьи в титульном бою, однако ничего криминального тоже в этом не видят. Ну это было понятно. Келли представляет Matchroom, IBF много боёв проводит много совместно с ними, поэтому из-за меня ссориться с ними было бы невыгодно. Но я считаю, что справедливо было бы дать незамедлительный реванш, ладно этот бой мы уже оставим. Однако они почему-то этого не сделали.
— Реванш вообще никак не обсуждали?
— Нет, о каком реванше может идти речь? Келли провел все 12 раундов, изрядно потрудился, чтобы одержать победу, поэтому реванш оказался бы для него невыгодным. Какой смысл ему снова выходить на бой со мной? То, что у него однажды получилось, не гарантирует повторения результата. Поэтому нет, это невозможно. Ранее рассматривался вариант, что IBF просто назначит реванш, потому что это была вторая обязательная защита, потому что никто не хотел драться, не соглашался. Добровольную защиту я так и не провёл. В IBF не пошли навстречу. Но они не шли навстречу и ещё в тот раз, когда я дрался с Кулкаем в Рамадан. Ничего страшного.
— В связи с этим вы не рассматривали возможность сотрудничества с другими организациями?
— Я принадлежу к пятерке лучших в рейтингах всех организаций, поэтому мы можем выбрать любую из них. Главное – это соперники. Именно они всегда были ключевым фактором. Всё началось с Чарло и далёкого 2020 года. С тех пор у меня, прежде всего, возникают трудности с оппонентами. Когда я выступал во время Рамадана и провел очень напряжённый поединок, впервые мой соперник сам попросил о возможности сразиться со мной — это был Тим Цзю. До боя с ним и после боя с ним никто не хотел выходить на ринг. Я говорю о боксёрах из числа трёх или пяти сильнейших, то есть о тех, с кем имеет смысл проводить поединки. Понятно, что ради гонорара выйдет любой, но нет смысла устраивать бой ради боя, а соперники из топ-5 сражаться не хотели.
— У тебя был чемпионский пояс, и, к примеру, Эриксон Лубин отказался от поединка с тобой, будучи обязательным претендентом. Теперь, когда титула больше нет, будет гораздо труднее находить достойных оппонентов?
— Давайте посмотрим, что из этого выйдет. Пока я не планирую уходить, поэтому, вероятно, после боя IBF даст мне подраться за статус обязательного претендента. Если даже не в следующем бою. А потом рано или поздно, через полгода-год чемпиону придётся защищать пояс против меня либо оставлять его. Просто в моей ситуации всё это будет занимать чуть больше времени, чем у других бойцов, так как соперники со мной драться не хотят. Но планы есть, и думаю, что в ближайшее время уже официально что-то объявят. Сами по себе бои организовать проблем нет, есть проблемы только с тем, чтобы драться против кого-то из топ-5.
— Поскольку повторный бой с Келли в ближайшее время не планируется, есть ли у вас интересные соперники?
— С теми же людьми, с кем мы вели переговоры на протяжении всего 2025 года, мы продолжаем взаимодействовать и сейчас. Один из экспертов недавно отмечал это. По его словам, выглядит это так: вы «перехитрили» Муртазалиева в Англии, создали видимость того, что Келли справедливо завоевал титул, сумев уклоняться от ударов Бахрама, и теперь у всех бойцов весовой категории, которые два года избегали поединка с Муртазалиевым, появилась причина выйти с ним на ринг – у него больше нет титула. Поэтому я не буду называть никаких имён, поскольку это не имеет никакого смысла. Весь 2025 год мы вели с ними переговоры, но так и не достигли соглашения.
— Ты рассматриваешь вариант с переходом в средний вес?
— Я могу сойтись в весе до 66,7 килограмма, выступать в категории до 69,9 килограмма, как сейчас, или драться в весе до 72,6 килограмма. В этих весовых категориях я готов к поединкам, но сейчас главное – найти желающего. Я соглашался на бой с любым соперником, и поединок был практически готов, но без согласия оппонента бой не состоится. Возможно, он хочет сразиться, но его промоутеры или менеджеры, а также телеканал, выступают против этого. Здесь очень много факторов, которые необходимо учитывать.
— Что касается поединка с Келли, высказывалось мнение о моей возможной недооценке соперника. Вы согласны с этим?
— Нет, я действительно хорошо готовился. Почти год я провёл в тренировочном лагере, наши планы сорвались трижды. Мы обсуждали возможность боя с Келли ещё в сентябре в Америке, затем в декабре в Манчестере, и в итоге поединок состоялся 31 января в Ньюкасле. Они отказывались от приглашения сразиться в США, когда я предлагал им это. Пришлось согласиться на бой, потому что дальнейшие задержки могли бы совпасть с Рамаданом, и я бы точно не стал драться в это время. Они затягивали процесс, не хотели ехать в Америку, хотя я и не звал их в Чечню, в Москву, в Россию. Я предлагал нейтральную территорию. Переговоры длились около двух-трёх месяцев. Я понимал, что если бы я не поехал в Англию, ситуация могла бы затянуться ещё больше, а я и так почти полтора года не выходил на ринг.
— В прошлый раз мы с тобой обсуждали бои в стиле «Тома и Джерри». Означает ли это, что произошедший бой был именно таким?
— Что касается «Тома и Джерри», сложно сказать, так как в последнее время я не слежу за мультфильмами. Однако, одно я знаю точно: когда боец постоянно прижимается спиной к канатам, совершает всего одну-две атаки за раунд, а затем при любой благоприятной возможности начинает обниматься… 33 клинча за бой. Это недопустимо. По всем показателям он оказался слабее соперника, за исключением точности.
Не хватило немного, чтобы нанести больше точных ударов, поэтому процент их попадания был выше. Однако по силовым ударам – 61:33, общее количество – 95:73. Он превзошел меня только в двух раундах, в двух была равная борьба, а в восьми я оказался сильнее. Я не верю, что ты сможешь убежать и одержать победу, играя роль мышонка Джерри. Это кажется мне несправедливым. Подавляющее большинство, от 80 до 90%, назвали это «кражей». С таким уровнем бокса невозможно стать чемпионом мира. Это даже для IBF не особо хорошо, они должны были это проконтролировать, поставить нормальных судей. Да и рефери в ринге – все видели, как он не давал мне работать. Даже после нокдауна, когда он сразу шёл в клинч, то после двух-трёх таких эпизодов он отправил меня в угол, чтобы вынести ему предупреждение. В итоге сделал ему устный выговор, и мы продолжили, после нокдауна, в общем, рефери дал ему целую минуту, чтобы восстановиться.
— Влияют ли на бой правила IBF с повторным взвешиванием в день боя? Тебе лично это мешает в восстановлении?
— В день взвешивания у меня был избыток веса в 1,2 кг. У меня, в принципе, нет проблем с контролем веса. Кроме того, у меня также был запас в 1 кг по сравнению с тем лимитом, который требуется им. Я заранее достигаю необходимого веса с помощью диеты. Не употребляю воду для временного снижения веса и не прибегаю к срочным мерам по снижению массы тела. Постепенно приближаюсь к нужному весу и за месяц до боя нахожусь в пределах примерно 75 кг. Именно так я провожу 12-раундовые спарринги, чтобы мой организм привыкал к весовой категории, поскольку на бой выхожу примерно с такими же показателями. Я уже говорил, что могу даже спуститься в более легкую весовую категорию, если бы была такая необходимость. Да, это потребовало бы больших усилий, пришлось бы избавляться от дополнительных 3 кг, но я бы справился.
— В этот раз в углу у вас не было Ромы Калантаряна. У него не получилось приехать?
— Документы оказались не готовы, что помешало ему выехать из Америки и сорвало его планы. В настоящее время с оформлением документов у него всё хорошо, поэтому я надеюсь на совместные выступления в следующих поединках.
— Его отсутствие повлияло на бой?
— Безусловно, тренер играет огромную роль в достижении успеха. У меня также был замечательный наставник – мой старший брат. Тем не менее, когда спортсмен сотрудничает с тренером на протяжении четырех-пяти лет и специалист глубоко знаком с его особенностями, у них разрабатываются различные стратегии – план А, план Б, план В, и спортсмен способен адаптироваться к меняющимся условиям… Поэтому, конечно, всегда ощущается нехватка тренера.
— В мае в Египте Усик проведет бой за чемпионский пояс с кикбоксером Верхувеном. На твой взгляд, это уменьшает ценность титула чемпиона мира?
— Я не могу выражать мнение о том, что имеет ценность, а что нет, но уверен, что Александр заслуживает возможности сразиться с любым соперником. В своей весовой категории он превзошел всех, кого ему предоставляли. Поэтому, например, лишение Усика титула за бои с бойцами из кикбокса или карате, на мой взгляд, было бы несправедливым. Я считаю, что пояс должен оставаться у Усика, а его оппоненту следует выплатить достойное вознаграждение. В случае его победы пояс становился бы свободным. Но это их выбор, они получают прибыль от этого, поэтому им лучше знать.
— Сейчас ещё запустился промоушен Zuffa Boxing, возможно ли говорить о конкуренции, учитывая, что этот проект заявляет о себе как о сопернике действующих боксёрских организаций?
— На данный момент это невозможно – сейчас в составе нет подходящих бойцов. Однако, через пару лет ситуация изменится, и они станут лучшими. Модель UFC мне импонирует, она очень эффективна. Там обязательные претенденты не ожидают соперника в течение нескольких лет, как это происходило со мной. Команда Чарло утверждала, что не желает сражаться с бойцом из страны-агрессора, и таким образом избегала поединка. В UFC подобного не наблюдается. Поэтому, если Zuffa Boxing будет работать так же, в ближайшие три-четыре года они будут эффективнее всех этих организаций. Но это моё мнение.
— Когда речь заходит об UFC, вскоре Хамзат Чимаев проведет свой следующий бой. Планируешь наблюдать за его встречей со Стриклендом?
— Я, безусловно, слежу за выступлениями наших бойцов и переживаю за них. Когда сражаются другие, я не проявляю особого интереса. Надеюсь, что Чимаев одержит победу ещё более убедительно, чем в предыдущем бою, и урегулирует ситуацию с этим болтуном. Я видел несколько его интервью, и его словарный запас оставляет желать лучшего. Поэтому я надеюсь на победу Хамзата и искренне желаю, чтобы он ему что-нибудь повредил. Потому что подобные высказывания недопустимы. Я совершенно не понимаю трэш-ток. Не понимаю ни тех, кто его использует, ни тех, кому это приятно слушать. Я далёк от этого. И я рад, что за мою спортивную карьеру ни один человек не оскорблял меня, и я никого не оскорблял. Я осознаю, что если ты что-то говоришь, то должен быть готов к ответу. И, вероятно, когда тебе что-то говорят, потом очень тяжело себя чувствовать, искать этого человека и испытывать злость из-за этого. Поэтому я надеюсь, что Чимаев ему причинит физический вред. Чтобы впоследствии, когда сменится погода и начнёт болеть повреждённая часть тела, он вспоминал свои непристойные высказывания.
— Кого ещё из бойцов вы бы отметили как интересных?
— Среди бойцов, за которыми я следил, были Ислам Махачев и Хамзат Чимаев. Ранее я наблюдал за Хабибом Нурмагомедовым, Джоном Джонсом, а также за поединками Мышонка [Деметриуса Джонсона.
— Бивол возвращается в Россию с поединком за титул. Это первый крупный бой для страны за последние пять лет. Можно ли считать это признаком изменения ситуации в боксе для российских спортсменов?
— Я надеюсь, однако не уверен в этом, поскольку в этом мире всегда существовали двойные стандарты, особенно в политике. К примеру, когда в прошлом году я стремился к поединкам в Челябинске, Грозном и защите своего титула IBF сказали, что заберут титул. Мне они не разрешили проводить в России добровольную защиту, в этом вот разрешили. Надеюсь, всё наладится, однако в этой политике и спорте всегда есть двойные стандарты, поэтому непонятно, что будет.
— Недавно я присутствовал на турнире RCC. Вам лично не поступали предложения о проведении боя в России?
— Да, мне поступали предложения как от RCC Boxing, так и от другой промоутерской компании. С организацией поединков проблем нет, вопрос заключается в выборе достойных соперников. Также важен вопрос гонорара, поскольку в США мои заработки достаточно высокие. Однако, почему бы и нет? Бой на родине был бы отличным вариантом. Будь то Челябинск, Екатеринбург или Грозный, мы можем провести поединок в любом из этих городов. У меня есть менеджер, необходимо договориться с ним. Я готов к боям. Однако, в первую очередь мне требуется как можно скорее занять позицию обязательного претендента, поскольку для добровольной защиты меня, вероятно, никто не выберет. Я стремлюсь двигаться именно в этом направлении. И если в России найдется кто-то, кто сможет организовать мне бой за место в топ-10, это было бы идеальным решением.
— Ты упоминал о скорой публикации информации относительно предстоящего поединка. Не мог бы ты назвать приблизительные даты возвращения на ринг?
— Вероятнее всего, тренировочный лагерь начнется в июне или июле. Сейчас завершился Рамадан, и я восстанавливал некоторые повреждения. Я уже приступил к предварительной подготовке, чтобы через пару недель прийти в форму и начать лагерь. Пока нет окончательных договоренностей, но веду переговоры с несколькими промоутерами, в том числе из России.
