Александр Барабанов, ранее выступавший за «Ак Барс», поделился своими мыслями о целях, непростом этапе в Казани, поражении от «Локомотива» в финале и перспективах игры в НХЛ.
Поражение в финале — больная тема
— Поздравляю с тем, что вы стали самым высокооплачиваемым игроком Континентальной хоккейной лиги. Как долго вам пришлось добиваться этого?
— Всю карьеру.
— Вызвал удивление тот факт, что не удалось найти общий язык с «Ак Барсом» и вы покинули клуб. Расскажите о ходе переговоров.
— Это непростой для меня вопрос. Однако, на мой взгляд, если есть намерение удержать ценного игрока, то общение должно начинаться заблаговременно. К сожалению, подобное не состоялось.
— Обсуждение вопроса о продлении контракта так и не состоялось?
— Этот вопрос затрагивался в начале сезона, однако тогда обстоятельства сложились иначе. Мы эту тему приостановили и отошли от неё. После новогодних праздников я предполагал, что обсуждения возобновятся — во время перерыва или в период плей-офф. Но таких переговоров не было. По всей видимости, руководство клуба приняло решение о том, кого необходимо удержать. Подписаны контракты с Дынаком и Лямкиным. Я искренне рад за этих игроков.
— «Автомобилист» был единственным вариантом?
— Нет.
— Выбрал его не только из-за денег?
— Безусловно. При принятии решения всегда учитываются различные факторы: расположение города, удобство для семьи, взаимоотношения с главным тренером, цели клуба. В Екатеринбурге построена новая спортивная арена, поставлены масштабные задачи. Команда находится в процессе перестройки, что представляет собой интересный проект как для клуба, так и для тренерского штаба. У них заложены высокие амбиции, это привлекательно.
— По моему мнению, в «Ак Барсе» вы не смогли полностью раскрыть свой потенциал. Я вспоминаю вас в СКА, ваш первый сезон в Национальной хоккейной лиге — и последний год в Казани показался менее результативным. Вы согласны с этим?
— По моему мнению, это касается всей команды. Все стали свидетелями того, как прошел сезон. Начало было с определенными партнерами, и все шло неплохо. Затем к нам присоединились новые игроки, которым потребовалось время для адаптации к системе, разработанной Анваром Рафаиловичем. Кроме того, в течение сезона к команде присоединился Сан Саня Хмелевского. Тренер постоянно экспериментировал с различными комбинациями и составами.
С Сэмом (Кирилл Семенов. — Прим. «СЭ») У нас сложилось отличное взаимопонимание. Создавалось впечатление, что в третьем звене можно было использовать практически любого игрока, и это работало бы. Затем я играл с Галимовым и Сафоновым — хочу выразить им уважение, они большие молодцы. Но той сыгранности, которая была с Сэмом, повторить не удалось.
Первые семь или восемь матчей сезона были успешными. Однако затем начали меняться составы звеньев, и многое начало складываться не так хорошо. Тренер это заметил, я тоже был расстроен, поскольку осознавал свою роль одного из ключевых игроков команды. Со временем мы пришли к взаимопониманию, скорректировали комбинации, и игра снова наладилась.
— С одной стороны, «Ак Барс» вышел в финал, с другой — многие предполагали, что вы создадите больше трудностей для «Локомотива». Что произошло в заключительных трех матчах этой серии?
— Этот вопрос вызывает болезненные чувства. Крайне непросто переживать такие поражения. Откровенно говоря, я предполагал иное развитие событий в заключительной встрече.
По итогам второй игры возникло ощущение, что мы уяснили необходимые действия. Однако на последующих матчах создавалось впечатление, будто часть игроков не была настроена на игру. Для финала это выглядит необычно. В решающие игры необходимо выходить и демонстрировать максимальную самоотдачу.
Если быть откровенным, в двух играх мы показали достойный уровень. Остальные, по моему мнению, были неудачными. Наблюдались существенные колебания в результативности.
— В чем, на ваш взгляд, заключалась причина недостаточной эффективности в финальной серии?
— Встречи с «Локомотивом» всегда представляют собой серьезное испытание. Этот коллектив формировался длительное время и обладает отлаженной системой игры. Они крайне редко допускают ошибки и демонстрируют превосходную игру в обороне.
Именно этого нам сегодня и не хватило. Мы могли создавать опасные моменты при владении шайбой, но игра без шайбы не менее критична – я бы даже утверждаю, что она является ключевой. «Локомотив» умеет выдерживать давление и избегать ошибок. В то же время мы совершали необоснованные потери, сами создавали для соперника возможности для атаки, позволяли забивать голы с ближней дистанции. Подобное недопустимо. «Локомотив» практически не предоставил нам подобных шансов.
Нельзя не отметить великолепную игру вратаря Исаева в финальном матче.
Утверждения о том, что он играл ради личной статистики, являются ложными.
— В непростой период сезона возникали слухи об увольнении Анвара Гатиятулина. Мне сообщалось, что к нему лично предъявлялись определенные претензии: будто после игр он уделял первостепенное внимание анализу своей статистики и беспокоился по поводу набранных очков.
— Все, кто меня знают, понимают, что я никогда не придавал особого значения статистическим показателям. Моей главной целью всегда было благополучие команды.
Я осознаю: когда команда и состав демонстрируют хорошую игру, результативность приходит сама собой. Безусловно, информация о том, что говорили и писали, до меня доходила. Я испытывал определенное волнение, поскольку любой человек, стремящийся быть полезным, желает внести максимальный вклад. Однако я никогда не проводил время после матчей, подсчитывая свои очки.
— Говорят, это происходило прямо в раздевалке.
— Это не соответствует действительности. Я вообще прихожу на ледовую площадку, сразу прячу мобильный телефон в шкафчик и достаю его лишь по окончании тренировки или игры. Даже в раздевалке я практически не использую телефон.
— После вашего ухода из Национальной хоккейной лиги произошел значительный рост зарплат игроков. Возникает вопрос: не сожалеете ли вы о том, что не остались там еще как минимум на один год?
— Это непростой вопрос для ответа. Были определенные предложения, однако я осознавал, какую роль мне бы доверили – играть в четвертом звене. В такой ситуации моя эффективность была бы ограничена. Такой стиль игры мне не близок: просто перемещать шайбу в зону и наносить удары. Мне важно быть вовлеченным в игру, создавать голевые возможности, демонстрировать комбинационную игру.
По моему мнению, если бы появилась возможность занять место среди шести лучших или хотя бы в третьем десятке сильнейших, он, вероятно, остался бы еще на год или два.
— Ваш последний сезон в НХЛ оказался весьма необычным. В чем причина?
— Несколько факторов совпали одновременно. Летом моя жена находилась на позднем сроке беременности, и у нас родилась дочь. Мы остались в Соединенных Штатах, и я не смог приехать домой, в Санкт-Петербург. Это создало определенные психологические трудности.
Тем не менее, подготовка была проведена на высоком уровне. Он успешно прошел тренировочный сбор, начал сезон, однако на седьмой игре получил травму пальца, которая выбила его из строя примерно на шесть недель. После возвращения он начал вновь набирать форму, но вскоре заболел коронавирусом. Все сложилось крайне неудачно.
К тому же, еще в летний период он сообщил своему агенту о желании быть обмененным. Он ощущал, что в «Сан-Хосе» реализовал свой потенциал и хотел сменить клуб. И ему очень хотелось принять участие в плей-офф.
Непосредственно перед завершением периода обмена меня действительно должны были перевести в другую команду. Я не принимал участия в нескольких играх, находился дома в ожидании новостей. Но обмен так и не состоялся. По возвращении в раздевалку я почувствовал себя совершенно подавленным. А вскоре также получил перелом ноги. После этого я осознал необходимость перемен.
В Континентальной хоккейной лиге существует вероятность удаления до завершения поединка даже за чистый силовый прием
— Поэтому решил вернуться в Россию?
— Безусловно. Все факторы совпали. Я осознавал, что перерос тот период в «Сан-Хосе». Отсутствие интереса к завершению сезона в марте и понимание того, что последующих целей не предвидится, меня беспокоило.
Для меня всегда необходимо наличие цели — участие в плей-офф, борьба за кубок. В «Сан-Хосе» перспективы этого не наблюдались. Именно поэтому было принято решение вернуться в Россию. «Ак Барс» – организация, которая неизменно стремится к вершинам. Это являлось для меня принципиальным фактором.
— После длительного периода выступлений в Северной Америке возникли сложности с адаптацией к хоккею КХЛ и необходимостью кардинально менять свой подход.
— Безусловно, хоккей имеет свои особенности. Для привыкания к новым условиям требуется определенное время. Со временем становится очевидным, что игра существенно отличается. В Национальной хоккейной лиге (НХЛ) преобладает очень жесткий силовой стиль игры, и удары ощущаются весьма болезненно. Здесь многие силовые приемы приводят к удалениям – немедленно на пять минут плюс двадцатиминутный штраф. Штраф может быть вынесен даже за чистый, но мощный подкат, а не только за грязную игру.
В Континентальной хоккейной лиге (КХЛ) наблюдается более закрытый стиль игры, когда команды предпочитают отступать и выстраивать оборонительные построения, создавая непроходимую стену. В НХЛ подобное явление встречается крайне редко; хоккей здесь в целом проще: получив шайбу, игрок либо делает передачу, если обладает необходимым мастерством, либо открывается для броска или устремляется вперед.
— Какой гол из сыгранных матчей запомнился больше всего?
— Вероятно, это был гол, забитый за секунду до финального свистка в игре с «Ванкувером», который позволил нам сравнять счет. Этот момент оказался весьма символичным: незадолго до этого у нас родилась дочь.
— Вы затрагивали тему повседневной жизни. Не могли бы вы уточнить, что именно вам импонировало в Северной Америке?
— Речь идет о структуре организации лиги в целом.
Транспортировка, размещение, вся сопутствующая логистика организованы на высшем уровне. После тренировки предоставляется свободное время. Для выездных игр хоккеист самостоятельно прибывает в аэропорт и без проблем регистрируется на рейс. По прибытии его ожидает автобус для трансфера.
В отеле выдаются расходные материалы, и каждый спортсмен сам определяет место проведения ужина. От профессионального хоккеиста ожидается большая степень ответственности и самодисциплины.
Переезд из Континентальной хоккейной лиги в Национальную хоккейную лигу поначалу оказался не самым простым опытом. Однако со временем я адаптировался и оценил такой стиль игры. Безусловно, было бы неплохо видеть что-то похожее и на родине, хотя осознаю, что воплотить это в России довольно затруднительно.
— Завершающий вопрос касался восприятия «Автомобилиста» как влиятельного и финансово состоятельного клуба, не добившегося пока значительных побед. В связи с этим многие хоккеисты избегают перехода туда. Этот фактор вызывал у вас сомнения?
— Вовсе нет. Моя точка зрения отличается. Приняв решение о переходе в этот клуб, я убежден в наличии у команды перспектив для успеха. Мне импонирует тренерский состав, нравится город. Главное для меня – это то, что клуб демонстрирует серьезные стремления к развитию.
В настоящее время формируется весьма привлекательный состав игроков. Я уверен, что мы сможем продемонстрировать достойный результат.