За более чем пятнадцать лет в КХЛ он сменил шесть команд. Дважды работал главным тренером в «Ладе», «Амуре» и «Адмирале», а также в «Атланте» и «Сочи», покинув последний в январе 2023 года. С тех пор Сергей Александрович находится в поиске работы.
Светлову удалось построить гораздо более насыщенную карьеру игрока. За восемь сезонов, проведенных в составе сборной СССР (1980-1988), он сыграл 154 матча и забил 57 шайб. В его активе победа на Олимпиаде-1988 в Калгари, золото чемпионата мира-1986, прошедшего в Москве, а также два участия в Кубке Канады в 1984 и 1987 годах.
За 11 лет, проведенных в московском «Динамо» (с 1978 по 1989 год, 372 игры, 138 голов), ему так не довелось стать чемпионом страны. Наиболее близко к этому команда подошла в 1985 году. Вот как это произошло, Спустя годы Светлов поделился в «Разговоре по пятницам»:
— У нас получился прекрасный сезон. Для завоевания золотых медалей требовалась победа над ЦСКА. Однако, в самый неподходящий момент получили травмы ключевые игроки — Толя Семенов и Юра Леонов. В концовке встречи вели 2:1. Мы были настолько измотаны, что не могли подышать. Нужно было просто дотерпеть. В памяти до сих пор стоит — точка вбрасывания. Касатонов бросает в направлении ворот с неудобной руки — и шайба перелетает за спину Мышкина! 2:2! Не понимаю, что случилось с Володей. Напишите — «не справился». А уже через день ЦСКА безжалостно обыграл нас — 11:1.
— Какие изречения Юрзинова-старшего дошли до наших дней?
— «Вилы в спину с колом сзади», «В борт по носу, на резиночке на подбородок», «Злобный пёс»… Владимир Владимирович склонен к образным выражениям.
— Что такое «Злая собака»?
— Это упражнение часто включают в тренировочный процесс перед началом сезона. Один хоккеист контролирует шайбу, а другой пытается ее выбить, при этом оказывая давление сзади, фиксируя за шорты. Задача – сохранить равновесие, что в такой ситуации требует повышенной концентрации и усилий.
— Чем Юрий Моисеев удивлял?
— Он тоже славился богатым воображением. Именно с ним мы играли в футбол и на льду, и на земле — поочередно перенося друг друга на плечах. Мы устраивали беговые упражнения с рюкзаками, набитыми песком, но лямки не справлялись с весом и рвались. В Новогорске он заставлял нас выполнять кувырки на асфальте. Порой он возил команду на Северный речной вокзал, где мы выгружали огромные объемы песка.
— Зачем?
— Снова взваливаешь на партнера тяжесть и устремляешься вверх. Представь себе: ты сам погружаешься в песок по колено, а на тебе еще и 90 килограммов!
— Вы с кем в паре работали?
— С Семеновым. Наши веса совпадают, поэтому это вполне приемлемо. Баллоны на тренировках у Юрия Ивановича использовались постоянно. Однако однажды летом он решил усложнить процесс. На баллоны положили блины от штанги — и стали бежать по корту! На льду баллоны легко катятся, а здесь их практически невозможно оторвать от земли! Тем не менее, мы пробегали с ними 400 метров…
— Спина вас сегодня не тревожит?
— В целом, всё было хорошо. Мне посчастливилось не получать серьёзных травм, операций не требовалось. Конечно, были переломы ключицы и руки, а также сотрясения мозга. И ещё дважды пришлось зашивать рассечения языка.
— В отличие от Кирпича, вы не шепелявите.
— К счастью, обошлось без серьезных последствий. Сначала клюшкой задели язык, а затем сам получил травму в столкновении.
— Попав в Германию, Илья Воробьев неожиданно изменился. Он стал часто ввязываться в конфликты. У вас был подобный опыт?
— Нет, я не был задирой. Хотя все знали, что приехал Светлов, который выступал за сборную СССР. Постоянно пытались спровоцировать.
— Как?
— Клюшкой пытались засунуть между ног. Также предпринимались попытки бросить по спине или ударить по шее.
— В 1988-м вас задрафтовал «Нью-Джерси». Приглашали?
— Да, но я не решился на это из-за черепно-мозговых травм. Хоккей в Америке в то время отличался высокой степенью физического контакта. Я посчитал, что рисковать не стоит, тем более что мне уже близился тридцатый год. В Германии же обстановка была более спокойной.
— Сколько же у вас было сотрясений?
— Игрового времени было предостаточно. Сознание я не терял, однако после травмы головы у меня возникали трудности с периферийным зрением. Примерно две-три недели я проходил лечение в госпитале. Если бы не это, за одиннадцать сезонов выступлений в чемпионатах СССР я провел бы значительно больше матчей. В итоге на счету у меня оказалось 372 игры.
— В «Динамо» до какого звания дослужились?
— Капитан. После окончания сезона вся команда посетила воинские части. В частности, были в Голицыно и на погранзаставе в Грузии.
— Познавательно?
— Вполне согласен. Где еще можно испытать полет на вертолете и пострелять из автомата Калашникова в тире?
— Вы поехали в немецкий «Ратинген» в 1990 году вместе с Валерием Васильевым?
— Да, его назначили играющим тренером. Две позиции для легионеров занимал я и канадец, который вскоре получил травму и выбыл на четыре месяца. Появился 40-летний Васильев — и он начал активно взаимодействовать с немецкими игроками! Он мог добиться желаемого результата от кого угодно. В течение сезона немцы не выплатили Валерию Ивановичу причитающиеся деньги. На следующий год он вернулся, чтобы получить свои долги. Он прожил у меня дома полмесяца, пока вопрос с расчетами с немцами не был решен. Я заходил с тренировки, чтобы пообедать и немного отдохнуть, а потом снова выходил на лед. Жена рассказывала, что Валерий Иванович просыпался и сразу начинал уборку с пылесосом.
— Не отбирала у легенды пылесос?
— Я не отдавал. «Валера, пожалуйста, оставьте, что вы…» — «Нет, я сам сделаю!» Затем он приготовил суп. Когда я вернулся, он уселся рядом, подперев щеку рукой. Улыбался: «Серега, мог ли ты предположить десять лет назад, что Валерий Васильев будет ставить тебе суп на стол?» Просто замечательный человек!
— Когда виделись в последний раз?
— За несколько недель до его смерти. Его самочувствие ухудшилось, речь стала затрудненной, он упал в ванной. Последовавшие друг за другом сердечные приступы и инсульт…
— Александр Бородюк выступал за «Шальке» в 90-е годы. В Москве в то время проводилась денежная реформа, и он поспешил домой. Все сбережения, которые были на банковском счете, он потратил на покупку двух мешков картошки…
— Я хорошо знаю, что вы имеете в виду. Я потерял десять тысяч рублей. Это стоимость автомобиля.
— Имелся ли у вас какой-либо опыт предпринимательской деятельности?
— Одной было достаточно. Начало девяностых годов. Тогда вся предпринимательская деятельность сводилась к перепродажам. Из Германии в Москву привозили грузовые автомобили с различными товарами. Доставляли практически всё: от утюгов до комплектующих для автомобилей. Я не принимал непосредственного участия в этих операциях, но давал деньги своим знакомым, которые и занимались этим. Они потерпели неудачу. С тех пор я не имею никакого отношения к бизнесу.
— Какие артисты из числа группы поддержки запомнились на Олимпиаде в Калгари?
— Он пел композицию «Я тебя своей Аленушкой зову…».
— Евгений Мартынов.
— Безусловно! Очень интересный и обаятельный человек. В той же поездке присутствовали Ширвиндт и Державин. Мы общались с командой, делились забавными историями. Однако, самый комичный случай произошел не в Калгари.
— А где?
— В Москве, во Дворце спорта перед одним из матчей «Динамо», Леонов поддерживал свою команду. Он зашел в раздевалку, прищурился и неожиданно произнес голосом Доцента из фильма «Джентльмены удачи»: «Если проиграете — принесу вам неприятности, выколю глаза!» От этой фразы игроки расхохотались.
— Выиграли?
— После такой-то установки? Конечно!
