RunningHub

Ни один из футболистов не запрашивал трансфер

— До истечения крайнего срока вы демонстрировали одну из самых сдержанных позиций — ваш состав был сформирован, и, насколько известно, вы не осуществляли поиск новых игроков?

— Имелись возможности для обмена игроками, нам поступали предложения, однако они не соответствовали нашим требованиям. За прошедший год трансферная политика претерпела значительные изменения: клубы стали более осторожными в своих действиях. Если ранее сделки заключались по принципу равноценного обмена, то теперь переговоры начинаются с обсуждения трех ключевых игроков — предлагается отдать лучших, а уже затем начинается обсуждение условий.

Мы формируем команду с прицелом на будущее, однако есть вероятность, что через пару лет нас лишат ценных сотрудников. Расставаться с ними не хочется, даже несмотря на то, что они могли бы быть полезны в данный момент. Велись длительные переговоры со «Спартаком» по поводу Тодда, но поступивший запрос оказался неприемлемым, поэтому было принято решение об отказе.

Если бы завоевание чемпионского титула зависело от этого – вероятно. Однако у нас уже сформировался сплочённый состав, и на протяжении всего чемпионата становится очевидным, что с этими игроками можно достигать значительных успехов. Обмен двух многообещающих хоккеистов ради прав на игрока, который присоединился бы к команде только на треть сезона, мы сочли необоснованным. Хотя он и являлся наиболее вероятным вариантом усиления.

— Вам не казалось странным, что у него не было контракта на следующий год?

— Он был готов заключить соглашение с нами. В течение сезона мы общались как с его агентом, так и с ним лично. Мы говорили о том, что если финансовое положение улучшится, мы сможем себе это позволить. Существовали предварительные планы, благодаря которым мы могли рассчитывать на него в следующем сезоне. Однако это пока не удалось реализовать.

— Мне известно, что Алалыкин и Цулыгин привлекали внимание со стороны различных клубов. Действительно ли они являются наиболее востребованными игроками?

— Наибольшим спросом пользовался Максим Кузнецов. Интерес к Даниилу Алалыкину проявлялся в начале сезона, но не в период дедлайна. Более часто упоминались фамилии молодых игроков — Агафонов, Щербаков, Петренко.

Обсуждение сотрудничества с Ярославом Цулыгиным велось месяцем-полтора назад, однако предложенные условия оказались неприемлемы, и мы приняли решение об отказе. Мы не бездействовали, а проводили анализ рынка и вели переговоры. Также были установлены контакты с «Торпедо», которые проявили значительный интерес, но заключить соглашение не удалось.

— Вы проявляли интерес к Рэмпалу? Или было понятно, что вы не передадите его?

— Никто не обращался к нам с запросами по его поводу. Я полагаю, все осознают, что сейчас мы не можем предоставить его ни при каких обстоятельствах. Вероятно, они ожидают завершения сезона и разрабатывают предложения. Очевидно, что конкуренция за него будет значительной, — нам предстоит обдумать ситуацию.

Он не высказывал никаких пожеланий. Вообще, ни один из игроков не обращался с просьбой о досрочном прекращении сотрудничества с «Салават Юлаев».

— А что насчет Вязовой? По имеющимся сведениям, он планировал уйти. В связи с этим, возникает вопрос: почему тогда ушел Самонов?

— Для меня информация о Вязовом стала неожиданностью. Никаких запросов от него не поступало. От его представителя был только вопрос, касающийся экипировки, и больше ничего.

По мнению многих, как только у Саши Самонова возникла возможность перехода в ЦСКА, он поручил своему агенту начать переговоры. Было заметно, что ему непросто дается расставание с командой, он выглядел подавленным. Кроме того, это достаточно высокооплачиваемый хоккеист. Ранее интерес к нему проявляли «Трактор», «Сибирь» и другие клубы. После этого в борьбу включился ЦСКА.

Мы находимся на завершающей стадии переговоров с одним из клубов, однако, по информации от агента, ЦСКА является приоритетным вариантом для игрока. Инициатором контакта выступили мы, поскольку были осведомлены о заинтересованности тренерского штаба и достигли договоренности. Выгода для нас была ясна: получение компенсации и освобождение места в зарплатной ведомости. Фактически, мы расставались с игроком, который уже был эмоционально настроен на переход в другую команду.

Разрыв произошел без конфликтов: состоялся разговор, и он выразил благодарность за проявленные уступки. Желаю ему скорейшего решения проблем. Самонов – опытный вратарь. Для него, как и для любого голкипера, принципиальны поддержка и возможность играть.

Не смогли плестись в хвосте таблицы

— Изначально летом у «Салавата Юлаева» существовал иной план: достойно пережить сезон, погасить имеющиеся долги и добиться успеха в сезоне 2026/27. В какой момент произошли изменения?

— При использовании калькулятора такую позицию можно аргументировать. Однако, когда команда на протяжении длительного времени занимает последние места в турнирной таблице, давление становится огромным. Все это было известно, однако с нас не снимали ответственности. Переносить морально было непросто. Руководство осознавало сложившуюся ситуацию и не вмешивалось. Но есть болельщики и история клуба — это оказывает самостоятельное давление.

Уход Саши Хмелевского стал самым непростым этапом. Мы возлагали на него надежды как на лидера, и его переход стал ощутимой потерей. После этого, совместно с Виктором Николаевичем Козловым, было принято решение использовать имеющийся состав. Со временем тренеры смогли найти общий язык с игроками, команда начала демонстрировать иную тактику, и последовала череда побед. Победы позволяют отбросить лишние заботы и начать использовать все доступные возможности, включая финансовые. В условиях повышенного давления приходится принимать решения быстрее.

До сих пор не можем объяснить, как нам удалось преодолеть возникшие трудности. Мы практически погасили все долги, последний был реструктурирован. Для нас было очевидно, что «Салават Юлаев» не должен занимать последние строчки в турнирной таблице, даже при ограниченном финансировании, и формально можно было бы отказаться от участия в сезоне. Однако такой год имел бы долгосрочные негативные последствия. Поэтому мы оперативно изменили подход и, из всех доступных альтернатив, выбрали ту, что, как нам казалось, была наиболее выгодной: мы продали права на Хмелевского и незамедлительно согласовали переход Рэмпала.

— Долгов меньше стало?

— Да, погасили около 700 миллионов рублей.

— Важнее не абсолютная величина долга, а процентное соотношение: какой объем задолженности остается и насколько сложной является ситуация?

— Если ранее речь велась о сумме в сотни миллионов, то теперь — около 160. Планируется закрыть вопрос в межсезонье: ожидаются рекламные контракты, ведутся переговоры с потенциальными спонсорами. Администрация республики проводит сложные переговоры. Есть основания надеяться на увеличение финансирования. Это, в сочетании с нашей бережливостью, позволит начать сезон без задолженностей.

Я не готов утверждать, что в следующем году мы достигнем отметки в 900 миллионов. Однако для стабилизации ситуации потребуется определенное время — следующий сезон, возможно, даже еще один. Только тогда мы сможем с большей уверенностью ориентироваться на установленные ограничения по зарплатным фондам.

— Опыт свидетельствует о том, что сумма в 900 миллионов не является необходимой. При бюджете в диапазоне 600-700 вы будете производить впечатление уверенности.

— Именно этого мы и добиваемся. Показатели ведущих клубов не подразумевают обязательных расходов в 900 миллионов. Предоставляя возможность проявить себя молодым игрокам, которые стоят дешевле, они получают ценный опыт игровой практики. Это простые, но важные принципы, на которых можно сформировать конкурентоспособную команду при ограниченном бюджете.

Дополнительные ресурсы, вероятно, нам и не понадобятся. Однако я надеюсь, что у нас всегда будет запас средств для приобретения звезды – игрока, который станет очевидным претендентом на Кубок Гагарина. Считаю, такая перспектива существует.

По имеющимся сведениям, Козлова пытались заполучить представители одного из клубов

— Задолженность сокращается, однако ключевой вопрос на данный момент – контракт Вязова. Срок действия соглашения Рэмпала также подходит к концу.

— Действие соглашения с Рэмпалом истекает, в то время как у Вязового оно действует до следующего года.

— У Жаровского также действует контракт на следующий сезон. О ком идет речь – о Панине, Кузнецове и Ефремове?

— У Ефремова контракт как раз заканчивается.

— Сохранится ли основной состав или потребуется замена 12-15 человек?

— Полагаю, основной состав команды сохранится. Мы учитываем не только предстоящий сезон, но и перспективы, связанные с контрактами Вязова и Жаровского. Серьезных затруднений не предвидится.

Когда финансовое положение стабилизируется, открываются новые возможности, и задачи меняются. Не сомневаюсь, что состав сформировать будет легко. Причина проста: игроки хотят выступать за нашу команду. В установленный срок не поступало ни одного обращения от агентов с просьбой о трансфере игроков.

— В этом сезоне выплаты сотрудникам не задерживали?

— Действительно, первостепенной задачей сезона было обеспечение своевременной оплату, даже если это требовало уступок другим кредиторам. Важно было, чтобы игроки не ощутили никаких проблем.

На недавнем совещании в КХЛ возникло разногласие: наш клуб ошибочно был внесен в перечень организаций с задержками. Мы были вынуждены опровергнуть данное утверждение. Ошибку признали технической.

Мне ответили, что не стоит поднимать этот вопрос. Я не согласился, так как иначе через некоторое время разговор перешёл бы к обсуждению финансовых обязательств, звонкам от агентств и прочим подобным вопросам.

В Континентальной хоккейной лиге наблюдается значительная конкуренция. Хотя я лично об этом не слышал, знаю, что при обсуждении вопроса о «Салавате Юлаеве» звучали фразы о задержках зарплаты. Это принципиальный вопрос для нас. На данный момент мы справляемся даже лучше, чем планировали в начале сезона.

— Как получилось, что Виктору Козлову удалось остаться в команде? Предпринимались ли попытки заполучить его для других клубов? В настоящее время он входит в число наиболее квалифицированных специалистов лиги.

— После того, как с ним был заключен контракт, появился клуб, который стремился заполучить его и предпринял для этого значительные усилия, возможно, даже более масштабные, чем те, что были предприняты мной.

— Это был ЦСКА?

— Не все негативные явления в мире связаны с командой ЦСКА. Речь шла не о ЦСКА, поскольку в то время в клубе работал Никитин. Считается, что предложение было весьма выгодным, однако Виктор Николаевич сам отклонил его.

Мы открыто заявили ему: даже при условии действующего контракта вы можете расторгнуть его, учитывая наши финансовые трудности. Если вы не видите себя в этой команде, вы можете уйти — мы не обидимся. В ответ он сообщил, что продолжит выступать за «Салават Юлаев».

Решение требовало срочного принятия, что, вероятно, оказало влияние на его состояние. Клуб предложил нам компенсацию, однако Виктор Николаевич решил остаться. После этого звонки прекратились. У него заключен договор и на следующий сезон. Он пока что находится в нашей команде.

— Я люблю повторять одну фразу: сейчас ЦСКА приобретет Жаровского и Рэмпала, и у «Салавата» не останется шансов. Предпринимались ли серьезные попытки?

— Нет. Я не уверен, говорил ли это когда-либо, но оценка воздействия ЦСКА на «Салават Юлаев» кажется мне завышенной.

— Наличие единственного спонсора объясняет особенности ваших высказываний.

— Это относится к сфере высшей политики. Могу отметить, что сегодня все участники определились с позицией. Не поступало ни одного обращения, которое противоречило бы нашим интересам.

— Но вам могли и не звонить напрямую.

— По имеющимся данным, даже сам факт подобных звонков был переоценен. Некорректно выстраивать работу, ориентируясь на вероятность оказания давления. Власти республики осознают это.

Изначально ситуация была сложной, однако теперь она прояснилась. В настоящее время отношения с ЦСКА характеризуются как уважительные и партнерские. Никаких указаний в наш адрес не поступало.

Страсти вокруг продажи Хмелевского

— Почему Хмелевский не стал игроком «Авангарда», учитывая, что омский клуб предложил значительную сумму для компенсации? Причиной перехода в «Ак Барс» стало наличие дружеских отношений?

— Омичи действительно предлагали большую сумму, однако это произошло уже после согласования условий с «Ак Барсом».

— То есть договорились, но бумаги не подписали?

— Да. Подписание документов не состоялось, однако все детали были обсуждены с руководством клуба. Мы настоятельно просили воздержаться от распространения информации, поскольку это стало для нас серьёзным испытанием.

Нам открыто заявили: «Мы не планируем предпринимать никаких действий, но ответственность за агентов не несем». Сразу после того, как сведения стали известны, уже через час началась активная дискуссия. Я ощущал себя в очень неприятной ситуации, поскольку продажу представляли как доказательство неспособности клуба обеспечивать игрока. Это было неправдой. Теперь я осознаю: поступил бы иначе.

— Что именно по-другому?

— Не стоит спешить. Я был охвачен эмоциями в напряжённый период: ощущалась паника и срочность. Мне хотелось поскорее от него избавиться, так как вокруг царила негативная атмосфера.

Ситуация выглядела неприглядно. У людей исчезло почтение к клубу, возникло ощущение, что к «Салавату» можно относиться пренебрежительно. Публикации, критика со стороны экспертов и фанатов, дискуссии — все это причиняло сильную боль. Я тогда решил: выдержу, этот период закончится. Главное — финансовая сторона вопроса. Но сейчас понимаю, что можно было получить больший доход.

Изначально эта сумма в 200 миллионов долларов казалась максимальной. Мы вели переговоры все лето: когда впервые называли ее, обсуждение прекращалось. Через некоторое время, до заключения сделки, эти 200 миллионов уже были доступны.

Существенная трудность заключалась в том, что Хмелевский не в полной мере реализует потенциал, который в нем видели. Опасения относительно возможного снижения стоимости также повлияли на оперативность принятого решения. Парадоксально, но после его перехода в «Ак Барс» интерес к нему заметно возрос. Ранее за него предлагали 200 миллионов рублей, но с некоторой оговоркой.

— Неуважительно?

— Да. Если бы располагалось больше времени и не было столь сильного эмоционального накала, если бы в тот момент в нашем распоряжении уже находились Ливо, Рэмпал и другие игроки, мы бы не торопились. Мы бы продали тому, кто предложил бы наиболее выгодную цену, независимо от сложившихся отношений.

Финансовые обстоятельства играли решающую роль в сложившейся ситуации. Я учитываю позиции всех сторон: у «Авангарда» свои цели и возможности, и они могут действовать решительно. Однако оформление контракта с игроком такого уровня – это более сложный процесс, чем простое обозначение стоимости. Полагаю, что в отношении Хмелевского этот вопрос закрыт.

Снижение градуса

— Десять месяцев назад мы с вами были в «Мегаспорте», и тогда вы утверждали, что исход противостояния с «Спартаком» определит дальнейшую судьбу команды. Впоследствии выяснилось, что эти слова не соответствовали действительности. Однако сейчас вы не только обеспечили себе место в зоне плей-офф, но и демонстрируете качественный хоккей, зарабатываете очки в матчах с грозными противниками. Существует ли задача обязательно преодолеть первый раунд плей-офф? Или вам скажут, что вы и так достигли предела возможностей?

— Нет, подобного давления не оказывают. И это хорошо, поскольку руководство осознает, с какими трудностями мы сталкиваемся. Однако мы не находимся в беспомощном положении. Это не случай, когда клуб не представляет интереса для кого-либо.

В регионе определены приоритетные задачи, и мы не считаем себя ущемленными. После матчей со «Спартаком» мы провели обсуждение и сформулировали цели для каждого. 30 декабря состоялась беседа с руководителем, в ходе которой было отмечено, что все участники выполнили свои обязательства. Обещанные средства поступили в полном объеме. Это послужило стимулом для нас – мы осознали, что дальнейших выплат не будет, и разработали соответствующую стратегию.

С самого начала мы признавали, что, вероятно, не сможем достичь тех же результатов, что и в прошлом сезоне. Однако после этого ни разу не было поставлено цели обязательно преодолеть первый этап.

Наличие авторитета клуба побуждает нас двигаться вперед и преодолевать каждый следующий раунд — первый, второй, третий. Мы работаем в этом направлении. Однако мы не будем оправдывать свои действия опасением потери работы. Для нас ключевым фактором является аудитория на трибунах. Это имеет первостепенное значение.

— Вокруг вас наблюдается заметное снижение критики, которая сопровождала прошлый сезон: исчезли требования об увольнении Баширова, вопросы о трансферах и обвинения в нецелевом расходовании бюджетных средств. Кажется, что к вам перестали предъявлять прежние претензии.

— Было бы неплохо питать такую надежду. Однако, когда человека постоянно подвергают критике, складывается впечатление, что окружающие осознали: дальнейшая критика неэффективна.

Я неоднократно заявлял: мы не принимаем решения, подверженные влиянию критики. У меня есть опыт работы в условиях постоянной негативной оценки — и это не касается хоккея. Важно научиться понимать суть критики и никогда не реагировать на нее импульсивно. Это наш основополагающий принцип.

Хоккей также имеет политический аспект. Постоянная реакция на критику, в особенности на необоснованную, может привести к тому, что вами начнут управлять. Вероятно, сейчас действует сразу несколько таких факторов. Мы ощущаем это, однако принимаем решения, опираясь на имеющиеся ресурсы и поставленные задачи.

Мы стремимся к зрелищному хоккею, полным трибунам и довольным болельщикам. Что касается раундов, то они появятся, и тогда мы уже будем принимать решения.

— Значит, «Салават Юлаев» перестал быть объектом повышенного внимания в скандальных историях? Ранее задержки в выплате заработной платы вызывали широкий резонанс, связанные с Уфой. Теперь обыгрывается минское «Динамо», команда приближается к топ-пяти — и интерес угасает.

— Виктор Николаевич и я, откровенно говоря, не обсуждаем текущее положение в турнирной таблице. У нас есть позитивный настрой и уверенность в том, что мы попадем в плей-офф. Для достижения цели – попадания в плей-офф, – мы переходим к решению следующей задачи: успешному преодолению раунда. По моему мнению, в настоящее время наше психологическое состояние даже более благоприятно для плей-офф, чем в прошлом сезоне.

Раньше существовало требование: необходимо успешно преодолеть стартовый этап. В настоящее время оно отменено. Тренерский штаб сейчас готовит команду к играм плей-офф. Не все в этом сезоне идет по плану: в некоторых аспектах мы допустили ошибки при выборе игроков, а некоторые ключевые футболисты демонстрируют не ту эффективность, на которую рассчитывали. Однако мы постепенно формируем ту команду, которую может позволить себе «Салават Юлаев.

Кузнецов

— И в заключение: вы хоть на мгновение пожалели о том, что дали согласие на подписание контракта с Евгением Кузнецовым?

— Нет. Ни в какой мере. Прежде всего, в коллективе сразу установилась позитивная атмосфера. Это похоже на детские игры во дворе: если в команде есть энергичный человек, то его энтузиазмом заряжаются все остальные.

Хоккейная легенда, обладатель такого богатого опыта, безусловно, поддерживает клуб. В прошлом сезоне его вклад мог быть менее ощутимым, а в нынешнем, с молодежным и не самым именитым составом, его появление сыграло исключительно положительную роль, даже когда он находится в запасе.

Это не только мое мнение, я часто слышу это же от других игроков, включая капитана. Мы надеемся на его скорейшее выздоровление и возвращение в игру. Начавшиеся матчи продемонстрировали, насколько он ценен в большинстве. К тому же, для Александра Жаровского наличие такого игрока в команде – значительное преимущество.

Его желание попасть в Национальную хоккейную лигу? По моему мнению, сейчас для него будет наиболее продуктивно испытать атмосферу НХЛ. А затем мы увидим, что будет дальше.

— Нам известно о существующих у Кузнецова сложностях. У вас есть какие-либо вопросы, касающиеся этой ситуации?

— Мы не обсуждали этот вопрос с ним. В данном случае я полностью ориентируюсь на мнение Виктора Николаевича. Когда речь заходила о подписании, он взял на себя ответственность. У нас даже не было переговоров, которые можно было бы назвать дискуссией. Как только он обозначил наличие возможности, я ответил, что мы полностью поддерживаем это. Вы можете самостоятельно вести переговоры. Пока, думаю, не предвидится неожиданностей. Те трудности, о которых вы упоминаете, могут проявиться в любой момент — это сложный вопрос. К сожалению, подобный опыт есть у многих людей в стране. Я хорошо понимаю эту проблему — не потому, что сталкивался с ней лично, а потому, что хорошо знаю ее суть. Мы все вышли из эпохи, когда подобные вещи были обычным явлением.

В случае возникновения подобной ситуации у Евгения это не будет свидетельствовать о его безответственности по отношению к клубу или негативном отношении к нам. Пока что ему интересно работать здесь. Надеюсь, мы сможем помочь ему справиться с его трудностями, а он, в свою очередь, поможет нам решить наши.