Перед молодыми российскими хоккеистами нередко возникает дилемма: где оптимальнее всего реализовывать свой потенциал – в России или в Северной Америке? Однозначного ответа и универсального пути к успеху не существует: одни остаются на родине, стремясь через МХЛ достичь ВХЛ и КХЛ, другие же стремятся привлечь внимание североамериканских скаутов, выступая в США и Канаде.
Степан Куряченков сделал выбор в пользу второго варианта, решившись в раннем возрасте покинуть семью. В интервью «Чемпионату» он поделился обширной информацией о юниорском хоккее в Северной Америке, сведения о котором ограничены в России.
А ещё поведал:
- как «Спартак» держит с ним связь;
- о том, как познакомил канадскую семью с ненормативной лексикой;
- почему в России идеальные семьи;
- как тренировался вместе с Никитой Гусевым.
«Ранее при возникновении проблем я обращался к родителям: «Мама, папа». Теперь самостоятельно планирую свой день»
– Что побудило вас отправиться в Канаду в столь раннем возрасте? – Я полагал, что это верное решение для продвижения по карьерной лестнице. Путь оказался непростым. Мне было важно познакомиться с североамериканским хоккеем и адаптироваться к меньшим площадкам. В Соединенных Штатах очень высокая конкуренция и пристальное внимание со стороны хоккейных клубов НХЛ. После завершения первого сезона я осознал, что хочу остаться и продолжить выступления там.
– А что именно зацепило? – Прошлый сезон для меня завершился в феврале из-за полученной травмы: была повреждена плечевая область, проведена фиксация с использованием имплантов. Несмотря на это, по личным показателям он получился удовлетворительным, учитывая объем игрового времени.
– Кто принял решение об отъезде: вы сами, ваш агент или ваши родители? – В первую очередь это было принято по моей инициативе. Я осознавал, что путь будет сложным, однако принял решение испытать себя. Это стало для меня новым этапом.
– Чего не хватало в России? – Не могу утверждать, что мне чего-либо не хватало в России. Российская хоккейная школа предоставила мне обширные знания и опыт, это моя родина. Просто возникло желание выйти за пределы привычного окружения, оценить другой уровень хоккея и убедиться в собственных возможностях.
– Здесь не было таких условий? – Я показал неплохую игру на Кубке Будущего, наша команда успешно выступила на турнире: мы одержали победы над студенческой и молодёжной сборными Беларуси, уступив лишь основной национальной команде. После этого со мной связались скауты CHL и предложили попробовать свои силы.
После этого я был обменян из Уфы в «Спартак», однако к тому моменту я уже принял решение об отъезде, получил визу, а также согласовал все вопросы с канадским клубом, поэтому оставаться в России было невозможно.
– «Спартак» поддерживал контакт на протяжении всего этого периода? – Да, я испытал большое удивление. Выражаю огромную благодарность футбольному клубу «Спартак». После получения травмы меня пригласили на встречу с руководителем клуба, и сразу же отвели в медицинский центр. Они оказали значительную помощь в моём восстановлении: проводились различные терапевтические процедуры и массаж. Я очень признателен врачам.
Они выражали желание видеть меня в качестве игрока своей команды. Что будет дальше – пока не ясно. Сейчас я начинаю сезон в Северной Америке, а затем посмотрим, как будут развиваться события.
– Не возникали ли опасения перед отъездом, связанные с предстоящими трудностями: языковой барьер, иная культура? – Безусловно. Переезд в другую страну без знания английского оказался непростым испытанием. Я мог воспринимать отдельные слова, однако вести непринужденный разговор было затруднительно. Первоначально я использовал переводчик, и прилагал усилия для ежедневного общения, что со временем позволило мне овладеть языком – это стало для меня значительным преимуществом, причем не только в контексте хоккея.
– Фильм уже без перевода сможешь посмотреть? – Я могу рассмотреть этот вопрос, но не стану приукрашивать ситуацию, заявляя, что достиг совершенства в его изучении. Мне под силу общаться с людьми, коллегами по команде и тренерами.
– Как вы представляете себе жизнь без родителей в чужой стране в столь юном возрасте? – В начале было весьма непросто. К тому же существовала девятичасовая разница во времени. Я регулярно созванивался с родителями, ощущал их поддержку на расстоянии и скучал по ним. Такой образ жизни способствовал ускоренному взрослению. Я доволен тем, что покинул привычную обстановку, уехав от родителей.
– Какой опыт оказался наиболее значимым для вас в период обретения независимости? – Я стал более организованным. Ранее при возникновении проблем я сразу обращался к родителям: «Мама, папа». Теперь самостоятельно планирую свой день, решаю, что готовить и чем питаться. Этот год ознаменовал начало моей самостоятельной жизни.
«Однажды я зашел домой после тренировки, а члены канадской семьи без меня ругались на русском языке»
– Расскажи о семье, в которой ты жил в Канаде. – В этом году буду играть в OHL (Лиге Онтарио. – Прим. «Чемпионата»), ранее выступал в WHL. Меня встретила замечательная семья, которая окружила меня заботой и постаралась обеспечить всем необходимым. Поначалу было забавно из-за языкового барьера, приходилось общаться через переводчика. Это было довольно весело. Однажды я вернулся домой после тренировки и увидел, как они ругаются на русском языке в мое отсутствие. Их нецензурная лексика была даже более изощренной, чем моя.
– Ученики учителя превзошли? – Как я понял, это так и было. Я испытал удивление, когда узнал об этом. Раньше не всегда проверяли документы, как это делается сейчас. Меня приняли очень радушно, что стало для меня новым опытом.
– Сравни быт русской и канадской семьи. – В России создаются крепкие семьи. В канадских семьях часто употребляют фастфуд – примерно в 90% случаев. У нас же, если кто-то ест подобную пищу, родители наверняка отреагируют определенным образом. А у них это считается нормой, поэтому там так много людей с избыточным весом. В России ситуация гораздо лучше.
– Был ли для вашей канадской семьи опыт проживания со спортсменом ранее? – Они имели некоторый опыт, но я был первым русским, который к ним приехал. Они называли меня Раша. Подобное прозвище мне дали и в команде. Я довольно строго себя вел, и они всегда говорили, когда я заходил в раздевалку: «Вот идет русский!». В такой шутливой форме. Они поняли, что такое русские.
– «Жёстко поставил» это как? Кулаками? – В целом, это так и случилось. Примерно через три недели мне дали прозвище, после чего приставания прекратились.
– А как докапывались? Ты же язык ещё не понимал. – Действительно издевались, тянули на льду. Пришлось объясниться по-русски.
– Разговор короткий. – Да.
– Как сложилось общение с командой, учитывая, что ты был для них новичком? – На самом деле приняли хорошо, оказывали поддержку в начале пути, никаких неприязненных чувств не было. Всё протекало гладко.
– Как помогали? – Мы обычно брали с собой еду после тренировок или игр, чтобы быстрее адаптироваться к команде.
«Выступления в WHL, известной как автобусная лига, оказались непростыми для меня: приходилось совершать переезды на 15-16 часов».
– Как досуг проходил? – Утром мы находились на спортивной арене, после тренировки отправлялись на обед. Кто-то совмещал это с учёбой, я продолжал обучение в российской школе онлайн, сдавая все необходимые предметы. Вечером у меня были видеоигры и социальные сети. Свободного времени было немного: 68 матчей за сезон означают ежедневные тренировки или игры, что также способствует развитию и накоплению опыта.
– То есть в Канаде ты не учишься? – На данный момент я не планирую этого делать, но мне уже предлагают места в университетах – через два года перейти в лигу NCAA. В России у меня дистанционное обучение, я приезжаю для сдачи сессии.
– А на кого учишься? – На тренера.
– Протоптанная дорожка. – Конечно (смеётся).
– Желания в Канаде или США поучиться нет? – Да, такая возможность имеется, однако на данном этапе я не располагаю возможностью обучения там, поскольку для поступления в университет мне ещё необходимо подождать два года. Кроме того, делать прогнозы непросто.
– Как давались многочасовые поездки на автобусе? – Этот период оказался весьма сложным для меня. Я проживал в небольшом городе Суифт-Каррент, где население составляет всего 10 тысяч человек. Выходить на улицу было не очень интересно. Город небольшой, хотелось больше развлечений и активности.
– Правильно ли я понимаю, что вы не выходили из дома по причине отсутствия интереса, а не из соображений безопасности? – Именно так. Переезд в Онтарио был обусловлен близостью спортивных команд друг к другу. Для меня Лига Западного Хоккея (WHL) – лига, где команды перемещаются на автобусах – оказалась непростой. Путешествия могли занимать от 15 до 16 часов, хотя средняя продолжительность составляла восемь часов.
– Как в России, за шашлыком не останавливались? – Нет, дорога тянется бесконечно. Отсутствие шашлыка по пути было разочарованием.
– Какие запоминающиеся случаи происходили во время ваших путешествий? – Запоминающихся событий не так много. Однажды, когда мы направлялись в Сиэтл, поездка заняла ровно 16 часов. По дороге в Спокан мы сделали остановку в четыре утра и сразу же начали тренировку на льду, при этом я практически не спал.
– Интенсивная тренировка была? – Действительно, нам пришлось потрудиться, и я ощутил работу своих лёгких – чуть их там не оставил. И это произошло накануне игры.
«Когда появится возможность представлять страну на международных турнирах, мы продемонстрируем миру, что такое Россия», – заявил он
– Чем канадские тренеры отличаются от российских? – Подход к тренировкам везде индивидуальный: тренеры обращают внимание на ошибки и проводят разбор полетов. Убежден, что как в России, так и в Канаде работают настоящие профессионалы
– Расскажи, как травму получил. – В феврале я принимал участие в игре, к тому времени был в хорошей форме. Во время матча меня спровоцировали ударом под колено, после чего я сорвал перчатки. Попытался потянуть соперника за плечо, протянув руку, но он начал тянуть моё плечо вниз – и оно вывихнулось. Это была серьезная травма, которая потребовала шестимесячного восстановления
В течение последнего месяца я проходил подготовку вместе с Никитой Гусевым под руководством Артёма Оленева, ранее работавшего в «Витязе». Никита оказал мне значительную поддержку и дал ценные советы на предстоящий сезон
– Что со стороны можно почерпнуть у Гусева? – Никита Гусев – по моему мнению, самый проницательный хоккеист как в Континентальной хоккейной лиге, так и в Национальной хоккейной лиге. Он обладает выдающимся игровым интеллектом, можно сказать, является мастером своего дела. Никита поделился со мной ценными знаниями и опытом. Наши отношения очень хорошие.
– Можете даже списываться с ним? – Согласен. Я часто обращаюсь к нему с шутливой формой обращения – «отец». Во время тренировок я прошу его отдать пас, используя это обращение.
– Кто твоим кумиром в детстве был? – Следил за многими. Никита Гусев, Кирилл Капризов также вызывает у меня симпатию своим стилем игры. Безусловно, такие легенды, как Овечкин и Радулов, являются образцами для подражания. Российские хоккеисты – лучшие в мире, и хочется перенять их опыт.
– Какие ожидания в преддрафтовый год? – Я не придавал этому никакого значения, это не имеет для меня принципиального значения. Каждый год на драфте выбирают около 220 игроков, это скорее развлекательное мероприятие. Бывают случаи, когда хоккеистов выбирают в первом раунде, но они не попадают в основной состав. Главное – упорно тренироваться и отдавать все силы на льду, тогда всё получится.
В перспективе тебя могут выбрать на драфте, и ты будешь принадлежать определенному клубу, однако ситуация может измениться, и твои услуги больше не понадобятся. Тем не менее, через Континентальную хоккейную лигу или Национальную студенческую спортивную ассоциацию США, при условии хорошей игры, всегда есть возможность найти альтернативный путь, ведь тебя могут заметить.
– Несомненно, ты наблюдал за молодежными чемпионатами мира в детстве, как непросто переживать запрет на участие России, будучи молодым хоккеистом? – Откровенно говоря, я следил за ним ежегодно. В настоящее время у нас очень мощная сборная. Очевидно, что досадно не иметь возможности соревноваться на международном уровне. Моей детской мечтой было – побеждать во всех турнирах в составе национальной команды. Юношеские чемпионаты уже не покорить. Когда нам разрешат участие, мы продемонстрируем, что такое Россия. Надеюсь, это произойдет в ближайшее время.